Армия Спасения в России после московской легализации

Армия Спасения в России после московской легализации
8 Июня 2009

Прошло уже 18 лет с того момента, как Армия Спасения (АС) возобновила свою деятельность на территории России. Естественно, за этот срок произошло множество событий и внутри самой АС, и в России и в политике государства по вопросам религии, что не могло не отразиться на судьбе церкви. В чем-то путь развития АС был похож на тот, что проделало множество евангельских церквей возвратившихся или пришедших впервые в начале 1990-х годов в Россию из-за рубежа. Сначала отмечался быстрый и активный рост в первой половине 1990-х годов, который по признаниям пасторов превосходил самые оптимистические ожидания командующего состава. Правда беседы с теми прихожанами, которые были в числе первых обращенных (да и вторых) показали, что интерес к церкви поначалу был вызван общим увлечение всем новым и западным, они шли посмотреть на американцев - "тогда все англоговорящие нам казались Американцами, с большой буквы "А". Также немаловажную роль играла и высокая международная репутация и история этой церкви. Иногда именно этот фактор играл решающую роль: ведь в начале 1990-х в России работало огромное количество миссионеров церквей, о которых не знали и не слышали, на этом фоне об Армии Спасения были какие-то представления, пускай даже по романам Ремарка.

Но основной причиной привлекательности АС для новых прихожан стали гуманитарная помощь, которую оказывали миссии АС и активная социальная работа с детьми и пенсионерами. Помощь нуждающимся являлась не просто одной из сфер деятельности церкви, а ее главным направлением. Активная социальная позиция и помощь обездоленным, как неотъемлемая часть жизни истинного христианина была изначально заложена в учении Джона Уэсли (Весли), из традиций которого вышла и Армия Спасения, и была еще более усилена Уильямом Бутом, основателем этой церкви.

Однако сложность заключалась в том, что социальная деятельность в глазах первообращенных затмила религиозную составляющую АС. Об учении церкви многие имели весьма смутные представления. Конечно раздача гуманитарной помощи и другие массовые мероприятия (летние лагеря для детей, концерты, посещение детских домов, домов инвалидов и пр.) сопровождалось молитвой, пением гимнов и небольшой проповедью. Но миссионеры говорили вообще о христианской морали, проповедовали борьбу со грехами, но не об особенностях позиции церкви.

Это нельзя назвать ошибкой или упущением миссионеров. АС с самого начала достаточно мало уделяла внимания разработке богословской доктрины. У. Бут и его последователи выступали против всего, что надстраивалось над Священным Писанием. Быть христианином – это значит исполнять заповеди и строить свою жизнь согласно евангельским примерам. Они подчеркнуто отказались в богослужениях от устоявшихся обрядов и разработке учений о таинствах, считая, что споры о них наносят больший вред Церкви, чем все внешние враги. Однако они и не осуждали их присутствия в других церквях. Более того, член Армии Спасения может быть прихожанином любой другой христианской церкви, чье учение не противоречит позиции традиционной христианской морали. (Правда, по замечаниям пасторов Эдуарда Кузнецова и Александра Харькова, такое чаще всего случается на начальном этапе, когда человек внутренне еще окончательно не выбрал ту церковь, которая отвечает его взглядам).

Слабое внимание Армии Спасения к внешней форме религиозности многими ошибочно воспринималось как отсутствие твердой вероучительной позиции. АС скорее представлялась стороннему человеку не церковью, а некой благотворительной организацией христианского толка. И когда началось постепенное формирование постоянной структуры АС на территории России (создание корпусов, регулярные воскресные богослужения, привлечение к работе новых российских членов), произошел достаточно большой отсев. В первую очередь ушли «рисовые солдаты» - те люди, которые были изначально нацелены только на получение помощи. Но и среди сочувствующих нашлось мало людей, которые были готовы полностью принять жесткую иерархическую систему устройства (действительно выстроенную по армейскому принципу, со столь же жесткой субординацией) и религиозную доктрину АС: учение о святости, в котором вера становится лишь первым шагом, но требуется постоянная активная работа над собой, в первую очередь отказ от греховных привычек, употребления алкоголя, табака, наркотиков, принятие семейных идеалов, и постепенное перестроение всей своей жизни на служение Богу, через служение ближним. Далеко не все оказались готовы полностью изменить свою жизнь, кто-то был способен лишь эпизодически участвовать в работе и служениях АС. Поэтому, несмотря на массовый приток в первой половине 1990-х годов, тех, кто действительно стал членами (солдатами и офицерами, принявшими присягу) церкви, оказалось немного – всего около 2000 человек к 1998 году.

Впрочем подобная ситуация отнюдь не оказалась чем-то исключительным. АС во всем мире не отличается многочисленностью, но имеет большое число сторонников и сочувствующих, которые оказывают эпизодическую помощь и принимают участие в ее работе. Поэтому реальный круг тех людей, которых можно отнести к прихожанам, намного шире. Показательно то, что в конце 1990-х годов при общей численности членов по России всего в 2000 человек, только в Москве существовало два молодежных хора, каждый по 120 человек. Также не меньшее число было и пенсионеров, которые посещали воскресные богослужения, могли участвовать в различных лигах (домашняя, семейная), но не являлись солдатами Армии Спасения. Активная деятельность привела к тому, что в 2000 году на территории России насчитывалось 22 корпуса (21 в европейской части и 1 во Владивостоке). К этому моменту уже стало понятно, что период становления закончился, и руководство рассчитывало на организацию постоянных миссий, лиг, проектов, осуществляемых местными силами, и постепенное воцерковление сочувствующих. Однако эти планы оказались нарушены. Помощь и спасение понадобились самой Армии Спасения.

Кризис

Кризис грянул неожиданно и поводом к нему оказался новый закон о свободе совести 1997 года, согласно которому все религиозные организации должны были пройти перерегистрацию. Удар был нанесен в Москве. В 1999 г. корпусам АС московским отделением Минюста было отказано в регистрации, на основании того, что это «военизированная организация, насаждающая казарменную дисциплину». Тут же в некоторых регионах, где администрация привыкла копировать решения Москвы в области религиозной политики, последовали аналогичные отказы. Отказы поступили и от районных и городских судов, где Армия Спасения пыталась опротестовать это решение. Это нанесло огромный урон, так как с 2001 г. из-за отсутствия регистрации оказалась невозможной аренда помещений для богослужений, и проведение всяческих мероприятий. Эти корпуса не могли официально получать средства и гуманитарную помощь на продолжение социальных программ.

Вместе с тем там, где и администрация и простые жители были свидетелями той огромной благотворительной и социальной работы, проделанной АС перерегистрация проходила без проблем. Перерегистрации отделений в Санкт-Петербурге, Ростове-на-Дону и Волгограде формально позволяли зарегистрировать устав нового религиозного центра АС. Однако только после подачи иска в Конституционный суд России, на основании того, что на территории России было уже пять перерегистрированных местных организаций (корпусов), АС получила перерегистрацию в качестве центральной организации. Это позволило как-то стабилизировать состояние, поддержать сохранившиеся корпуса. В то же время, с 1999 г. АС подвергалась разнообразным нападкам, ограничениям, запретам во многих регионах страны, а не только в Москве. Отказ в перерегистрации московских корпусов так и не был снят, соответственно не было возможности и вести полноценную деятельность, вплоть до весны 2009 года. Только 10 апреля 2009 г., выполняя решение Европейского суда (куда в 2004 г. АС и Славянский правовой центр подали иск, решенный в пользу АС в октябре 2006 г.) Московское отделение, получило регистрацию. Конечно, АС не прекратила на эти 10 лет полностью своей деятельности в Москве и других городах, где общины не были перерегистрированы. Она продолжала по возможности помогать бездомным, сотрудничать с детскими домами с обществами инвалидов. Проводились и богослужения. Но в связи с тем, что аренда не была возможной, организовывать их можно было только в здании в Хлебниковом переулке, находящемся в частной собственности АС. Аналогичная ситуация произошла и в Петербурге, где было собственное здание на Литейном проспекте.

Александр Харьков – глава Московского отделения АС и заместитель главы АС на территории России – отметил, что к чести российского правительства и чиновников вся борьба проходила только на правовом поле. К счастью не предпринималось попыток опечатать здания и полностью тем самым прекратить деятельность АС. Регулярно выдавались визы иностранным руководителям и пасторам и т.д. «Вообще все эти 10 лет было ощущение борьбы с фантомами: каждый чиновник, к которому мы приходили, говорил об абсурдности ситуации, что он понимает цели и задачи нашей организации, но вместе с тем дело нисколько не сдвигалось».

Итоги кризиса

Как христианин Александр Харьков хочет верить, что это испытание было во благо. Как положительный эффект он отметил, что это заставило прихожан очистить свою веру, избавило церковь от «балласта». Сейчас в ней остались абсолютно искренне верующие и верные члены. Действительно, несмотря на сложности, Армия Спасения развивалась и укоренялась. Приходили новые члены, и хотя где-то приходы закрывались, но организовывались и новые. Сейчас в России вместо 22 корпусов осталось 14. Были расформированы 4 корпуса в Москве, 3 в Петербурге, 1 в Волгограде, 1 в Петродворце, 1 в Ставрополе и 1 в Ростовской области. Возникли новые корпуса в Самаре, Элисте, Азове, недавно открылся корпус в Мурманске. Во главе всех корпусов сейчас стоят российские офицеры (пасторы) и планируется новый набор в институт по подготовке офицеров. Оптимизм внушает и постоянный приток молодежи (в среднем около 35-40% прихожан моложе 30). Можно сказать, что Армия Спасения в России сегодня действительно стала российской - 95% ее членов граждане РФ. Конечно ее руководителем, комиссаром восточно-европейской территории, и руководителями отдельных регионов остаются иностранцы, но с приобретением должного опыта и выслуги, несомненно ими станут россияне. Хорьков считает, что сейчас в Россию приглашают тех людей, которые могут поделиться необходимым опытом. Правда пастор Эдуард Кузнецов отмечает проблему иногда излишне частой ротации иностранного состава. Проходит долгий срок пока такой руководитель вникает в местные реалии, и зная, что его возможно вскоре отзовут, он меньше прикладывает усилий к реализации каких-то проектов. Но вместе с тем, и Кузнецов и другие пасторы признают необходимость обмена опытом и участия членов из какой-либо страны не только во внутренней, но и в общемировой деятельности церкви.

Кризис заставил, по мнению Харькова, также руководство церкви проявлять больше разумения и здравого смысла в организации деятельности. Например, на первое место все-таки выступила евангелизация и воспитание своих последователей. Это диктует и состояние общества. Сейчас уже степень информированности и развитие свобод достигло той степени, что люди в той или иной степени определили свою гражданскую позицию, нашли свою нишу и задача церкви искать тех, чье мировоззрение близко к ней. Но для этого, свое мировоззрение необходимо донести. Этого не возможно добиться на массовых мероприятиях, только в личной проповеди, примером своих дел. Такая позиция не наносит ущерба ее социальной деятельности. Однако сейчас Армия Спасения в России старается охватить не как можно более широкую территорию, разовой помощью, но лучше вести пусть меньшую, но регулярную работу. Каждый офицер и солдат Армии имеет определенную деятельность, за результат которой он отвечает. «Наша задача не просто сеять зерно, но всячески ухаживать за ним, чтобы получить урожай». Например, была перестроена работа с бездомными. Их по-прежнему регулярно кормят, раздают им одежду. Но церковь не ограничивается только этим и произнесением проповеди. Накормить и одеть далеко не все, что нужно, необходима социализация таких людей. Поэтому для них был организован «мужской клуб», действующий раз в неделю. В этот день придя в корпус они не просто получают обед и чай, но, сидя за столиками, имеют возможность пообщаться, получить информацию об их правах и возможностях, с ними работает психолог, для них устраиваются какие-то мероприятия. Но и, конечно же, разбирается Слово Божие. Как результат 3-5 таких встреч, бездомных начинают посещать добровольно воскресные богослужения, находят в себе силы обратиться к властям, чтобы при поддержке АС получить регистрацию и работу.

Аналогичным образом строится работа с молодежью и детьми, их вовлекают в регулярное общение, организуют для них молодежное кафе, где они могут обсуждать что угодно, от последних фильмов, до компьютерных игр, но всегда и христианские ценности. Вместе с тем, он подчеркнул, что церковь никогда не отказывает в помощи, на том основании, что «вот тебе вчера помогли, а ты на богослужение не пришел. Наш принцип был и остается помощь всем нуждающимся. И если человек не обратился, то надо снова и снова помогать ему и пытаться донести до него суть учения Христа».

Такая работа стала возможна только на базе помещения, находящегося в собственности АС, когда руководство само решает в какое время и какие мероприятия проводить. Такая организация работы была абсолютно невозможна, когда церковь арендовала помещения один или два раза в неделю на несколько часов. Затраты на покупку со временем оказываются оправданными, своими результатами. Поэтому и в дальнейшем Хорьков и Кузнецов считают, что необходимо придерживаться той же политики, арендуя, только на начальном этапе формирования общины, хотя это возможно и ограничивает быстрый рост. «Но опыт уже показал, что быстро, не значит хорошо».

О
днако супруга Харькова Мария настроена не столь оптимистично. Она отметила и тот урон, который понесла АС. Много лет она возглавляла домашнюю лигу и активно участвовала в деятельности лиги милосердия. Мария Харькова отметила, что произошел и вынужденный отсев тех, кто искренне разделял учение церкви. В связи с закрытием корпусов многие люди просто не имеют возможности принимать участие в деятельности церкви. По ее опыту в Москве пожилые люди и школьники, которые с удовольствием приходили в корпуса неподалеку от их дома, не способны ездить на другой конец города. В свою очередь сократилась и возможность оказания социальной помощи. Сократились ресурсы АС в России, и возможность охвата тех нуждающихся в постоянном уходе, которых раньше регулярно посещали прихожане АС. Компенсацию, которую выплатило правительство России Армии Спасения по решению европейского суда, церковь потратила на то, чтобы закупить гуманитарную помощь и раздать ее тем инвалидам, нуждающимся семьям и одиноким пенсионерам, которых она курировала до кризиса. Но это было лишь разовой акцией. И данную работу в полном объеме восстановить удастся еще не скоро.

Александра Степина.

Источник: "Русское Ревью Кестонского института"






также в рубрике ] мы:     
 
 




2000 - 2012 © Cетевое издание «Религия и право» свидетельство о регистрации
СМИ ЭЛ № ФС 77-49054 При перепечатке необходимо указание на источник
«Религия и право» с гиперссылкой, а также указание названия и автора материала.
115035, Москва, 3-й Кадашевский пер., д. 5, стр. 5,
Тел. (495) 645-10-44, Факс (495) 953-75-63
E-mail: sclj@sclj.ru