О нас новости Судебная практика Законодательство Аналитика Пресс-центр Справочные материалы

"Религия и право" (№1-2, 2006): Эдуард Эмиров. Ислам и гражданское общество в Дагестане

  версия для печатиотправить ссылку другу
23 Февраля 2007
В любой социальной системе в самых различных исторических  условиях религия всегда выполняет в обществе определенные функции.
Религия как форма общественного сознания формирует систему человеческих норм и ценностей. Именно в религии общество ищет ответы на вопросы: что такое добро и зло, в чем смысл жизни?  Религия тесно связана с моралью общества, развитием культурных ценностей, определяет особый тип духовно-материальной  организации, менталитет народа, влияет на экономический уклад общества, религиозное сознание неотделимо от правосознания и морального сознания. Таким образом, рассматривая феномен религии, можно, на наш взгляд, выделить следующие элементы: вероучение; религиозная психология; культ и обрядность; организация. В связи  с исследованием гражданского общества  в России (Дагестане) нас интересует именно последний из этих элементов. Существенные изменения во взаимоотношения  религии и государства в СССР были внесены в 80-е гг.  Ликвидация цензуры, открытие архивов, переосмысливание духовных ценностей и идеалов поставили церковь на новую более высокую ступень в обществе.
В начале 90-х гг. после принятия ряда новых законов, касающихся свободы совести, в России начался бурный рост активности многих конфессий.  Первым законодательным актом в этой области стал Закон СССР 1990 г. «О свободе совести и религиозных организациях». 25 октября 1990 г. в РСФСР был принят Закон «О свободе вероисповеданий». Российская Конституция 1993 г. в ст. 28 провозгласила принцип свободы вероисповедания.
Правовое положение церкви в России в настоящее время регулируется Федеральным Законом «О свободе совести и о религиозных объединениях», принятым Федеральным Собранием 19 сентября 1997 г. Изменения в государственном и политическом строе  страны существенным образом затронули сферу государственно- конфессиональных отношений, правовые основы деятельности религиозных организаций в Дагестане. Принятие 5 мая 1991 года Верховным Советом Республики Дагестан  Закона «О свободе совести и религиозных организаций» сыграло решающую роль в освобождении религии от государственного диктата.
Были сняты неоправданные ограничения на культовую деятельность религиозных организаций, упрощена процедура регистрации религиозных организаций, признание за религиозными организациями права юридического лица, миссионерской и благотворительной деятельности.  Закон позволил за короткое время  воссоздать некогда обширную религиозную инфраструктуру,  вовлечь религиозные организации в общественно-политическую жизнь республики… В Дагестане, на 1 июля 1995 года, функционировало 1270 мечетей (против 27 мечетей в 1986 г.), из них более 850 – зарегистрированных…». Дальнейшему созданию правовых, идеологических и общественных условий для нормальной деятельности религиозных, в том числе и мусульманских организаций в республике, способствовал принятый в декабре 1997 года Народным Собранием РД закон «О свободе совести, свободе вероисповедания и религиозных организациях», который закрепил демократические права и свободы дагестанских граждан в этой области. Здесь следует отметить заметную роль религии и религиозных организаций в жизни дагестанского общества. Представители различных конфессий стали свободно высказываться по злободневным вопросам социально-экономической жизни республики как с трибуны  местного парламента, так  и в средствах массовой информации. Многие из этих религиозных организаций, начиная с конца 80-х годов, внесли реальный весомый вклад в процесс  укрепления в Республике Дагестан гражданского мира, участвовали в благотворительных акциях, в различных конференциях, выступали с инициативами, которые находили положительный резонанс в обществе. Религиозная ситуация в РД, т.е. наличие, характер, интенсивность религиозных проявлений, динамика и направленность их изменений определяются факторами полиэтничности, полирелигиозности, поликонфессиональности и поликультурности дагестанского    общества.
За последние 15 лет в Дагестане происходят бурные процессы религиозного возрождения, особенно ислама, религиозная ситуация количественно и качественно изменилась. В 1986 г. в Дагестане действовали Духовное управление мусульман Северного Кавказа, 27 мечетей, 5 православных церквей, 4 синагоги, 2 общества евангельских христиан-баптистов (ЕХБ), 1 общество адвентистов седьмого дня (АСД), суфийское братство.  
По данным Комитета Правительства Республики Дагестан по делам религий на 1 марта 2003г. в РД действуют Духовное управление мусульман Дагестан, 1638 мечетей, (рост с 1986г. в 60 раз!), 16 исламских вузов с 49 филиалами, 131 медресе, 327 мактабов с общим числом обучающихся 15 630 чел., из них в мактабах – 4 200 чел. (26,87 проц.) в медресе – 5 700 чел. (36,47 проц.) и в вузах – 5 730 чел.  (36,66 проц.), более 30 000 суфиев накшбандийского, шазилийского и кадирийского тарикатов, 18 мусульманских фондов. Более 95 000 дагестанцев совершили хадж и умру, около 1 200 чел. обучаются в зарубежных исламских учебных заведениях. В нелегальных условиях действуют сторонники религиозно-политического течения в исламе – ваххабизма.
В ведомственном реестре Главного управления федеральной регистрационной службы значится всего 657 религиозных организаций, из них 634 исламских, 8 православных, 1 римско-католическая, 5 иудейских, 1 армяно-апостольская и т.д.
В этноконфессиональном отношении Дагестан всегда считался одной из сложных республик, так как здесь живут представители многих народов и действуют почти все религиозные конфессии: мусульманская, христианская и иудейская. Именно влияние конфессионализма на общественное сознание и, соответственно, политическую культуру обусловило возникновение в Дагестане партий и движений разных религиозно-политических ориентаций. Начиная с конца 80-х годов XXв., происходит этническая и религиозная, в основном исламская идентификация дагестанцев.
Для современной религиозной ситуации в республике характерны следующие общие тенденции: постоянная жесткая конкуренция религиозных организаций и объединений в борьбе за влияние на население и пополнение своей паствы; религиозные организации и объединения свободно, без контроля со стороны государственных органов, выполняют свои функции в своей среде и в обществе, свободно пропагандируют свое вероучение; поднялся уровень общественного престижа и реальной роли религии, религиозных организаций в общественных процессах республики; фактически исчерпан резерв для быстрого дальнейшего роста уровня религиозности дагестанцев, какой происходил в начале и середине  90-х гг. XXв., темпы роста религиозных общин большинства конфессий, за исключением протестантских  (пятидесятники, свидетели Иеговы), стабилизировались. Спецификой религиозной ситуации в РД является резкий рост политизации ислама, использование его авторитета и моральной силы в политических целях, в том числе и религиозно-политическими экстремистами.   Еще в 1914 году известный специалист по исламу, академик В.В.Бартольд подчеркивал,  что религиозные лозунги используются большей частью только как средство для достижения вполне определенных политических целей.
Политизация ислама стала оборотной стороной религиозной либерализации, сопровождаемой противоречиями между тарикатистами (суфиями) и так называемыми «ваххабистами» (салафитами). Официальное духовенство Дагестана выступило с критикой миссионерской деятельности последователей ваххабитского течения в исламе (ал-ваххабина – ваххабиты,  сторонники религиозно-политического движения в суннитском исламе, возникшего в Аравии в середине XVIIв. на основе учения Мухаммеда ибн Абд Аль-Ваххаба). В свою очередь ваххабиты считали последователей традиционного суннитского ислама отступниками  от «истинного» ислама пророка и четырех правоверных халифов. Но на этом ваххабитская пропаганда не останавливалась, поэтому и в Чеченской Республике, и в Республике Дагестан сторонниками ваххабизма были выдвинуты претензии к верховной власти в терминах борьбы за установление шариатской формы правления и непризнания светских законов, придуманных, по их мнению, волей человека. В силу возникшей опасности, угрожавшей национальной безопасности России, ее единству и территориальной целостности  вопрос проникновения зарубежного ислама в его крайне опасной экстремистской форме в российские мусульманские регионы стал приобретать особую значимость и актуальность. Ряд исследователей считают, что корень зла  находится «внутри» самих исламских регионов России.  К примеру, С.Маркедонов пытается доказать, что критика республиканских властей со стороны дагестанских ваххабитов связана с нерешенностью многих вопросов, в частности, социально-экономического характера, а массовые злоупотребления  служебным положением республиканских чиновников, коррупция, социальная дифференциация и, как следствие, высокий уровень безработицы, закрытость власти и ее нечувствительность к нуждам населения, стали причиной пополнения рядов салафитов. И делается вывод, который, позволяет считать ваххабитов чуть ли не волонтерами гражданского общества в отдельно взятой республике: «салафиты предлагают такую модель ислама, в которой нет места кланам, тейпам,  вирдам, этничности. Это – универсальный проект, который может быть востребован в полиэтническом и фрагментированном Дагестане». Многие ученые–религиоведы и даже государственные чиновники считают, что надо знать и использовать сильные стороны религиозного экстремизма – это: рационализм и доступность ваххабитской доктрины; ее способность транслировать протест   против традиционных форм социальной организации;  ваххабитская идеология  провозглашает идеи духовного эгалитаризма, проповедует равенство верующих перед Аллахом, что, в свою очередь сочетается в их учении с призывами  к социальному равенству и справедливости. Однако эти сильные стороны ваххабизма и многообразие их проявлений, которые так симпатичны многим аналитикам,  дискредитируются в глазах общественности, рядовых верующих методами вооруженного насильственного установления «исламских порядков».
Есть расхождения и о причинах религиозного   экстремизма, которые сводятся в основном к двум  взаимоисключающим подходам – внешнего и внутреннего характера. По мнению социолога З.Абдулагатова, позиция духовенства и  властных структур в большей степени склоняется к определяющей роли внешнего влияния: мусульманское образование за рубежом, миссионерская  деятельность, деятельность зарубежных неправительственных организаций, экономические интересы транснациональных компаний, геополитические интересы отдельных государств и другое…  Есть точка зрения, что наши беды, связанные с экстремизмом, обусловлены главным образом внутренними причинами…  До сих пор государство в лице лидеров различного уровня не признавало публично важность в борьбе с религиозным экстремизмом решений социально-экономических проблем.
  Наконец-то Президент РФ сделал это, хотя многие представители науки, политики говорят об этом давно. В Дагестане, например, в конце 90-х годов более 25 проц. трудоспособного населения были безработные. Это при 9,5 проц. по стране в среднем… Среднемесячная зарплата в 2002 году в РД оставалась самой низкой среди республик ЮФО. Разрыв в уровне среднемесячной зарплаты Дагестана и России   в том году составил – 2,4 раза  (в 2001-2,8 раза, в 2000 – 2,6 раза, в 1997 – 2,8 раза). По данным Генпрокуратуры РФ 50 проц. всех преступлений в стране совершается безработными… По проведенному в РФ экспертному опросу на первом месте среди семи мер противодействия экстремистскому ваххабизму оказалось «улучшение материальных условий жизни людей» - 72,3 проц.  
Таким образом, сегодня государству недостаточно создавать религиозным объединениям республики все необходимые законодательные и иные условия для отправления религиозных культов, свободного религиозного обучения.
Практика государственно-конфессиональных отношений оказывается многообразнее теоретических положений и деклараций. В деле обеспечения прав и свобод граждан, наконец, их безопасности государству  принадлежит  главенствующая роль.  Так, Государственный Совет РД, Народное Собрание РД и Правительство РД  приняли несколько постановлений, в которых осуждались действия религиозно-политических экстремистов по дестабилизации общественно-политической ситуации в Дагестане, на Северном Кавказе. В них же были предусмотрены конкретные меры по борьбе с религиозно-политическим экстремизмом, меры по ликвидации последствий вооруженного вторжения международных бандформированй со стороны Чечни в Дагестан в августе-сентябре 1999 годы.
Так, 5 июля 1998 г. вблизи селения Карамахи Буйнакского района состоялось собрание, в котором приняли участие около 700 ваххабитов – жителей Дагестана, отдельные лица из Чечни. На собрании прозвучали неприкрытые антироссийские и антидагестанские высказывания,  в том числе и призывы к выступлению против законной власти и конституционного строя республики. В Заявлении пресс-центра Государственного Совета РД и Правительства РД по поводу данного собрания говорилось: «Власти Дагестана не против каких-либо убеждений, но против любых форм экстремизма, способных привести к трагическим последствиям. Народы Дагестана давно сделали свой исторический выбор – жить в составе Российской Федерации, в мире и дружбе со всеми народами».
В связи с вторжением 7 августа 1999 года боевиков во главе с Ш.Басаевым и Э.Хаттабом в Ботлихский район и захватом населенных пунктов Ансалта, Рахата, Шодрода и Годобери пресс-центр Госсовета и Правительства РД по поручению руководства республики распространил Обращение к народам Дагестана. В нем подчеркивалось, что «Государственный Совет, Народное Собрание и Правительство Республики Дагестан сделают все для защиты конституционного строя, мирной жизни, прав и свобод граждан. Сила и авторитет закона будет торжествовать на всей территории Дагестана».
16 сентября 1999 г. Народное Собрание РД приняло закон РД «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан». Закон запрещает  создание и функционирование ваххабитский организаций, групп или объединений, запрещает деятельность религиозных миссий, их  филиалов, учебных заведений, физических лиц,  проповедующих идеи ваххабизма.
Закон предусматривает запрет на изготовление, хранение и распространение любых печатных, видео-, фото- и иных материалов, содержащих пропаганду ваххабизма и экстремизма. Ставится действенный заслон на всех путях проникновения к нам этих материалов, а имеющиеся изымаются.
В плане борьбы с распространением экстремизма большой проблемой для республики остается бесконтрольный выезд дагестанской молодежи на учебу в мусульманские учебные заведения за рубеж. Закон «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан» указывает, что обучение граждан республики в религиозных учебных заведениях за пределами РД и РФ допускается только по направлению органа управления республиканской религиозной организации (ДУМД).
Этот закон должен стать заслоном на пути религиозных организаций и отдельных лиц, проповедующих экстремизм, призывающих к неконституционным действиям, насильственному изменению существующего строя и т.п. Опыт действия Закона «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан» в республике показал оправданность его принятия и необходимость еще более активных действий всех государственных органов по предотвращению последствий ваххабитской агрессии на нашу республику, активного отпора распространению экстремистской идеологии.
Этот законодательный акт - не единственная форма мусульманской самозащиты от ваххабизма. На это направлены постановления Госсовета, Народного Собрания и Правительства Республики Дагестан, в первую очередь, Постановление Народного Собрания Республики Дагестан «О ходе исполнения законов Республики Дагестан «О свободе совести, свободе вероисповедания и религиозных организациях» и «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан» от 25 мая 2000 г. Постановление Госсовета Республики Дагестан «О состоянии безопасности на приграничных территориях Республики Дагестан и мерах по обеспечению противодействия экстремизму» от 19 июля 2000 г. и совместное Постановление Госсовета и Совета безопасности РД от 16 октября 2002 г. «О ходе выполнения Постановления Госсовета Республики Дагестан от 19 июля 2000 г. «О состоянии безопасности на приграничных территориях Республики Дагестан и мерах по обеспечению противодействия экстремизму».
Вопросы обеспечения свободы совести и борьбы с распространителями экстремизма находятся в центре внимания республиканских органов власти. В рамках МВД РД действует специальное подразделение для борьбы в ваххабизмом. Во всех районных и городских администрациях созданы комиссии, являющиеся консультативными органами. В период августа-сентября 1999 г. очень эффективно действовали комиссии администраций городов Махачкалы, Избербаша, Каспийска, Хасавюрта, Лакского, Казбековского, Ботлихского и других районов. При их активном участии были проведены митинги, сходы жителей, собрания в трудовых коллективах, приняты обращения, которые однозначно дали понять, что жители республики решительно осуждают вмешательство международных террористов во внутренние дела республики.Однако при всей активности исламского фактора он не привел к серьезному идеологическому расколу всего дагестанского общества, и подверг относительной дестабилизации лишь религиозную общину Дагестана. В этом отразились наши региональные базовые ценности, характеризующиеся наличием большого набора идеологических и духовно-нравственных приоритетов.
Можно заметить немало общего между понятиями «гражданское общество» и «ислам», так как объединяющим их началом является ориентированность на общественно значимые интересы. Как известно, многие исламские нормы выступают в качестве саморегулирующего и самоуправляющего политического фактора внутри самого же общества. Поэтому нельзя исключать того, что «гражданское общество» можно создать и на базе принципов ислама и мусульманской общественной общины (в дагестанском варианте – это джамааты), но здесь необходимо исходить из того, что Дагестан находится в правовом пространстве светского государства.     Исходя из этого, построение основ гражданского общества в Дагестане должно лишь учитывать традиционно сложившиеся структуры внутриобщинной организации, в том числе основанные на религиозных нормах, а не всецело руководствоваться ими. Именно такой дифференцированный подход позволит обеспечить бесконфликтную интеграцию народов Дагестана в современное мировое сообщество.
Исходя из вышеизложенного, можно отметить бесспорную роль взаимосвязанных общественных сил «религиозные институты – государство – гражданское общество». Конечно же, у каждой особая природа, различные сферы человеческого духа, практики и общежития. Ибо в деятельности религиозных институтов на первый план выступает устремленность людей к духовным ценностям, в деятельности государства – стремление к четкой и формализованной институализации межчеловеческих связей, а в практике гражданского общества – тяготение к непринужденным формам повседневной самодеятельности и самовыражения людей.  Но автономия этих трех важнейших измерений жизни предполагает и принцип их взаимного уважения и взаимной соотнесенности.

СПИСОК  ЛИТЕРАТУРЫ

1.    Абдулагатов З. Как мы должны противодействовать экстремистскому ваххабизму // Новое дело. – 2004. – 22 октября.
2.    Арухов З.С. Поиски этнической и религиозной идентичности в период становления гражданского общества в Дагестане. // Проблемы становления гражданского общества в Республике Дагестан. Мат-лы науч. практ. конф. – 28 февраля. 2003.  Махачкала: Юпитер, 2003.
3.    Бартольд В.В. Панисламизм // Сочинения. Т. VI. – М., 1966.
4.    Ведомственный реестр Главного управления федеральной регистрационный службы по сост. на 10.10.2005 г.
5.    Ворожейкина Т., Рашковский Е., Умеров У. Гражданское общество и религия // Мировая экономика и международные отношения. – 1997. – № 8.
6.    Гаджиев Р.Г. Ваххабизм в исламе. Особенности его проникновения на Северном Кавказе // Государство и религия в Дагестане. Махачкала, 2001.
7.    Залимханов З.М., Ханбабаев К.М. Политизация ислама на Северном Кавказе (на примере Дагестана и Чечни). – Махачкала. – 2000.
8.    Закон Республики Дагестан «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан» // СЗ РД. – 1999. - № 9.
9.    Заявление пресс-центра Государственного Совета и Правительства РД//Дагестанская правда.– 1998. – 08.08.
10.    Заявление пресс-центра Государственного Совета и Правительства РД //Дагестанская правда.– 1999. – 8.08.
11.    Ислам // Энциклопедический словарь. – М.: Наука. – 1991.
12.    Курбанов М.Р., Курбанов Г.М.: Религии народов Дагестана: История и современность. – Махачкала: ГУП «Даг. кн. изд-во», 2001.
13.    Магомедов А.М. Мусульманские организации в Дагестане // Государство и религия в Дагестане. Информационно-аналитический бюллетень. – Махачкала: Изд-во Дагпресс. – 2002. – №2.  
14.    Текущий архив Комитета Правительства РД по делам религий. Фонды «Ислам», «Христианство», «Иудаизм», «Нетрадиционные религии». – 2004.
15.    Текущий архив Комитета Правительства РД по делам религий. Фонд «Нетрадиционные религии». Махачкала. – 2004.
16.    Темирова М.Б. Факторы религиозного раскола общества и пути разрешения конфессиональных противоречий в исламе. // Проблемы становления гражданского общества в Республике Дагестан. Мат-лы науч. практ. конф. – 28 февраля. 2003.  Махачкала: Юпитер, 2003.
17.    Федеральный Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» // Религия. История и современность / Под  ред. Ш.М.Мунчаева. – М., 1998.
18.    Ханбабаев К.М. Религиозный фактор в процессах миротворчества и народной дипломатии на Северном Кавказе. – Махачкала, 2003.
19.    Ханбабаев К.М. Роль религиозного фактора в общественно-политической жизни РД // Социально-политические процессы в Республике Дагестан (1991-2000гг): Материалы республиканской научно-практической конференции - 30 ноября 2001. –  Махачкала: ДГПУ, 2002.
20.    Цыбулевская О.И. Гражданское общество: правовой аспект // Становление институтов гражданского общества: материалы межрегиональной научной практической конференции «Становление институтов гражданского общества в Саратовской области». – Саратов, 2004.  
21.    http://www.riqn.ru/analytics, 2 0050722/ 40953601 – print htme.



Эмиров Эдуард Дениевич,
Заведующий Информационно-аналитическим отделом
Аппарата Народного Собрания Республики Дагестан,
соискатель кафедры политологии и социологии Дагестанского государственного педагогического университета.





также в рубрике ] мы: