Религия и право http://www.sclj.ru RSS-поток Славянского Правового Центра http://www.sclj.ru/logo_mini.gif Славянский Правовой Центр http://www.sclj.ru/ В Русской церкви призывают приложить все усилия для борьбы с экстремизмом под национальными и религиозными лозунгами http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=200&ELEMENT_ID=1765 Общественная борьба с национальным и религиозным экстремизмом является условием для выживания России, считает замглавы Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин. "Чтобы Россия жила, чтобы попытки разделения нас друг с другом не оказались успешными, очень важно противодействовать радикализму", - заявил отец Всеволод в среду на круглом столе в Государственной Думе в рамках XVI Рождественских чтений... Thu, 31 Jan 2008 16:00:00 +0400 Общественная борьба с национальным и религиозным экстремизмом является условием для выживания России, считает замглавы Отдела внешних церковных связей Московского патриархата протоиерей Всеволод Чаплин. "Чтобы Россия жила, чтобы попытки разделения нас друг с другом не оказались успешными, очень важно противодействовать радикализму", - заявил отец Всеволод в среду на круглом столе в Государственной Думе в рамках XVI Рождественских чтений. По его мнению, все предыдущие попытки покорения России в сфере экономики, безопасности с применением внешнеполитических методов оказывались безуспешными. "А вот разделить и уничтожить нас можно, если посеять в народе внутренние распри и смуты, и такие попытки ранее уже удавались", - отметил священник. Радикальные силы, заявил он, "должны быть полностью изолированы от любой общественной поддержки". "Те, кто кощунствует, унижая людей по национальному признаку, те, кто ложно обвиняет церковные и светские власти в несуществующих грехах и преступлениях, должны быть изобличены как кощунники и лжецы", - отметил отец Всеволод, подчеркнув, что это должно стать общей задачей общественных сил, законодателей и СМИ. В то же время он отметил, что современное общество "привыкло к такой опасной болезни, как радикализм и стравливание людей друг с другом", однако такое привыкание, по мнению священника, "может стать симптомом близящейся смерти". Он призвал не воспринимать сегодняшнюю общественную стабильность в России как "вечную данность" и прилагать все усилия для борьбы с развитием радикальных настроений в обществе. Источник: "Интерфакс-Религия" Архив. В Воронежской области избит и уволен с работы пастор общины "Содружество Христа" http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=194&ELEMENT_ID=1512 23 декабря 2004 г. был избит пастор воронежской общины ("Содружество Христа") "Community of Christ" Алексей Перов, работавший пекарем ООО "Пекарня БКМЗ". Его коллега А.Шведов нанес ему несколько ударов по голове. Мастер Е.В. Федюнина не только не вызвала пострадавшему "скорую помощь" и милицию, но и приставила к нему охрану, чтобы А.Перов не смог уйти с работы до утра. В больницу он был доставлен с диагнозом "сотрясение головного мозга"... Thu, 06 Sep 2007 15:00:00 +0400 23 декабря 2004 г. был избит пастор воронежской общины "Community of Christ" Алексей Перов, работавший пекарем ООО "Пекарня БКМЗ". Его коллега А.Шведов нанес ему несколько ударов по голове. Мастер Е.В. Федюнина не только не вызвала пострадавшему "скорую помощь" и милицию, но и приставила к нему охрану, чтобы А.Перов не смог уйти с работы до утра. В больницу он был доставлен с диагнозом "сотрясение головного мозга", а затем была обнаружена трещина левой височной кости. Пострадавший был выписан из больницы, а его лечащего врача посетила делегация из пекарни, настаивавшая на выписке больного на две недели облегченных условий труда. В конце января А.Перов вновь попал в больницу с диагнозом "посттравматический синдром смешанной внутричерепной гипертензии, перелом левой височной кости", откуда был выписан 12 февраля с диагнозом "последствия черепно-мозговой травмы, сотрясение головного мозга с церебростеническим синдромом". Согласно больничному листу он должен был выйти на работу с 15 февраля, несмотря на существование справки КЭК-13, согласно которой он не может работать более ни пекарем, ни вообще в пекарне. 17 февраля руководство предприятия приняло решение уволить его за неоправданное отсутствие на работе в течение трех дней. Не называя причины избиения А.Перова, Credo.ru считает его "очередным из целого ряда нападений на христиан в Воронежской области". В частности, упоминается разгон акции членов Объединенной церкви христиан веры евангельской в Лисках в 2003 году, избиение пастора лютеранской церкви и двух членов общины "Community of Christ" в Борисоглебске, а также запрет на строительство молитвенного дома пятидесятников в Воронеже. Что касается семьи Перовых, то в декабре 2002 года жена пастора Галина Перова получила повестку с требованием явиться в суд в качестве подсудимой, что позже было названо недоразумением. В конце сентября 2003 года на почте была вскрыта отправленная А.Перовым посылка, в которой якобы был обнаружен "неизвестный порошок". Credo.ru усматривает в этих фактах "действия властей, явно вызывавшие подозрения в организованных преследованиях".   Источник: Информационно-аналитический центр "Сова".   Ссылки по теме: РЕПОРТАЖ: Избит и лишен работы. В критической ситуации оказался после избиения пастор общины «Community of Christ» из Воронежской области Первоклассника, сына пастора протестантской церкви, жестоко избили как "сектанта" после православного молебна в День Знаний Первоклассника, сына пастора протестантской церкви, жестоко избили как "сектанта" после православного молебна в День Знаний http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=194&ELEMENT_ID=1508 Сын пастора протестантской церкви «Содружество Христа» поселка Грибановский Воронежской области, пришедший в первый класс 1 сентября в День Знаний, был жестоко избит своими сверстниками за то, что он является неправославным, сообщает пресс-служба Славянского правового центра. Отец первоклассника пастор церкви «Содружество Христа» Алексей Перов сообщил в интервью пресс-службе СПЦ, что его сын семилетний Давид Перов пришел в первый класс, в тот класс, где начал учиться сын местного православного священника отца Александра. Сын пастора, его сын, как отметил Алексей Перов, не крестился во время молебна и не мог участвовать в этом православном обряде, что в том числе и послужило поводом для избиения ребенка... Wed, 05 Sep 2007 19:00:00 +0400 Сын пастора протестантской церкви «Содружество Христа» поселка Грибановский Воронежской области, пришедший в первый класс 1 сентября в День Знаний, был жестоко избит своими сверстниками за то, что он является неправославным, сообщает пресс-служба Славянского правового центра. Отец первоклассника пастор церкви «Содружество Христа» Алексей Перов сообщил в интервью пресс-службе СПЦ, что его сын семилетний Давид Перов пришел в первый класс, в тот класс, где начал учиться сын местного православного священника отца Александра. Батюшка отслужил молебен перед началом учебного года и раздал всем иконы и молитву «Живый в помощи Вышнего». Сын пастора, его сын, как отметил Алексей Перов, не крестился во время молебна и не мог участвовать в этом православном обряде, что в том числе и послужило поводом для избиения ребенка. Во время перемены дети ушли в игровую, и именно там дети накинулись на первоклассника и стали его избивать. Они били его и после второго урока, и после третьего урока, так как узнали, что он неправославный, а значит «чужой». Больше всего пастора - отца ребенка – поразила реакция учительницы школы, которая проявила равнодушие к судьбе ребенка и предпочла агрессивный стиль общения с родителями Давида Перова. После того, как первоклассника несколько раз избили, он некоторое время скрывался в школьном туалете, и учительница даже не могла сказать родителям, где он находится. Учительница – Елена Петровна Сорокина - заявила Алексею Перову, что родителей предупреждали на общем собрании о приходе православного священника и о проведении обряда. Кроме того, учительница сказа, что первоклассник мог и не участвовать в молебне, хотя каким образом семилетний ребенок мог уйти из класса непонятно. По словам Перова, в поселке и в школе все знают, что он и его дети принадлежат к другой вере, но его никто не предупредил о проведении молебна. Конституционные права пастора и его ребенка были полностью проигнорированы. Несколько дней после 1 сентября первоклассник находился в подавленном состоянии, как и его родители, которые вначале не поверили в произошедшее. Руководство школы пыталось представить этот инцидент просто как небольшую перепалку между школьниками, хотя в первый же день в школе не бывает такой агрессии и издевательств. Поскольку ребенок боялся идти в школу, то его перевели в другой класс, где нет сына православного священника, и там у первоклассника не возникло никаких проблем. Со стороны других детей не было агрессии, поэтому, подчеркнул пастор, очевидно, что избиение сектанта было подготовлено – просто так дети сразу не пойдут бить «сектанта»-одноклассника. До сих пор, по словам родителей, сын боится, что придет батюшка, а потом его будут бить. Почва для подобного чудовищного инцидента в школе, по словам пастора, была подготовлена в поселке давно. Постоянно муссировались слухи о том, что неправославные – это сектанты и предатели, которые собираются в том числе и в нашей церкви. Православные говорили мне, отмечал Алексей Перов, что моих детей (их у пастора четверо) надо перевоспитать. Батюшка, пришедший в школу, был убежден в том, что с моим сыном надо что-то сделать. Предполагается также, что в поселковой школе будут преподавать «Основы православной культуры», но вести этот предмет будут светские учителя. В том случае, если доверить этот урок местному православному священнику, то конфликтов, по мнению пастора Перова, не избежать. Уже сейчас над детьми верующих, как заметил Алексей Перов, православные издеваются так, как издевались над детьми верующих в Советском Союзе. Верующие протестантской церкви не пытаются конфликтовать, но хотят воспитывать своих детей по своим правилам. Православную Церковь, по мнению пастора, также можно рассматривать в качестве «тоталитарной секты», потому что она навязывает свою веру и свои обряды. Алексей Перов особо отметил, что поселок Грибановский – «это не Москва, и здесь все по-другому, здесь не действуют прокуратура и милиция, а люди стали более замкнутыми по сравнению с ельцинским временем и всего боятся». Церковь «Содружество Христа» в поселке Грибановский Воронежской области посещает около 20 человек. Община, по словам пастора Алексея Перова, принадлежит к протестантскому направлению, которое откололось от Церкви Иисуса Христа святых последних дней (мормонов). Как подчеркнул Перов, церковь придерживается протестантского вероучения и не признает книги Мормона, но считает, что Джозеф Смит установил священство. В отличие от других протестантских церквей в церкви «Содружество Христа» есть священство в виде старейшин, а также совершаются и признаются церковные таинства. Главный центр этого протестантского направления находится в США в Индепенденсе (штат Миссури), а российские общины контактируют с европейским центром в Роттердаме (Нидерланды). Действует также община этого протестантского направления в Борисоглебске Воронежской области, есть центральная община в Москве. "Религия и право": Сергей Чугунов. Массовые мероприятия: особенности организации http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1495 В рамках данной статьи сложно в подробностях оговорить все вопросы организации массовых публичных мероприятий, но мы постарались привести основные условия, соблюдение которых позволяет говорить о том, что публичное мероприятие считается организованным в соответствии с действующим законодательством. При этом стоит отметить, что никогда не бывает лишним проконсультироваться с юристами, чтобы избежать того, что проведение важного мероприятия может быть поставлено под угрозу срыва из-за не соблюдения какой-нибудь формальности...

Thu, 30 Aug 2007 17:00:00 +0400 Религиозные организации в рамках своей уставной деятельности проводят различные мероприятия. Значительную их часть составляют массовые мероприятия – евангелизационные богослужения и концерты, публичные акции социального характера, марши и т.п. Как правильно организовать подобные мероприятия и какие действия необходимо предпринять для этого? Необходимо ли получать какие-либо разрешения или согласования для этого? Ответам на эти вопросы и посвящена данная статья. Статья 16 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» устанавливает, что богослужения, другие религиозные обряды и церемонии беспрепятственно совершаются в культовых зданиях и сооружениях и на относящихся к ним территориях, в иных местах, предоставленных религиозным организациям для этих целей, в местах паломничества, в учреждениях и на предприятиях религиозных организаций, на кладбищах и в крематориях, а также в жилых помещениях. Помимо этого религиозные организации вправе проводить религиозные обряды в лечебно-профилактических и больничных учреждениях, детских домах, домах-интернатах для престарелых и инвалидов, в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, по просьбам находящихся в них граждан в помещениях, специально выделяемых администрацией для этих целей. Проведение религиозных обрядов в помещениях мест содержания под стражей допускается с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации. Командование воинских частей с учетом требований воинских уставов не препятствует участию военнослужащих в богослужениях, других религиозных обрядах и церемониях. Во всех указанных выше случаях возможность проведения религиозной организацией своих мероприятий обуславливается только их договорённостью с собственниками или пользователями помещений и площадей, где планируется проведение мероприятия. Получение дополнительных разрешений или согласований для этого действующим законодательством не предусмотрено. Пункт 5 статьи 16 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» устанавливает, что в случаях, когда публичные богослужения, другие религиозные обряды и церемонии проводятся вне указанных выше помещений и территорий, то организовывать их необходимо в порядке, установленном для проведения митингов, шествий и демонстраций. В 2004 году в Российской Федерации был принят Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». В соответствии с пунктом 2 статьи 1 этого закона проведение религиозных обрядов и церемоний регулируется Федеральным законом «О свободе совести и о религиозных объединениях». Эта норма была включена в закон с учётом того, что из упомянутого выше пункта 5 статьи 16 Закона о свободе совести отсылающая норма должна была быть убрана, а должен был быть прописан порядок проведения таких мероприятий. Однако, на сегодняшний день такие изменения не внесены, и в законодательстве сохраняется данное противоречие, когда законы ссылаются друг на друга. В связи с этим перед религиозными организациями встаёт вопрос, нормами какого закона необходимо руководствоваться при организации публичного мероприятия, проводимого на какой-либо открытой площадке. Ответ на данный вопрос чрезвычайно важен, так как Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» не требует от религиозных организаций никаких согласований и уведомлений при проведении своих мероприятий, а Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» устанавливает обязательный порядок предварительного уведомления о проведении публичных мероприятий. Чтобы ответить на вопрос, каким законом руководствоваться, необходимо определиться с формой и целями мероприятия, организуемого религиозной организацией, потому что у каждого закона есть своя сфера, которую он регулирует. Обратимся к текстам этих законов. В Федеральном законе «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» установлено, что публичное мероприятие - открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений. Особо стоит отметить, что целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики. Так же в законе даны определения отдельным видам публичных мероприятий: Собрание - совместное присутствие граждан в специально отведенном или приспособленном для этого месте для коллективного обсуждения каких-либо общественно значимых вопросов. Митинг - массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера. Демонстрация - организованное публичное выражение общественных настроений группой граждан с использованием во время передвижения плакатов, транспарантов и иных средств наглядной агитации. Шествие - массовое прохождение граждан по заранее определенному маршруту в целях привлечения внимания к каким-либо проблемам. Пикетирование - форма публичного выражения мнений, осуществляемого без передвижения и использования звукоусиливающих технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного или более граждан, использующих плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации. Таким образом, если организуемое религиозной организацией мероприятие, подпадает под указанные выше определения и цели, то оно должно организовываться в соответствии с Федеральным законом «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Например, религиозная организация планирует провести евангелизационное мероприятие в виде концерта и проповедью Евангелия на какой-нибудь городской площади. Можно конечно сказать, что это религиозная церемония, и в соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» данный закон не распространяется на её организацию, а следовательно религиозная организация не обязана уведомлять кого-либо о её проведении. Однако такими действиями религиозная организация как минимум ставит под угрозу срыва своё мероприятие, как максимум – организаторы рискуют быть обвинёнными в нарушении действующего порядка организации и проведения публичных мероприятий. Почему? Во-первых, такое мероприятие с трудом можно назвать религиозной церемонией или обрядом, так как данная акция будет обращена в основном не к членам, проводящей её религиозной организации. Во-вторых, цели подобного мероприятия очень схожи с целями публичного мероприятия в определении Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» - «свободное выражение и формирование мнений». Поэтому в подобных случаях правильно будет организовывать такое мероприятие в соответствии с требованиями Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Другой пример, реально произошедший в Москве случай. Одна религиозная организация собрала около здания мэрии города своих прихожан, они пели христианские песни и молились за руководство города. Никаких уведомлений и согласований организаторами в государственные органы не направлялось. Милиция прекратила это собрание, часть прихожан была задержана и препровождена в отделение милиции за проведение несанкционированного публичного мероприятия. Позже суд, рассматривая административное дело по данному факту, не нашёл в действиях организаторов и участников мероприятия признаков административного правонарушения, предусмотренного ст.20.2 Кодекса об административных правонарушениях - нарушения установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования. Дело было прекращено, а все привлекаемые к административной ответственности прихожане оправданы. В своём решении суд установил, что в соответствии с действующим законодательством для проведения подобных религиозных церемоний не требуется каких-либо согласований или уведомлений. Важное значение в этом деле играл тот факт, что это было молитвенное собрание, т.е. мероприятие являющееся религиозной церемонией и не ставящее своей целью «выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики». Подводя итог сказанному, можно с уверенностью сказать, что определяющим в вопросе, каким законом руководствоваться, а следовательно и в том, как правильно по закону организовать мероприятие, являются цели и форма организуемого мероприятия. Если это религиозная церемония или обряд, то никаких согласований и уведомлений по закону не требуется. Если это публичное мероприятие в том смысле, как оно определяется в Федеральном законе «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», то оно должно быть организовано в соответствии с порядком, установленным этим законом. Теперь коротко непосредственно о том, какие именно требования к порядку организации и проведению публичных мероприятий предъявляет Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Организатором публичного мероприятия могут быть один или несколько граждан Российской Федерации (организатором демонстраций, шествий и пикетирований - гражданин Российской Федерации, достигший возраста 18 лет, митингов и собраний - 16 лет), политические партии, другие общественные объединения и религиозные объединения, их региональные отделения и иные структурные подразделения, взявшие на себя обязательство по организации и проведению публичного мероприятия. Не могут быть организатором публичного мероприятия: 1) лицо, признанное судом недееспособным либо ограниченно дееспособным, а также лицо, содержащееся в местах лишения свободы по приговору суда; 2) политическая партия, другое общественное объединение и религиозное объединение, их региональные отделения и иные структурные подразделения, деятельность которых приостановлена или запрещена либо которые ликвидированы в установленном законом порядке. Уведомление о проведении публичного мероприятия (за исключением собрания и пикетирования, проводимого одним участником) подается его организатором в письменной форме в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления в срок не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия. При проведении пикетирования группой лиц уведомление о проведении публичного мероприятия может подаваться в срок не позднее трех дней до дня его проведения. Порядок подачи уведомления о проведении публичного мероприятия в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления регламентируется соответствующим законом субъекта Российской Федерации. Такие законы приняты далеко не во всех субъектах, однако это не лишает граждан права проводить публичные мероприятия, подав об этом уведомление в соответствии с федеральным законом. В уведомлении о проведении публичного мероприятия указываются: 1) цель публичного мероприятия; 2) форма публичного мероприятия; 3) место (места) проведения публичного мероприятия, маршруты движения участников; 4) дата, время начала и окончания публичного мероприятия; 5) предполагаемое количество участников публичного мероприятия; 6) формы и методы обеспечения организатором публичного мероприятия общественного порядка, организации медицинской помощи, намерение использовать звукоусиливающие технические средства при проведении публичного мероприятия; 7) фамилия, имя, отчество либо наименование организатора публичного мероприятия, сведения о его месте жительства или пребывания либо о месте нахождения и номер телефона; 8) фамилии, имена и отчества лиц, уполномоченных организатором публичного мероприятия выполнять распорядительные функции по организации и проведению публичного мероприятия; 9) дата подачи уведомления о проведении публичного мероприятия. Уведомление о проведении публичного мероприятия подписывается организатором публичного мероприятия и лицами, уполномоченными организатором публичного мероприятия выполнять распорядительные функции по его организации и проведению. Публичное мероприятие не может начинаться ранее 7 часов и заканчиваться позднее 23 часов текущего дня по местному времени. Орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления после получения уведомления о проведении публичного мероприятия обязан документально подтвердить получение уведомления о проведении публичного мероприятия, указав при этом дату и время его получения, а также довести до сведения организатора публичного мероприятия информацию об установленной норме предельной заполняемости территории (помещения) в месте проведения публичного мероприятия. При наличии у государственного органа власти предложений об изменении места и времени проведения мероприятия он обязан довести до сведения организатора публичного мероприятия в течение трех дней со дня получения уведомления о проведении публичного мероприятия (а при подаче уведомления о проведении пикетирования группой лиц менее чем за пять дней до дня его проведения - в день его получения) обоснованное предложение об изменении места и (или) времени проведения публичного мероприятия, а также предложения об устранении организатором публичного мероприятия несоответствия указанных в уведомлении целей, форм и иных условий проведения публичного мероприятия требованиям Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», если таковые имеются. Стоит заострить внимание на том, что орган власти может предложить организаторам мероприятия изменить только место и время его проведения и ничего более. Если организатору публичного мероприятия поступили предложения об изменении времени и места проведения мероприятия, то организатор обязан не позднее чем за три дня до дня проведения публичного мероприятия информировать орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления в письменной форме о принятии (непринятии) его предложения об изменении места и (или) времени проведения публичного мероприятия, указанных в уведомлении о проведении публичного мероприятия. Организатор публичного мероприятия не вправе проводить его, если уведомление о проведении публичного мероприятия не было подано в срок либо если с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления не было согласовано изменение по их мотивированному предложению места и (или) времени проведения публичного мероприятия.   Публичное мероприятие может проводиться в любых пригодных для целей данного мероприятия местах в случае, если его проведение не создает угрозы обрушения зданий и сооружений или иной угрозы безопасности участников данного публичного мероприятия. К местам, в которых проведение публичного мероприятия запрещается, относятся: 1) территории, непосредственно прилегающие к опасным производственным объектам и к иным объектам, эксплуатация которых требует соблюдения специальных правил техники безопасности; 2) путепроводы, железнодорожные магистрали и полосы отвода железных дорог, нефте-, газо- и продуктопроводов, высоковольтных линий электропередачи; 3) территории, непосредственно прилегающие к резиденциям Президента Российской Федерации, к зданиям, занимаемым судами, к территориям и зданиям учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы; 4) пограничная зона, если отсутствует специальное разрешение уполномоченных на то пограничных органов. Порядок проведения публичного мероприятия на территориях объектов, являющихся памятниками истории и культуры, определяется органом исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации с учетом особенностей таких объектов и требований законодательства. Порядок проведения публичного мероприятия на территории Государственного историко-культурного музея-заповедника "Московский Кремль", включая Красную площадь и Александровский сад, определяется Президентом Российской Федерации.   Важно помнить, что реализация любого права всегда обусловлена исполнением ряда обязанностей, исполнение которых позволяют защитить интересы других лиц. Так законодательством предусмотрено то, что организатор публичного мероприятия обязан: 1) обеспечивать соблюдение условий проведения публичного мероприятия, указанных в уведомлении о проведении публичного мероприятия или измененных в результате согласования с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления; 2) требовать от участников публичного мероприятия соблюдения общественного порядка и регламента проведения публичного мероприятия. Лица, не подчинившиеся законным требованиям организатора публичного мероприятия, могут быть удалены с места проведения данного публичного мероприятия; 3) обеспечивать в пределах своей компетенции общественный порядок и безопасность граждан при проведении публичного мероприятия, а при необходимости выполнять эту обязанность совместно с уполномоченным представителем органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления и уполномоченным представителем органа внутренних дел, выполняя при этом все их законные требования; 4) приостанавливать публичное мероприятие или прекращать его в случае совершения его участниками противоправных действий; 5) обеспечивать соблюдение установленной органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления нормы предельной заполняемости территории (помещения) в месте проведения публичного мероприятия; 6) обеспечивать сохранность зеленых насаждений, помещений, зданий, строений, сооружений, оборудования, мебели, инвентаря и другого имущества в месте проведения публичного мероприятия; 7) довести до сведения участников публичного мероприятия требование уполномоченного представителя органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о приостановлении или прекращении публичного мероприятия, если таковое последует; 8) иметь отличительный знак организатора публичного мероприятия. Уполномоченное им лицо также обязано иметь отличительный знак. Орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления также несёт ряд обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». После получения уведомления о проведении публичного мероприятия он обязан: 1) обеспечить в пределах своей компетенции совместно с организатором публичного мероприятия и уполномоченным представителем органа внутренних дел общественный порядок и безопасность граждан при проведении публичного мероприятия, а также оказание им при необходимости неотложной медицинской помощи; 2) информировать о вопросах, явившихся причинами проведения публичного мероприятия, органы государственной власти и органы местного самоуправления, которым данные вопросы адресуются; 3) при получении сведений о проведении публичного мероприятия на трассах проезда и в местах постоянного или временного пребывания объектов государственной охраны, определенных Федеральным законом «О государственной охране», своевременно информировать об этом соответствующие федеральные органы государственной охраны. В рамках данной статьи сложно в подробностях оговорить все вопросы организации массовых публичных мероприятий, но мы постарались привести основные условия, соблюдение которых позволяет говорить о том, что публичное мероприятие считается организованным в соответствии с действующим законодательством. При этом стоит отметить, что никогда не бывает лишним проконсультироваться с юристами, чтобы избежать того, что проведение важного мероприятия может быть поставлено под угрозу срыва из-за не соблюдения какой-нибудь формальности. Сергей Чугунов, юрист Славянского правового центра. "Религия и право", № 3 (42), 2007.
Вышел в свет новый номер информационно-аналитического журнала "Религия и право" http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1487 Журнал "Религия и право" издается Славянским правовым центром с 1997 года. "Религия и право" - информационно-аналитический журнал о правовых, социологических, культурных и религиоведческих аспектах существования религии в гражданском обществе для специалистов и всех интересующихся религиозной сферой. По существу, в России нет другого подобного общероссийского научно-популярного издания... Tue, 28 Aug 2007 15:00:00 +0400 Вышел в свет новый номер информационно-аналитического журнала "Религия и право". Журнал "Религия и право" издается Славянским правовым центром с 1997 года. "Религия и право" - информационно-аналитический журнал о правовых, социологических, культурных и религиоведческих аспектах существования религии в гражданском обществе для специалистов и всех интересующихся религиозной сферой. По существу, в России нет другого подобного общероссийского научно-популярного издания. "Религия и право", № 3 (42), 2007 В номере: Церковь и общество Архиепископ Тобольский и Тюменский Димитрий (Капалин) Проблемы развития православных приходов Гражданская позиция Правоотношения государства и религиозных объединений – основа социальной стабильности Интервью с главой администрации Волгоградской области Н.К. Максютой Россия твердо идет по пути демократии Интервью с пастором Церкви ЕХБ «На Шелепихе» и секретарем по внешним связям РСЕХБ А.Т. Семченко Российский протестантизм Сергей Ряховский Духовная трагедия современной России: сатанинское равнодушие и антихристианская истерия в обществе Михаил Дубровский Куда мы направляемся? Размышления священника о перспективах развития евангельского движения в России Дмитрий Тепляков Социальная работа евангельских церквей Религиозная политика Роман Лункин Тверская область: Церковь в руках светского менеджмента Анатолий Погасий Законодательство и права верующих Судебная практика: комментарии и анализ Лев Симкин Последние решения Европейского суда: политика и право Роман Маранов Соблюдение прав граждан при проведении милицейских проверок Сергей Чугунов Массовые мероприятия: особенности организации Новое в законодательстве Что такое экстремизм? Поправки в Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» Правовое пространство Владислав Бачинин Российские типы христианского правосознания Юрий Зюбанов Заповедь милосердия и философия права Юрий Бондаренко Проблема моратория на смертную казнь и Библия Историческая перспектива Юрий Зуев Эволюция конфессиональных определений в России Рецензии Настольная книга будущего адвоката Сибирское чудо «Старая вера» в новой России Документы и судебные решения Пресс-релиз Европейского суда по правам человека по делу «Фольгере и другие против Норвегии» Решение Мещанского районного суда г. Москвы по делу Церкви «Сурб Хач» («Святой Крест») Решение мирового судьи по делу профессора Пермской медакадемии Надежды Гаяревой Памяти Фридриха Григорьевича Овсиенко "Религия и право": Пятидесятники и харизматы: единство в многообразии http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1486 В российском обществе, даже среди образованной его части, есть лишь смутное представление о том, к каким основным религиозным направлениям принадлежат граждане России. Среди христиан широкая общественность может выделить, помимо православных, наверное, только католиков, которые считаются членами "нерусской" церкви, состоящей из выходцев из Западной Европы. По поводу одного из самых многочисленных "русских" направлений христианства – пятидесятнического - существует масса слухов. К пятидесятникам относится более 150 млн верующих в мире (а по оценкам самих пятидесятников, около 500 млн чел. являются пятидесятниками либо харизматами)...
Tue, 28 Aug 2007 12:00:00 +0400 В российском обществе, даже среди образованной его части, есть лишь смутное представление о том, к каким основным религиозным направлениям принадлежат граждане России. Среди христиан широкая общественность может выделить, помимо православных, наверное, только католиков, которые считаются членами «нерусской» церкви, состоящей из выходцев из Западной Европы. По поводу одного из самых многочисленных «русских» направлений христианства – пятидесятнического - существует масса слухов. К пятидесятникам относится более 150 млн верующих в мире (а по оценкам самих пятидесятников, около 500 млн чел. являются пятидесятниками либо харизматами). Для последователей пятидесятничества характерен особый акцент на восприятии даров Святого Духа, таких как дар исцеления, мудрости, любви, слова и т. д. Однако наибольшее значение придается восприятию дара Святого Духа в виде в виде «говорения на иных языках» или глоссолалии. Этот дар является зримым свидетельством «огненного» крещения верующего, которое он получает также, как его получали и апостолы (сошествие огненных языков на апостолов описывается во 2 главе Деяний апостолов). В той или иной степени во всех пятидесятнических церквях богослужение является намного более эмоциональным, чем в баптистских, а тем более в православных общинах. Более того, все пятидесятники признают то, что Господь может исцелять верующих (давать им дар исцеления, как и другие духовные дары), а также обеспечивать христиан материально в их земной жизни (хотя это и не является обязательным условием для верующего). Если постараться как-то разделить пятидесятническое движение на какие-либо подгруппы, то это можно сделать лишь условно и с большим трудом. Действительно, в 60-е-70-е годов ХХ века пятидесятничество разделилось на два направления, которые условно можно назвать консервативным и реформистским. Консерваторы следуют принципам классического пятидесятничества, сформировавшегося в 20-е-30-е гг. А термин «реформисты» в контексте развития пятидесятнического движения означает, прежде всего, те пятидесятнические церкви, которые пересмотрели традиционные основы богослужения, а также формы проявления «духовных даров», исцелений и «откровений». Сложность в том, что даже внешне богослужение современных пятидесятников, принадлежащих к различным направлениям, может быть похоже, хотя по происхождению это могут быть разные церкви и течения. Трудно описать, какие в точности «откровения» и «дары» отличают консерваторов от реформистов, так как и те и другие практикуют исцеления, пророчествуют и получают «откровения». Однако имеются существенные различия в подходе к проявлениям «даров» и к форме богослужения. К примеру, пятидесятники-реформисты могут исцелять целыми стадионами, выводя множество зрителей на сцену, чего не стали бы делать консервативные пятидесятники. Дары пророчества и исцелений пятидесятник-реформист старается проявлять во время каждого богослужения, проповедуя в резкой эмоциональной форме. Для консерваторов подобное экстатическое проявление «откровений» скорее редкость, чем правило. Помимо этого, «даром» в движении пятидесятников-реформистов может считаться практически любое проявление эмоций – громкий смех, слезы, крики, «святой гнев». У консерваторов преобладает чинный строй служения. Пятидесятники-реформисты (которых также часто именуют в журналистской и сектоведческой среде харизматами и «неопятидесятниками») были и остались неотъемлемой частью пятидесятнического движения. До середины ХХ века внутри пятидесятничества также были свои консерваторы и те, кто хотели модернизировать изменить церковь, также как это существует в любом религиозном направлении. С конца 50-х гг. реформисты заняли определенную социально-демографическую нишу в обществе, использовав в своей проповеди элементы массовой культуры, прежде всего, молодежной. Большое влияние на развитие реформистского течения в пятидесятничестве в Америке и Европе оказало молодежное внеденоминационное харизматическое «возрождение» 60-х – 70-х гг. Самым массовым проявлением «возрожденческих» тенденций была не организация церквей и общин, а аморфное по составу и идеологии популярное в США и Европе «движение Иисуса» (Jesus Movement). Оно играло роль разрушителя межконфессиональных границ, привлекая к себе «облегчённым» социальным утопизмом и религиозным мистицизмом. Представители «движения Иисуса» мало внимания уделяли наличию церковного руководства и доктринальным особенностям. Для этих «харизматов» - в широком смысле – Иисус был примером для подражания в работе для мира, социальной справедливости и утверждения всеобщей любви. Самым известным выражением мировоззрения «движения Иисуса» стала рок-опера «Иисус Христос – суперзвезда», написанная в 1969 году (с 1971 года шла на Бродвее). Рок-опера нарисовала популистский образ Иисуса Христа, божества, в котором каждый может найти что-то свое. Естественно, «движение Иисуса» было не в состоянии выработать жесткие морально-нравственные нормы и доктринальные правила. В определенной конфессиональной форме чаяния харизматического «возрождения» воплотили на практике именно пятидесятники-реформисты. В 60-е гг. харизматы, «говорящие на иных языках», начинают появляться в среде пресвитериан, лютеран, методистов, в Епископальной церкви и с 1966 года среди католиков (к 1971 году в США было 10 тысяч католиков-харизматов, среди них были представители духовенства и монашества). Группы «крещёных Духом» существовали, по большей части, внутри своих конфессий, как некая считающая себя элитарной общность, получившая знак свыше. Однако это реформистско-харизматическое движение пятидесятников росло и развивалось на Западе – в США, Европе, Латинской Америке и Африке, вплоть до начала 90-х гг. фактически никак не касаясь России. Американские миссионеры и проповедники из Европы, которые появились на российской земле после перестройки, во многом столкнулись с уже существующим разделением на «старые» консервативные церкви и молодёжные, которые хотели развиваться дальше – расти и использовать более свободные формы богослужения. Несмотря на естественное недовольство многих «старых» общин, возникших ещё в советское время, большинство молодых пятидесятнических церквей стали самостоятельными, но не порвали с пятидесятническим движением. Они ощущали себя частью того направления, которое зародилось в 20-е гг. ХХ века и которое возглавил Иван Воронаев. Благодаря этой связи новых молодых церквей с пятидесятничеством, зародившимся в 20-х-30-х годах, к 2000 году большинство общин эволюционировали к более умеренному типу служения, а радикальные теологические доктрины о «процветании и здоровье» были смягчены или даже отвергнуты вообще. По существу, в России появились церкви с некоторыми харизматическими идеями и формами служения, оставшимися от западных миссионеров, однако даже эти церкви стало трудно отличить от традиционных пятидесятнических общин христиан веры евангельской (ХВЕ). Разные по эмоциональности служения и по степени проявления духовных даров (что в пятидесятничестве вполне нормально) можно найти в любом из существующих ныне пятидесятнических объединений России: Российской Церкви ХВЕ, Российском объединённом союзе ХВЕ, Объединённой Церкви ХВЕ и т.д. Естественно, что у каждого союза есть своё пятидесятническое мировоззрение, но регламентировать харизматические проявления даров Святого Духа могут лишь пастор и верующие каждой конкретной общины. Единство пятидесятнического движения подтверждают отдельные чрезвычайно редкие исключения из правил. «Истинные» харизматы представляют лишь незначительную часть российского пятидесятничества. Представителями «настоящего» харизматического движения являются, например, две общины в Великом Новгороде. Это церковь «Свет веры», которой руководит пастор Любовь Власова и церковь «Вехи Веры» во главе с пастором Екатериной Абрамовой, которая входит в Совет по взаимодействию с религиозными объединениями при губернаторе области. Так сложилось, что в Великом Новгороде харизматическое движение «Вехи Веры», появившееся в США в 70-80-е гг. ХХ века, сумело основать чисто харизматические группы, которые не были пятидесятническими, как большинство других церквей России. В 90-е гг. церковью «Вехи Веры» руководили американские пасторы, тогда как в отношении церкви «Свет Веры» было «видение» создать именно самостоятельную русскую церковь. К концу 90-х гг. церкви вошли в Ассоциацию христианских церквей «Союз Христиан» (глава – Игорь Никитин). Обе общины были организованы американскими миссионерами-харизматами движения «Вехи Веры» из Ричмонда (штат Вирджиния) в 1992 году после проведенного на стадионе в Великом Новгороде служения (первая миссия «Вехи Веры» появилась в Москве в 1991 году, однако затем церкви движения остались только в Великом Новгороде). В 1996 году община зарегистрировалась как российская организация, которой руководили американцы Дэннью Мэтьюс и Джим Александер, также принадлежащие к пасторству «Вехи веры», американской миссии Land Mark Ministries. В 1998 году пастором общины «Свет Веры» стала Любовь Власова. В сфере социального служения новгородские харизматы столь же энергичны, как и пятидесятники. Члены церкви ходят в городские больницы и в тюрьмы по области, помогают гуманитарной помощью детским домам. До 2006 года посещали Дом ветеранов в Новгороде до тех пор, пока верующим не отказали по предлогом создания православной молельной комнаты. При этом, книги и вещи администрация Дома ветеранов решила у церкви по-прежнему принимать. По воскресеньям проводятся специальные богослужения для детей, так как члены общины работают с беспризорными детьми. При церкви действует реабилитационный центр для беспризорников. Правда, после лекций сектоведа Александра Дворкина евангельским церквям перестали предоставлять помещения в аренду, так как Дворкин прямо обращался к директорам детских садов и школ с тем, чтобы они опасались «сектантов». Как отмечает Власова, президент РФ Владимир Путин сам заявляет о том, что его личная религиозность не должно влиять на религиозную политику всех чиновников, однако люди привыкли жить в страхе, а поэтому слушаются пропаганды, исходящей со стороны православия. Остаётся надеется на то, что исторически Новгород, по мнению Власовой, населяли люди свободомыслящие, поэтому здесь были средневековые ереси, такие как ересь стригольников. Именно на новгородской земле реформация могла бы произойти раньше, чем в Европе, однако любое свободомыслие было подавлено при Иване Грозном. Церкви «Свет Веры» и «Вехи Веры» изначально относили себя к харизматическому направлению, где на служении практикуются танцы и свободные движения, а также восклицания. По словам пасторы Любови Власовой, верующие её церкви никак не связывают себя с пятидесятническим движением и не считают себя преемниками пятидесятников 20-х гг. ХХ века, Ивана Воронаева или же евангельского лидера Ивана Проханова. Как отмечает Власова, церковь была основана чисто харизматическим движением «Вехи Веры», которое не связывает своё вероучение с классическим пятидесятническим богословием (то есть с теми принципами, которые и современное пятидесятничество сохранило с тех пор, как оно вышло из методистского движения святости или из баптизма в конце ХIХ века и в самом начале ХХ века). Американское движение «Вехи Веры» возникло во время харизматического молодежного бума на Западе в 60-е-70-е гг. и его ничто не связывает с пятидесятничеством. В основе учения харизматов – идея о том, что церковь существует и развивается независимо от какого-либо религиозного направления или церковного течения, каждая община свободна и не принадлежит ни к какой деноминации. В харизматической общине нет жёсткой богословской доктрины – прописанного учения о спасении или эсхатологической концепции, которые есть в довольно развитой форме у пятидесятников. В своей проповеди и христианской жизни харизматы опираются только на откровения. Они считают себя просто последователями христианской веры, основанной практически только на откровениях, как у первых христиан. Представления о дарах Святого Духа, откровениях, а также молитвы за исцеление и пророчества присутствуют у харизматов, но практически не имеют обоснования в рамках теологических доктрин и определённого места во время богослужения (у которого также нет более или менее определённой структуры, которая есть у пятидесятников). Уникальность харизматов Великого Новгорода в том, что они не принадлежат к пятидесятническому движению. Общины «Свет Веры» и «Вехи Веры» остались верными идее свободного христианства, веры даров, исцелений и откровений. У церквей «Вехи Веры» и «Свет Веры» нет жёсткой церковной структуры и чётких правил для членов церкви. Они также, как и «традиционные» пятидесятники, не отличаются особой эмоциональностью молитв и не проповедуют ярких богословских доктрин, однако эта умеренность откровений является уже отличительной чертой американского движения «Вехи Веры». Радикальные харизматические доктрины оказались в России со временем менее жизнеспособными, чем более умеренные (возможно, поэтому харизматы из «Вехи Веры» прижились в традиционно православной области). Именно харизматов, подобных новгородским, которые ориентируются только на опыт откровений и считают себя свободными от догматических рамок, можно называть в полной мере харизматами, тогда как пятидесятники таковыми не являются. Безусловно, на пятидесятников также повлияли харизматические формы служения и миссии, однако современные веяния коснулись абсолютного большинства христианских церквей, существующих в мире. Можно говорить, что харизматические богослужебные приёмы были восприняты Католической Церковью в разных странах мира, прежде всего, в Латинской Америке, Епископальной Церковью, прежде всего, в Африке, Англиканской Церковью (есть целые приходы англикан-харизматов, такие как церковь Holy Trinity Brompton в Лондоне), Православной Церковью (отдельные группы православных-харизматов есть в Греции и в России). И этот список церквей можно продолжать. Последнее время можно столкнуться с попытками искусственного разделения пятидесятников на «настоящих» и «неопятидесятников». Например, глава центра священномученика Иринея Лионского, Александр Дворкин применяет корректный подход в отношении традиционных пятидесятников-консерваторов «старого образца», прошедшим гонения советского периода, и непримиримый подход ко всему современному пятидесятническому («неопятидесятническому») движению. Отдельные течения, возникшие и существующие в рамках пятидесятничества, которые выбраны безотносительно их реальных теологических взглядов, в своей монографии «Сектоведение» (Нижний Новгород, 2000) Дворкин описывает в разделе «Псевдобиблейские (псевдоевангельские) секты». По мнению Дворкина, относить церкви из направления «Слово Жизни» к пятидесятникам некорректно, так как «у традиционных пятидесятников все более «чинно». Кроме того, все общины, проповедующие теологию «процветания», Дворкин считает «неопятидесятниками», - членами неохаризматического движения. Православный исследователь подчеркивает коммерческую сторону миссионерства у харизматов. Так, «Слово Жизни», по мнению Дворкина, является «ярким примером духовного капитализма с крайне правыми политическими интересами». В контексте современного кризиса многих западных либеральных церквей важно отметить , что пятидесятничество изначально, с момента своего рождения в методистском движении святости, являлось чрезвычайно консервативным в соблюдении библейской морали. Пятидесятники – фундаменталисты в понимании Библии, так как для них свято каждое слово Священного Писания. Все попытки отступить от библейских принципов семейной и общественной нравственности подвергаются резким осуждениям пятидесятников и большинства харизматических церквей. Более того, если в США, к примеру, вполне можно встретить либеральных харизматов, то в России в настоящее время таковых не существует. В каждой стране религиозные движения, а тем более такое бурное и разветвлённое как пятидесятническое, развиваются по-разному, необязательно копируя тот источник, из которого это движение возникло. В середине и конце 90-х гг. значительная часть консервативных пятидесятников, в том числе и глава тогдашнего Союза христиан веры евангельской пятидесятников (теперь РЦ ХВЕ) Владимир Мурза надеялись на то, что молодые евангельские церкви перевоспитаются, станут более умеренными, откажутся от экстатического выражения эмоций, «даров» и «откровений», принесённых как западными пятидесятниками, так и американскими и скандинавскими харизматами, признающими только «откровения». После 2000 года многие церкви эволюционировали и действительно стали более умеренными, «наследниками пятидесятников советского времени», другие сохранили харизматические черты, но вошли в русло более строгой церковной жизни пятидесятнических союзов. Безусловно, консерваторы будут и дальше критиковать братские молодые церкви, которые часто возглавляют их дети, за их харизматический дух. Однако от того, что православные сектоведы представят одних «традиционными», а других «неоверующими» или «псевдохаризматами» общность пятидесятнического движения, составляющего сейчас большую часть российского протестантизма, не изменится. Роман Лункин, кандидат философских наук, старший научный сотрудник Инстиута Европы РАН, сотрудник проекта "Энциклопедия современной религиозной жизни России". «Религия и право», № 2 (41), 2007, с. 31-33.
Документ. Открытое письмо протеста граждан России - родителей - против введения в государственных школах "Основ православной культуры" http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1497 Права православных верующих и РПЦ соблюдаются уже сейчас. Они уже сейчас по закону имеют полное право на организацию учебных заведений с религиозной составляющей. Это относится и к другим гражданам, исповедующим ту или иную веру. И такой подход представляется нам вполне разумным. В настоящий момент же мы видим нарушения законодательства, несоответствие заявленного формата "культурологического предмета" его содержанию (преподавание православного вероучения), стремление использовать беззащитность детей для воздействия на их сознание, отсутствие в истории положительных результатов православного воспитания...

Thu, 30 Aug 2007 17:00:00 +0400 Уважаемые Президент РФ, Председатель Общественной палаты, Председатель Комитета ГД ФС РФ по делам общественных объединений и религиозных организаций, Министр образования и науки РФ. Мы, граждане России, решительно протестуем против попыток введения преподавания какого-либо вероучения в государственной школе. И в первую очередь этот протест против попыток РПЦ добиться преподавания в государственной школе предмета "Основы православной культуры" (ОПК). При прочтении предлагаемых учебников по курсу "Основы православной культуры" и рассмотрении программы его преподавания становится очевидным, что ОПК является не культурологическим предметом, а в чистом виде преподаванием православного вероучения. Еще в 1999 году патриарх Алексий II в своем инструктивном письме № 5925 от 9 декабря 1999 года писал: "п. 7. Если встретятся трудности с преподаванием основ православного вероучения, назвать курс "Основы православной культуры", это не вызовет возражений у педагогов и директоров светских учебных заведений, воспитанных на атеистической основе." Этим он однозначно подтвердил, что ОПК изначально рассматривается русской православной церковью как преподавание православного вероучения, и никогда не рассматривался ею как культурологический предмет. Практическая реализация ОПК только подтверждает этот вывод. Исходя из этого, мы заявляем, что введение преподавания православного вероучения в государственных школах нарушает целый ряд положений и установлений действующего российского законодательства. 2. ОПК – не "культурологический предмет", как заявляется РПЦ. ОПК по сути и букве есть преподавание православного вероучения. Его введение в государственной школе однозначно противозаконно и противоречит положению Законодательства РФ в той части, государство заявляет, что сфера религиозных воззрений находится вне сферы его компетенции. В государственной школе в принципе не может быть преподавания какого-либо вероучения, поскольку это исключает светский характер образования. 3. Введение преподавания православного вероучения в рамках любого компонента образовательного курса противоречит положению закона о том, что религиозное образование разрешается только на добровольной основе — с согласия детей, по просьбе родителей и вне рамок образовательной программы. 4. Введение преподавания ОПК в государственные школы нарушает принцип равенства всех религий и верований. Преподавание в государственной школе православного вероучения при отсутствии равных преференций от государства всем другим зарегистрированным конфессиям (не только "традиционным") является нарушением принципа равенства всех религий перед законом. Кроме того, оно является ущемлением прав всех граждан России, которые не принадлежат к православной конфессии. Также, беспокоясь о будущем наших детей и рассматривая методы, которые применяет РПЦ для введения преподавания своего вероучения в государственных школах, декларируемые задачи этого предмета и возможность их достижения, возможные скрытые иные цели, которые ОПК стремится достичь, мы пришли к следующим выводам. Учитывая тысячелетний опыт православного воспитания, материальные, временные и человеческие ресурсы, которые были вложены в него, постоянную поддержку государством (административный ресурс) и, в итоге, практическое отсутствие положительного результата в укреплении морали и нравственности масс даже самих верующих, мы можем констатировать, что в настоящий момент нет никаких оснований (ни доказанных стабильных положительных результатов православного воспитания, ни объективных причин для внезапного увеличения этой эффективности до сколь-нибудь приемлемых масштабов, ни обозначившихся хоть сколь-нибудь устойчивых тенденций укрепления морали и нравственности среди адептов внутри самой РПЦ) считать, что православное воспитание решит декларируемые РПЦ задачи укрепления нравственности и морали. Не соответствует действительности и утверждение иерархов РПЦ о существовании двух взаимоисключающих путей развития человека: пути разврата, преступности, наркомании и т. п., и пути Веры. Даже сами методы лоббирования введения ОПК, применяемые РПЦ, показывают, что эти пути вполне могут объединяться в одном человеке, и друг друга совершенно не исключают. Не будем останавливаться на том, что в учебниках по ОПК зачастую содержатся положения прямо оскорбляющие религиозные чувства людей, исповедующих иные религии законно зарегистрированных в России конфессий и религиозных групп. Сам факт лжи РПЦ — насаждения в школах преподавания православного вероучения, катехизации детей для увеличения числа ее адептов под видом "культурологического предмета" — однозначно говорит о реальном моральном облике лоббистов от РПЦ. Можно сделать вывод, что в этом вопросе РПЦ следует средневековому принципу "цель оправдывает средства". Никто из лоббистов ОПК не признаёт существования третьего пути развития человека – воспитания самостоятельного, ответственного, четко понимающего реальный мир и свои задачи, принимающего самостоятельные решения и отвечающего за их последствия человека — человека с человеческим достоинством. Ложь, подлость, воровство и подобное им поведение расценивается таким человеком ниже его достоинства, и он, по собственной воле и желанию, не опустится до них. Этот путь воспитания детей труден для учителя, но, по нашему мнению, только он позволит достичь укрепления морали и нравственности людей. Очевидно, иерархи РПЦ не замечают его потому, что этот "третий" Путь исключает Путь Веры, исключает возможность управления человеком, покуда он отталкивается от фактов реального мира и не может быть обманут опирающимися на слепую веру речами. Также вызывает большие сомнения в истинности декларируемых РПЦ целей тот факт, что РПЦ стремится начинать преподавание ОПК в государственной школе с младших классов. Учитывая то, что в младших классах у детей отсутствует барьер критического восприятия информации, это стремление РПЦ может преследовать только одну цель – катехизацию наших детей и насильственное внедрение в их сознание православной картины мира и православного мировоззрения. Более того, это мировоззрение препятствует объективному и беспристрастному рассмотрению других возможных мировоззрений и свободному самостоятельному выбору человека среди таковых как основы дальнейшей жизни, который нам гарантирует Закон РФ. Такая "работа" с детьми не может быть названа положительным результатом. Мы категорически против даже призрачной возможности появления такого результата и требуем от государства принять все меры для его исключения. Мы не сомневаемся в пользе предоставления ребенку сведений о различных религиях, конфессиях и мировоззрениях. Но при этом из всей их массы нельзя выделять какую-то одну. Применяемые клерикалами аргументы о "традиционности" и "многочисленности" православия не могут быть основанием для предоставления одной или нескольким религиям каких-либо преимуществ. Так гласит Закон РФ, и все религии должны быть перед ним равны. Для того, чтобы дети получали знания о культах, религиях и верованиях, вполне достаточно уже существующих курсов: истории, литературы, культурологических, общественных, которые при соответствующей их корректировке должны беспристрастно и объективно информировать детей о всем многообразии религий, культов и мировоззрений, а не рассматривать их с точки зрения какой-либо одной из религий. Только такой подход даст детям возможность в полной мере реализовать свое право на сознательный, свободный и беспрепятственный выбор вероучения, либо отказ от такового, как гарантирует нам Законодательство РФ. Права православных верующих и РПЦ соблюдаются уже сейчас. Они уже сейчас по закону имеют полное право на организацию учебных заведений с религиозной составляющей. Это относится и к другим гражданам, исповедующим ту или иную веру. И такой подход представляется нам вполне разумным. В настоящий момент же мы видим нарушения законодательства, несоответствие заявленного формата "культурологического предмета" его содержанию (преподавание православного вероучения), стремление использовать беззащитность детей для воздействия на их сознание, отсутствие в истории положительных результатов православного воспитания. Нам, как родителям, необходимо полное исключение риска педагогической ошибки в образовании и воспитании наших детей. А в данном случае, для надежды, что положительного результата в православном воспитании не было 1000 лет, а вот сейчас вдруг он внезапно появится, – оснований слишком мало, чтобы говорить об этом серьезно. А рисковать и проверять все это на наших детях – мы, как родители, категорически против этого. Мы, родители и граждане России, ТРЕБУЕМ от государства обеспечить обучение наших детей в государственной школе без минимального риска педагогической ошибки и без возможности воздействия на них любого вероучения. Ведь это НАШИ дети. Под этим письмом поставили свои подписи 591 человек. Источник: "Портал-Credo.Ru"
В Перми состоялся Образовательный форум ПФО "Гражданин России: отечественные традиции образования и современность" http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1489 Основной задачей форума стало обсуждение таких вопросов как: воспитание гражданственности и гражданского образования государственными и негосударственными (светскими и религиозными) образовательными институтами; объединение усилий представителей разных образовательных институтов (государственных и негосударственных: светских, гражданских, общественных, религиозных) в патриотическом воспитании подрастающего поколения. Объединение исследователей религии представляли на Форуме Президент М.И. Одинцов и члены Пермского краевого отделения, которые выступили в пленарных и секционных заседаниях... Wed, 29 Aug 2007 19:00:00 +0400 23-24 августа в г. Перми состоялся Образовательный форум Приволжского федерального округа "Гражданин России: отечественные традиции образования и современность". В работе Форума приняли участие более 500 человек, представлявшие образовательные учреждения (государственные и негосударственные), религиозные, научные, правозащитные и другие общественные организации Округа. Основной задачей форума стало обсуждение таких вопросов как: воспитание гражданственности и гражданского образования государственными и негосударственными (светскими и религиозными) образовательными институтами; объединение усилий представителей разных образовательных институтов (государственных и негосударственных: светских, гражданских, общественных, религиозных) в гражданском патриотическом воспитании подрастающего поколения, а также, концептуальные подходы такого воспитания. Объединение исследователей религии представляли на Форуме Президент М.И. Одинцов и члены Пермского краевого отделения, которые выступили в пленарных и секционных заседаниях. Источник: “Объединение Исследователей Религии” Документ. Александр Верховский, Ольга Сибирева. Проблемы реализации свободы совести в России в 2006 году http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=181&ELEMENT_ID=1310 Больше всего проблем у религиозных организаций возникает не в связи с проблемами регистрации, а в связи с созданием и использованием богослужебных зданий и помещений. В первую очередь проблемы возникают у мусульман, протестантов (особенно пятидесятников) и новых религиозных движений. Похоже, что сопротивление чиновников обусловлено не реальной "агрессивной динамикой" этих религиозных течений, а распространенным в обществе преувеличенным страхом перед этой "экспансией"... Fri, 23 Mar 2007 11:00:00 +0400 Доклад основан на информации, собранной в результате мониторинга, который проводит Центр «СОВА». Вся эта информация представлена на сайте центра в разделе «Религия в светском обществе» (http://religion.sova-center.ru), включая ссылки на источники в СМИ и в интернете. Здесь указываются только ссылки, не отмеченные в разделе. Предметом доклада является не весь круг проблем, связанных с деятельностью религиозных объединений, но именно проблемы, возникающие на пути реализации свободы совести. Реализация свободы совести должна обеспечиваться государственной властью, поэтому действия власти и находятся в фокусе доклада, однако проблемы могут возникать и из-за действий негосударственных акторов. Мы также понимаем, что реализация свободы совести, как и любых прав и свобод, порождает различные конфликтные ситуации. Такие ситуации будут отмечены в докладе. В России нет пока устойчивой традиции подготовки докладов в сфере свободы совести. Центр «СОВА» тоже берется за это дело впервые и не может претендовать на исчерпывающую полноту информации и на безусловную истинность интерпретаций. Мы будем благодарны за любую критику, дополнения и исправления. Резюме 2006 год не принес качественных перемен в ситуации со свободой совести в России. Говоря об определенном неблагополучии в этой области, мы должны понимать, что религиозное (включая и антирелигиозное) поведение отдельного человека, как правило, не подвергается ограничениям со стороны государства и его представителей, хотя и такие случаи время от времени все же случаются. Зато сохраняются и действуют сложившиеся в предыдущие годы механизмы практического ограничения права исповедовать и распространять свою веру совместно с другими, то есть ограничениям подвергаются скорее группы, чем отдельные верующие. Продолжают укрепляться формальные и неформальные преференции, которые получает Русская православная церковь (РПЦ), а также мусульманские и буддистские организации в соответствующих республиках. Чаще всего в этой связи обсуждается проблема присутствия религии в школе, но не менее серьезна и ситуация, складывающаяся в армии и в правоохранительных органах. Эти преференции сами по себе еще не ограничивают свободу совести граждан, но они ставят под вопрос секулярный характер российского общества и иногда даже российского государства. Именно такая ситуация вызывает опасения, так как механизмы защиты свободы совести тесно связаны с секулярным характером государства. Больше всего проблем у религиозных организаций возникает не в связи с проблемами регистрации, хотя и здесь остаются нерешенные вопросы, а в связи с созданием и использованием богослужебных зданий и помещений. В первую очередь проблемы возникают у мусульман, протестантов (особенно пятидесятников) и новых религиозных движений. Похоже, что сопротивление чиновников обусловлено не реальной «агрессивной динамикой» этих религиозных течений, а распространенным в обществе преувеличенным страхом перед этой «экспансией». У верующих нередко возникают и другие проблемы, чаще всего связанные либо с произволом чиновников, либо с неготовностью последних защитить свободу совести и равноправие граждан. С другой стороны, «защита толерантности» тоже может использоваться для ограничения свободы совести и свободы слова, что наиболее ярко продемонстрировало развитие в России «карикатурного скандала». Все большее беспокойство вызывают злоупотребления в борьбе с экстремизмом и терроризмом. Жертвами этих злоупотреблений становятся в основном (но не исключительно) представители независимых мусульманских групп (пусть даже некоторые из них вполне правомерно привлекли внимание правоохранительных органов). Рассматриваемые в докладе проблемы можно разделить на две части. Для решения одних требуется серьезная общественная дискуссия и принятие стратегических решений. Таковы проблемы присутствия религии в школе (не сводящиеся к внедрению «Основ православной культуры»), других возможных форм взаимодействия государства и религиозных объединений. Для решения других проблем – почти все случаи дискриминации религиозных меньшинств, недостаточность защиты от нападений и диффамации, злоупотребления в борьбе с экстремизмом и т.д. – достаточно добиваться исполнения чиновниками действующего законодательства. Предметно указать государственным служащим на необходимость соблюдения законов – это задача власти. Мы надеемся, что предлагаемый доклад поможет решению обоих типов проблем. Наиболее актуальные аспекты реализации свободы совести Законодательство, касающееся религиозных организаций В течение года несколько раз предпринимались попытки изменить существующий закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» (далее, для краткости, «О свободе совести»). Однако эти попытки были частной инициативой отдельных депутатов, а не согласованной позицией парламентского большинства, и изначально были обречены на провал. В апреле председатель Совета Федерации Сергей Миронов предложил упорядочить деятельность религиозных организаций, не являющихся «традиционными» 1. Его поддержал глава парламента Бурятии Александр Лубсанов, предложив принять закон, ограничивающий деятельность «нетрадиционных» религиозных организаций. Однако Федеральная регистрационная служба, сославшись на действующий закон «О свободе совести», заявила, что не намерена применять какие-либо ограничительные меры подобного рода. В июне на рассмотрение Думы был внесен предложенный Александром Чуевым законопроект об изменениях в закон «О свободе совести». Согласно ст. 3 п. 6 этого закона, «проведение публичных мероприятий, размещение текстов и изображений, оскорбляющих религиозные чувства граждан, вблизи объектов религиозного почитания запрещается». Депутат Чуев предлагал изъять из этой формулировки слова «вблизи объектов религиозного почитания», то есть запретить размещать тексты и изображения, потенциально оскорбительные для верующих, где бы то ни было. В ноябре Александр Крутов внес на рассмотрение Думы проект поправок к тому же закону, предложив ввести курс «Основы православной культуры» в обязательную школьную программу. Ни один из предложенных законопроектов Думой не рассматривался. Не получили продолжения законодательные инициативы 2005 года, направленные на то, чтобы создать дополнительные механизмы ограничения деятельности иностранных миссионеров и в целом новых или относительно новых религиозных объединений. 16 марта министр юстиции Юрий Чайка заявил на расширенной коллегии Министерства, что Министерство подготовило проект закона, регулирующего деятельность миссионерских организаций, и во второй половине 2006 года проект должен быть внесен в Думу. Однако этого не произошло. Не получила развития выдвинутая в январе правительственная поправка к закону «О свободе совести», предусматривающая возможность проведения Федеральной регистрационной службой религиоведческой экспертизы действующей религиозной организации на предмет экстремистской или иной противоправной деятельности. На сегодняшний день ФРС осуществляет такую экспертизу только готовящихся к государственной регистрации религиозных объединений. Поправку эту следует оценить как вполне разумную инициативу по упорядочению существующей практики контроля (де-факто подобные экспертные проверки все равно проводятся, но осуществляет их прокуратура), хотя она и вызвала большое количество протестов. Протестующие выражали возмущение дополнительным контролем. Угрозу скорее следует усматривать в подборе экспертов на региональном уровне: практика показывает, что экспертами часто оказываются люди недостаточно квалифицированные и настроенные заведомо репрессивно. Три принятых закона имеют самое прямое отношение к религиозным организациям. 20 октября Государственная Дума в третьем чтении приняла закон, изменяющий норму Налогового кодекса о продукции религиозного назначения. 7 ноября закон был подписан Президентом. Принятые поправки освободили от уплаты НДС при реализации религиозной литературы и предметов религиозного назначения не только религиозные организации, производящие такую продукцию, но и религиозные организации, ее реализующие. Это приведет либо к удешевлению продукции религиозного назначения, либо к повышению доходов религиозных организаций, либо к тому и другому сразу. 14 июня Дума приняла в третьем чтении пакет законов, предусматривающих отмену ряда отсрочек от службы в армии. Среди прочих отменена отсрочка для граждан, пользующихся льготами на основании соответствующего указа Президента, а в эту категорию попадают и учащиеся религиозных учебных заведений. Законопроект вызвал протесты религиозных организаций, включая представителей РПЦ, однако 23 июня был одобрен Советом Федерации и 5–6 июля подписан Президентом. Отмена специального статуса для учащихся религиозных учебных заведений вступила в силу немедленно. Религиозных организаций коснулись и поправки к закону о некоммерческих организациях (НКО), вступившие в силу в апреле. Наибольшее беспокойство у большинства некоммерческих организаций, в том числе и религиозных, вызвали сложные формы отчетности, которые были введены Правительством в связи с этими поправками. Не всякая местная религиозная организация (и, шире, не всякая НКО) способна заполнять такой объем отчетности (срок подачи документов – апрель). Формы отчетности требуют довольно подробной информации о «проведенных мероприятиях», а также подробных отчетов о расходовании и поступлении денежных средств, особенно «полученных от международных и иностранных организаций, иностранных граждан и лиц без гражданства». Очевидно, что религиозные организации не в состоянии отчитаться ни о происхождении анонимных пожертвований, ни о количестве присутствовавших на богослужениях. Неспособность представить отчеты в форме, удовлетворяющей органы ФРС, может привести к искам о ликвидации организаций. 1 декабря участники очередного заседания Консультативного Совета глав протестантских церквей подписали совместное обращение к первому заместителю главы правительства Дмитрию Медведеву по поводу возможного ухудшения положения религиозных организаций при выполнении новых требований. Одновременно свое несогласие с рядом пунктов нового законодательства выразили также РПЦ, Совет муфтиев России и Конгресс еврейских религиозных общин и организаций (КЕРООР) (отметим, что в бурных дебатах, предшествующих введению этих поправок, они не участвовали). 13 декабря состоялось заседание президентского Совета по взаимодействию с религиозными организациями (этот Совет в последние годы собирается крайне редко), где обсуждалась возможность пересмотра ряда новых норм. Глава президентской администрации Сергей Собянин пообещал учесть мнение духовных лидеров. 19 декабря сотрудники Росрегистрации провели встречу с представителями религиозных организаций. Представитель ФРС пообещала «определить свою позицию как с учетом интересов государства, так и с учетом пожеланий религиозных организаций, но, естественно, в рамках действующего законодательства» (к практическому решению вопроса Правительство приступило только накануне даты сдачи отчетности). Проблемы, касающиеся мест богослужения Религиозным организациям по-прежнему приходится отстаивать свое право на использование или постройку храмового здания, преодолевая сопротивление чиновников. Одной из форм дискриминации является необоснованный отказ в выделении участка под строительство культовых зданий. Однако в 2006 году неоднократно возникали ситуации, когда чиновники пытались отобрать у религиозных организаций уже используемые ими богослужебные помещения. Как правило, сложности возникают у мусульман, протестантских церквей и новых религиозных движений (НРД). В январе Советский районный суд Астрахани постановил снести мечеть, расположенную при въезде в город. 1 марта Астраханский областной суд отказал мусульманам, обжаловавшим это решение. 17 апреля суд отклонил просьбу верующих об отсрочке сноса мечети на три месяца и обязал их сровнять здание с землей до 1 мая. За за неисполнение судебного решения было обещано возбудить уголовное дело в отношении руководителя общины Асии Махмутовой. Разрешение на строительство этой мечети мэрия Астрахани выдала в 1998 году. Свои требования чиновники объясняли тем, что участок якобы был выделен под строительство жилого дома, а не мечети. Кроме того, строительство велось рядом с высоковольтной электролинией, и это не было согласовано с ОАО «Астраханьэнерго». А. Махмутова настаивала на том, что все разрешительные документы у общины имеются. Все время конфликта мусульмане проводили акции протеста, собирали подписи под обращением к Президенту и даже дежурили «живым кольцом» у мечети, чтобы не допустить ее сноса. 14 августа решение о сносе мечети подтвердил Верховный суд РФ. Астраханские мусульмане подали жалобу в Европейский суд по правам человека. Недостроенное здание по-прежнему стоит. В октябре тюменские власти снесли здание по ул. Ленина, 13, где должна была быть открыта мечеть. Передачи этого здания, в котором до 1917 года и располагалась мечеть, местные мусульмане добивались на протяжении нескольких лет, и в феврале 2006 года власти города, наконец, приняли решение о возвращении его общине в конце года. В итоге зданиевместо передачи мусульманам было снесено. В Краснодаре местные власти пытались снести здание, принадлежащее церкви Евангельского христианского миссионерского союза (ЕХМС) «Дом Евангелия». Под давлением властей Первомайский районный суд Краснодара вынес постановление о сносе. 1 августа Коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда, по жалобе епископа Краснодарской епархии ЕХМС Алексея Еропкина, отменила решение Первомайского суда и направила дело на новое рассмотрение. Тем не менее, представители власти настаивали, что здание молитвенного дома возведено незаконно, и предложили оформить его как муниципальную собственность, а затем предоставить в безвозмездное пользование А. Еропкину в качестве жилого дома. 15 декабря суд первой инстанции принял решение в пользу ЕХМС. Власти Костромы до сих пор не решили вопрос о строительстве мечети. В 1998 году мусульманская община организовала духовно-культурный центр в здании бывшего клуба. Начатое же в 1999 году строительство мечети вскоре было заморожено. Летом 2006 года чиновники предложили перенести строительство на другой земельный участок, но мусульмане ответили отказом: в строительство уже было вложено 12,6 млн рублей. Занимаемое же общиной здание клуба прокурор Костромской области Юрий Пономарев попытался вернуть в муниципальную собственность через суд. Однако два суда в течение полугода – арбитражный в августе и 2 арбитражный апелляционный суд Федерального арбитражного округа в декабре – подтвердили законность использования мусульманами здания бывшего клуба. В сентябре администрация Абакана обратилась в арбитражный суд Хакасии с иском против местной общины евангельских христиан «Церковь Прославления». Власти требуют освободить земельный участок на ул. Жукова и снести молитвенный дом, который, по мнению чиновников, был построен религиозной организацией незаконно. В Калуге власти пытаются отобрать здание, находящееся в собственности пятидесятнической церкви «Слово Жизни». Губернатор области Анатолий Артамонов публично заявил, что здания «Слова жизни» на этом месте больше не будет. 4 декабря было получено распоряжение мэра Калуги Максима Акимова об изъятии здания церкви и земельного участка в пользу шведской компании «Центрумутвеклинг», ведущей строительные работы поблизости от здания. Изначально компания должна была перенести здание церкви на другой участок, но позднее отказалась выполнять соглашение. После распоряжения мэра в местной прессе началась «антисектантская» кампания. Не столь драматические события происходят еще в целом ряде городов. В Тихорецке и Волгограде муниципальные власти без объяснения причин отказались продлить договор на аренду помещений, где протестантские общины проводили богослужения. Не могут добиться выделения участка под строительство «Свидетели Иеговы» в Дзержинске Нижегородской области. В 2006 году получили развитие конфликты вокруг культовых зданий, начавшиеся ранее. Московские чиновники отказались от претензий к церкви «Эммануил», связанных с проведением ею многочисленных пикетов, которые мэрия, как правило, отказывалась согласовывать. Однако участок под строительство храма на проспекте Вернадского, отмена решения о выделении которого и послужила причиной многочисленных акций протеста пятидесятников в 2005 году, так и не был возвращен верующим. Продолжился и длящийся с 2005 года конфликт вокруг проекта строительства храма Кришны в Москве. Напомним, что тогда московские власти отозвали решение о предоставлении Московскому обществу сознания Кришны (МОСК) участка под строительство храма недалеко от Ленинградского проспекта. В феврале 2006 года первый заместитель мэра Москвы Владимир Ресин сообщил, что «кришнаитам уже предоставлено альтернативное место для строительства их храма». Однако МОСК продолжало настаивать на возвращении отнятого участка. В марте Арбитражный суд Москвы отказался удовлетворить иск кришнаитов. В феврале 2007 года заместитель мэра Москвы Валерий Виноградов сообщил, что участок кришнаитам все-таки будет выделен в Северном административном округе, но за МКАД. Другой начавшийся в 2005 году конфликт благополучно разрешился в пользу религиозной организации. Пермскому епархиальному управлению христиан веры евангельской удалось отстоять в суде свое право собственности на бывший Дворец культуры имени Ленина, используемый в том числе для проведения богослужений. 21 декабря епархиальное управление получило свидетельство о государственной регистрации права собственности. Еще один имущественный спор завершился успехом для церкви «Царство Божие». 3 мая Арбитражный суд Москвы вынес решение в пользу церкви, отказав в иске Росимуществу, которое претендовало на здание молитвенного дома общины, расположенное на ул. Годовикова. Верующие предоставили суду документы, подтверждающие, что здание молитвенного дома было приобретено церковью на законных основаниях. В сентябре Росимущество обжаловало указанное решение в 9 Арбитражном апелляционном суде, но безуспешно. Затем ведомство обратилось в Федеральный арбитражный суд Московского округа. Однако и эта инстанция 30 ноября подтвердила права церкви на здание Дома молитвы. Покровительство властей по отношению к религиозным организациям В настоящее время бюджеты всех уровней нередко финансируют какие-то проекты религиозных организаций, например, финансово поддерживают деятельность государственных светских учебных заведений, учредителями которых выступают религиозные организации. Повсеместно практикуется помощь государственных и муниципальных структур в реставрации культовых сооружений, используемых религиозными организациями. Все эти формы поддержки распределяются не на основе какого-либо, к примеру пропорционального, принципа, но на основе стихийно складывающихся представлений о значимости той или иной религиозной организации. Практически весь объем государственной поддержки приходится на организации, представленные в Межрелигиозном совете России (МСР) 2. На федеральном уровне и в большинстве субъектов Федерации основным получателем поддержки является РПЦ. Нельзя сказать, впрочем, что решения чиновников являются произвольными: как правило, они прямо или косвенно основаны на существующих нормах или сложившихся обычаях. Летом РПЦ заключила соглашение с Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам (Роспатентом), согласно которому Роспатент обязался утверждать торговые марки, которые могут вызывать религиозные ассоциации, с сотрудниками Патриархии. Конечно, решение о регистрации торговой марки принимает Роспатент, и в целом ряде случаев он отказал в регистрации именно на основании заключения представителей Церкви. С другими религиозными организациями аналогичных соглашений у Роспатента нет. Само по себе консультирование такого рода не противоречит закону, но использование государственным учреждением религиозных аргументов при отказе в регистрации является сомнительным с точки зрения принципа светскости государства. К тому же столь избирательное консультирование наводит на подозрения в его коррупциогенности. Основной формой материальной поддержки религиозных организаций со стороны государства остаются операции с недвижимостью. Бывают и случаи перераспределения недвижимости, вызывающие опасения у небольших религиозных организаций. Например, во Владимирской области в течение года несколько раз проводились проверки имущества, принадлежащего Российской православной автономной церкви (РПАЦ). В январе сотрудники Управления ФСБ по Владимирской области, не ставя в известность руководство РПАЦ и не объясняя причин, изъяли около 20 папок с документами, подтверждающими принадлежность этой религиозной организации ряда храмов области. В РПАЦ ссылаются на клириков РПЦ, утверждающих, что скоро должно начаться поэтапное изъятие храмов РПАЦ в пользу Московского Патриархата. В 2006 году продолжился процесс передачи религиозным организациям ранее принадлежавшего им имущества, причем нередко этот процесс сопровождался различными злоупотреблениями и нарушениями действующего законодательства. Как возвращение собственности может быть представлена передача имущества, ранее никогда религиозной организации не принадлежавшего или передача которого невозможна по существующим законам. Кроме того, при передаче зданий зачастую не учитываются интересы людей и организаций, в чьем распоряжении эти здания находились до сих пор. Ярким примером является начавшийся еще в 2004 году конфликт между Историко-культурным музеем-заповедником «Рязанский кремль» и Рязанской епархией РПЦ, выдвинувшей имущественные претензии на кремлевские здания. Подчеркнем, что речь идет о комплексе, включенном в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации, что, согласно действующему законодательству, исключает возможность передачи его религиозной организации. Однако в марте сотрудники музея сообщили о положительной резолюции Президента РФ на письмо Патриарха, просившего о содействии в вопросе передачи зданий кремля. Позиции сотрудников Министерства культуры РФ разделились. Рязанские чиновники во главе с губернатором Георгием Шпаком, хоть и весьма осторожно, встали на сторону музея. 10 апреля профильный комитет Рязанской областной думы заявил, что перевести музей в другое помещение в ближайшее время невозможно, и напомнил, что часть кремлевских зданий епархия уже использует в богослужебных целях, а весь комплекс ей никогда и не принадлежал. В сентябре вице-премьер Правительства РФ Александр Жуков напомнил министру экономического развития и торговли Герману Грефу и министру культуры Александру Соколову о необходимости выполнения решения Президента. О принятых мерах вице-премьер рекомендовал доложить Патриарху. 15 ноября позиция федерального Правительства была доведена до сведения правительства Рязанской области, но окончательное решение все же принято не было. На сегодняшний день ситуация остается неразрешенной, а существование уникального музея-заповедника по-прежнему под угрозой. Другие примеры дискриминации В прошедшем году, как и раньше, наблюдались многочисленные факты дискриминации различных религиозных организаций со стороны государственных и муниципальных структур. Чаще всего объектом дискриминационного обращения становились протестантские организации. Многие чиновники, неверно интерпретируя преамбулу к федеральному закону «О свободе совести», относят все религии, кроме православия, ислама, иудаизма и буддизма, к «нетрадиционным» и не всегда считают нужным распространять на их представителей гарантированные Конституцией права. В июне Управление Федеральной регистрационной службы по Новгородской области подало иск о ликвидации местной религиозной организации «Армия спасения». В ходе проверок деятельности организации, проводившихся с апреля 2005 года, неоднократно выявлялись те или иные нарушения. Новый устав, измененный по требованию прокуратуры, регистрационная служба регистрировать отказалась, после чего начался процесс ликвидации организации. Между тем в октябре 2006 года Европейский суд по правам человека в Страсбурге удовлетворил иск «Армии спасения» к России: теперь государство должно заплатить 10 тысяч евро в качестве компенсации московскому отделению «Армии спасения», которое власти пытались закрыть с 2001 года. Чиновники пытаются неправомерно ограничить деятельность даже зарегистрированных «нетрадиционных» религиозных организаций. Например, 27 февраля представители пятидесятнической церкви «Живая вера» не были допущены в пензенский Дом ночного пребывания, который опекали до этого 4 года. Новый директор учреждения мотивировал расторжение договора желанием подопечных. Федеральная служба РФ по контролю за нелегальным оборотом наркотиков (ФСКН) выступила против создания «нетрадиционными» организациями реабилитационных центров для наркозависимых. Начальник департамента межведомственной и информационной деятельности ФСКН Александр Михайлов заявил, что лечение в этих реабилитационных центрах «приводит к иной зависимости – психологической, которая не менее опасна, чем наркотическая, и тоже наносит ущерб здоровью». Для сравнения отметим, что когда в декабре ФСКН подвела итоги конкурса среди негосударственных организаций на лучшую программу в сфере профилактики наркомании и наркопреступности, а также социальной реабилитации больных наркоманией за 2005–2006 годы, в число победителей вошли четыре православные организации. Между тем православные реабилитационные центры зачастую создаются при монастырях, и пациенты этих центров активно включены в монастырскую жизнь, однако это не вызывает обвинений в принудительной индоктринации. Мы, в отличие от ФСКН, не можем сравнить деятельность разных центров с медицинской точки зрения, но чиновник не имеет права утверждать, что «зависимость» от той или иной религии «не менее опасна, чем наркотическая». 13–14 мая в Иванове были задержаны 15 человек – члены Церкви евангельских христиан-баптистов «Воскресение», проводившие в местном кинотеатре акцию, в ходе которой собравшимся раздавали книгу, включающую Новый Завет и Псалтирь. Акция проводилась на основании соответствующего договора с дирекцией кинотеатра. В качестве официальной причины проверки была названа ст. 13.22 Кодекса РФ об административных правонарушениях РФ, предполагающая наложение штрафа за нарушение порядка объявления выходных данных, авторства и т.д. Однако статья эта распространяется только на периодические издания и не может быть применена к Новому Завету. К тому же президент миссии «Гедеон» по Ивановской области Александр Александров предъявил все необходимые документы на данное издание. Задержав участников акции, сотрудники УФСБ запугивали их и призывали не посещать баптистские собрания, мотивируя это тем, что баптизм – «американская церковь» и «вредная секта». Члены церкви «Воскресение» расценили эту акцию как продолжение нападок на баптистов (в 2005 году из Ивановской области было выслано несколько групп американских граждан, прибывших по приглашению церкви). Администрация области письменно уведомила церковь «Воскресение» и Союз ЕХБ, что милиционерам, участвовавшим в задержании участников акции «Надежда есть», объявлен выговор, но проверка выходных данных Нового Завета была признана законной. После этого церковь «Воскресение» и миссия «Гедеон» беспрепятственно продолжили распространять те же самые издания. Извинения верующим принес заместитель губернатора области Михаил Мень. 24 декабря в селе Аргаяш Челябинской области было сорвано рождественское богослужение в церкви христиан веры евангельской «Слово Божие». В разгар службы сотрудники милиции и МЧС начали проверку принадлежащего общине дома, по ходу проверки потребовав предъявить удостоверения личности присутствующих, уставные документы организации, документацию о добровольных пожертвованиях. Для обоснования дискриминационных действий государственные служащие продолжают использовать не существующие в праве и не имеющие общепринятого значения в религиоведении термины «тоталитарная секта» и «деструктивный культ» 3. Это систематически происходит на многочисленных «антисектантских» конференциях, на которых обсуждают угрозу «духовной безопасности» и участниками которых обычно являются чиновники различных уровней и представители РПЦ, реже – других «традиционных» конфессий 4. Тот факт, что многие «нетрадиционные» организации были созданы за пределами России (не имеет значения, сколько лет назад), может рассматриваться как свидетельство ведения шпионской деятельности. Например, в декабре в интервью «Псковской правде» руководитель УФСБ по Псковской области Георгий Драчев фактически обвинил представителей НРД в шпионаже, сообщив, что многие миссионеры «проходили подготовку в тренировочных лагерях западных спецслужб». Признавая, что представленные в Псковской области религиозные объединения «формально действуют в рамках правового поля», Г. Драчев, тем не менее, заявил, что необходимо противодействовать «деструктивным» организациям и призвал к участию в этом жителей Псковской области: «Если вы или ваш родственник попали в секту, в связи с чем ухудшаются отношения в семье, происходят негативные изменения в психике и здоровье, вас принуждают к отчуждению имущества – обращайтесь в правоохранительные органы». Продолжалась практика высылки из России иностранных миссионеров без достаточных, а порой без каких бы то ни было видимых оснований. 31 мая в аэропорту «Шереметьево-1» при прохождении пограничного контроля был задержан лидер украинской церкви «Посольство Божие» Сандей Аделаджа, прибывший в Москву для участия в телепередаче «Пусть говорят». Проповедник был выслан из России с формулировкой «цель поездки не соответствует действительной». Позже, в ходе судебного заседания представитель ФСБ сообщил, что органы безопасности пришли к заключению о нежелательности пребывания протестантского пастора в России. Следует отметить, что православно-патриотические организации, комментируя факт высылки миссионера из России, непременно подчеркивали причастность возглавляемой им церкви к «оранжевой» революции на Украине. 8 февраля в Иванове за нарушение закона о пребывании иностранцев на территории РФ были задержаны десять граждан США – евангельских христиан-баптистов. На них был наложен денежный штраф. В УФСБ пояснили, что благотворительная деятельность задержанных «не соответствовала заявленной туристической цели поездки». 6 июня 2006 г. Ивановский областной суд признал действия УФСБ законными, однако сами баптисты сочли это решение нарушением свободы совести как ограничивающее выбор метода распространения своих религиозных убеждений. В целом же, по оценке информационного агентства «Форум 18», ситуация с выдачей российскими властями въездных виз иностранным миссионерам в 2006 году улучшилась 5. Чтобы подвергнуться преследованиям, бывает достаточно просто принадлежать к одной из «нетрадиционных» религиозных организаций. Так, например, 6 марта пять студенток Славянского-на-Кубани государственного педагогического института были вызваны в деканат по поводу посещения церкви Евангельского христианского миссионерского союза (ЕХМС). Студентку Нину Федотову, отец которой является пастором ЕХМС, обвинили в том, что она «завлекает» сокурсников в ЕХМС, пользуясь своим положением старосты. Руководство деканата отстранило девушку от должности старосты и потребовало перестать рассказывать другим о своей вере, пригрозив отчислением из института. Лишь после того, как отец Н. Федотовой обратился в городскую администрацию, сотрудники деканата принесли извинения. В апреле 96 верующих Московской церкви евангельских христиан-баптистов направили на имя Президента РФ, президента Чувашии, генерального прокурора и министра юстиции РФ, прокурора Чувашской Республики и уполномоченного по правам человека в РФ письмо, в котором сообщили о массовых преследованиях баптистов со стороны правоохранительных органов Чувашии и Татарстана. Запугиванию и угрозам подверглись дети баптистов, получающие образование в форме экстерната. Инспектор по делам несовершеннолетних Ленинского района Чебоксар А.Н.Ишмурадов не скрывал, что претензии к родителям-баптистам обусловлены именно их религиозными убеждениями. Прокуратура Чувашской республики признала действия силовиков законными. В октябре, в разгар антигрузинской кампании, милиционеры устроили проверку документов прихожан московского храма св. Георгия в Грузинах, в котором богослужение проводится на грузинском языке. Двое певчих были задержаны, несмотря на наличие у них действительных виз. Вечернее богослужение из-за этого началось с опозданием на 15–20 минут. Два дня возле храма находилась машина милицейского патруля, несмотря на просьбы священнослужителей убрать машину, так как это пугало верующих. В результате количество посетителей воскресной литургии уменьшилось в несколько раз. Хотя по сравнению с месяцами после трагедии в Беслане случаев дискриминации мусульман (именно как таковых, а не как представителей соответствующих этнических меньшинств) стало меньше, они все-таки продолжаются. Например, в начале июня командир российского самолета, который следовал из Шарм-эш-Шейха (Египет) в Москву, долго отказывался допустить на борт самолета пятерых мусульман – граждан России только потому, что три женщины, шедшие на посадку, были одеты в хиджабы 6. Ситуация в армии и в пенитенциарной системе Несколько лет в российском обществе ведется дискуссия по поводу возможного присутствия священнослужителей в вооруженных силах. Как один из вариантов такого присутствия обсуждалось и учреждение института капелланов (полкового духовенства) по образцу некоторых западных армий или дореволюционной российской армии. В феврале Главная военная прокуратура подготовила и направила на рассмотрение в Министерство обороны и Совет Федерации законопроект о введении института полкового духовенства в армии. Эта мера, по мысли авторов законопроекта, призвана повысить нравственное и культурное воспитание военнослужащих и помочь в борьбе с «дедовщиной». Один из представителей прокуратуры генерал-майор юстиции Валерий Кондратьев пояснил, что военные священники по статусу должны быть приравнены к военнослужащим по контракту, что предполагает их государственное финансирование. Законопроект вызвал широкий резонанс в обществе, в первую очередь среди религиозных организаций. В целом, представители организаций, входящих в МСР, с одобрением восприняли инициативу Главной военной прокуратуры, высказав свои пожелания лишь относительно отдельных положений документа. Суть этих пожеланий сводилась к необходимости обеспечить равные права на свободу совести для военнослужащих разных конфессий. Председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин посетовал на то, что в Министерстве обороны «знают только Русскую православную церковь, и другие религии, получается, их не интересуют». С другой стороны, глава Синодального отдела РПЦ по связям с вооруженными силами протоиерей Дмитрий Смирнов выразил сомнение по поводу присутствия в российской армии буддистов и иудеев в таком количестве, чтобы включать в штат армейского подразделения священнослужителей этих конфессий. Протоиерей заявил о готовности «структур РПЦ» выступить в качестве координатора и помочь военнослужащим других вероисповеданий найти соответствующего священнослужителя и обеспечить необходимой религиозной литературой. Позже представители иудейских и мусульманских организаций высказывались за то, чтобы капелланы в войсках были, но в консультативном статусе и непременно оставались штатскими. Законопроект не был даже официально внесен в Думу. Пока вопрос никак не урегулирован, и в силовых структурах де-факто сохраняется почти полная монополия РПЦ. Как и в предыдущие годы, возможность присутствия священника в войсках зависит от отношения к этому командиров разных рангов и почти не зависит от желания личного состава. Как правило, офицеры положительно реагируют на визиты священнослужителей, видя в последних скорее нечто среднее между политруком и психологом. Во всяком случае, нам неизвестны случаи недопущения в какое-нибудь подразделение представителей РПЦ. Священники обычно присутствуют на торжественных мероприятиях, проводят беседы с личным составом, освящают технику. Нередки случаи массового крещения военнослужащих, что свидетельствует о том, что православные священники не только духовно окормляют свою паству, но и ведут миссионерскую работу. На территории воинских частей строятся храмы. В регионах, где значительную часть населения составляют мусульмане, стало заметным присутствие в армейских структурах мусульманского духовенства. Представители духовных управлений, хоть и реже, чем православные священники, приходят на официальные мероприятия, проводят беседы. За год мусульманские организации заключили несколько соглашений о сотрудничестве с правоохранительными органами. Ничего этого нельзя сказать о других религиозных организациях. Так, например, 9 мая командование одной из воинских частей, которую с 2003 года посещали представители церкви христиан веры евангельской «Слово жизни», сочло организованный ими спектакль «религиозной пропагандистской акцией». Примечательно, что прекратить спектакль потребовал заместитель командира в/ч 22316 по воспитательной работе подполковник Юрий Евтушенко, несколькими месяцами раньше вручивший пятидесятникам благодарственные грамоты за организацию концерта в части. В июне Федеральная регистрационная служба по Новосибирской области направила новосибирской церкви «Слово жизни» письменное уведомление с указанием нарушений и рекомендациями по их устранению по факту проведения «мероприятий религиозной направленности в воинских частях». Сходная ситуация наблюдается в пенитенциарных учреждениях, хотя здесь священнослужители религиозных меньшинств, особенно протестантских организаций, все-таки имеют более широкий доступ, чем в армии. Есть случаи строительства мечетей в учреждениях Управлениях исполнения наказаний (УИН). В то же время известны факты дискриминации мусульман в пенитенциарных учреждениях. Например, в колонии №16 Уярского района Красноярского края, когда несколько заключенных совершали намаз, капитан внутренней службы в оскорбительной форме потребовал прекратить молитву. В феврале заключенных-мусульман начали высылать из тюрем и колоний Башкирии в другие регионы, несмотря на то что по нормам Уголовно-исполнительного кодекса РФ они должны были отбывать сроки по месту проживания или осуждения. Сотрудники пенитенциарных учреждений объясняли родственникам, что их близких «отправили подальше, так как число мусульман в местах лишения свободы на территории РБ с каждым днем увеличивается, и нужно разбавить их концентрацию, выслав за пределы РБ». Конфликты вокруг предмета «Основы православной культуры» Российское законодательство разрешает преподавание религии в школе только на добровольной основе и вне основной «сетки часов», то есть сверх гарантируемого и оплачиваемого государством образовательного минимума. Такое преподавание иногда вызывает разного рода конфликты, но они в последние годы крайне редки. Реальная проблема возникает в связи с тем, что в основную «сетку часов» включаются предметы, связанные с религией. Само по себе обучение знаниям о религии, тем более – чаще всего упоминаемой в этой связи «православной культуре», не тождественно преподаванию религии и не противозаконно. Однако реальные курсы «Основ православной культуры» (ОПК) (включая аналоги), преподающиеся во многих регионах страны, вызывают серьезные подозрения в том, что в рамках этих курсов происходит именно религиозное обучение. Например, корреспондент еженедельника «КоммерсантЪ-Власть», посетившая осенью несколько школ Белгородской области, отметила, что в классах, где проходят занятия по этому предмету, имеются лампады, иконы, детей обучают молитвам, поощряют крещение и посещение храма 7. Вопрос о характере преподавания ОПК, по нашему убеждению, должен быть разрешен в судебном порядке, с привлечением всех необходимых экспертиз, но до сих пор это сделано нигде не было. Те же подозрения вызывают и широко преподающиеся в четырех регионах (Ингушетия, Чечня, Дагестан, Татарстан) аналогичные предметы, связанные с исламом, но эти подозрения привлекают мало внимания на федеральном уровне. ОПК до нынешнего учебного года преподавались как предмет по выбору, то есть в основной «сетке часов», но с некоторой альтернативой, совсем не обязательно связанной с религией (это мог быть урок английского языка, а не, например, «История религий»). Не раз появлялись жалобы на то, что обучение ОПК становится де-факто обязательным: не желающие посещать эти занятия оказываются лишены такой возможности, поскольку школа не обеспечивает альтернативы. Все это вызывает критику как чрезмерное проникновение религии, причем одной из религий, в обязательное государственное образование, являющееся по закону светским. Следует признать, что нормы закона недостаточно ясны. Но и Министерство образования, и многие государственные деятели не раз подтверждали, что обучение ОПК может быть только добровольным, то есть альтернатива должна предоставляться. Между тем в 2006 году география преподавания ОПК продолжала расширяться. С 1 сентября году этот предмет в массовом порядке преподавался в общеобразовательных школах Брянской, Белгородской, Владимирской, Калужской, Курской, Орловской, Ростовской, Рязанской, Самарской, Смоленской областях и ряда других регионов. Однако отличительной чертой нынешнего учебного года стало постепенное превращение этого курса в обязательный (хотя в некоторых регионах его и раньше можно было считать факультативным лишь условно). С 1 сентября ОПК вошел в обязательную программу всех школ Белгородской и ряда школ Брянской, Калужской и Смоленской областей. Особое беспокойство вызывает ситуация в Белгородской области, так как там граждане, не желающие обучать своих детей ОПК по тем или иным соображениям, связанным с религией, могут избежать этого только ценой переезда из региона. Прокуратура Белгородской области, реагируя на исковые заявления граждан, оспаривавших законность обязательного преподавания ОПК, не нашла противоречий с областным законом, который регламентирует введение этого предмета. С другой стороны, в своих рекомендациях, направленных председателю Белгородской областной Думы и губернатору области, прокуратура советовала отказаться от слова «православный» в названии предмета и вести преподавание «данного предмета с учетом мнения родителей в рамках курса “История и культура мировых религий”». Однако это замечание носило рекомендательный характер и не изменило ситуацию по существу. Инициируемые родителями проверки по фактам преподавания ОПК иногда приносят довольно неожиданные результаты. Например, в Шебекинском районе Белгородской области, где родители учеников (некоторые из них – протестанты) выражали протест в связи с обязательным преподаванием ОПК, школу посетила комиссия областного департамента образования. Члены комиссии, констатировав отсутствие нарушений, объявили родителям, не желающим, чтобы их дети посещали этот предмет, что они сами должны оплачивать педагогов, которые бы проводили с их детьми другие занятия вместо ОПК. Бурные общественные дебаты вокруг ОПК никак не влияли на принимаемые практические решения. В течение года министр образования и науки Андрей Фурсенко неоднократно заявлял об опасности преподавания ОПК и высказывался в пользу разработанного специалистами Российской Академии наук курса по основам мировых религий (этот курс пока проходит экспериментальную проверку). Однако, сетовал министр, по закону он не имеет возможности влиять на местные органы образования, вводящие ОПК в рамках регионального образовательного компонента. В этой связи в ноябре Министерство подготовило концепцию законопроекта «О внесении изменений в закон РФ “Об образовании” и в закон РФ “О высшем и послевузовском профессиональном образовании” (в части изменения понятия и структуры государственного стандарта)». Концепция предполагает отмену разделения школьной программы на федеральный, региональный и школьный компоненты, в результате чего местные власти, в частности, потеряли бы возможность вводить ОПК в рамках регионального компонента. Заместитель главы Департамента государственной политики и нормативно-правового регулирования в сфере образования Минобрнауки Наталья Третьяк пояснила, что эта дисциплина, согласно законопроекту, может изучаться только в составе общего курса основ мировых религий. Впрочем, эта концепция не превратилась еще в законопроект и вряд ли скоро превратится, так как у регионального и местного компонентов образования есть и другие сторонники, помимо сторонников ОПК. 27 ноября состоялось совместное заседание трех комиссий Общественной палаты РФ: комиссии по вопросам толерантности и свободы совести, комиссии по вопросам интеллектуального потенциала нации и комиссии по вопросам культурного и духовного наследия (председатель последней – митрополит Калужский и Боровский Климент (Капалин)). На рассмотрение был вынесен вопрос о преподавании основ мировых религий в светских школах. В ходе заседания заместитель А. Фурсенко Дмитрий Ливанов сообщил, что 58 из 79 региональных органов образования в субъектах РФ считают возможным преподавать в школах основы религии исключительно на факультативной основе и с согласия родителей, при этом предмет должен иметь светский характер и преподаваться светскими учителями. Представители других религиозных организаций – главный раввин России (ФЕОР) Берл Лазар и глава Российского объединенного союза христиан веры евангельской Сергей Ряховский – высказались на этом заседании за изучение в школах не только православия, но основ всех «традиционных» для России религий. С этой позицией не согласился митрополит Климент. По его мнению, обучение основам нескольких религий сразу только запутает детей, поэтому им следует, начиная с младших классов, преподавать основы «традиционных» религий, но по отдельности, а не в рамках общего курса. При этом, подчеркнул митрополит, предмет должен носить культурологический характер. В итоге были приняты «Предложения Общественной палаты РФ по вопросам изучения религиозной культуры в системе образования», основанные в большей мере на точке зрения сторонников ОПК. Констатировав, что «представители многих национальностей, религий и мировоззренческих групп», проживающие в России, «имеют равные права на реализацию своих образовательных потребностей в государственной и муниципальной системе образования», члены Общественной палаты, тем не менее, подтвердили возможность преподавания основ отдельных «традиционных» религий, не поддержав идею Минобразования об общем курсе истории мировых религий. Правда, члены ОП оговорили, что преподавание основ религий возможно все-таки только на добровольной основе (с согласия родителей, а с 14 лет – самого ученика). В случае включения такого курса в региональный компонент для отказавшихся от изучения должна быть предусмотрена возможность посещения другого философско-культурологического курса. Эти дебаты продемонстрировали нынешнее состояние общественной дискуссии. (Первоначально предлагалось включить в курсы биологии, истории и т.д. религиозные альтернативы по таким темам, как происхождение жизни и человека, смысл истории и т.п., но Совет палаты позже вычеркнул эти рекомендации.) В сущности, Общественная палата высказалась в поддержку сложившейся практики, принимая тот факт, что практика эта постепенно изменяется в сторону десекуляризации государственного образования. Злоупотребления при противодействии экстремизму Борьба с терроризмом часто и не без оснований ассоциируется с необходимостью проводить специальную политику по отношению к политизации религии. Чаще всего это, также по понятным причинам, относится к политическому исламу. Мы не ставим под сомнение необходимость противодействия группам, так или иначе вовлеченным в террористическую и иную противозаконную деятельность, даже если эти группы мотивированы своими религиозными убеждениями. В данном случае защита права всех граждан на защиту от насильственных и иных противозаконных посягательств важнее, чем соблюдение свободы реализации религиозных убеждений. С другой стороны, противодействие таким посягательствам нередко оборачивается на практике явно чрезмерными или вовсе необоснованными преследованиями и ограничениями гражданских свобод. Мы отдаем себе отчет в проблематичности проведения однозначной границы, разделяющей обоснованное и необоснованное ограничение свободы, но считаем необходимым обратить внимание на наиболее значимые факты в этой сфере. Решением Верховного суда от 14 февраля 2003 г. 15 организаций были признаны террористическими (в июле 2006 года список был пополнен еще двумя организациями). Само решение принималось с очевидными процедурными нарушениями, но не вызывает сомнения, что многие организации, включенные в этот список, являются террористическими. Наиболее масштабное правоприменение, основанное на решении от 14 февраля 2003 г., связано с «Хизб ут-Тахрир», организацией крайнего исламистского толка, категорически отвергающей институты демократии и прав человека, ведущей антисемитскую пропаганду, в определенных случаях оправдывающей терроризм, но тем не менее в своей деятельности принципиально отказывающейся от применения насильственных методов (что и отличает ее от других крайних исламистских организаций) 8. Ни в решении Верховного суда, ни в последующих судебных решениях в России по делам, связанным с «Хизб ут-Тахрир», не содержатся доказательства обратного. Впрочем, в связи с принятием в марте 2006 года нового закона «О противодействии терроризму», давшего более широкое определение террористической деятельности, решение Верховного Суда приобрело задним числом некоторый смысл. В новом определении террористической деятельности есть и такие слова: «террористическая деятельность – деятельность, включающая в себя … пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности» (п. 2 «е» ст. 3 закона). Таким образом, «Хизб ут-Тахрир», в документах которого встречалось оправдание захвата гражданских самолетов, мог бы, после должного расследования, быть признан в России террористической организаций. Другое дело, что такое определение террористической деятельности является чрезмерно расширительным 9, а должное расследование проведено так и не было. Согласно закону «О противодействии экстремистской деятельности», терроризм является одной из разновидностей экстремизма, а участие в запрещенной за экстремизм организации является уголовно наказуемым (ст. 282-2 УК РФ). Мы не ставим здесь под сомнение саму эту норму УК, но в данном случае ее применение основано на неправосудном решении Верховного суда. Применение же этой статьи к реальным или предполагаемым членам «Хизб ут-Тахрир» оказалось очень широким. Во все большем числе случаев к этой статье добавлялись другие, в первую очередь «вовлечение в террористическую деятельность» (ст. 205-1), под каковым понимается вовлечение не в конкретные действия, а в «Хизб ут-Тахрир» (УК дает такую возможность). Добавлялась к обвинениям также ст. 210 («организация преступного сообщества» и участие в нем), так как ст. 205-1 относится к тяжким преступлениям, а дела часто бывало групповыми. Лишь в части случаев в деле фигурирует незаконное хранение оружия, причем Правозащитный центр «Мемориал» и Комитет «Гражданское содействие» 10, проводившие мониторинг этих дел, высказывали серьезные опасения, что оружие это подброшено (как правило, речь шла об отдельной гранате, нескольких патронах и т.п.). По данным этих правозащитных организаций, не менее чем в 40 % случаев к подследственным применялись пытки. Приговоры становились все жестче – переходя от условных приговоров к достаточно большим срокам лишения свободы. Разница между 2005 (ранее был только один такой приговор) и 2006 годами в этом отношении разительна. Даже если оставить в стороне применение пыток и неправовую основу решения Верховного суда, применение сразу нескольких уголовных статей за простое участие в запрещенной организации, то есть за деяние противозаконное, но не столь значительное, является несоразмерным наказанием. Уточнение ст. 205-1 УК, произведенное в июле 2006 года, заставляет отказаться от широкого предъявления этой статьи в подобных делах: теперь по этой статье наказуемо вовлечение не во всякую террористическую деятельность (в вышеуказанном широком смысле), а только в предусмотренную соответствующими статьями УК (это ст.ст. 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360; то есть, например, ст. 282-2 в этом списке нет). В результате ст. 205-1 уже исключена из приговоров четверых осужденных и из обвинения по двум уже переданным в суд делам. Зато в деле девяти человек в Казани, обвиняемых в принадлежности к «Хизб ут-Тахрир», добавлено обвинение в подготовке к насильственному захвату власти или насильственному изменению конституционного строя (ст. 278 УК, от 12 до 20 лет лишения свободы). Обвинение справедливо указывает, что «Хизб ут-Тахрир» намерен создать всемирный Халифат, но не приводит доказательств того, что готовится именно насильственный переход к этой форме правления. Если обвиняемые будут признаны виновными по ст. 278, это будет означать новое решительное ужесточение санкций за сам факт причастности к «Хизб ут-Тахрир». Помимо дел по «Хизб ут-Тахрир», за последние два года начался целый ряд уголовных дел, связанных с деятельностью независимых и, как правило, радикально ориентированных мусульманских групп. Эти дела имеют те же особенности: применение пыток, порой сомнительные вещественные доказательства, иные процессуальные нарушения. Назовем лишь два наиболее известные дела. Три человека (двое из них были возвращены в Россию из лагеря Гуантанамо) были в мае осуждены на большие сроки лишения свободы (Верховный суд России 29 ноября подтвердил обвинительный приговор, хотя и снизил им сроки наказания) за подрыв газопровода в Бугульме (Татарстан), хотя доказательства их вины были столь неубедительны, что присяжные в первом процессе в сентябре 2005 года обвиняемых оправдали. Наиболее масштабным является дело набережночелнинского «Исламского джамаата». Еще в 2004 году в Набережных Челнах (Татарстан) был арестован Хафиз Раззаков, который расстреливал из огнестрельного оружия уединившиеся парочки, совершавшие, по его мнению, грех. Таких убийств, которые Раззаков совершил по своим религиозным убеждениям, было девять (одно из них – убийство свидетеля). Вскоре был арестован Нафис Калимуллин, предоставивший Раззакову оружие, и у Калимуллина при обыске был найден целый арсенал. Следствие начало поиски по всему кругу знакомых этих двоих людей, с особым вниманием относясь к тем, в ком можно было заподозрить адепта радикальных мусульманских идей. Тогда задержаниям, обыскам и допросам подверглось около 50 человек, но в конце концов обвинение было предъявлено 23. Среди них – несколько местных жителей, которые в 1999 году, еще до начала второй чеченской войны, ездили в Чечню, в Исламский институт «Кавказ» в Урус-Мартане (в обвинительном заключении сказано, что это был тренировочный лагерь, основанный Басаевым и Хаттабом), продолжать, по их словам, исламское образование. Обвинение утверждает, что они принимали участие в боевых действиях, но ранее никаких обвинений им после возвращения в Татарстан по этому поводу не предъявляли. В 2003 году часть обвиняемых проводила какие-то военизированные тренировки в лесу, привлекая к этому и других людей, включая несовершеннолетних. Согласно обвинительному заключению, тренировки включали упражнения в стрельбе и какие-то манипуляции с перепрятыванием оружия (из арсенала все того же Калимуллина), но что именно делалось во время этих тренировок, точнее сказать сложно. Предполагаемый лидер группы Ильгам Гумеров утверждает, что он таким образом готовился к отъезду в какую-нибудь «исламскую страну» и никаких боевых действий в России предпринимать не собирался. Таким образом, предъявленное группе обвинение в создании незаконного вооруженного формирования (ст. 208 УК), не беспочвенно, но плохо расследовано, в том числе не прояснены степень вины разных участников, связи между ними и цели группы. Всей группе предъявляются также ст. 205 («терроризм»; точнее, подготовка к терактам), ст. 222 (хранение оружия), ст. 282-2, некоторым – также ст. 205-1. По мнению «Мемориала» и «Гражданского содействия», фигурирующие в деле обвинения в подготовке подрыва различных промышленных объектов являются вымышленными, поэтому все обвинения, связанные с терроризмом, неправомерны. Следует отметить, что неправомерно и применение ст. 282-2, так как означенная группа не входила в ранее запрещенную организацию. Оружие хранили тоже явно не все обвиняемые. И тем не менее группа из пяти молодых людей, бывших в 2003 году несовершеннолетними, уже приговорена в августе 2006 года к 5 и 6 годам лишения свободы по ст.ст. 205, 208 и 222. Слушания по делу остальных только начались. Всего по делам, привлекшим внимание «Мемориала» и «Гражданского содействия», к 5 февраля 2007 года было вынесено 27 приговоров (с конца 2004 года), из которых 19 приходятся на дела, связанные с «Хизб ут-Тахрир» (далее относящиеся к этой организации цифры даются в скобках). Оправдательных приговоров нет. Осуждено по ним 62 (49) человека, в том числе к реальным срокам лишения свободы – 43 (33), к условным – 13 (13), к штрафам – 5 (4), к принудительным работам – 2 (0). Не доведены до приговора (идет следствие или суд) 9 дел, по которым под стражей находятся 40 человек и еще 5 – под подпиской о невыезде. Основанная масса осужденных и обвиняемых приходится на Татарстан. Есть дела, причем групповые, в Сибири (Нижневартовск, Тобольск). Заметный «вклад» вносят также Башкортостан, некоторые другие регионы Поволжья и Москва. Опасение у многих представителей власти на федеральном и региональном уровнях вызывает «ваххабизм», так как с этим словом связывается (в первую очередь на Северном Кавказе) представление о вооруженном исламистском подполье. Такое употребление термина отнюдь не всегда соответствует действительности. В январе 2006 года президент Путин отметил, что «ваххабизм сам по себе не несет какой-то угрозы, но извращение норм ислама, извращение ваххабизма, они, конечно, не могут трактоваться никак иначе, как призывы к терроризму». Но, даже несмотря на заявление Президента, большинство чиновников и сотрудников силовых ведомств автоматически приравнивают реальных, а чаще предполагаемых приверженцев ваххабизма к экстремистам и террористам. В результате такого подхода профилактика экстремизма нередко сводится к массированному давлению на вызывающие подозрения группы мусульман. При этом правоохранительные органы пытаются, в меру своих возможностей, отличить «правильный» лояльный ислам, от нелояльного, «ваххабитского». Приведем лишь несколько примеров. В феврале в Кабардино-Балкарии милиционеры начали составление списков «ваххабитов». Список составлялся посредством обхода учебных заведений республики: милиционеры просто фиксировали тех, кто совершал намаз. (Впрочем, после смены власти в республике давление на мусульман в целом снизилось: новое руководство сделало выводы из кровавого бунта в Нальчике в 2005 году.) Еще в 2005 году в селе Средняя Елюзань Пензенской области по подозрению в «ваххабизме» была проведена прокурорская проверка мечетей и медресе, было возбуждено уголовное дело по ст. 282 УК. А 2 февраля в Челябинске прошли обыски у всех тех, кто учился ранее в этом медресе. Сотрудники прокуратуры не только изымали книги и тетради, но и задавали вопросы, касающиеся вероучения. 31 марта жителей аула Новая Адыгея не допустили на пятничную молитву в мечеть. Сотрудники Управления по борьбе с организованной преступностью МВД Адыгеи совместно с группой ФСБ России перекрыли все въезды и выезды в ауле и останавливали все машины мусульман, обыскивали верующих. Всех задержанных доставляли в отделение милиции, где угрожали и требовали не посещать мечеть. То, что ваххабизм может рассматриваться как экстремизм, следует из решения Савеловского суда города Москвы, признавшего еще в 2004 году книгу основателя ваххабизма, написанную в XVIII веке, экстремистским текстом. Следовательно, теперь любое публичное использование или даже передача этой книги может рассматриваться как преступление. Попытка такого уголовного преследования по ст. 282 УК была предпринята в марте по отношению к Неджмедину Абази, отстраненному в декабре 2005 года от должности имама мечети города Адыгейска. Впрочем, обвинение это было снято, а Абази в конце концов был лишь оштрафован в административном порядке за использование без должной документации масла черного тмина. В сентябре 2006 года в Коптевском районном суде Москвы началось рассмотрение иска прокуратуры Татарстана к автономной некоммерческой организации «Фонд Нуру-Бади» о признании экстремистской литературой также и книг турецкого богослова Саида Нурси. В рамках этого дела на допросы вызываются многочисленные последователи Нурси. Ранее, начиная с марта 2005 года, последователей Нурси активно допрашивали и обыскивали в Татарстане. Однако дело было приостановлено в марте 2006 года, так как позиция прокуратуры расходилась с ранее вынесенным судебным решением: в 2005 году тот же вопрос уже рассматривался в уголовном процессе в Омске, где слушалось дело о возбуждении религиозной вражды посредством издания книг Нурси. Тогда, основываясь на допросе читателей книг и на экспертизах известных религиоведов, суд не нашел состава преступления. Теперь прокуратура Татарстана собирается снова добиться запрета книг известного турецкого богослова XX века. Эти книги, заметим, не запрещены в Турции, где власти весьма чувствительны к радикальной исламистской пропаганде. Учение Нурси не воинственно само по себе, хотя в Турции к нему обращаются в том числе и некоторые радикальные группы. И нет никаких данных, позволяющих предполагать общественную опасность последователей Нурси в России. Между тем 7 декабря в Красноярске был проведен обыск у группы мусульман с целью изъятия книг Нурси. Прокурор ссылался на постановление прокуратуры Татарстана от 28 ноября, в котором предписывается изымать эти книги в интересах следствия. Наказуемыми могут стать даже попытки просто выразить несогласие с судебными решениями. Когда приверженцев «Хизб ут-Тахрир» привлекали к ответственности просто за выражение несогласия с решением Верховного суда от 14 февраля 2003 г., это объяснялось тем, что тем самым они подтверждали свое участие в запрещенной организации. Но 2006 год дал гораздо более жесткий пример. 26 февраля прокуратура Москвы вынесла Международному обществу «Мемориал» предостережение о недопустимости нарушения закона «О противодействии экстремистской деятельности» за размещение на своем сайте «Заключения Духовного управления мусульман Азиатской части России (ДУМАЧР) по брошюрам «Хизб ут-Тахрир» и потребовала в трехдневный срок снять заключение с сайта. Предупреждение было вынесено также и автору документа – председателю ДУМАЧР муфтию Нафигулле Аширову. Аширов утверждал, что в четырех брошюрах «Хизб ут-Тахрир», обычно изымаемых сотрудниками силовых структур в рамках соответствующих дел, нет призывов к насилию, межрелигиозной розни, ущемлению религиозных чувств или человеческого достоинства представителей других конфессий. Можно поспорить с некоторыми аргументами Аширова, но он, несомненно, имел право выразить свое несогласие с решением Верховного суда. Краткий текст Аширова не содержал цитат из указанных брошюр и не выражал согласия с их содержанием. Тем не менее размещение данного материала на сайте прокуратура расценила как «действия, направленные на оправдание действий террористической организации». Впоследствии «Мемориал» и Аширов обжаловали вынесенные им предупреждения, но обе судебные инстанции отвергли их иски. Московский городской суд счел, что заключение – это «психологическая фальсификация фактов и сознательное использование своего религиозного авторитета в политических целях». Важно подчеркнуть, что даже если согласиться с таким определением, оно не должно служить основанием для квалификации текста как экстремистского, так как заключение само по себе не содержит никаких признаков экстремизма, приведенных в ст. 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности». Если же сам факт непризнания наличия экстремизма в тексте или действии, уже признанных судом экстремистскими, рассматривается как «оправдание экстремизма», то есть, в соответствии со ст. 1 указанного закона, как разновидность экстремизма, то каждое неправомерное признание какого-то текста или действия экстремистским должно вызывать цепную реакцию – признание экстремистами тех благонамеренных граждан, которые выразят несогласие с таким неправомерным решением, а также тех, кто не согласится с признанием экстремистами этих граждан, и т.д. Следует отметить, что не только мусульмане могут стать объектом неправомерного применения антиэкстремистского законодательства в отношении религиозных объединений и деятелей. 25 декабря 2006 г. городской суд Йошкар-Олы (столица республики Марий Эл) признал виновным по ст. 282 УК и приговорил к 120 часам обязательных работ одного из верховных жрецов языческой религии народа мари Виталия Танакова. Вина Танакова была усмотрена в написании и распространении брошюры «Жрец говорит». Однако есть основания полагать, что преследование Танакова связано с его оппозиционной республиканским властям деятельностью в качестве активиста марийского этнонационального движения. Текст брошюры содержит краткое описание языческой религии мари и обоснование ее истинности в сравнении с остальными религиями. Уровень аргументации в тексте – крайне низкий, текст переполнен отсылками к псевдонаучным мифам (там есть даже оригинальная версия теории «всемирного заговора»). Но, на наш взгляд, брошюра не содержит никаких призывов, возбуждающих вражду к представителям других народов или религий. Эксперты констатировали этноцентризм рассуждений Танакова (и это естественно, так как этноцентризм свойствен любой языческой религии), но этноцентризм не является преступлением. Танаков именует все мировые религии «демоническими», но это высказывание относится к сути самих религий, а вовсе не к качествам их адептов. Эксперты сочли оскорбительными утверждения Танакова, что русский народ не имеет своей религии, татарский – своей письменности и т.д., но по контексту брошюры ясно, что Танаков имел в виду заимствование этих атрибутов, а не их отсутствие. И все же суд согласился с оценками экспертов и признал Танакова виновным. Более того, суд признал его виновным также и в возбуждении ненависти к «определенным социальным группам», а именно к правительству Марий Эл и ее общественным организациям, на основании резких замечаний в адрес отдельных чиновников и других активистов марийского движения, более лояльных к властям, чем сам Танаков. Танаков обжаловал приговор в Верховном суде Марий Эл. Недостаточность защиты от диффамации и нападений В 2006 году продолжались публичные агрессивные проявления ксенофобии по отношению к тем или иным религиозным группам, случаи вандализма в отношении культовых сооружений, религиозных святынь, а также покушения на священнослужителей и верующих разных конфессий, мотивированные враждой к их религиозной идентичности. Было несколько достаточно серьезных нападений, мотивированных именно религиозной враждой (мы исключаем покушения на священнослужителей, поскольку мотивы всех этих покушений нам не ясны). 11 января во время вечерней молитвы на прихожан синагоги на Большой Бронной напал с ножом житель Москвы Александр Копцев. Войдя в здание, он стал наносить собравшимся беспорядочные удары ножом. Во время суда над ним Копцев не отрицал антисемитский мотив нападения. 23 апреля в поселке Спасск Таштагольского района Кемеровской области в Дом культуры, где около 300 верующих собралось на пасхальное богослужение Церкви христиан веры евангельской «Примирение», вошла группа пьяных молодых людей от 18 до 25 лет. Заявив, что пятидесятники – это секта, они стали приставать к девушкам, затем, выломав дверь в Доме культуры, стали избивать мужчин, защищавших женщин и детей, затем сломали радиоаппаратуру. Нападавшие объявили, что «Пасха у нас бывает только православная», а пятидесятники – «сектанты» и «черти». В результате нападения серьезно пострадали трое верующих: одному человеку сломали ребра, другому повредили позвоночник, третьему оторвали ухо. Другие члены церкви также пострадали довольно сильно, но не все из них зафиксировали ушибы в больнице. Прокуратура Таштагола не отреагировала на заявление церкви «Примирение». Позднее виновные в избиении членов церкви попросили у верующих прощения и возместили материальный ущерб. В итоге церковь отказалась от возбуждения уголовного дела. 27 августа неизвестный распылил слезоточивый газ во время воскресного богослужения пермской церкви христиан веры евангельской «Новый Завет». 15 декабря в Пскове неизвестные хулиганы распылили перцовый газ в помещении еврейского общинного центра во время празднования Хануки. Серьезно пострадавших в обоих случаях не было. В течение года мы зафиксировали 25 актов вандализма с явным мотивом религиозной ненависти 11 в отношении храмов и культовых сооружений и объектов – православных храмов, мечетей, синагог, молитвенных домов протестантов, языческого капища, буддистской мандалы. Отдельно следует упомянуть взрыв в мечети в подмосковной Яхроме, обстрел принадлежащей Православной церкви Божией Матери «Державная» Триникольской обители в Дмитровском районе Московской области, и нападение на офис еврейской общины в Ульяновске. Пострадавших в этих случаях не было. Нам известны 24 случая вандализма на православных, мусульманских и иудейских кладбищах, когда были основания подозревать у вандалов мотив религиозной ненависти. Кроме того, восемь раз совершались акты вандализма по отношению к православным крестам и один раз была осквернена триумфальная арка в честь причисленного к лику святых императора Николая II. Объектами агрессивной ксенофобии в СМИ чаще всего становятся мусульмане и протестанты (обычно пятидесятники), хотя медийная интолерантность направлена на «религиозные объекты» гораздо реже, чем на этнические 12. Следует отметить бурную медиа-кампанию против пятидесятников в Новосибирске и обоснование «кровавого навета» в газете «Красноярский комсомолец» 13. Правовое реагирование в подобных случаях до сих пор недостаточно эффективно. В ряде случаев применяются уголовные и административные санкции, но в большинстве случаев не происходит даже расследования. Злоупотребления при защите религиозных чувств В последние два года все чаще приходится отмечать, что желание чиновников не допустить оскорбления религиозных чувств граждан может привести к ущемлению, например, свободы слова или творчества. Международный скандал, разразившийся в связи с публикацией в датской газете карикатур на пророка Мухаммеда, получил продолжение и в России. За републикацию этих карикатур ряд СМИ получил предупреждения о ликвидации, а когда 15 февраля вологодская областная газета «Наш регион+» опубликовала те же карикатуры (прикрыв при этом наиболее проблематичные их фрагменты), против главного редактора Анны Смирновой было возбуждено уголовное дело по ст. 282 ч. 2 УК («возбуждение ненависти либо вражды лицом, с использованием своего служебного положения»). Газета немедленно была закрыта ее владельцем. В апреле Вологодский областной суд признал приговорил А. Смирнову к штрафу в размере 100 тыс. рублей (точный аналог приговора организаторам выставки «Осторожно, религия!»). Но 25 мая кассационная инстанция Вологодского областного суда признала главного редактора полностью невиновной. В сентябре в ходе подготовки постановки оперы Дмитрия Шостакович «Балда» хормейстер Государственного театра оперы и балета Республики Коми Наталья Масанова, усомнившись, что спектакль будет одобрен православным духовенством, пригласила на худсовет секретаря Сыктывкарской епархии. Священник выразил недовольство спектаклем, после чего епископ Сыктывкарский и Воркутинский Питирим (Волочков) направил на имя главы республики Коми Владимира Торлопова письмо протеста, которое было перенаправлено в Министерство культуры республики. Министерство, так и не убедив руководство театра отказаться от постановки, просто отказалось финансировать спектакль. Спектакль, тем не менее, состоялся, хоть и в измененном виде: постановку завершала сцена, в которой Балда не бьет попа по лбу, а поет ему колыбельную, а затем все участники водят хоровод. Посетившая премьеру министр культуры Коми Надежда Боброва принесла творческому коллективу извинения за попытку сорвать постановку. «На нас просто что-то нашло», – объяснила Н. Боброва действия чиновников. В том же месяце Ростовский музей современного искусства был вынужден убрать с выставки «Искусство или смерть» несколько картин художника Александра Сигутина. Музей пошел на этот шаг после прямых требований епархии и физических атак на художника и на здание музея. Иногда защита религиозных чувств происходит даже вопреки мнению верующих. Так, 16 февраля власти Волгограда приняли решение закрыть муниципальную газету «Городские вести», в качестве иллюстрации к статье «Расистам не место во власти» опубликовавшую рисунок с изображением Христа, Мухаммеда, Моисея и Будды. Примечательно, что многие представители религиозных организаций заявили, что не видят в рисунке ничего оскорбительного (и с ними трудно не согласиться). В поддержку газеты высказались секретарь ОВЦС Московского патриархата о. Михаил Дудко, главный раввин России Берл Лазар, председатель Исламского правозащитного центра Исмагил Шангареев. Тем не менее, и.о. главы администрации Волгограда Андрей Доронин счел лучшим выходом из ситуации закрытие газеты и увольнение журналистов, непосредственно причастных к этой публикации (остальным сотрудникам редакции предложили работать в новой газете, тут же созданной на месте прежней). Позицию мэрии поддержал Совет муфтиев России. 1 В российском законодательстве, как известно, отсутствует определение традиционных религий, но сложилась практика считать таковыми православие, ислам, буддизм и иудаизм, а «традиционными религиозными организациями», соответственно – крупнейшие организации этих религий. С 2001 года предпринимаются попытки юридически закрепить особый статус «традиционных религиозных организаций», но все эти попытки очень далеки от реализации. 2 В Совете представлены: Русская православная церковь, Центральное духовное управление мусульман России, Совет муфтиев России, Координационный центр мусульман Северного Кавказа, КЕРООР, ФЕОР, Буддистcкая Сангха. 3 Подчеркнем: мы не считаем, что эти термины вообще не имеют права на существования. Но люди, выступающие от имени государства, должны оперировать понятиями, соответствующими правовой системе этого государства. 4 Критика одних конфессий другими сама по себе не нарушает принципа свободы совести. 5 Fagan Geraldine. Religious work visa respite? // Forum 18. 2006. May 3. 6 Командир российского самолета отказался пустить на борт женщин в хиджабах // Центр «СОВА». Национализм и ксенофобия. 2006. 15 июня (http://xeno.sova-center.ru/45A29F2/7793B65). 7 Качуровская Анна. Мы будем формировать человека с большой буквы // КоммерсантЪ-Власть. 2006. 11 сентября. 8 Подробнее о взглядах «Хизб ут-Тахрир» см.: Верховский Александр. Является дли Хизб ут-Тахрир экстремистской организацией? // Цена ненависти. Национализм в России и противодействие расистским преступлениям. М.: Центр «СОВА», 2005. С. 92-110. 9 Левинсон Лев. "О противодействии терроризму": закон, принятый по указу // Права человека в России. 2006. 10 марта (http://www.hro.org/docs/expert/2006/03/levinson.php). 10 Здесь и далее в части информации по конкретным уголовным делам мы ссылаемся на данные этих двух организаций. См., в частности, доклад: Фабрикации уголовных дел об «исламском экстремизме». Кампания продолжается // «Мемориал». 2006. Октябрь (http://www.memo.ru/2006/12/18/rus1.htm). 11 В докладе Галины Кожевниковой «Радикальный национализм в России и противодействие ему в 2006 году», который будет опубликован на следующей неделе, даются бóльшие цифры по актам вандализма, так как в том докладе мотив ненависти понимается шире. 12 Подробнее этот вопрос рассмотрен в докладе Галины Кожевниковой, который будет опубликован Центром «СОВА» в сборнике, посвященном языку вражды в СМИ. Сборник должен выйти из печати к июню 2007 года. 13 Новосибирские пятидесятники как объект языка вражды // Центр «СОВА». Национализм и ксенофобия. 2006. 4 октября (http://xeno.sova-center.ru/213716E/213988B/80B9AA0); «Красноярский комсомолец» реанимирует «кровавый навет» // Там же. 2006. 11 августа (http://xeno.sova-center.ru/45A29F2/7C3F742). Контакт с Центром «СОВА»: E-mail: mail@sova-center.ru Тел./факс: (495) 628-63-46 http://religion.sova-center.ru/publications/8EA1CC7/8EA1EB3 На фото: директор информационно-аналитического центра "Сова" Александр Верховский. Протоиерей Всеволод Чаплин РПЦ МП, комментируя слова президента РФ, заявил, что "тоже считает, что вводить обязательное изучение ОПК в школах не надо" http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=194&ELEMENT_ID=1535 "Я лично тоже считаю, что вводить обязательное изучение предметов по религиозной тематике не надо, в том числе и тех предметов, которые говорят о религии скептически, воспринимая ее лишь как некий придуманный людьми, сугубо социальный феномен", - заявил "Интерфаксу" замглавы ОВЦС МП протоиерей Всеволод Чаплин.
Так он прокомментировал слова президента РФ Владимира Путина, который накануне заявил, что приказом сверху нельзя вводить обязательное изучение в школах предметов "по религиозной тематике", и призвал найти приемлемую для всего общества форму воспитания детей в духе традиционных религий...

Mon, 17 Sep 2007 16:00:00 +0400 В РПЦ МП выступили в поддержку европейской модели, которая предполагает добровольное преподавание знаний о религии в школе с учетом мнения различных мировоззренческих групп. "Я лично тоже считаю, что вводить обязательное изучение предметов по религиозной тематике не надо, в том числе и тех предметов, которые говорят о религии скептически, воспринимая ее лишь как некий придуманный людьми, сугубо социальный феномен", - заявил "Интерфаксу" 14 сентября замглавы ОВЦС МП протоиерей Всеволод Чаплин. Точно так же, по его мнению, "нельзя заставить человека быть верующим против его воли, ведь так не поступает даже сам Бог, создавший человека свободным". Добровольное же изучение религий, в том числе при государственной поддержке, "почти нигде в мире не воспринимается как нарушение принципа светскости государства", отметил священник. Так он прокомментировал слова президента РФ Владимира Путина, который накануне заявил, что приказом сверху нельзя вводить обязательное изучение в школах предметов "по религиозной тематике", и призвал найти приемлемую для всего общества форму воспитания детей в духе традиционных религий. При этом протоиерей Всеволод выразил мнение, что найти такую форму подобного воспитания, которая была бы приемлема абсолютно для всех, "вряд ли возможно в принципе". "На мой взгляд, нельзя не учитывать, что большинство общества - за такое воспитание, но некоторая часть элиты - против", - констатировал священник. Есть, по его словам, и такие люди, которые вообще считают, что "воспитание в школе не нужно и мораль, а тем более вера, опасна". "Эти люди пытаются насадить в школе мировоззрение безграничной свободы, потребительства, утилитарного отношения к знаниям. Это мировоззрение подчас пренебрегает моральными принципами и даже объявляет их ненужными. А потому оно противоположно взглядам верующих людей, которые, конечно, с его привитием в школе никогда не согласятся", - подчеркнул отец Всеволод. Он отметил, что в обществе есть разные мировоззренческие группы, и школа "не может и не должна чесать их всех под одну гребенку". "Поэтому, на мой взгляд, лучшей для России была бы наиболее распространенная в Европе модель: согласно ей, люди разных религий и мировоззрений образуют в школьной системе группы, где дается воспитание именно в духе их мировоззрения. Естественно, делается это по свободному выбору. Наличие таких групп не разделяет людей, а сглаживает общественные противоречия. Разделяет как раз попытка навязать что-либо людям помимо их воли", - подытожил собеседник агентства. Источник: "Портал-Credo.Ru"
Родители российских школьников обратились с открытым письмом к руководству РФ, в письме они выразили свои опасения по поводу введения "сомнительного педагогического эксперемента" в виде ОПК в государственных школах http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1488 Открытое письмо – это инициатива граждан России. За нами не стоит никакой организации, партии или еще чего-либо. Но беспокойство за судьбу своих детей – общее чувство всех родителей, поэтому под этим письмом подписались самые разные люди: от домохозяек до генеральных директоров, от российских граждан за рубежом и в Калининграде - до Хабаровска. Под этим письмом поставили свои подписи 591 человек. Причиной организации этой акции стала обеспокоенность родителей требованиями РПЦ МП ввести в государственной школе ОПК, тем самым предоставить ей право воспитания всех российских детей... Wed, 29 Aug 2007 18:00:00 +0400 Передачей документов в приемные Президента РФ, Госдумы РФ: Председателю Комитета ГД ФС РФ по делам общественных объединений и религиозных организаций, Председателю Комитета по образованию и науке, Министру образования и науки РФ закончилось 23 августа подписание гражданами России, родителями Открытого письма протеста против  введения в государственных школах Основ православной культуры, сообщает инициатор составления открытого письма Абдрашитов Владимир Маратович. Открытое письмо – это инициатива граждан России. За нами не стоит никакой организации, партии или еще чего-либо. Но беспокойство за судьбу своих детей – общее чувство всех родителей, поэтому под этим письмом подписались самые разные люди: от домохозяек до генеральных директоров, от российских граждан за рубежом и в Калининграде - до Хабаровска. Под этим письмом поставили свои подписи 591 человек. Причиной организации этой акции стала обеспокоенность родителей требованиями РПЦ МП ввести в государственной школе ОПК, тем самым предоставить ей право воспитания всех российских детей. "Мы, родители и граждане России, в этом Открытом письме требуем, чтобы на наших детях не производились сомнительные педагогические эксперименты, чтобы нашим детям не преподавалось какое-либо вероучение в государственной  школе. Мы хотим, чтобы этот выбор наши дети сделали сами и чтобы их никто не мог лишить этой возможности. Только у родителей есть право определять порядок воспитания их детей", - пишет Абдрашитов В.М. Источник: "Портал-Credo.Ru" "Религия и право": Архиепископ Тобольский и Тюменский Димитрий (Капалин). Православие в Сибири http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1483 Многовековая история России показывает, что на ее территории всегда проживали народы разных национальностей и вероисповеданий. Но никто в стране не будет отрицать, что стержень державности и единства Российского государства основан на Православии. На про¬тяжении последних шести столетий Россия была и остается опорой Православия на всей Земле. Наша страна выдержала за эти годы при¬тязания многих народов, прирастая территорией, наращивая военную мощь и укрепляя роль Православия... Tue, 28 Aug 2007 12:00:00 +0400 Единство России, стабилизация численности населения и повы­шение качества жизни являются в настоящее время наиболее актуаль­ными проблемами современного общества и государства. Различные силы взаимодействуют или противостоят в борьбе за единство и на­циональное богатство нашей страны. Древнейший институт консоли­дации нашего общества — Русская Православная Церковь — после многих лет гонений в советский период обрела свободу и встала на путь возрождения своего служения. Изменения, произошедшие в обществе за последние пятнадцать лет, позволили Русской Православной Церкви восстановить и постро­ить несколько тысяч православных храмов, подготовить священников для служения в них. Среди многих задач, стоящих перед Церковью, наиболее важной является восстановление духовности и нравствен­ности людей, православных по рождению, составляющих сегодня большинство населения страны. Современное общество встречается с большим количеством духовных, нравственных и социальных проблем, в решении которых Русская Православная Церковь, в соответствии с многовековыми традициями, призвана принимать активное участие. Вследствие чего и возникает актуальная потребность в научном подхо­де к оценке и прогнозированию возможностей участия Тобольско-Тюменской епархии в социальном служении. Такой подход к данной теме поможет не только Церкви определить свои перспективы в социальном служении, но и раскроет перед научным сообществом новые пути ре­шения отдельных социальных проблем. Как отмечает Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, «Церковь и светская наука призваны к сотрудничеству во имя спасения жизни и ее должного устроения. Их взаимодействие способствует созданию здорового творческого климата в духовно-ин­теллектуальной сфере, тем самым, помогая созданию оптимальных ус­ловий для развития научных исследований»1. Исследования церковной и светской науки могут быть положены в основу создания нормативно-правовой базы социального партнер­ства епархии с региональными властями. Требует дальнейшего исследования возможность развития соци­ального служения Русской Православной Церкви в современных ус­ловиях в сравнении с уровнем этого служения в начале XX века. Акту­альным является вопрос подбора и подготовки кадров для социального служения Церкви, разработка программ по взаимодействию Церкви с государственными и муниципальными социальными учреждениями. Многовековая история России показывает, что на ее территории всегда проживали народы разных национальностей и вероисповеданий. Но никто в стране не будет отрицать, что стержень державности и единства Российского государства основан на Православии. На про­тяжении последних шести столетий Россия была и остается опорой Православия на всей Земле. Наша страна выдержала за эти годы при­тязания многих народов, прирастая территорией, наращивая военную мощь и укрепляя роль Православия. Подлинное превращение Руси в Великую Россию началось с присоединением Сибири к русскому государству при Иване Грозном. Ермак положил начало освоению азиатского континента русскими. В конце XVI века на берегах многочисленных сибирских рек первые русские поселенцы строили деревни и остроги. На необжитых ранее местах появлялись кресты, часовни и храмы. С учреждением в 1620 году Тобольской епархии роль Правосла­вия в Сибири, миссионерская и просветительская деятельность стали усиливаться. Первый архипастырь Тобольский и Сибирский Киприан стал первым летописцем края, повелев записать сведения о походе Ер­мака со слов соратников знаменитого атамана. Благодаря просветительской и миссионерской деятельности на­ших великих сибирских святых митрополитов Тобольских Иоанна, Филофея и многих других подвижников, город Тобольск стал в XVII– XIX веках духовной столицей Сибири, крупнейшим образовательным центром на огромном пространстве от Урала до Аляски и от Северного Ледовитого океана до Китая и Дальнего Востока. В начале двадцатого столетия сотни православных храмов духов­но окормляли население нашего сурового края, несли свет просвещения народам Сибири, приходы выполняли большую социальную работу с населением. Перемены начались после 1917 года, почти весь XX век продол­жались гонения на Православную веру, были разрушены многовеко­вые духовные традиции народа и все институты социального служения Церкви, включая образование, воспитание и дела милосердия. Но вера народная не погибла. Ни террор, ни разрушение церквей, ни матери­альное уничтожение культуры Православия не в силах были стереть и вытравить ее из памяти народа и его души, потому что эта вера веками ковала и закаляла его характер, хранила в самых жестоких испытаниях. Эта вера, можно сказать, живет в генах нашего народа. После многолетнего насильственного насаждения атеизма в Рос­сии нам, живущим в начале XXI века, досталось духовное оскудение и упадок нравственности, приводящие к появлению все новых и новых социальных недугов. Современному поколению предстоит решать многие проблемы, среди которых поистине катастрофической является демографический кризис. Возрождение и укрепление духовных, нравственных и культур­ных традиций православных народов нашей страны поможет решить многие из проблем современности, включая снижение уровня здоровья нации и проблему вымирания народа. С начала 90-х годов XX века началось возрождение церковной жизни в России и тюменской земле. Сегодня в Тобольско-Тюменской епархии многое восстановлено и построено заново. На конец 2004 года действовало 205 приходов, 4 монастыря, 143 храма, 62 молитвенных дома и 20 часовен2. Возрожденная епархия живет полнокровной жизнью. Разработа­на и осуществляется долгосрочная программа совместного сотрудни­чества между Правительствами Тюменской области, Ханты-Мансий­ского и Ямало-Ненецкого автономных округов и Тобольско-Тюменской епархией по духовно-нравственному возрождению общества. Ог­ромные усилия последних лет стали давать результаты. Возрождение состоялось, но впереди большая работа по организации социального служения Церкви на благо жителей Тюменской области. Самой многочисленной группой населения в Российской импе­рии всегда являлись православные, на рубеже XX века наибольшее их число в процентном отношении, в первую очередь, приходилось на Сибирь, а уже затем — на губернии европейской России. На Кавказе православными были только около половины жителей, в Средней Азии более 90% исповедовали ислам. В Польше преобладал католицизм, а в Финляндии — протестантизм. Российская империя сто лет назад состояла из шести больших частей. Приведем данные по количеству населения православного ве­роисповедания согласно первой Всероссийской переписи 1897 года3. Таблица 1. Количество населения православного вероисповедания согласно первой Всероссийской переписи 1897 года, %.   Территории Российская империя Европейская Россия Привислинские губернии Кавказ Сибирь Средняя Азия Православные 69,35 81,71 6,47 49,40 85,79 8,28   Итак, сто лет назад Сибирь была самой православной частью империи, что можно объяснить двумя основными причинами. Прежде всего, во второй половине XIX века после отмены крепостного пра­ва одним из основных регионов переселения малоземельных русских, украинских и белорусских крестьян стала Западная Сибирь. Заселяя этот далекий от столицы, суровый и обширный край, переселенцы рас­чищали участки под пашню, строили дома и дороги. В Сибирь ехали крестьяне, у которых православная вера была неотъемлемой частью образа жизни. Но главной причиной преобладания Православия в Си­бири было то, что сибирские епархии Русской Православной Церкви вели активную миссионерскую и просветительскую деятельность. Познакомьтесь с данными по количеству и размещению право­славных церквей, монастырей и часовен в Тобольской епархии в 1914 году4. Таблица 2. Количество и размещение православных церквей, монастырей и часовен в Тобольской епархии, данные 1914 года. Города, уезды Церкви каменные деревянные Города Тобольск 29 – Тюмень 13 – Ишим 5 – Ялуторовск 4 4 Сургут 1 4 Березово 3 – ИТОГО 56 8 Уезды Тобольский 21 103 Тюменский 19 16 Ишимский 40 84 Ялуторовский 32 65 Сургутский – 11 Березовский 3 26 ИТОГО 115 305   Всего православных церквей, монастырей и часовен на террито­рии Тобольской епархии (в современных границах) в 1914 году было 484, что свидетельствует об основательном укоренении православного населения в регионе. В начале века плотность населения в Тобольской губернии состав­ляла лишь 1,7 человека на квадратную версту, поэтому более интен­сивное освоение сибирских земель являлось важной государственной задачей. Большое влияние на темпы заселения юга Западной Сибири ока­зала построенная в конце XIX века Транссибирская железная дорога. Наименее населенными были северные — таежная и тундровая — час­ти губернии, в отличие от южной — лесостепной и степной. Большое участие в укоренении переселенцев в Сибири наряду с государством принимала Православная Церковь. Строились сотни новых храмов и церковно-приходских школ, особенно в селениях, возникших вдоль Транссиба. При финансовой помощи государства в начале столыпин­ской реформы только в Тобольской губернии было построено 166 цер­квей и 66 церковно-приходских школ5. Все эти меры привели к тому, что в Сибири в начале XX века происходил значительный рост насе­ления. Одновременно с увеличением населения идет весьма значитель­ный рост числа открывающихся приходов. Так, Тобольские Епархи­альные ведомости за 1911 г. сообщают: «Были открыты для русских переселенцев зауральских епархий в 1910 году 106 новых приходов, в 1911 году 110 приходов, в будущем 1912 году ожидается 120, вся Рос­сия собирала пожертвования деньгами, иконами, ризницею, церковной утварью, богослужебными и иными книгами»6. Столь интенсивное развитие православия в Сибири в конце XIX — начале XX вв. свидетельствует о том, что оно являлось основой жиз­ненного уклада большей части населения региона, опорой государс­твенности, нравственным стержнем общества.   Примечания: 1 Доклад Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Архиерейский собор Православной Церкви, 3-8 октября 2004 г. С. 398. 2 Годовой отчет Тобольско-Тюменской епархии за 2005 годы. г. Тобольск, С. 6. 3 Материалы первой Всероссийской переписи 1897 года. М.: Наука, 2000. 4 Обзор Тобольской губернии за 1914 г. Издание Губернского статистического комитета. Тобольск, 1916. 5 Тобольские епархиальные ведомости. Тобольск: Типография епархиального братства. №11, 1911. 6 Тобольские епархиальные ведомости. Тобольск: Типография епархиального братства. №12, 1911. "Религия и право", № 2 (41), 2007, с. 3-4.   Охота на ведьм сорвалась. Бердянский телеканал извинился за слова Дворкина http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=191&ELEMENT_ID=1460 Александр Дворкин, гражданин США, является самым одиозным "религиоведом", специализирующемся на травле, иначе не назовешь, неправославных религиозных организаций на территории бывшего СНГ. С его именем связана масса скандалов и судебных процессов. Его имя превратилось в символ непрофессионализма и предвзятости в религиозной проблематике. Одним из самых резонансных случаев является изгнание Дворкина с факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова... Mon, 06 Aug 2007 10:00:00 +0400 В июне 2007 года Бердянск посетил московский "профессор" Александр Дворкин, который провел цикл семинаров под заглавием "Тоталитарные секты". В прямом эфире на телеканале "ТВ-Бердянск" им были допущены ложные обвинения, в частности, в адрес адвентистской Церкви ("полутоталитарная секта") и лично в адрес проповедника Михаила Кулакова. Пастор Церкви Сергей Молчанов обратился с заявлением протеста в адрес директора телеканала "ТВ-Бердянск" Валентины Прядченко. В ответ на это заявление Молчанова пригласили в горисполком, где ответственный за работу с религиозными и общественными организациями Игорь Зубрицкий выразил сожаление о допущенной в прямом эфире некорректности и пообещал в дальнейшем не допускать в эфир непроверенную информацию о религиозных организациях. Также Зубрицкий пригласил Молчанова к участию в круглых столах с представителями различных конфессий. Телеканал "ТВ-Бердянск" направил пастору Молчанову письмо: "13.07.07. Уважаемый Сергей Борисович! Я сожалею, что в прямом эфире нашего телеканала, посвященном тоталитарным сектам, гость передачи профессор Дворкин из Москвы допустил ложные, как следует из Вашего письма, обвинения в адрес Церкви, которую Вы представляете. По сути Вашего заявления на мое имя могу сообщить следующее. Поскольку Закон Украины о телевидении и радиовещании не содержит нормы ответственности телеорганизации за сказанное гостями программы в прямом эфире, я вынуждена отказать Вам в предоставлении времени для опровержения сказанного профессором Дворкиным. Запись этого прямого эфира телеканал Вам предоставит. С уважением, директор телеканала "ТВ-Бердянск" Валентина Прядченко". После этого состоялась встреча Молчанова с директором телеканала, в результате которой была достигнута договоренность о предоставлении адвентистской Церковью информации для составления опровержения. Данное опровержение было зачитано диктором телекомпании в блоке местных теленовостей 31.07.07 в 20-00, т.е. в прайм-тайм. В нём было отмечено, что в прямом эфире была допущена некорректная информация об адвентистской Церкви и то, что Церковь давно действует в Бердянске, проводя полезную для его жителей деятельность: - по просьбе мэрии в 2004 году молодежью Церкви было убрана территория пляжа "Верховая" протяженностью в пять километров; - в течении 2005¬–2006 года адвентистские сестры милосердия Людмила Бежко и Зинаида Диденко помогали десяти тяжелобольным в онкологическом, травматологическом и хирургическом отделениях горбольницы; - в центре города молодежью Церкви было проведено пять благотворительных концертов духовной музыки. Чтение опровержения сопровождалось показом слайдов о деятельности Церкви. КОММЕНТАРИЙ. Александр Дворкин, гражданин США, является самым одиозным "религиоведом", специализирующемся на травле, иначе не назовешь, неправославных религиозных организаций на территории бывшего СНГ. С его именем связана масса скандалов и судебных процессов. Его имя превратилось в символ непрофессионализма и предвзятости в религиозной проблематике. Одним из самых резонансных случаев является изгнание Дворкина с факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова. 3 декабря 1997 г. декан факультета Ясен Засурский разорвал контракт с Дворкиным, преподававшим историю Церкви, ссылаясь на отсутствие у "профессора" "образовательного уровня... необходимого для ведения преподавательской работы в университете". Слава Богу за свободу в нашей стране, где по Его милости законодательство декларирует охрану религиозных убеждений человека. Максим Балаклицкий, asd.in.ua "МАРАНАФА", 2 августа 2007 г. Источник: "Портал-Credo.Ru" Ссылки по теме: Мониторинг СМИ. Оранжевый сектовед. Неужели не корысти ради? Сектовед Дворкин стал защитником украинской "оранжевой революции" Мониторинг СМИ. ДругоеВремя - русская служба новостей: Известный русский сектовед предстал перед судом Документ. Решение Кировского районного суда города Ярославля по иску А.Л. Дворкина к Церкви ХВЕ по Ярославской области Владимир Ряховский. ЛОЖЬ «ВО ИМЯ РУССКОГО НАРОДА». Ирония постсоветской истории России: Дворкин объявляет себя выразителем интересов русского народа, а гонимые в советское время христиане исключаются из него Правозащитники проинформировали Воронежское областное управление образования о решении Страсбургского суда по поводу обращения родителей-норвежцев http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=190&ELEMENT_ID=1438 Межрегиональная правозащитная группа "Воронеж/Черноземье" направила копию недавнего решения Европейского суда по правам человека руководству Воронежского областного управления образования, сообщила "Порталу-Credo.Ru" юрист этой организации Ольга Гнездилова. Цель – ознакомить должностных лиц с международно-правовой ситуацией в вопросах преподавания основ религии школьникам, поскольку решение Страсбургского суда обязательно для исполнения странами-участницами Европейской хартии о правах человека...

Tue, 24 Jul 2007 14:00:00 +0400 Межрегиональная правозащитная группа "Воронеж/Черноземье" направила копию недавнего решения Европейского суда по правам человека руководству Воронежского областного управления образования, сообщила "Порталу-Credo.Ru" юрист этой организации Ольга Гнездилова. Цель – ознакомить должностных лиц, связанных с вынесением решений в сфере организации образовательного процесса, с международно-правовой ситуацией в вопросах преподавания основ религии школьникам, поскольку решение Страсбургского суда обязательно для исполнения странами-участницами Европейской хартии о правах человека. 29 июня 2007 г. ЕСПЧ вынес вердикт, признающий уроки "KRL" (христианское образование, религия и образ жизни) в норвежских школах нарушающими ст. 9 Европейской конвенции по правам человека, которая провозглашает свободу мысли, совести и религии. Однако, как отметила О.Гнездилова, никакой ответной реакции со стороны управления образования на этот документ пока не последовало. Главное управление образования Воронежской области в соответствии с соглашением, подписанным 24 мая 2007 г. между областным образовательным ведомством, региональным институтом усовершенствования учителей и Воронежской епархией РПЦ МП, объявило о поэтапном (рассчитанном на четыре года) введении с 1 сентября 2007 г. ОПК в качестве обязательного факультатива в школах Воронежской области. Предполагается, что предмет будет изучаться учениками общеобразовательных школ со 2 по 11 классы с регулярностью 1 час в неделю. Появление информации о новом предмете в учебной сетке воронежских школ стало причиной выступления местных гражданских организаций за сохранение светского характера образования в регионе. Заявление в связи с введением ОПК в школах Воронежской области открыто для подписания на сайте Межрегиональной правозащитной группы (www.irhrg.ru). В заявлении, в частности, отмечается: "Наличие в школе обязательного предмета не позволяет ученику реализовывать свое право на свободу исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Ученики будут вынуждены заучивать наизусть то, что им будет предложено Воронежской епархией РПЦ.  Кроме того, в Воронежской области проживают люди разных национальностей и вероисповеданий и их дети будут вынуждены учить предмет, который противоречит их религиозным убеждением или становиться «белой вороной», отказываясь от посещения Основ православной культуры и выслушивая недовольство учителей и нетолерантные высказывания одноклассников.   Нам хотелось бы напомнить, что декларируемое Конституцией право на свободу совести является абсолютным и не подлежит ограничению, даже в условиях чрезвычайного положения, в интересах безопасности государства и др. (см. ст. 56). Мы уверены, что в школах Воронежской области должен сохраниться существующий десятилетиями светский характер государственного и муниципального образования. Мы убеждены, что введение Основ православной культуры в качестве обязательного предмета в воронежских школах приведет к нарастанию напряженности в обществе.    Мы согласны, что новому российскому обществу нужна нравственная платформа, вера, но каждый должен выбрать ее для себя сам, а не с помощью навязывания дополнительных школьных предметов.  Мы просим отказаться от введения в Основ православной культуры в качестве обязательного предмета в общеобразовательных школах Воронежской области".  Ссылки по теме: Проект СПЦ-EHRAC. Документ. Решение Европейского суда по правам человека по делу Фольгере и другие против Норвегии в связи с введением обязательных уроков религии в школе Европейский суд по правам человека принял постановление против обязательных уроков религии в школе
Документ. Политика РПЦ МП: консолидация или развал страны? Открытое письмо академиков РАН президенту РФ В.В. Путину http://www.sclj.ru/news/detail.php?SECTION_ID=190&ELEMENT_ID=1434 С нарастающим беспокойством мы наблюдаем за все возрастающей клерикализацией российского общества, за активным проникновением церкви во все сферы общественной жизни. Конституция Российской Федерации провозглашает светский характер нашего государства и принцип отделения церкви от системы государственного образования. Мы обращаемся с этим письмом к Вам как к высшему должностному лицу нашей страны, являющемуся гарантом соблюдения основных положений Конституции...
Tue, 24 Jul 2007 12:00:00 +0400 Президенту Российской Федерации В.В. Путину Глубокоуважаемый Владимир Владимирович! С нарастающим беспокойством мы наблюдаем за все возрастающей клерикализацией российского общества, за активным проникновением церкви во все сферы общественной жизни. Конституция Российской Федерации провозглашает светский характер нашего государства и принцип отделения церкви от системы государственного образования. Мы обращаемся с этим письмом к Вам как к высшему должностному лицу нашей страны, являющемуся гарантом соблюдения основных положений Конституции. В марте с.г. в Москве проходил XI Всемирный русский национальный собор. Среди его решений обращает на себя внимание резолюция "О развитии отечественной системы религиозного образования и науки". Название несколько странное. Если религиозное образование — внутреннее дело РПЦ, то с какой стати церковь заботится о развитии науки? И нужна ли науке такая забота? Из дальнейшего текста все становится ясным. В резолюции предлагается обратиться в Правительство РФ с просьбой "о внесении специальности "теология" в перечень научных специальностей Высшей аттестационной комиссии. Сохранить теологию как самостоятельное научное направление". Что касается попыток внедрения теологии в ВАК, они начались отнюдь не сегодня. Но раньше ВАК ощущала мощное давление, не видимое постороннему глазу. После Собора оно уже не скрывается. А на каком основании, спрашивается, теологию — совокупность религиозных догм — следует причислять к научным дисциплинам? Любая научная дисциплина оперирует фактами, логикой, доказательствами, но отнюдь не верой. Между прочим, католическая церковь практически полностью отказалась от вмешательства в дела науки (в 1992 г. она даже признала свою ошибку в деле Галилея и "реабилитировала" его). В беседе с академиком В.И. Арнольдом (март 1998 г.) папа Иоанн Павел II признал, что наука одна способна установить истину, а религия, по словам понтифика, считает себя более компетентной в оценке возможного использования научных открытий. Наша РПЦ придерживается иной точки зрения: "Необходим диалог власти и общества для того, чтобы сложившаяся в советское время монополия материалистического видения мира наконец прекратилась в российской образовательной системе" (из резолюции Собора). Вообще-то все достижения современной мировой науки базируются на материалистическом видении мира. Ничего иного в современной науке просто нет. Прекрасно высказался на эту тему известный американский физик, лауреат Нобелевской премии С. Вайнберг: "Опыт ученого делает религию совершенно несущественной. Большинство ученых, которых я знаю, вообще не думают на эту тему. Они настолько не размышляют о религии, что даже не могут считаться активными атеистами" (New York Times, 23 августа 2005 г.). Так на что же нам предлагают менять "монополию материалистического видения мира"? Но вернемся к Высшей аттестационной комиссии. Внедрение церкви в государственный орган — очевидное нарушение Конституции страны. Впрочем, церковь уже внедрилась в вооруженные силы, СМИ рекламируют религиозные церемонии окропления новой боевой техники (спускаемые на воду надводные и подводные корабли окропляются в обязательном порядке, но, увы, не всегда это помогает). Широко освещаются религиозные церемонии с участием высокопоставленных представителей власти, и т.д. Все это примеры активной клерикализации страны. В уже упоминавшейся резолюции Собора содержится еще одна настоятельная просьба "о признании культурологической значимости преподавания основ православной культуры и этики во всех школах страны и о включении этого предмета в соответствующую область федерального образовательного стандарта". Иерархи РПЦ призывают Правительство ввести во всех школах России обязательный предмет — "Основы православной культуры". Надо сказать, идея запустить религию в школы страны вынашивается давно. В циркуляре Алексия II № 5925 от 9 декабря 1999 г., обращенном ко "всем епархиальным преосвященным", отмечается, что "мы не решим задачи духовно-нравственного воспитания будущих поколений России, если оставим без внимания систему государственного образования". В заключительной части этого документа сказано: "Если встретятся трудности с преподаванием "Основ православного вероучения", назвать курс "Основы православной культуры", это не вызовет возражений у педагогов и директоров светских учебных заведений, воспитанных на атеистической основе". Из процитированного текста следует, что под видом "Основ православной культуры" нам пытаются ввести (и вновь в обход Конституции) "Закон Божий". Даже если предположить, что речь действительно идет о курсе "Основ православной культуры", уже не раз говорилось, что в многонациональной многоконфессиональной стране такой курс вводить нельзя. И тем не менее Собор считает, что изучение школьниками "Основ православной культуры" необходимо в нашем государстве, где православные составляют абсолютное большинство населения". Если считать атеистов русской национальности поголовно православными, то большинство, наверное, получится. А вот если без атеистов, то, увы, православные окажутся в меньшинстве. Ну, да дело не в этом. Разве можно так презрительно относиться к другим конфессиям? Не напоминает ли это православный шовинизм? В конце концов, неплохо было бы церковным иерархам задуматься, куда ведет такая политика: к консолидации страны или к ее развалу? В Европейском сообществе, где межконфессиональная рознь уже проявилась во всей красе, после длительных обсуждений пришли к выводу о необходимости введения в школах курса истории основных монотеистических религий. Основной довод состоит в том, что знакомство с историей и культурным наследием других конфессий будет способствовать улучшению взаимопонимания между представителями различных национальностей и религиозных убеждений. Никому и в голову не пришло, к примеру, требовать введения "Основ католической культуры". На предыдущих Рождественских чтениях министр образования и науки А.А. Фурсенко сообщил, что закончена работа над учебником "Истории мировых религий". Лоббисты православия встретили сообщение в штыки. Между тем учебник, написанный сотрудниками Института истории РАН (он называется "Религии мира" и предназначен для учащихся 10—11-х классов средней школы), хорошо сбалансирован и содержит много сведений, которые следует знать каждому человеку, считающему себя культурным. А что мы имеем сейчас? Год назад петербургская школьница Маша и ее папа обратились в суд с требованием включить в программу средней школы по биологии теорию творения человека божественной силой (креационизм) вместо "устаревшего и ошибочного" дарвинизма. Абсурдная сложилась ситуация: почему-то суд должен решать, верна ли теория эволюции, которая утверждает, что жизнь на Земле зародилась свыше трех миллиардов лет назад, или же справедлива теория творения, которая в отличие от эволюционной теории не может представить ни одного факта и тем не менее утверждает, что жизнь на Земле существует несколько тысяч лет. Казалось бы, это вопрос, относящийся только к компетенции науки. Однако Маша и ее папа получили поддержку от патриарха Алексия II, который на Рождественских образовательных чтениях заявил: "Никакого вреда не будет школьнику, если он будет знать библейское учение о происхождении мира. А если кто хочет считать, что он произошел от обезьяны, — пусть он так и считает, но не навязывает это другим". А что если в школе изъять любые доказательства, забыть про элементарную логику, полностью выхолостить последние остатки критического мышления и перейти на зазубривание догматов, тоже никакого вреда не будет? Кстати, чтобы все было точно, ни Дарвин, ни его последователи никогда не утверждали, что человек произошел от обезьяны. Утверждалось лишь, что у обезьяны и человека были общие предки. Да и не только с дарвинизмом у церкви проблемы. Например, какое отношение имеет "библейское учение о происхождении мира" к фактам, твердо установленным современной астрофизикой и космологией? Что же в школе изучать — эти факты или "библейское учение" о сотворении мира за семь дней? Верить или не верить в Бога — дело совести и убеждений отдельного человека. Мы уважаем чувства верующих и не ставим своей целью борьбу с религией. Но мы не можем оставаться равнодушными, когда предпринимаются попытки подвергнуть сомнению научное Знание, вытравить из образования "материалистическое видение мира", подменить знания, накопленные наукой, верой. Не следует забывать, что провозглашенный государством курс на инновационное развитие может быть осуществлен лишь в том случае, если школы и вузы вооружат молодых людей знаниями, добытыми современной наукой. Никакой альтернативы этим знаниям не существует. Академики Российской академии наук Е. АЛЕКСАНДРОВ Ж. АЛФЕРОВ Г. АБЕЛЕВ Л. БАРКОВ А. ВОРОБЬЕВ В. ГИНЗБУРГ С. ИНГЕ-ВЕЧТОМОВ Э. КРУГЛЯКОВ М. CАДОВСКИЙ А. ЧЕРЕПАЩУК Источник: "Портал-Credo.Ru"
Церковь в кольце врагов Делу Pussy Riot пять лет. Как панк-молебен повлиял на РПЦ? http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=483&ELEMENT_ID=7665 Ровно пять лет назад, 17 августа 2012 года, судья Хамовнического суда Москвы Марина Сырова приговорила Надежду Толоконникову, Марию Алехину и Екатерину Самуцевич к двум годам колонии. Их осудили по статье о хулиганстве за панк-молебен «Богородица, Путина прогони», который они провели в храме Христа Спасителя. Акция Pussy Riot и приговор суда стали важнейшей точкой в истории современной Русской православной церкви Tue, 29 Aug 2017 13:00:00 +0400 Ровно пять лет назад, 17 августа 2012 года, судья Хамовнического суда Москвы Марина Сырова приговорила Надежду Толоконникову, Марию Алехину и Екатерину Самуцевич к двум годам колонии. Их осудили по статье о хулиганстве за панк-молебен «Богородица, Путина прогони», который они провели в храме Христа Спасителя. Акция Pussy Riot и приговор суда стали важнейшей точкой в истории современной Русской православной церкви. «Медуза» попросила религиоведов Константина Михайлова (Центр изучения религий РГГУ) и Романа Лункина (Институт Европы РАН) по пунктам рассказать о важнейших переменах, которые произошли с РПЦ из-за дела о панк-молебне. Константин Михайлов Центр изучения религий РГГУ В РПЦ искренне считают, что Церковь оказалась в кольце врагов Если говорить об изменениях внутри самой Церкви, они не столько политические и структурные, сколько мировоззренческие и идеологические. В современной идеологии РПЦ появился очень важный конструкт, который предполагает, что на церковь идут постоянные гонения. Со стороны кажется, что все наоборот: Церковь очень сильна и сама преследует инакомыслящих, но внутри Церкви ощущения другие. Причина тут не только в Pussy Riot, но это дело сыграло большую роль. Сейчас уже многие подзабыли, что процесс над Pussy Riot проходил на фоне других громких историй — например, скандалов с часами патриарха и его квартирой, из-за которых РПЦ сильно критиковали. Это тоже добавило ощущения угрозы, но центральным событием все-таки было дело Pussy Riot. И эта идея — «Церковь в кольце врагов» — это не просто риторика, а именно внутреннее самоощущение многих людей в РПЦ. РПЦ усилила свои позиции в отношениях с государством Дело Pussy Riot стало важной отправной точкой для усиления роли Церкви в государстве и, возможно, для всего российского консервативного поворота последних лет. Кроме самых громких последствий — принятия закона об оскорблении чувств верующих — есть и другие: если введение основ православной культуры в школах обсуждалось и до дела Pussy Riot, то сейчас, например, теологию внесли в список научных дисциплин, прошла защита первой диссертации. Мы видим активное участие церковных деятелей в каких-то политических событиях, голос священнослужителей стал слышен в разговорах на темы, которые раньше не предполагали их активного участия. Характерный пример — длящийся уже довольно долго скандал с еще не вышедшим фильмом «Матильда», который в значительной степени спровоцирован депутатом Натальей Поклонской, но при этом активно поддерживается какими-то духовными деятелями. Консервативный крен был и до Pussy Riot, но эта история сильно его ускорила. Роман Лункин Институт Европы РАН РПЦ стала карательной силой Дело Pussy Riot запустило цепную реакцию: Церковь стала использовать государственные силовые структуры в своих целях. В том числе для того, чтобы показывать свою значимость через процессы по оскорблению религиозных чувств верующих. Екатеринбургская епархия активно участвовала в деле Руслана Соколовского. В Сочи недавно осудиличеловека за перепост карикатур с изображением Иисуса Христа — и поводом стало письмо одного из священников Краснодарской епархии. И в истории с «Тангейзером» в Новосибирске тоже епархия принимала прямое участие (заявление в прокуратуру написал митрополит Новосибирский и Бердский Тихон — прим. «Медузы»). Церковь отошла от своего милосердного образа, которым по идее для абсолютного большинства общества она должна обладать — от Церкви ждут милосердия. Наши социологические исследования показывают, что значительная часть молодого духовенства на местах ощутила эту новую политику патриархии, которая оказалась достаточно губительной для широкой миссии православной церкви — главным образом среди молодежи. Потому что Церковь стала ассоциироваться с какими-то карательными акциями и с властью, и это отвращает от нее молодых людей. РПЦ окончательно противопоставила себя демократической оппозиции Безусловно, дело Pussy Riot стало символическим поворотом к тому, что православная церковь окончательно противопоставила себя демократической оппозиции. Это стало совершенно очевидно. Еще в 2011 году патриарх заявлял, что мы приветствуем все политические силы, к которым себя относят разные верующие, а в 2012 году он уже осуждает всякие выступления и общественные акции — как направленные против существующей власти и неприемлемые. Появилось много молодых православных, которым не нравится политика РПЦ После дела Pussy Riot значительная часть общества стала критически относиться к Церкви. Представители патриархии стали заявлять о том, что это такая антицерковная кампания и что критики представляют атеистическую интеллигенцию, которая враждебно относится к Церкви. Но многие критикуют Церковь не с атеистических, а с религиозных, даже можно сказать — с христианских позиций. Если говорить о пропорциях, то эти люди которые критически относятся к Церкви с неких расплывчатых или общехристианских позиций составляют около трети — это следует, в частности, из исследований «Левада-центра». То есть это не принципиальные противники Церкви и патриарха Кирилла, а те, кто стремится увидеть некий новый образ Церкви или как-то скорректировать его. Таких людей немало. Характерно, что Алексей Навальный тоже заявляет, что он православный человек, но при этом он не хочет видеть среди представителей Церкви таких людей, которые действуют как прокуратура. Он как политик с националистическими оттенками и стремящийся играть в том числе на патриотических чувствах как раз очень хорошо чувствует это настроение. Нельзя быть абсолютно неверующим, не православным. Это непопулярно в обществе, маргинально. Нужно быть православным, но при этом критически относиться к Церкви. И как раз после Pussy Riot такая позиция стала популярной. источник: Медуза О проекте федерального закона, вносящего изменения в порядок осуществления надзора в области охраны объектов культурного наследия http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=483&ELEMENT_ID=7664 На официальном портале проектов нормативных правовых актов Министерством культуры РФ размещен проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" и отдельные законодательные акты Российской Федерации». Tue, 29 Aug 2017 13:00:00 +0400 На официальном портале проектов нормативных правовых актов Министерством культуры РФ размещен проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" и отдельные законодательные акты Российской Федерации». Законопроект, по замыслу разработчика, направлен на совершенствование порядка осуществления государственного надзора в области охраны объектов культурного наследия. Проект федерального закона комментирует руководитель Юридической службы Московской Патриархии игумения Ксения (Чернега). Законопроект предусматривает установление общественного контроля за сохранением, использованием, содержанием и популяризацией объектов культурного наследия. Право осуществлять такой контроль предоставляется общественным организациям через создаваемые ими общественные инспекции, члены которых имеют право беспрепятственно, без учета режима осуществления богослужений и иной религиозной деятельности, посещать и осматривать принадлежащие религиозным организациям объекты культурного наследия и их территории, а также использовать при проведении мониторинга состояния объектов культурного наследия технические средства связи, аудио-, фото- и видеофиксацию, средства технического и инструментального контроля, беспилотные летательные аппараты. Согласно законопроекту религиозные организации не могут выступить в качестве учредителей общественных инспекций. При этом законопроект исключает возможность включения в состав общественных инспекций лиц, состоящих в трудовых или гражданско-правовых отношениях с религиозными организациями как собственниками (пользователями) объектов культурного наследия. Поскольку более 90% объектов культурного наследия находится в собственности или пользовании религиозных организаций, принятие законопроекта создаст почву для беспрецедентного вмешательства общественных организаций в деятельность религиозных организаций. Тем самым будут грубо попраны не только нормы государственного законодательства, но и международные обязательства, гарантирующие религиозным общинам право осуществлять деятельность в соответствии с собственными внутренними установлениями и иерархической структурой. Подконтрольность деятельности религиозных общин общественным инспекциям и иным общественным формированиям лежит вне правового поля и поэтому совершенно недопустима. Даже в советское время, когда антирелигиозная пропаганда была частью государственной идеологии, общественный контроль за деятельностью религиозных организаций не допускался. Наделение общественных инспекций правом контролировать деятельность религиозных организаций в сфере сохранения, использования и содержания объектов культурного наследия приведет к самоуправству отдельных общественных групп, прежде всего и главным образом, в религиозной сфере, поскольку общественные инспектора получат возможность входить в алтари храмов, в том числе во время богослужений, осматривать внутренние помещения келейных корпусов и иных монастырских и приходских зданий. Законопроект требует серьезной доработки в части исключения памятников истории и культуры религиозного назначения из перечня объектов подлежащих общественному контролю и не может быть поддержан в существующей редакции. источник: Синодальный отдел по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ/Патриархия.ru О госпошлине за регистрацию прав на недвижимость http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=483&ELEMENT_ID=7663 За государственную регистрацию прав организаций на недвижимое имущество уплачивается государственная пошлина в размере 22 000 рублей за каждый объект (подп. 22 п. 1 ст. 333.33 НК РФ). Согласно поступившим из епархий данным, некоторые епархии расходуют в год на оплату государственной пошлины около 4 млн руб. (епархии обращаются в управления Росреестра с заявлениями о регистрации права). В этой связи у епархиальных архиереев часто возникает вопрос, можно ли избежать затрат на оплату государственной пошлины? Tue, 29 Aug 2017 12:00:00 +0400 За государственную регистрацию прав организаций на недвижимое имущество уплачивается государственная пошлина в размере 22 000 рублей за каждый объект (подп. 22 п. 1 ст. 333.33 НК РФ). Согласно поступившим из епархий данным, некоторые епархии расходуют в год на оплату государственной пошлины около 4 млн руб. (епархии обращаются в управления Росреестра с заявлениями о регистрации права). В этой связи у епархиальных архиереев часто возникает вопрос, можно ли избежать затрат на оплату государственной пошлины? Ситуацию комментирует руководитель Юридической службы Московской Патриархии игумения Ксения (Чернега). Материал вышел в июльском номере журнала «Приход» за 2017 год. Анализируя данный вопрос, рассмотрим две позиции. Одна из них базируется на определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 г. № 307 ― ЭС 1613119, оставившем в силе постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда СПб от 10.03.16 (дело № А56-63212/2015 между Комитетом имущественных отношений Санкт-Петербурга и управлением Росреестра по Санкт-Петербургу). По существу, эта позиция основана на положении п. 2 ст. 19 Федерального закона № 218-ФЗ от 13.07.2015 г. «О государственной регистрации недвижимости», согласно которому в случае, если право на недвижимое имущество возникает на основании акта органа государственной власти или органа местного самоуправления, государственная регистрация такого права проводится на основании заявления соответствующих государственного или муниципального органа. Как представляется, эта статья напрямую относится к комментируемой ситуации, ведь при передаче недвижимости в собственность религиозных организаций на основании норм Федерального закона от 30.11.2010 № 327-ФЗ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности» государственный или муниципальный орган принимает решение о передаче объекта недвижимости, которое оформляется в виде акта соответствующего органа (например, распоряжения или постановления о передаче), а значит именно государственный (муниципальный) орган, а не религиозная организация должен подать в управление Росреестра заявление о регистрации права собственности религиозной организации на переданный объект. Согласно ч. 1 ст. 333.17 НК РФ плательщиком государственной пошлины является лицо, обратившееся за совершением юридически значимых действий. В соответствии со ст. 333.35 Налогового кодекса РФ органы государственной власти и органы местного самоуправления имеют льготы по оплате государственной пошлины в виде освобождения от оплаты. В этом случае государственная пошлина не подлежит оплате. Итак, на первый взгляд, все просто: для того, чтобы избежать оплаты государственной пошлины за регистрацию права собственности на переданный государством объект недвижимости, необходимо добиться применения в субъектах Российской Федерации п. 2 ст. 19 Федерального закона № 218-ФЗ от 13.07.2015 г. «О государственной регистрации недвижимости». Однако положение п. 2 ст. 19 Федерального закона № 218-ФЗ иначе трактуется Минэкономразвития России и Минфином России. Согласно письму Минэкономразвития России от 14.03.2017 № ОГ-Д23-2633 государственный или муниципальный орган, действительно, может обратиться в территориальный орган Росреестра с заявлением о регистрации права, возникшего у третьего лица на основании акта государственного или муниципального органа. Однако, по мнению Минэкономразвития России, государственная пошлина в этом случае должна быть все же оплачена за счет средств нового правообладателя, в отношении которого совершаются юридически значимые действия (государственная регистрация), поскольку, как считает министерство, в данном случае государственный или муниципальный орган действует как «наделенный соответствующими полномочиями законом представитель» нового правообладателя, являющегося плательщиком государственной пошлины. При этом Минэкономразвития России ссылается на аналогичную позицию Минфина России, изложенную в письмах от 2 декабря 2015 г. № 03-05-04-03/70406 и от 25 мая 2016 г. № 03-05-06-03/29946. Однако позиция, занятая федеральными министерствами, представляется спорной. Ведь, согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 22 января 2004 г. № 41-О, представительство в налоговых правоотношениях означает совершение представителем действия от имени и за счет собственных средств налогоплательщика (плательщика сбора) ― представляемого лица. Между тем, в силу п. 2 ст. 19 Федерального закона № 218-ФЗ, государственный (муниципальный) орган, обращаясь в органы Росреестра с заявлением о регистрации права, действует от собственного имени, а не от имени нового правообладателя; доверенность государственному (муниципальному) органу на совершение юридически значимых действий не выдается. Таким образом, налицо расхождение в трактовке норм действующего законодательства органами исполнительной власти и судами. Окончательный ответ на вопрос, платить или не платить государственную пошлину за регистрацию права собственности на передаваемые объекты религиозного назначения, можно будет дать только после того, как сложится соответствующая судебная практика. источник: Патриархия.ru Гибридная демократия и свобода совести http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7644 Накануне Международного дня защиты детей Владимир Путин в Кремле вручил орден «Родительская слава» многодетным супругам Новик из Карелии. Валерий Новик в ответном слове процитировал Библию. Ему ли ее не знать – Свидетели Иеговы, к которым он принадлежит, регулярно собираются для ее изучения. Wed, 12 Jul 2017 15:00:00 +0400 Накануне Международного дня защиты детей Владимир Путин в Кремле вручил орден «Родительская слава» многодетным супругам Новик из Карелии. Валерий Новик в ответном слове процитировал Библию. Ему ли ее не знать – Свидетели Иеговы, к которым он принадлежит, регулярно собираются для ее изучения. Пикантность ситуации в том, что награждение состоялось немногим больше месяца после решения Верховного суда России о запрете Свидетелей Иеговы как экстремистской организации. Недосмотрели чиновники, проглядели проникновение в Кремль «сектантов». Но ничего, как только орденоносцы продолжат посещать собрания единоверцев, перед ними замаячит вполне реальная перспектива оказаться за решеткой. Соседство этих двух событий весьма симптоматично. Гибридный режим, можно так сказать. Не вполне демократия, но и отнюдь не диктатура. Взять тех же Свидетелей Иеговы – если сравнить с 1951 годом, когда их без суда и следствия семьями выселили в Сибирь (операция «Север»). Однако среди российских протестантов последнее время пошли разговоры об эмиграции. После законов так называемого «пакета Яровой», ограничивших миссионерство. Такие разговоры не велись в их среде почти три десятилетия. Это сейчас пятидесятники вспомнили, что на рубеже 90-х, как только приоткрылась граница, больше миллиона их единоверцев покинули СССР. Приведу рассказ очевидца, как в позднесоветские годы прорабатывали одного из Свидетелей Иеговы. Время было вполне вегетарианское, их уже никуда не ссылали, так, гоняли понемногу. Так вот, на совхозном собрании ему было сказано: ты, мол, молишься «своему Иегове», а сало ешь украинское (дело было в Советской Украине). «Так я же больше всех по району сала сдаю», – заметил он в ответ. Знаете, кем работает награжденный президентом Валерий Петрович Новик? Слесарем шестого разряда по ремонту дорожно-строительных машин. Жена его, Татьяна Николаевна, – домохозяйка. Законопослушные, работящие люди. А вот староверы, община переселенцев из Латинской Америки. При переезде на Дальний Восток им обещали технику, землю, дома, кредиты. За восемь лет не получили почти ничего. Засобирались было назад. Понадобилась встреча Владимира Путина с главой старообрядческой Церкви митрополитом Корнилием (Титовым), чтобы дело как-то сдвинулось. Поворот к «гибридности» случился не сразу. Четверть века назад у нас заложили иные основы отношений с религиозными меньшинствами и пытались им следовать. С начала нулевых годов основы эти перестали всех устраивать. Как это так можно, чтобы все религиозные организации были равны перед законом? Говорите, Россия – светское государство? Ну-ну. Согласно опросам, за последние годы процент тех, для кого важна свобода совести, сократился вдвое. Главное для нас – традиции, а о признанной Всеобщей декларацией прав человека свободе менять свою религию и вспоминать неохота. Словом, захотели жить по-старому. А что делать тем, кто хочет жить по-старому, но не может? Имитировать жизнь по новым (принятым в 90-е) демократическим законам, а самим прижимать по старинке «сектантов». Политику в сфере государства и религий постепенно отдали на откуп правоохранительным органам. Еще 10–15 лет назад в ее выработке участвовали советы и комиссии при президенте и правительстве, горячие головы заговаривали о создании специализированного федерального органа, казавшегося либералам страшным зверем. Нам бы сейчас те заботы! Нынче силовики не только применяют законы, они их инициируют. Взять хотя бы «законы Яровой» – ну не сама же она решила внести объемный «антиэкстремистский» пакет, да еще перед вторым чтением рядовых и вполне мирных дополнений в закон о религиозных объединениях. Как это можно – взять и в одночасье запретить миссионерство в жилых помещениях? Протестанты (сектанты по-нашему) не могут без этого, исповедуемые ими доктрины неотделимы от миссионерства. «Разрешается чтить Бога по римскому обряду? Пусть будет разрешено и по женевскому. Разрешается говорить по-латыни в суде? Пусть будет разрешено, кому это хочется, и в храме. Ведь в собственном доме можно преклонять колени, стоять, сидеть, как угодно двигаться, одеваться в белые или черные, длинные или короткие одежды?». Джон Локк в XVII веке в своем «Послании о веротерпимости» высказывал мысли, которые тогда казались очевидными, а сегодня у нас выглядят крамолой. Куда же мы откатились! Перед законодателем стоит сложная задача. Как бы не нарушить конституционные принципы, но при этом немного ограничить религиозную свободу? Напоминает старый анекдот об иностранце с больным желудком в грузинском ресторане. Зная, что там готовят лишь острые блюда, заказал яйца всмятку. Все, кто с ним пришел, давно поели, а он все ждал заказа. В конце концов не выдержал, спросил: неужели так долго яйца варить? Официант объяснил заминку: «Наш повар думает, как туда перец положить». А знаете, зачем правоприменитель инициирует неправовые законы? Чтобы, в свою очередь, имитировать бурную деятельность. Право мешает это делать, сопротивляется, а ему подавай удобный закон с широкими и невнятными дефинициями, удобный для силовиков и неудобный для верующих. Например, об «экстремизме без берегов». Чтобы под видом борьбы с экстремизмом ловить «сектантов». Они люди мирные, иметь с ними дело одно удовольствие. А что же суды? В большинстве случаев, увы, штампуют полицейские протоколы о незаконном миссионерстве. По счастью, бывают исключения, но их из полутора сотен дел по «пакету Яровой» сущие единицы. Все же гибридный режим при всех недостатках лучше того, который наступает ему на пятки. Скажете, какая разница: все равно ведь конституционные принципы то и дело обходят? Разница есть. Обход конституционного запрета – это нехорошо, конечно, но все же лучше, чем его отмена. Имитация – лучше, чем отход от гибридности, кстати, вполне вероятный. Особенно после того, как в профильном комитете Госдумы пообещали изучить решение суда по делу «Свидетелей Иеговы», чтобы использовать в законотворчестве. Да еще сослались на то, что «в России немало религиозных организаций, деятельность которых находится под вопросом». Вот еще цитата из Локка: «Насколько же спокойнее станет государству, когда не станет никакой дискриминации граждан по религиозным причинам, когда все добрые граждане, к какой бы Церкви они ни принадлежали, будут пользоваться равной благосклонностью государя и равным справедливым покровительством законов, чья суровость будет страшна одним лишь преступникам и тем, кто злоумышляет против мира в государстве!»  источник: НГ Религии Из Бурятии высланы четыре корейских миссионера-баптиста http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7643 4 июля 2017 года стало известно о выдворении из России четырех граждан Кореи, признанных виновными в незаконном миссионерстве и нарушении правил въезда в Российскую Федерацию. Wed, 12 Jul 2017 15:00:00 +0400 Баптистов из Кореи, проповедовавших в Бурятии, оштрафовали и выслали из России. 4 июля 2017 года стало известно о выдворении из России четырех граждан Кореи, признанных виновными в незаконном миссионерстве и нарушении правил въезда в Российскую Федерацию. В конце июня двое мужчин и две женщины, баптисты, прибыли из Иркутска в село Петропавловка Джидинского района Республики Бурятия. Сразу по прибытии они начали обходить дома местных жителей, рассказывая им о вере. Сообщается, что ни одна из четырех зарегистрированных в Бурятии баптистских общин не выдавала им документ, уполномочивающих на ведение миссионерской деятельности, а в качестве цели посещения России на паспортно-визовом контроле граждане Кореи назвали туризм. Районный суд Джидинского района постановил оштрафовать каждого из четверых миссионеров на 32 тысячи рублей и выслать их из России. В начале июля все четверо вылетели в Сеул. источник: СОВА В США скончался крупный лютеранский теолог и социолог религии Питер Людвиг Бергер http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7642 Как сообщили американские протестантские СМИ, 27 июня 2017 г. в Бруклине, Массачуссетс, США, на 89 году жизни скончался известный лютеранский теолог и социолог религии Питер Людвиг Бергер (Peter Ludwig Berger), представитель социально-конструкционистского направления в социологии. Wed, 12 Jul 2017 15:00:00 +0400 Как сообщили американские протестантские СМИ, 27 июня 2017 г. в Бруклине, Массачуссетс, США, на 89 году жизни скончался известный лютеранский теолог и социолог религии Питер Людвиг Бергер (Peter Ludwig Berger), представитель социально-конструкционистского направления в социологии. «Неизлечимый лютеранин», как он сам себя называл, был воистину космополитом: он родился в 1929 г. в Италии, вырос в Вене, проживал в Париже и Лондоне, а затем после Второй мировой войны, в 1946 г., эмигрировал в США. В 1949 г. Бергер закончил Вагнер Колледж со степенью бакалавра искусства. Продолжил образование в New School of Social Research в Нью-Йорке (магистерская степень в 1950 г. и докторская — в 1952 г.). В 1955 — 1956 гг. сотрудничал с Evangelische Akademie (Германия). В 1956 — 1958 гг. был ассистентом в Университете Северной Каролины; в 1958 — 1963 — старший преподаватель Hartford Theological Seminary. Позднее преподавал в New School for Social Research, Рутгерском университете и Бостон Колледже. С 1981 г. преподавал социологию и теологию в Бостонском университете. С 1985 г. возглавлял Институт исследований экономической культуры, который он позже преобразовал в Институт культуры, религии и мировых проблем. Бергер получил широкую известность, главным образом, благодаря своему труду «Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания» (Нью-Йорк, 1966 г.), который он написал совместно с Томасом Лукманом. Бергер описывал процессы секуляризации, то есть освобождения социальных сфер и вообще всего публичного пространства от религии. Он долгое время считал, что наступает новая, секулярная эпоха. Однако в конце ХХ в. ученый понял ошибочность своих взглядов и уже в 1999 г. выпустил сборник трудов, посвященных анализу десекуляризации, то есть возвращение религии в публичное пространство. Социолог утверждал, что уменьшение влияния религиозных институтов не ведет к уменьшению индивидуальной веры, и, следовательно, секуляризационные процессы не приведут к исчезновению религиозности. Исследователь также отмечал, что секулярные идеи наиболее распространены в западноевропейском обществе, преимущественно — среди образованной элиты. В конце концов Бергер пришел к идее плюрализации, утверждая, что религиозная система не разрушается в целом, но у нее появляется альтернатива в виде светской системы ценностей. То есть верующих не становится меньше, но у них расширяется возможность выбора мировоззренческой позиции. источник: Седмица Смольный передал православным религиозным организациям еще 4 га земли на 237 млн рублей http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7641 Чиновники Петербурга передали местным православным религиозным организациям около 4 га земли для строительства храмов. Кадастровая оценка всех участков превышает 237 млн рублей. Wed, 12 Jul 2017 15:00:00 +0400 Чиновники Петербурга передали местным православным религиозным организациям около 4 га земли для строительства храмов. Кадастровая оценка всех участков превышает 237 млн рублей. Правительство Петербурга в понедельник передало в ведение местных православных организаций около 4 га земли для "религиозного использования". Общая кадастровая стоимость всех участков превышает 237 млн рублей. Пять соответствующих постановлений размещены на сайте Смольного. Участок площадью 11,7 тыс. м2 на Грузинской улице официально передан приходу храма преподобномученицы Марии Гатчинской для строительства одноименного храма. В безвозмездное пользование земля передается на 120 месяцев. Согласно кадастровой карте, государство передало религиозной организации землю около станции метро "Волковская" стоимостью свыше 130 млн рублей. Планируемое здание было спроектировано по проекту главного архитектора Петергофа Николая Бенуа. В 1862 году проект одобрил еще император Александр II. Кроме храма, на участке также планируется построить молодежный центр. В 2015 году приход сообщал, что возвести деревянный храм могла производственно-строительная компания "Зодчие" за 3 млн рублей. Участок 1 на улице Димитрова площадью 20,8 тыс. м2 оценивается по кадастру в 83 млн рублей. Он отошел приходу храма святого великомученика Дмитрия Солунского, который также планирует построить напротив парка Интернационалистов целый комплекс зданий. Сообщалось, что на 2 га появятся церковь и несколько корпусов Центра духовно-нравственного развития молодежи. Приход храма Рождества пресвятой Богородицы в Сестрорецке получил 2,8 тыс. м2 земли кадастровой стоимостью свыше 17 млн рублей. На участке появится церковно-приходская школа с храмом и часовней. Школа дополнит храм Рождества пресвятой Богородицы в поселке Александровская. Еще один участок площадью 3,1 тыс. м2 в поселке Торфяное ценой около 7 млн рублей получил приход храма во имя Святых мучеников младенцев Вифлеемских. На этом месте планируется возвести комплекс церковных зданий: храм, колокольню и административно-бытовое здание. Самый маленький участок отошел приходу храма Воскресения христова — 0,5 тыс. м2 на 150 человек (около 1 млн рублей). В 2016-2017 годах городское правительство выделило под православные религиозные объекты 18 участков. По оценкам экспертов, на них планируется возвести церковные объекты на общую сумму свыше 7 млрд рублей. По оценкам епархиального архитектора Петербургской митрополии Дмитрия Борунова, в Петербурге нужно построить еще 150 храмов, чтобы их количество приблизилось к заданной патриархом Кириллом норме — один приход на 11 тыс. человек. Сейчас в Петербурге зарегистрировано 245 православных приходов. источник: DP.ru Вера и цивилизация http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7634 Насколько я понимаю, у многих людей такой травматический опыт пребывания в Православной церкви. Я знаю совсем кошмарные случаи, когда художник крестится и сжигает все свои полотна, и хорошо, если свои, ведь мы знаем случаи, когда пытались уничтожить чужие произведения искусства. Однако смысл веры, как мне кажется, для абсолютного большинства верующих как раз в том, чтобы раскрыть в человеке творческий потенциал и при этом освободить его от всего, что мешает творчеству, условно говоря, от страсти. Wed, 28 Jun 2017 20:00:00 +0400 Деньги на мощах. Кто и как делает бизнес на православных паломниках http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7633 С конца мая, когда в столицу привезли мощи святого Николая из Италии, к храму Христа Спасителя стоит многокилометровая очередь. Пока одни в ней надеются на чудо, другие зарабатывают. Wed, 28 Jun 2017 20:00:00 +0400 С конца мая, когда в столицу привезли мощи святого Николая из Италии, к храму Христа Спасителя стоит многокилометровая очередь. Пока одни в ней надеются на чудо, другие зарабатывают.  Плата за мощи  Традиция паломничества – посещение святых мест – существует во всех религиях. В христианстве она появилась практически сразу.  – Мать императора Константина – того самого, который ввел в Византии христианство, – занималась археологией. Благодаря ей откопали кресты на Голгофе и определили тот, на котором распяли Иисуса Христа, – рассказывает религиовед Алексей Гайдуков. – Первые христиане отправлялись по святым местам ко Гробу Господню в Иерусалим. На Руси после Крещения русичи собирались в Киев, поклонялись первым русским христианам-мученикам Феодору Варягу и его сыну Иоанну, а также князьям-страстотерпцам Борису и Глебу.  В XXI веке паломники не всегда едут к мощам, случается и обратное – мощи едут к ним. Такие события всегда вызывают ажиотаж – как в 2011 году, когда в Москву из Афона привезли Пояс Богородицы, или сейчас, когда из итальянского города Бари в Россию доставили ребро Николая Угодника.  В РПЦ называют только имя главного спонсора мероприятия – председателя правления химического холдинга Андрея Гурьева, который обеспечил путешествие мощей. Сумму, в которую обошлась доставка останков святого, не называют. Протодиакон Андрей Кураев не исключает, что владелец мощей – католическая церковь в Бари – получил плату за их предоставление.  – Несомненно, гастроли с мощами могут приносить доход, – говорит Кураев. – Католики же продают масло с могилы Николая, в том числе православному местному приходу для продажи в православном мире. «Все включено»  Когда мощи Николая доставили в Россию, турфирмы – специальные паломнические и широкого профиля – мгновенно сориентировались и стали возить верующих в храм Христа Спасителя. В маленьком владимирском Коврове, например, к делу подключились сразу три крупных турагентства.  – Я давно хотела попасть к Николаю Чудотворцу, но в Бари лететь дорого, а до Москвы ехать всего 4 часа, – рассказала пенсионерка Елена Гуляева. – Ездила от агентства за 900 рублей. Могла бы и сама, но так удобнее. Нас довезли и забрали потом с Фрунзенской набережной, откуда начинается очередь. Автобус на 44 человека был заполнен полностью, ехали даже с маленькими детьми.  Многие предпочитают ездить по-настоящему, по-православному – от паломнического отдела местной епархии, хотя зачастую так выходит дороже. Во Владимире паломническая служба установила ценник на поездку к Николаю в 1100 рублей с человека.  – Встречаемся в церкви Михаила Архангела, – рассказали в паломническом отделе при Владимирской епархии. – Батюшка служит молебен о путешествующих и благословляет на дорогу. В автобусе с вами едет православный сопровождающий, он читает акафист Николаю Чудотворцу. Обычно, когда люди приезжают в храм или монастырь, они стараются приобрести сувенир на память: календарь, икону, свечи. В кафедральном храме Христа Спасителя с этим полный порядок. Купить можно даже масло с могилы Николая Чудотворца, маленький флакончик – 50 рублей. От желающих нет отбоя.  – К церковной лавке – огромная очередь, – рассказывает Елена Гуляева. – Хотела купить иконку, но стоять бы пришлось еще несколько часов. Не стала, тем более что цены в храме очень высокие. Свечи, которые в наших местных храмах стоят 7–8 рублей, там продают по 50. А когда ставишь, покупаешь не одну, а десяток. С конца мая, когда в столицу привезли мощи святого Николая из Италии, к храму Христа Спасителя стоит многокилометровая очередь  В пешей доступности от чуда С мощами русских святых, которые хранятся в наших храмах и монастырях, ситуация такая же. Чем больше поток страждущих прикоснуться к чуду, тем больше доход площадки, на которой находится святыня.  В православии неважен размер мощей – считается, что помогают не останки, а вера. Однако по факту чем больше мощи, тем больше к ним внимания верующих.  Самые известные и популярные у паломников места – Дивеево, где хранятся мощи Серафима Саровского, Покровский монастырь в Москве, где лежат останки Матронушки Московской, и Троице-Сергиева лавра, где был захоронен Сергий Радонежский. Самый популярный формат туров туда – на один день, но те, кто приехал издалека или хочет провести побольше времени, останавливаются на сутки или несколько.  В нижегородском селе Дивеево с населением всего в 6,5 тысяч человек снять однокомнатную квартиру на 24 часа стоит 2 тысячи рублей. Арендный бизнес здесь процветает, строятся дома и раскупаются квартиры.  – В пешей доступности от монастыря за 2 миллиона можно купить только старую однушку. Новая будет значительно дороже, – объяснил расклад дивеевский риелтор Николай. – Я здесь 9 лет риелторский бизнес веду.  От Сергиева Посада до Москвы 1,5 часа езды на электричке. Но цены на долгосрочную аренду квартир там начинаются от 18–20 тысяч рублей, как в самом ближнем Подмосковье. Рантье держат планку, потому что знают: есть паломники, которые приезжают и останавливаются рядом с лаврой на месяцы, а то и на годы. Свято место пусто не бывает.  Где много паломников – много и нищих. Поэтому в очереди к мощам Николая Чудотворца сразу появились попрошайки.  – Их было немало, – рассказывает паломница из Коврова Людмила. – Молодые, лица загорелые. У меня лишних денег нет, не подавала, но многие доставали кошельки.  У верующих считается, что плохо отказывать просящему – можешь и сам оказаться в нужде, на это и рассчитывают нищие в таких местах. Попрошайки стоят и у стен Покровского монастыря, и у Троице-Сергиевой лавры. С территории их выгнали, но запретить побираться поблизости не могут. Ничего противозаконного они не делают. Тихо стоят с табличками, не пристают.  «Продам мощевик»  Еще накануне приезда мощей Николая из Бари в интернете стали предлагать купить частичку останков святителя. Поднялся шум, лот сняли, но остались другие, не менее любопытные. Некий Alexbishop (переводится как Алекс-священник) предлагает приобрести мощи апостола Фаддея: «мощевик опечатан сургучной печатью епископа, не вскрывался. Епархия Бордо», итальянский мощевик с частицей мощей первомученика архидиакона Стефана, «редчайший старый итальянский мощевик с частицей мощей священномученика Ипполита Римского» и немало других.  Цены начинаются от 20 тысяч рублей. Автор объявления предлагает встретиться в Москве у метро «Китай-город», а иногороднему покупателю готов выслать мощи при полной предоплате... почтой. При этом, разумеется, дает полную гарантию подлинности. Что проверить невозможно.  – Сам факт, что мощи продаются на сайте частных объявлений, не может не вызывать подозрения, – считает религиовед Роман Лункин. – Церковь не поддерживает торговлю реликвиями. В новых храмах появляются мощевики, но приобретаются они не путем купли-продажи, а благодаря связям настоятеля.  Однако, если есть такие предложения, значит, есть спрос – кто-то готов сделать такую покупку. И это еще более странная история, чем многочасовая очередь к мощам Николая Чудотворца, которые в любой момент можно найти еще в 26 московских храмах. источник: Собеседник Православный Роскомнадзор. Как работает миссионерский отдел Екатеринбургской епархии РПЦ МП http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7632 Если ввести в поисковую строку «Миссионерский отдел Екатеринбургской епархии», Google выдаст много новостей из прошлого: предупреждения о начале сезона охоты сектантов на людей от 2008 года, митинг против тоталитарных сект 2009 года, лекции по основам духовной безопасности в СИНХе 2015 года и т.д. Но с 2016 года новости прекращаются. О миссионерском отделе почти ничего не слышно, его деятельность не видна, и мы перестали понимать, чем вообще занимается эта структура. Wed, 28 Jun 2017 19:00:00 +0400 Если ввести в поисковую строку «Миссионерский отдел Екатеринбургской епархии», Google выдаст много новостей из прошлого: предупреждения о начале сезона охоты сектантов на людей от 2008 года, митинг против тоталитарных сект 2009 года, лекции по основам духовной безопасности в СИНХе 2015 года и т.д. Но с 2016 года новости прекращаются. О миссионерском отделе почти ничего не слышно, его деятельность не видна, и мы перестали понимать, чем вообще занимается эта структура. У миссионерского отдела Екатеринбургской епархии богатое прошлое. Подчеркиваем — прошлое. Не настоящее и уж тем более не будущее. За последние годы его сотрудники организовали несколько десятков акций и митингов, на которых выступали против деструктивных культов. Они выходили на улицы против тоталитарной секты неопятидесятников «Новая жизнь», проводили акцию против приезда в город гадалки, служили молебен о здравии болящих «на совесть и голову» приверженцев «Свидетелей Иеговы» и даже привлекали прокуратуру для борьбы с администрацией Екатеринбурга, которая запрещала им проводить антисектантские пикеты. Последние два десятка лет миссионерский отдел активно формировал в обществе негативный образ тоталитарных сект и боролся с их адептами. Специалисты читали лекции в вузах по основам духовной безопасности, объясняли, что такое секты и как их отличать. Отдел представлял собой большую структуру, в которой работали десятки специалистов, собиравших информацию о деструктивных культах и формировавших крупнейшую в стране базу сект. Но буквально за год деятельность миссионерского отдела сошла на нет. Никакой борьбы, никаких ярких выступлений. Представители епархии не проявили себя, даже когда в Екатеринбурге открылся миссионерский отдел секты сайентологов. Вероятно, это связано со сменой руководства и, соответственно, методов работы: в апреле 2016 г. председателем отдела, который когда-то так активно противостоял деструктивным культам, стал иерей Даниил Рябинин. 66.RU выяснил, что он собирается делать с миссионерским отделом дальше. Иерей Даниил Рябинин стал председателем миссионерского отдела Екатеринбургской епархии в апреле 2016 г. Если верить информации на сайте Екатеринбургской епархии, цель миссионерского отдела — распространять православную веру, воцерковлять людей для новой жизни во Христе и передавать опыт богообщения. Задач у отдела несколько: «утверждать веру в колеблющихся христианах»; строить диалог с мигрантами, атеистами и учеными; изучать тоталитарные, экономические и псевдонаучные культы; проповедовать Христову истину, создавать положительный образ Церкви и развенчивать антицерковные кампании. 1. Распространение православной веры — Сформулируйте цели миссионерского отдела и задачи, которые вы выполняете. — Цели и задачи — общие в целом для церкви. Миссионерский отдел занимается проповедью миссии о Христе, свидетельством о слове Божием. А наша главная задача проистекает из цели — свидетельство о Христе и привлечение каждого человека к созиданию своего спасения. — А на деле как все происходит? Как граждан привлекают к православию? Грубо говоря, через объявления в интернете или через прихожан, которые должны привести сюда своих родных? — Мы немножко углубляемся в частные вещи … Мы, миссионерский отдел, каждый приход рассматриваем как миссионерскую единицу, которая обладает рядом компонентов, в большей или меньшей степени развитых в приходе. Каждый храм проводит катехизаторские и миссионерские беседы, евангельские встречи. Наша задача состоит в том, чтобы каждый человек почувствовал себя причастным к делу Церкви. Каждый человек в Церкви несет апостольскую миссию, но чтобы говорить о Боге — человек должен о нем знать. Для этого и проводятся беседы и встречи, чтобы человек воспринял понятную для себя информацию, переварил, осмыслил — и уже потом ретранслировал ее своим близким. Самая главная задача любого миссионера — приведение человека ко Христу и его спасение. Но параллельная цель — чтобы у каждого, кто пришел в храм, сформировался христианский взгляд на мир в целом. — Существуют ли какие-то показатели эффективности работы отдела? — Внешним показателем может быть увеличение прихода. Но это все относительные вещи. Наверное, в вопросах оценки можно ориентироваться на приходскую жизнь и приходские инициативы. Мы ведь видим общинную жизнь под другим углом, нежели социологи, которые считают, что сегодня в церковь пришло сто человек, а завтра придет пятьдесят — значит, показатели эффективности снижаются. Мы же считаем, что это всё внешнее. Приходской актив должен помочь другим прихожанам распространять православную веру среди друзей и родственников. — Сколько человек работает в миссионерском отделе? — У нас четыре сотрудника, включая меня. Плюс существуют направления деятельности, работа над которыми закреплена за определенными священниками. Они занимаются темами более плотно и подробно. Кабинет у нас есть, но постоянно там находится только один человек — секретарь-методист. Она отвечает на звонки, а также занимается разработкой большого проекта по созданию миссионерских групп на приходе. — В чем суть этого проекта? — Мы хотим наладить контакт с каждым церковным приходом в Екатеринбурге, с его активной частью. Затем мы подготовим так называемый миссионерский кейс, который будет сочетать подборку различных текстовых материалов по нескольким направлениям, в том числе по миссионерству, катехизации, апологетической миссии. Таким образом, прихожане смогут с помощью приходского актива вести просветительскую работу среди своих друзей и близких. 2. Борьба с сектами — Что в вашем понимании является сектой? — У деструктивных религиозных культов — так называемых сект — есть несколько основных примет. Во-первых — это манипулятивные техники, которые люди используют, чтобы привязать к себе других людей. Во-вторых — это попытка заставить человека меньше общаться со своей семьей и больше — с общиной. Всё, что разрушает семью и общество, и является признаком секты. — С прошлого года миссионерский отдел собирает информацию о сектах, пополняет свою базу данных и призывает жителей города сообщать о псевдорелигиозных организациях на горячую линию. Вы можете сказать, сколько сект сейчас функционирует в Екатеринбурге? — Вопрос сложный, так как есть зарегистрированные организации, которые можно посмотреть на сайте Минюста, а есть незарегистрированные. Так что отследить, сколько организаций работает в городе, сложно. Да у нас и не стоит такой задачи. Мы примерно представляем, что у нас, как и в других регионах России, действует ряд тех или иных сект, которые ведут деструктивную работу. Но в целом наша задача состоит в другом. — В чем? — Вести информационную миссию, чтобы наши граждане не стали жертвами мошенников и шарлатанов. Мы хотим, чтобы люди внимательнее относились к тому, что происходит вокруг них. Особенно сейчас, когда тема экстремизма стоит достаточно остро. — Как вы оберегаете людей от попадания в секты? — Распространяем информацию, в том числе через социальные сети и сайт епархии. Хотя на самом деле вся информация уже есть в открытом доступе и люди в целом знают, что такое секты и как их распознать. В секты в основном попадают люди определенной категории: чаще это граждане, попавшие в тяжелую жизненную ситуацию, разочарованные в чем-то. И в этих организациях они находят убежище. А дальше уже идут в ход отработанные и всем известные методы вроде «бомбежки любовью», когда к неофиту приставляются два адепта и полноценно с ним работают. Мы предупреждаем людей, что вот эти люди — нехорошие, если к ним пойти — можно в лучшем случае остаться без денег. Но человек так устроен, что все равно идет в секту. На 100% мы не можем уберечь людей от попадания в подобные организации, можем только дать соответствующую информацию. — Есть ли способ вытащить человека из секты? — Нам на горячую линию часто поступают звонки с информацией о том, что у человека кто-то из близких попал под влияние псевдорелигиозной организации. Мы даем людям общую информацию, рекомендации какие-то, иногда приглашаем на личные встречи. Но важно понимать, что вызволить из сетей деструктивной организации можно только того, кто сам этого хочет. — Какие секты сейчас наиболее активны в Екатеринбурге? — В таком большом городе, как Екатеринбург, сложно зафиксировать активизацию каких-то конкретных организаций. Но в данный момент я бы назвал самыми активными сайентологов. Кроме того, многие организации сейчас, получив негативную оценку своей деятельности, маскируются под другими направлениями, которые пока не вызывают настороженности у граждан. Например, некоторые пятидесятнические секты создают реабилитационные фонды и центры для помощи наркоманам и уже в рамках этой деятельности продвигают свои лжеучения. Также сейчас популярно создание различных бизнес-тренингов и семинаров, с помощью которых распространяют свои идеи деструктивные организации. Кроме того, надо внимательно относиться к тому, что предлагают клиентами йога-центры. Потому что йога — это не просто ряд физических упражнений, они связаны еще и с духовными практиками. И здесь очень легко оступиться. — Миссионерский отдел контактирует напрямую с представителями сект? — В плане личного общения? Нет, не контактируем. Не возникало к ним вопросов. 3. Реакция на острые темы и выстраивание диалога науки и религии — Еще какие-то мероприятия проводите? — Раз в месяц или чуть реже мы организуем семинары «Диалог науки и религии», готовим встречи в рамках Рождественских чтений. Во время Императорского бала мы встречались с выпускниками школ, в прошлом году встречались со студентами СИНХа. В планах у нас создать в Екатеринбурге ежегодный съезд миссионеров Уральского округа, на котором мы сможем делиться опытом и обсуждать важные насущные вопросы. — Как миссионерский отдел реагирует на острые темы, такие как «группы смерти»? — «Группы смерти» — тема сложная, потому что Церковь и все ее структуры не имеют таких полномочий и функций, какие имеют органы власти и правоохранительные органы в том числе. Какие-то вещи мы можем просто не знать. Тем не менее в борьбе с «группами смерти» есть положительный опыт некоторых епархий. Они формируют группы православных психологов — и те уже работают в интернете, пытаясь помочь людям. — Екатеринбург может перенять этот опыт? — Чтобы работать с «группами смерти», нужно создать реальный коллектив православных психологов, профессионалов, которые бы работали с «группами смерти» в свое личное время. Нужно вплотную заниматься этим, искать компетентных людей. Пока у нас такая работа не ведется. У нас есть православные психологи, которые работают по этой теме в интернете, но это частные случаи. Что касается остальных острых тем — мы всегда можем дать по ним какой-то комментарий и высказать свою позицию. источник: Портал Кредо На Дальнем Востоке заработала служба адаптации и поддержки старообрядцев http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7625 Агентство по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке запустило службу адаптации и поддержки старообрядцев, которые переехали или планируют переехать в дальневосточный регион, сообщает Минвостокразвития. Wed, 21 Jun 2017 18:00:00 +0400 Агентство по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке запустило службу адаптации и поддержки старообрядцев, которые переехали или планируют переехать в дальневосточный регион, сообщает Минвостокразвития. Агентство открыло горячую линию для приема обращений от староверов со всего мира. Специалисты службы ответят не только на вопросы о том, что делать, чтобы переехать на Дальний Восток, но и по всему спектру вопросов, связанных с жизнью в регионе, получением мер государственной поддержки и юридической помощи и многим другим насущным ежедневным вопросам переехавших старообрядцев, указано на сайте министерства, рассказал генеральный директор Агентства по развитию человеческого капитала на Дальнем Востоке Валентин Тимаков. Служба создана по инициативе главы Минвостокразвития Александра Галушки. Она должна обеспечить взаимодействие между старообрядцами, переехавшими или планирующими переезд на Дальний Восток, и органами власти. Практическую помощь на месте с адаптацией переехавшим старообрядцам оказывают два омбудсмена по правам староверов: в Амурской области - бывший мэр города Свободный Роберт Каминский, в Приморье - Федор Крониковский, а также юрист. 16 марта президент России Владимир Путин встретился с главой Русской православной старообрядческой церкви митрополитом Корнилием. На встрече среди прочего обсуждались празднование в 2020 году 400-летия со дня рождения протопопа Аввакума и вопросы переселения старообрядцев из-за рубежа, отмечает "Интерфакс-Религия". За последние семь лет в рамках реализации государственной программы по оказанию содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом, на территорию Приморского края и Амурской области переселились более 150 старообрядцев из стран Южной Америки. На Дальнем Востоке они обосновались в селе Любитовка Дальнереченского района Приморского края, селе Дерсу Красноармейского района Приморского края, селении вблизи города Свободный Амурской области. Ранее сообщалось, что глава Приморья Владимир Миклушевский дал поручение департаменту земельных и имущественных отношений края и главе Красноармейского района помочь местным староверам с получением "дальневосточного гектара", отмечает РИА "Новости". Старообрядчеством, или древлеправославием, называют совокупность религиозных течений и организаций в русле Русской православной церкви, которые отвергают церковную реформу 1650-1660-х годов, предпринятую для унификации богослужебного чина Русской церкви с Греческой и Константинопольской церковью. Сейчас старообрядцы, как и прежде, считают лишь себя в полной мере православными христианами, квалифицируя РПЦ Московской патриархии как инославную. Многие староверы в разные годы советской власти, спасаясь от гонений, переехали в страны Латинской Америки. С 2009 года они могут вернуться на историческую родину. По данным МИД РФ, в Боливии проживает около трех тысяч староверов, в Бразилии действует семь крупных старообрядческих общин, в Аргентине проживает восемь семей староверов, в Уругвае - более 200 староверов. Также крупные общины находятся в Австралии, на Аляске, в Канаде и в Европе. источник: Седмица.ру В РПЦ намерены искоренять увлечение неоязычеством в среде казаков, силовиков и в спорте http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=479&ELEMENT_ID=7624 Представители РПЦ намерены бороться с увлечением неоязыческими идеями в ряде профессиональных сообществ и в спортивных организациях. Wed, 21 Jun 2017 18:00:00 +0400 Представители РПЦ намерены бороться с увлечением неоязыческими идеями в ряде профессиональных сообществ и в спортивных организациях. "Мы озабочены проникновением в казачество, в силовые органы и спортивные организации такого деструктивного явления, как неоязычество, и приняли решение не отталкивать людей, попавших под влияние различных течений языческой направленности, а искать точки соприкосновения и вести миссионерскую деятельность в их кругах", - заявил корреспонденту "Интерфакс-Религия" иерей Марк Кравченко, войсковой священник Центрального казачьего войска - одного из реестровых войсковых казачьих обществ. По его словам, одна из целей такой инициативы - разрушить мифы, "которыми эти, чаще всего крещеные, люди прониклись из Интернета, из умело созданных противниками России красочных сайтов, рассказывающих им, будто тысячелетняя история нашей страны была ошибкой, нуждающейся в исправлении и возвращении к эфемерной вере предков". Как пояснил священник, упомянутое решение было принято по итогам конференции, которая прошла накануне в Московском президентском кадетском училище им. М.А.Шолохова и была организована синодальным Комитетом по взаимодействию с казачеством при участии Московской областной епархии и Центрального казачьего войска. В мероприятии принял участие Владимир Носов, чемпион России по боксу и координатор общественного движения "Сорок сороков", которое давно занимается профилактикой неоязычества в спортивной и молодежной среде.  "Конференция прошла на фоне уголовного дела, возбужденного после протестных акций в Москве 26 марта, когда одним из фигурантов дела о нападении на полицейских стал участник боевых действий Станислав Зимовец, который на фотографиях в социальных сетях и в зале суда изображен с неоязыческим символом "секира Перуна", - рассказал агентству В.Носов.  Он отметил, что участники "Сорока сороков" были очевидцами событий на Майдане в Киеве "и видели, как мимо маршировали люди с коловратами и "секирами Перуна", и они составляли боевое крыло на баррикадах Майдана".  "Потом мы с ними встретились лицом к лицу в парке "Торфянка" и в других местах, где они пытаются противодействовать строительству православных храмов. И опять те же знаки, та же идеология разрушения. Теперь мы их увидели уже в рядах тех, кто устроил нападения на полицейских 26 марта. Мы ведем работу с молодежью, футбольными фанатами, в спортивной среде, у нас много ребят, связанных с силовыми ведомствами, куда неоязычество тоже, к сожалению, проникло и дает свои метастазы", - заявил В.Носов. источник: Интерфакс Религия В Сыктывкаре общественный фонд "Обитель" оштрафован за незаконное миссионерство http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=477&ELEMENT_ID=7612 Сыктывкарский городской суд оставил в силе решение суда первой инстанции, оштрафовавшей за «незаконное миссионерство» региональный общественный фонд «Обитель». Tue, 06 Jun 2017 19:00:00 +0400 Сыктывкарский городской суд оставил в силе решение суда первой инстанции, оштрафовавшей за «незаконное миссионерство» региональный общественный фонд «Обитель». 2 июня 2017 года Сыктывкарский городской суд оставил в силе решение суда первой инстанции, оштрафовавшей за «незаконное миссионерство» региональный общественный фонд «Обитель». Поводом для привлечения к ответственности по ч. 4 ст. 5.26 КоАП (осуществление миссионерской деятельности с нарушением требований законодательства о свободе совести) фонда «Обитель» стало обнаружение сотрудниками полиции в библиотеке фонда религиозной литературы без маркировки религиозной организации, в том числе книг Ольги Асауляк, основателя «Школы единого принципа», и Андрея Ерохина. 28 апреля 2017 года мировой суд Первомайского судебного участка Сыктывкара постановил, что глава фонда Алексей Носаль «осуществлял миссионерскую деятельность, а именно проводил религиозные мероприятия по распространению информации о вероучениях, работах религиозного движения Ольги Асауляк (Западная Украина) среди лиц, не являющихся участниками религиозного объединения», и оштрафовал организацию на 200 тысяч рублей. Городской суд оставил решение суда первой инстанции без изменений. А. Носаль намерен обжаловать решение суда. источник: СОВА В Петербурге ФСБ провела обыски в местной церкви саентологии http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=477&ELEMENT_ID=7611 Обыски в помещениях Саентологической церкви Петербурга проводятся "в рамках уголовного дела о незаконном предпринимательстве и экстремизме" Tue, 06 Jun 2017 18:00:00 +0400 Обыски в помещениях Саентологической церкви Петербурга проводятся "в рамках уголовного дела о незаконном предпринимательстве и экстремизме", сообщает "Интерфакс". "Обыски ведутся в рамках расследования уголовного дела по статьям "незаконное предпринимательство", "возбуждение ненависти или вражды", а также "организация экстремистского сообщества", - сообщили в пресс-службе регионального управления ФСБ 6 июня. Как сообщалось ранее, в конце марта 2017 года обыски "в рамках дела о незаконном предпринимательстве" прошли в головной саентологической организации в Подмосковье. По утверждению УФСБ по Петербургу и Ленинградской области, "основанием для возбуждения дела стали многомиллионные заработки петербургской общины на продаже новым адептам просветительских программ". Таким образом, по версии следствия, саентологи занимались теневым предпринимательством, которое не облагается налогами. Обыски по этому делу проводились также в Петербурге летом 2016 года. По 14 адресам в Петербурге, Москве и Ленинградской области 21 июня 2016 года также прошли обыски по делу "о незаконной предпринимательской деятельности" Саентологической церкви. Правоохранительные органы тогда допросили несколько функционеров организации как свидетелей. О задержаниях в рамках данного дела ФСБ не сообщала. источник: Портал Кредо Священники просят прокуроров запретить фестиваль в Челябинске http://www.sclj.ru/massmedia/detail.php?SECTION_ID=477&ELEMENT_ID=7601 Миссионерский отдел Челябинской епархии подключает к борьбе с фестивалем красок «Холи» прокуратуру. Об этом говорится в заявлении, появившемся на епархиальном сайте. Tue, 23 May 2017 20:00:00 +0400 Миссионерский отдел Челябинской епархии подключает к борьбе с фестивалем красок «Холи» прокуратуру. Об этом говорится в заявлении, появившемся на епархиальном сайте. «Миссионерский отдел просит органы прокуратуры и органы исполнительной власти проверить содержательную сторону „Всероссийского фестиваля красок“ и ему подобных мероприятий на предмет соответствия российскому законодательству, в особенности „Концепции национальной безопасности РФ“, принятой в 2015 году, в части защиты ее культурного суверенитета», — говорится в обращении. Вот уже несколько лет епархия предупреждает местных жителей, власти и предпринимателей, предоставляющих площадку для «Холи-феста», что речь идет о сатанинском действе — посвященном сожженной на костре индийской демонице Холике (именно ее пепел в оригинальном обряде символизируют краски, которыми посыпают себя участники фестиваля). Столь же регулярно фест — в этом году он намечен в ТРК «Горки» — проходит в столице Южного Урала. В 2017 году тон формулировок миссионерского отдела заметно ужесточился: «игнорирование мнения крупнейшей и авторитетнейшей религиозной конфессии», «лживость организаторов», «змеиное проникновение демонических практик в душу народа» и т. д. «Во избежание большой беды пора дать этому явлению принципиальную, в том числе правовую оценку — не только на региональном, но и на федеральном уровне», — считают в епархии. источник: URA.ru Александр Верховский, Ольга Сибирева. Проблемы реализации свободы совести в России в 2006 году http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=1311 Больше всего проблем у религиозных организаций возникает не в связи с проблемами регистрации, а в связи с созданием и использованием богослужебных зданий и помещений. В первую очередь проблемы возникают у мусульман, протестантов (особенно пятидесятников) и новых религиозных движений. Похоже, что сопротивление чиновников обусловлено не реальной "агрессивной динамикой" этих религиозных течений, а распространенным в обществе преувеличенным страхом перед этой "экспансией"... Fri, 23 Mar 2007 11:00:00 +0400 Доклад основан на информации, собранной в результате мониторинга, который проводит Центр «СОВА». Вся эта информация представлена на сайте центра в разделе «Религия в светском обществе» (http://religion.sova-center.ru), включая ссылки на источники в СМИ и в интернете. Здесь указываются только ссылки, не отмеченные в разделе. Предметом доклада является не весь круг проблем, связанных с деятельностью религиозных объединений, но именно проблемы, возникающие на пути реализации свободы совести. Реализация свободы совести должна обеспечиваться государственной властью, поэтому действия власти и находятся в фокусе доклада, однако проблемы могут возникать и из-за действий негосударственных акторов. Мы также понимаем, что реализация свободы совести, как и любых прав и свобод, порождает различные конфликтные ситуации. Такие ситуации будут отмечены в докладе. В России нет пока устойчивой традиции подготовки докладов в сфере свободы совести. Центр «СОВА» тоже берется за это дело впервые и не может претендовать на исчерпывающую полноту информации и на безусловную истинность интерпретаций. Мы будем благодарны за любую критику, дополнения и исправления. Резюме 2006 год не принес качественных перемен в ситуации со свободой совести в России. Говоря об определенном неблагополучии в этой области, мы должны понимать, что религиозное (включая и антирелигиозное) поведение отдельного человека, как правило, не подвергается ограничениям со стороны государства и его представителей, хотя и такие случаи время от времени все же случаются. Зато сохраняются и действуют сложившиеся в предыдущие годы механизмы практического ограничения права исповедовать и распространять свою веру совместно с другими, то есть ограничениям подвергаются скорее группы, чем отдельные верующие. Продолжают укрепляться формальные и неформальные преференции, которые получает Русская православная церковь (РПЦ), а также мусульманские и буддистские организации в соответствующих республиках. Чаще всего в этой связи обсуждается проблема присутствия религии в школе, но не менее серьезна и ситуация, складывающаяся в армии и в правоохранительных органах. Эти преференции сами по себе еще не ограничивают свободу совести граждан, но они ставят под вопрос секулярный характер российского общества и иногда даже российского государства. Именно такая ситуация вызывает опасения, так как механизмы защиты свободы совести тесно связаны с секулярным характером государства. Больше всего проблем у религиозных организаций возникает не в связи с проблемами регистрации, хотя и здесь остаются нерешенные вопросы, а в связи с созданием и использованием богослужебных зданий и помещений. В первую очередь проблемы возникают у мусульман, протестантов (особенно пятидесятников) и новых религиозных движений. Похоже, что сопротивление чиновников обусловлено не реальной «агрессивной динамикой» этих религиозных течений, а распространенным в обществе преувеличенным страхом перед этой «экспансией». У верующих нередко возникают и другие проблемы, чаще всего связанные либо с произволом чиновников, либо с неготовностью последних защитить свободу совести и равноправие граждан. С другой стороны, «защита толерантности» тоже может использоваться для ограничения свободы совести и свободы слова, что наиболее ярко продемонстрировало развитие в России «карикатурного скандала». Все большее беспокойство вызывают злоупотребления в борьбе с экстремизмом и терроризмом. Жертвами этих злоупотреблений становятся в основном (но не исключительно) представители независимых мусульманских групп (пусть даже некоторые из них вполне правомерно привлекли внимание правоохранительных органов). Рассматриваемые в докладе проблемы можно разделить на две части. Для решения одних требуется серьезная общественная дискуссия и принятие стратегических решений. Таковы проблемы присутствия религии в школе (не сводящиеся к внедрению «Основ православной культуры»), других возможных форм взаимодействия государства и религиозных объединений. Для решения других проблем – почти все случаи дискриминации религиозных меньшинств, недостаточность защиты от нападений и диффамации, злоупотребления в борьбе с экстремизмом и т.д. – достаточно добиваться исполнения чиновниками действующего законодательства. Предметно указать государственным служащим на необходимость соблюдения законов – это задача власти. Мы надеемся, что предлагаемый доклад поможет решению обоих типов проблем. Наиболее актуальные аспекты реализации свободы совести Законодательство, касающееся религиозных организаций В течение года несколько раз предпринимались попытки изменить существующий закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» (далее, для краткости, «О свободе совести»). Однако эти попытки были частной инициативой отдельных депутатов, а не согласованной позицией парламентского большинства, и изначально были обречены на провал. В апреле председатель Совета Федерации Сергей Миронов предложил упорядочить деятельность религиозных организаций, не являющихся «традиционными» 1. Его поддержал глава парламента Бурятии Александр Лубсанов, предложив принять закон, ограничивающий деятельность «нетрадиционных» религиозных организаций. Однако Федеральная регистрационная служба, сославшись на действующий закон «О свободе совести», заявила, что не намерена применять какие-либо ограничительные меры подобного рода. В июне на рассмотрение Думы был внесен предложенный Александром Чуевым законопроект об изменениях в закон «О свободе совести». Согласно ст. 3 п. 6 этого закона, «проведение публичных мероприятий, размещение текстов и изображений, оскорбляющих религиозные чувства граждан, вблизи объектов религиозного почитания запрещается». Депутат Чуев предлагал изъять из этой формулировки слова «вблизи объектов религиозного почитания», то есть запретить размещать тексты и изображения, потенциально оскорбительные для верующих, где бы то ни было. В ноябре Александр Крутов внес на рассмотрение Думы проект поправок к тому же закону, предложив ввести курс «Основы православной культуры» в обязательную школьную программу. Ни один из предложенных законопроектов Думой не рассматривался. Не получили продолжения законодательные инициативы 2005 года, направленные на то, чтобы создать дополнительные механизмы ограничения деятельности иностранных миссионеров и в целом новых или относительно новых религиозных объединений. 16 марта министр юстиции Юрий Чайка заявил на расширенной коллегии Министерства, что Министерство подготовило проект закона, регулирующего деятельность миссионерских организаций, и во второй половине 2006 года проект должен быть внесен в Думу. Однако этого не произошло. Не получила развития выдвинутая в январе правительственная поправка к закону «О свободе совести», предусматривающая возможность проведения Федеральной регистрационной службой религиоведческой экспертизы действующей религиозной организации на предмет экстремистской или иной противоправной деятельности. На сегодняшний день ФРС осуществляет такую экспертизу только готовящихся к государственной регистрации религиозных объединений. Поправку эту следует оценить как вполне разумную инициативу по упорядочению существующей практики контроля (де-факто подобные экспертные проверки все равно проводятся, но осуществляет их прокуратура), хотя она и вызвала большое количество протестов. Протестующие выражали возмущение дополнительным контролем. Угрозу скорее следует усматривать в подборе экспертов на региональном уровне: практика показывает, что экспертами часто оказываются люди недостаточно квалифицированные и настроенные заведомо репрессивно. Три принятых закона имеют самое прямое отношение к религиозным организациям. 20 октября Государственная Дума в третьем чтении приняла закон, изменяющий норму Налогового кодекса о продукции религиозного назначения. 7 ноября закон был подписан Президентом. Принятые поправки освободили от уплаты НДС при реализации религиозной литературы и предметов религиозного назначения не только религиозные организации, производящие такую продукцию, но и религиозные организации, ее реализующие. Это приведет либо к удешевлению продукции религиозного назначения, либо к повышению доходов религиозных организаций, либо к тому и другому сразу. 14 июня Дума приняла в третьем чтении пакет законов, предусматривающих отмену ряда отсрочек от службы в армии. Среди прочих отменена отсрочка для граждан, пользующихся льготами на основании соответствующего указа Президента, а в эту категорию попадают и учащиеся религиозных учебных заведений. Законопроект вызвал протесты религиозных организаций, включая представителей РПЦ, однако 23 июня был одобрен Советом Федерации и 5–6 июля подписан Президентом. Отмена специального статуса для учащихся религиозных учебных заведений вступила в силу немедленно. Религиозных организаций коснулись и поправки к закону о некоммерческих организациях (НКО), вступившие в силу в апреле. Наибольшее беспокойство у большинства некоммерческих организаций, в том числе и религиозных, вызвали сложные формы отчетности, которые были введены Правительством в связи с этими поправками. Не всякая местная религиозная организация (и, шире, не всякая НКО) способна заполнять такой объем отчетности (срок подачи документов – апрель). Формы отчетности требуют довольно подробной информации о «проведенных мероприятиях», а также подробных отчетов о расходовании и поступлении денежных средств, особенно «полученных от международных и иностранных организаций, иностранных граждан и лиц без гражданства». Очевидно, что религиозные организации не в состоянии отчитаться ни о происхождении анонимных пожертвований, ни о количестве присутствовавших на богослужениях. Неспособность представить отчеты в форме, удовлетворяющей органы ФРС, может привести к искам о ликвидации организаций. 1 декабря участники очередного заседания Консультативного Совета глав протестантских церквей подписали совместное обращение к первому заместителю главы правительства Дмитрию Медведеву по поводу возможного ухудшения положения религиозных организаций при выполнении новых требований. Одновременно свое несогласие с рядом пунктов нового законодательства выразили также РПЦ, Совет муфтиев России и Конгресс еврейских религиозных общин и организаций (КЕРООР) (отметим, что в бурных дебатах, предшествующих введению этих поправок, они не участвовали). 13 декабря состоялось заседание президентского Совета по взаимодействию с религиозными организациями (этот Совет в последние годы собирается крайне редко), где обсуждалась возможность пересмотра ряда новых норм. Глава президентской администрации Сергей Собянин пообещал учесть мнение духовных лидеров. 19 декабря сотрудники Росрегистрации провели встречу с представителями религиозных организаций. Представитель ФРС пообещала «определить свою позицию как с учетом интересов государства, так и с учетом пожеланий религиозных организаций, но, естественно, в рамках действующего законодательства» (к практическому решению вопроса Правительство приступило только накануне даты сдачи отчетности). Проблемы, касающиеся мест богослужения Религиозным организациям по-прежнему приходится отстаивать свое право на использование или постройку храмового здания, преодолевая сопротивление чиновников. Одной из форм дискриминации является необоснованный отказ в выделении участка под строительство культовых зданий. Однако в 2006 году неоднократно возникали ситуации, когда чиновники пытались отобрать у религиозных организаций уже используемые ими богослужебные помещения. Как правило, сложности возникают у мусульман, протестантских церквей и новых религиозных движений (НРД). В январе Советский районный суд Астрахани постановил снести мечеть, расположенную при въезде в город. 1 марта Астраханский областной суд отказал мусульманам, обжаловавшим это решение. 17 апреля суд отклонил просьбу верующих об отсрочке сноса мечети на три месяца и обязал их сровнять здание с землей до 1 мая. За за неисполнение судебного решения было обещано возбудить уголовное дело в отношении руководителя общины Асии Махмутовой. Разрешение на строительство этой мечети мэрия Астрахани выдала в 1998 году. Свои требования чиновники объясняли тем, что участок якобы был выделен под строительство жилого дома, а не мечети. Кроме того, строительство велось рядом с высоковольтной электролинией, и это не было согласовано с ОАО «Астраханьэнерго». А. Махмутова настаивала на том, что все разрешительные документы у общины имеются. Все время конфликта мусульмане проводили акции протеста, собирали подписи под обращением к Президенту и даже дежурили «живым кольцом» у мечети, чтобы не допустить ее сноса. 14 августа решение о сносе мечети подтвердил Верховный суд РФ. Астраханские мусульмане подали жалобу в Европейский суд по правам человека. Недостроенное здание по-прежнему стоит. В октябре тюменские власти снесли здание по ул. Ленина, 13, где должна была быть открыта мечеть. Передачи этого здания, в котором до 1917 года и располагалась мечеть, местные мусульмане добивались на протяжении нескольких лет, и в феврале 2006 года власти города, наконец, приняли решение о возвращении его общине в конце года. В итоге зданиевместо передачи мусульманам было снесено. В Краснодаре местные власти пытались снести здание, принадлежащее церкви Евангельского христианского миссионерского союза (ЕХМС) «Дом Евангелия». Под давлением властей Первомайский районный суд Краснодара вынес постановление о сносе. 1 августа Коллегия по гражданским делам Краснодарского краевого суда, по жалобе епископа Краснодарской епархии ЕХМС Алексея Еропкина, отменила решение Первомайского суда и направила дело на новое рассмотрение. Тем не менее, представители власти настаивали, что здание молитвенного дома возведено незаконно, и предложили оформить его как муниципальную собственность, а затем предоставить в безвозмездное пользование А. Еропкину в качестве жилого дома. 15 декабря суд первой инстанции принял решение в пользу ЕХМС. Власти Костромы до сих пор не решили вопрос о строительстве мечети. В 1998 году мусульманская община организовала духовно-культурный центр в здании бывшего клуба. Начатое же в 1999 году строительство мечети вскоре было заморожено. Летом 2006 года чиновники предложили перенести строительство на другой земельный участок, но мусульмане ответили отказом: в строительство уже было вложено 12,6 млн рублей. Занимаемое же общиной здание клуба прокурор Костромской области Юрий Пономарев попытался вернуть в муниципальную собственность через суд. Однако два суда в течение полугода – арбитражный в августе и 2 арбитражный апелляционный суд Федерального арбитражного округа в декабре – подтвердили законность использования мусульманами здания бывшего клуба. В сентябре администрация Абакана обратилась в арбитражный суд Хакасии с иском против местной общины евангельских христиан «Церковь Прославления». Власти требуют освободить земельный участок на ул. Жукова и снести молитвенный дом, который, по мнению чиновников, был построен религиозной организацией незаконно. В Калуге власти пытаются отобрать здание, находящееся в собственности пятидесятнической церкви «Слово Жизни». Губернатор области Анатолий Артамонов публично заявил, что здания «Слова жизни» на этом месте больше не будет. 4 декабря было получено распоряжение мэра Калуги Максима Акимова об изъятии здания церкви и земельного участка в пользу шведской компании «Центрумутвеклинг», ведущей строительные работы поблизости от здания. Изначально компания должна была перенести здание церкви на другой участок, но позднее отказалась выполнять соглашение. После распоряжения мэра в местной прессе началась «антисектантская» кампания. Не столь драматические события происходят еще в целом ряде городов. В Тихорецке и Волгограде муниципальные власти без объяснения причин отказались продлить договор на аренду помещений, где протестантские общины проводили богослужения. Не могут добиться выделения участка под строительство «Свидетели Иеговы» в Дзержинске Нижегородской области. В 2006 году получили развитие конфликты вокруг культовых зданий, начавшиеся ранее. Московские чиновники отказались от претензий к церкви «Эммануил», связанных с проведением ею многочисленных пикетов, которые мэрия, как правило, отказывалась согласовывать. Однако участок под строительство храма на проспекте Вернадского, отмена решения о выделении которого и послужила причиной многочисленных акций протеста пятидесятников в 2005 году, так и не был возвращен верующим. Продолжился и длящийся с 2005 года конфликт вокруг проекта строительства храма Кришны в Москве. Напомним, что тогда московские власти отозвали решение о предоставлении Московскому обществу сознания Кришны (МОСК) участка под строительство храма недалеко от Ленинградского проспекта. В феврале 2006 года первый заместитель мэра Москвы Владимир Ресин сообщил, что «кришнаитам уже предоставлено альтернативное место для строительства их храма». Однако МОСК продолжало настаивать на возвращении отнятого участка. В марте Арбитражный суд Москвы отказался удовлетворить иск кришнаитов. В феврале 2007 года заместитель мэра Москвы Валерий Виноградов сообщил, что участок кришнаитам все-таки будет выделен в Северном административном округе, но за МКАД. Другой начавшийся в 2005 году конфликт благополучно разрешился в пользу религиозной организации. Пермскому епархиальному управлению христиан веры евангельской удалось отстоять в суде свое право собственности на бывший Дворец культуры имени Ленина, используемый в том числе для проведения богослужений. 21 декабря епархиальное управление получило свидетельство о государственной регистрации права собственности. Еще один имущественный спор завершился успехом для церкви «Царство Божие». 3 мая Арбитражный суд Москвы вынес решение в пользу церкви, отказав в иске Росимуществу, которое претендовало на здание молитвенного дома общины, расположенное на ул. Годовикова. Верующие предоставили суду документы, подтверждающие, что здание молитвенного дома было приобретено церковью на законных основаниях. В сентябре Росимущество обжаловало указанное решение в 9 Арбитражном апелляционном суде, но безуспешно. Затем ведомство обратилось в Федеральный арбитражный суд Московского округа. Однако и эта инстанция 30 ноября подтвердила права церкви на здание Дома молитвы. Покровительство властей по отношению к религиозным организациям В настоящее время бюджеты всех уровней нередко финансируют какие-то проекты религиозных организаций, например, финансово поддерживают деятельность государственных светских учебных заведений, учредителями которых выступают религиозные организации. Повсеместно практикуется помощь государственных и муниципальных структур в реставрации культовых сооружений, используемых религиозными организациями. Все эти формы поддержки распределяются не на основе какого-либо, к примеру пропорционального, принципа, но на основе стихийно складывающихся представлений о значимости той или иной религиозной организации. Практически весь объем государственной поддержки приходится на организации, представленные в Межрелигиозном совете России (МСР) 2. На федеральном уровне и в большинстве субъектов Федерации основным получателем поддержки является РПЦ. Нельзя сказать, впрочем, что решения чиновников являются произвольными: как правило, они прямо или косвенно основаны на существующих нормах или сложившихся обычаях. Летом РПЦ заключила соглашение с Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам (Роспатентом), согласно которому Роспатент обязался утверждать торговые марки, которые могут вызывать религиозные ассоциации, с сотрудниками Патриархии. Конечно, решение о регистрации торговой марки принимает Роспатент, и в целом ряде случаев он отказал в регистрации именно на основании заключения представителей Церкви. С другими религиозными организациями аналогичных соглашений у Роспатента нет. Само по себе консультирование такого рода не противоречит закону, но использование государственным учреждением религиозных аргументов при отказе в регистрации является сомнительным с точки зрения принципа светскости государства. К тому же столь избирательное консультирование наводит на подозрения в его коррупциогенности. Основной формой материальной поддержки религиозных организаций со стороны государства остаются операции с недвижимостью. Бывают и случаи перераспределения недвижимости, вызывающие опасения у небольших религиозных организаций. Например, во Владимирской области в течение года несколько раз проводились проверки имущества, принадлежащего Российской православной автономной церкви (РПАЦ). В январе сотрудники Управления ФСБ по Владимирской области, не ставя в известность руководство РПАЦ и не объясняя причин, изъяли около 20 папок с документами, подтверждающими принадлежность этой религиозной организации ряда храмов области. В РПАЦ ссылаются на клириков РПЦ, утверждающих, что скоро должно начаться поэтапное изъятие храмов РПАЦ в пользу Московского Патриархата. В 2006 году продолжился процесс передачи религиозным организациям ранее принадлежавшего им имущества, причем нередко этот процесс сопровождался различными злоупотреблениями и нарушениями действующего законодательства. Как возвращение собственности может быть представлена передача имущества, ранее никогда религиозной организации не принадлежавшего или передача которого невозможна по существующим законам. Кроме того, при передаче зданий зачастую не учитываются интересы людей и организаций, в чьем распоряжении эти здания находились до сих пор. Ярким примером является начавшийся еще в 2004 году конфликт между Историко-культурным музеем-заповедником «Рязанский кремль» и Рязанской епархией РПЦ, выдвинувшей имущественные претензии на кремлевские здания. Подчеркнем, что речь идет о комплексе, включенном в Государственный свод особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации, что, согласно действующему законодательству, исключает возможность передачи его религиозной организации. Однако в марте сотрудники музея сообщили о положительной резолюции Президента РФ на письмо Патриарха, просившего о содействии в вопросе передачи зданий кремля. Позиции сотрудников Министерства культуры РФ разделились. Рязанские чиновники во главе с губернатором Георгием Шпаком, хоть и весьма осторожно, встали на сторону музея. 10 апреля профильный комитет Рязанской областной думы заявил, что перевести музей в другое помещение в ближайшее время невозможно, и напомнил, что часть кремлевских зданий епархия уже использует в богослужебных целях, а весь комплекс ей никогда и не принадлежал. В сентябре вице-премьер Правительства РФ Александр Жуков напомнил министру экономического развития и торговли Герману Грефу и министру культуры Александру Соколову о необходимости выполнения решения Президента. О принятых мерах вице-премьер рекомендовал доложить Патриарху. 15 ноября позиция федерального Правительства была доведена до сведения правительства Рязанской области, но окончательное решение все же принято не было. На сегодняшний день ситуация остается неразрешенной, а существование уникального музея-заповедника по-прежнему под угрозой. Другие примеры дискриминации В прошедшем году, как и раньше, наблюдались многочисленные факты дискриминации различных религиозных организаций со стороны государственных и муниципальных структур. Чаще всего объектом дискриминационного обращения становились протестантские организации. Многие чиновники, неверно интерпретируя преамбулу к федеральному закону «О свободе совести», относят все религии, кроме православия, ислама, иудаизма и буддизма, к «нетрадиционным» и не всегда считают нужным распространять на их представителей гарантированные Конституцией права. В июне Управление Федеральной регистрационной службы по Новгородской области подало иск о ликвидации местной религиозной организации «Армия спасения». В ходе проверок деятельности организации, проводившихся с апреля 2005 года, неоднократно выявлялись те или иные нарушения. Новый устав, измененный по требованию прокуратуры, регистрационная служба регистрировать отказалась, после чего начался процесс ликвидации организации. Между тем в октябре 2006 года Европейский суд по правам человека в Страсбурге удовлетворил иск «Армии спасения» к России: теперь государство должно заплатить 10 тысяч евро в качестве компенсации московскому отделению «Армии спасения», которое власти пытались закрыть с 2001 года. Чиновники пытаются неправомерно ограничить деятельность даже зарегистрированных «нетрадиционных» религиозных организаций. Например, 27 февраля представители пятидесятнической церкви «Живая вера» не были допущены в пензенский Дом ночного пребывания, который опекали до этого 4 года. Новый директор учреждения мотивировал расторжение договора желанием подопечных. Федеральная служба РФ по контролю за нелегальным оборотом наркотиков (ФСКН) выступила против создания «нетрадиционными» организациями реабилитационных центров для наркозависимых. Начальник департамента межведомственной и информационной деятельности ФСКН Александр Михайлов заявил, что лечение в этих реабилитационных центрах «приводит к иной зависимости – психологической, которая не менее опасна, чем наркотическая, и тоже наносит ущерб здоровью». Для сравнения отметим, что когда в декабре ФСКН подвела итоги конкурса среди негосударственных организаций на лучшую программу в сфере профилактики наркомании и наркопреступности, а также социальной реабилитации больных наркоманией за 2005–2006 годы, в число победителей вошли четыре православные организации. Между тем православные реабилитационные центры зачастую создаются при монастырях, и пациенты этих центров активно включены в монастырскую жизнь, однако это не вызывает обвинений в принудительной индоктринации. Мы, в отличие от ФСКН, не можем сравнить деятельность разных центров с медицинской точки зрения, но чиновник не имеет права утверждать, что «зависимость» от той или иной религии «не менее опасна, чем наркотическая». 13–14 мая в Иванове были задержаны 15 человек – члены Церкви евангельских христиан-баптистов «Воскресение», проводившие в местном кинотеатре акцию, в ходе которой собравшимся раздавали книгу, включающую Новый Завет и Псалтирь. Акция проводилась на основании соответствующего договора с дирекцией кинотеатра. В качестве официальной причины проверки была названа ст. 13.22 Кодекса РФ об административных правонарушениях РФ, предполагающая наложение штрафа за нарушение порядка объявления выходных данных, авторства и т.д. Однако статья эта распространяется только на периодические издания и не может быть применена к Новому Завету. К тому же президент миссии «Гедеон» по Ивановской области Александр Александров предъявил все необходимые документы на данное издание. Задержав участников акции, сотрудники УФСБ запугивали их и призывали не посещать баптистские собрания, мотивируя это тем, что баптизм – «американская церковь» и «вредная секта». Члены церкви «Воскресение» расценили эту акцию как продолжение нападок на баптистов (в 2005 году из Ивановской области было выслано несколько групп американских граждан, прибывших по приглашению церкви). Администрация области письменно уведомила церковь «Воскресение» и Союз ЕХБ, что милиционерам, участвовавшим в задержании участников акции «Надежда есть», объявлен выговор, но проверка выходных данных Нового Завета была признана законной. После этого церковь «Воскресение» и миссия «Гедеон» беспрепятственно продолжили распространять те же самые издания. Извинения верующим принес заместитель губернатора области Михаил Мень. 24 декабря в селе Аргаяш Челябинской области было сорвано рождественское богослужение в церкви христиан веры евангельской «Слово Божие». В разгар службы сотрудники милиции и МЧС начали проверку принадлежащего общине дома, по ходу проверки потребовав предъявить удостоверения личности присутствующих, уставные документы организации, документацию о добровольных пожертвованиях. Для обоснования дискриминационных действий государственные служащие продолжают использовать не существующие в праве и не имеющие общепринятого значения в религиоведении термины «тоталитарная секта» и «деструктивный культ» 3. Это систематически происходит на многочисленных «антисектантских» конференциях, на которых обсуждают угрозу «духовной безопасности» и участниками которых обычно являются чиновники различных уровней и представители РПЦ, реже – других «традиционных» конфессий 4. Тот факт, что многие «нетрадиционные» организации были созданы за пределами России (не имеет значения, сколько лет назад), может рассматриваться как свидетельство ведения шпионской деятельности. Например, в декабре в интервью «Псковской правде» руководитель УФСБ по Псковской области Георгий Драчев фактически обвинил представителей НРД в шпионаже, сообщив, что многие миссионеры «проходили подготовку в тренировочных лагерях западных спецслужб». Признавая, что представленные в Псковской области религиозные объединения «формально действуют в рамках правового поля», Г. Драчев, тем не менее, заявил, что необходимо противодействовать «деструктивным» организациям и призвал к участию в этом жителей Псковской области: «Если вы или ваш родственник попали в секту, в связи с чем ухудшаются отношения в семье, происходят негативные изменения в психике и здоровье, вас принуждают к отчуждению имущества – обращайтесь в правоохранительные органы». Продолжалась практика высылки из России иностранных миссионеров без достаточных, а порой без каких бы то ни было видимых оснований. 31 мая в аэропорту «Шереметьево-1» при прохождении пограничного контроля был задержан лидер украинской церкви «Посольство Божие» Сандей Аделаджа, прибывший в Москву для участия в телепередаче «Пусть говорят». Проповедник был выслан из России с формулировкой «цель поездки не соответствует действительной». Позже, в ходе судебного заседания представитель ФСБ сообщил, что органы безопасности пришли к заключению о нежелательности пребывания протестантского пастора в России. Следует отметить, что православно-патриотические организации, комментируя факт высылки миссионера из России, непременно подчеркивали причастность возглавляемой им церкви к «оранжевой» революции на Украине. 8 февраля в Иванове за нарушение закона о пребывании иностранцев на территории РФ были задержаны десять граждан США – евангельских христиан-баптистов. На них был наложен денежный штраф. В УФСБ пояснили, что благотворительная деятельность задержанных «не соответствовала заявленной туристической цели поездки». 6 июня 2006 г. Ивановский областной суд признал действия УФСБ законными, однако сами баптисты сочли это решение нарушением свободы совести как ограничивающее выбор метода распространения своих религиозных убеждений. В целом же, по оценке информационного агентства «Форум 18», ситуация с выдачей российскими властями въездных виз иностранным миссионерам в 2006 году улучшилась 5. Чтобы подвергнуться преследованиям, бывает достаточно просто принадлежать к одной из «нетрадиционных» религиозных организаций. Так, например, 6 марта пять студенток Славянского-на-Кубани государственного педагогического института были вызваны в деканат по поводу посещения церкви Евангельского христианского миссионерского союза (ЕХМС). Студентку Нину Федотову, отец которой является пастором ЕХМС, обвинили в том, что она «завлекает» сокурсников в ЕХМС, пользуясь своим положением старосты. Руководство деканата отстранило девушку от должности старосты и потребовало перестать рассказывать другим о своей вере, пригрозив отчислением из института. Лишь после того, как отец Н. Федотовой обратился в городскую администрацию, сотрудники деканата принесли извинения. В апреле 96 верующих Московской церкви евангельских христиан-баптистов направили на имя Президента РФ, президента Чувашии, генерального прокурора и министра юстиции РФ, прокурора Чувашской Республики и уполномоченного по правам человека в РФ письмо, в котором сообщили о массовых преследованиях баптистов со стороны правоохранительных органов Чувашии и Татарстана. Запугиванию и угрозам подверглись дети баптистов, получающие образование в форме экстерната. Инспектор по делам несовершеннолетних Ленинского района Чебоксар А.Н.Ишмурадов не скрывал, что претензии к родителям-баптистам обусловлены именно их религиозными убеждениями. Прокуратура Чувашской республики признала действия силовиков законными. В октябре, в разгар антигрузинской кампании, милиционеры устроили проверку документов прихожан московского храма св. Георгия в Грузинах, в котором богослужение проводится на грузинском языке. Двое певчих были задержаны, несмотря на наличие у них действительных виз. Вечернее богослужение из-за этого началось с опозданием на 15–20 минут. Два дня возле храма находилась машина милицейского патруля, несмотря на просьбы священнослужителей убрать машину, так как это пугало верующих. В результате количество посетителей воскресной литургии уменьшилось в несколько раз. Хотя по сравнению с месяцами после трагедии в Беслане случаев дискриминации мусульман (именно как таковых, а не как представителей соответствующих этнических меньшинств) стало меньше, они все-таки продолжаются. Например, в начале июня командир российского самолета, который следовал из Шарм-эш-Шейха (Египет) в Москву, долго отказывался допустить на борт самолета пятерых мусульман – граждан России только потому, что три женщины, шедшие на посадку, были одеты в хиджабы 6. Ситуация в армии и в пенитенциарной системе Несколько лет в российском обществе ведется дискуссия по поводу возможного присутствия священнослужителей в вооруженных силах. Как один из вариантов такого присутствия обсуждалось и учреждение института капелланов (полкового духовенства) по образцу некоторых западных армий или дореволюционной российской армии. В феврале Главная военная прокуратура подготовила и направила на рассмотрение в Министерство обороны и Совет Федерации законопроект о введении института полкового духовенства в армии. Эта мера, по мысли авторов законопроекта, призвана повысить нравственное и культурное воспитание военнослужащих и помочь в борьбе с «дедовщиной». Один из представителей прокуратуры генерал-майор юстиции Валерий Кондратьев пояснил, что военные священники по статусу должны быть приравнены к военнослужащим по контракту, что предполагает их государственное финансирование. Законопроект вызвал широкий резонанс в обществе, в первую очередь среди религиозных организаций. В целом, представители организаций, входящих в МСР, с одобрением восприняли инициативу Главной военной прокуратуры, высказав свои пожелания лишь относительно отдельных положений документа. Суть этих пожеланий сводилась к необходимости обеспечить равные права на свободу совести для военнослужащих разных конфессий. Председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин посетовал на то, что в Министерстве обороны «знают только Русскую православную церковь, и другие религии, получается, их не интересуют». С другой стороны, глава Синодального отдела РПЦ по связям с вооруженными силами протоиерей Дмитрий Смирнов выразил сомнение по поводу присутствия в российской армии буддистов и иудеев в таком количестве, чтобы включать в штат армейского подразделения священнослужителей этих конфессий. Протоиерей заявил о готовности «структур РПЦ» выступить в качестве координатора и помочь военнослужащим других вероисповеданий найти соответствующего священнослужителя и обеспечить необходимой религиозной литературой. Позже представители иудейских и мусульманских организаций высказывались за то, чтобы капелланы в войсках были, но в консультативном статусе и непременно оставались штатскими. Законопроект не был даже официально внесен в Думу. Пока вопрос никак не урегулирован, и в силовых структурах де-факто сохраняется почти полная монополия РПЦ. Как и в предыдущие годы, возможность присутствия священника в войсках зависит от отношения к этому командиров разных рангов и почти не зависит от желания личного состава. Как правило, офицеры положительно реагируют на визиты священнослужителей, видя в последних скорее нечто среднее между политруком и психологом. Во всяком случае, нам неизвестны случаи недопущения в какое-нибудь подразделение представителей РПЦ. Священники обычно присутствуют на торжественных мероприятиях, проводят беседы с личным составом, освящают технику. Нередки случаи массового крещения военнослужащих, что свидетельствует о том, что православные священники не только духовно окормляют свою паству, но и ведут миссионерскую работу. На территории воинских частей строятся храмы. В регионах, где значительную часть населения составляют мусульмане, стало заметным присутствие в армейских структурах мусульманского духовенства. Представители духовных управлений, хоть и реже, чем православные священники, приходят на официальные мероприятия, проводят беседы. За год мусульманские организации заключили несколько соглашений о сотрудничестве с правоохранительными органами. Ничего этого нельзя сказать о других религиозных организациях. Так, например, 9 мая командование одной из воинских частей, которую с 2003 года посещали представители церкви христиан веры евангельской «Слово жизни», сочло организованный ими спектакль «религиозной пропагандистской акцией». Примечательно, что прекратить спектакль потребовал заместитель командира в/ч 22316 по воспитательной работе подполковник Юрий Евтушенко, несколькими месяцами раньше вручивший пятидесятникам благодарственные грамоты за организацию концерта в части. В июне Федеральная регистрационная служба по Новосибирской области направила новосибирской церкви «Слово жизни» письменное уведомление с указанием нарушений и рекомендациями по их устранению по факту проведения «мероприятий религиозной направленности в воинских частях». Сходная ситуация наблюдается в пенитенциарных учреждениях, хотя здесь священнослужители религиозных меньшинств, особенно протестантских организаций, все-таки имеют более широкий доступ, чем в армии. Есть случаи строительства мечетей в учреждениях Управлениях исполнения наказаний (УИН). В то же время известны факты дискриминации мусульман в пенитенциарных учреждениях. Например, в колонии №16 Уярского района Красноярского края, когда несколько заключенных совершали намаз, капитан внутренней службы в оскорбительной форме потребовал прекратить молитву. В феврале заключенных-мусульман начали высылать из тюрем и колоний Башкирии в другие регионы, несмотря на то что по нормам Уголовно-исполнительного кодекса РФ они должны были отбывать сроки по месту проживания или осуждения. Сотрудники пенитенциарных учреждений объясняли родственникам, что их близких «отправили подальше, так как число мусульман в местах лишения свободы на территории РБ с каждым днем увеличивается, и нужно разбавить их концентрацию, выслав за пределы РБ». Конфликты вокруг предмета «Основы православной культуры» Российское законодательство разрешает преподавание религии в школе только на добровольной основе и вне основной «сетки часов», то есть сверх гарантируемого и оплачиваемого государством образовательного минимума. Такое преподавание иногда вызывает разного рода конфликты, но они в последние годы крайне редки. Реальная проблема возникает в связи с тем, что в основную «сетку часов» включаются предметы, связанные с религией. Само по себе обучение знаниям о религии, тем более – чаще всего упоминаемой в этой связи «православной культуре», не тождественно преподаванию религии и не противозаконно. Однако реальные курсы «Основ православной культуры» (ОПК) (включая аналоги), преподающиеся во многих регионах страны, вызывают серьезные подозрения в том, что в рамках этих курсов происходит именно религиозное обучение. Например, корреспондент еженедельника «КоммерсантЪ-Власть», посетившая осенью несколько школ Белгородской области, отметила, что в классах, где проходят занятия по этому предмету, имеются лампады, иконы, детей обучают молитвам, поощряют крещение и посещение храма 7. Вопрос о характере преподавания ОПК, по нашему убеждению, должен быть разрешен в судебном порядке, с привлечением всех необходимых экспертиз, но до сих пор это сделано нигде не было. Те же подозрения вызывают и широко преподающиеся в четырех регионах (Ингушетия, Чечня, Дагестан, Татарстан) аналогичные предметы, связанные с исламом, но эти подозрения привлекают мало внимания на федеральном уровне. ОПК до нынешнего учебного года преподавались как предмет по выбору, то есть в основной «сетке часов», но с некоторой альтернативой, совсем не обязательно связанной с религией (это мог быть урок английского языка, а не, например, «История религий»). Не раз появлялись жалобы на то, что обучение ОПК становится де-факто обязательным: не желающие посещать эти занятия оказываются лишены такой возможности, поскольку школа не обеспечивает альтернативы. Все это вызывает критику как чрезмерное проникновение религии, причем одной из религий, в обязательное государственное образование, являющееся по закону светским. Следует признать, что нормы закона недостаточно ясны. Но и Министерство образования, и многие государственные деятели не раз подтверждали, что обучение ОПК может быть только добровольным, то есть альтернатива должна предоставляться. Между тем в 2006 году география преподавания ОПК продолжала расширяться. С 1 сентября году этот предмет в массовом порядке преподавался в общеобразовательных школах Брянской, Белгородской, Владимирской, Калужской, Курской, Орловской, Ростовской, Рязанской, Самарской, Смоленской областях и ряда других регионов. Однако отличительной чертой нынешнего учебного года стало постепенное превращение этого курса в обязательный (хотя в некоторых регионах его и раньше можно было считать факультативным лишь условно). С 1 сентября ОПК вошел в обязательную программу всех школ Белгородской и ряда школ Брянской, Калужской и Смоленской областей. Особое беспокойство вызывает ситуация в Белгородской области, так как там граждане, не желающие обучать своих детей ОПК по тем или иным соображениям, связанным с религией, могут избежать этого только ценой переезда из региона. Прокуратура Белгородской области, реагируя на исковые заявления граждан, оспаривавших законность обязательного преподавания ОПК, не нашла противоречий с областным законом, который регламентирует введение этого предмета. С другой стороны, в своих рекомендациях, направленных председателю Белгородской областной Думы и губернатору области, прокуратура советовала отказаться от слова «православный» в названии предмета и вести преподавание «данного предмета с учетом мнения родителей в рамках курса “История и культура мировых религий”». Однако это замечание носило рекомендательный характер и не изменило ситуацию по существу. Инициируемые родителями проверки по фактам преподавания ОПК иногда приносят довольно неожиданные результаты. Например, в Шебекинском районе Белгородской области, где родители учеников (некоторые из них – протестанты) выражали протест в связи с обязательным преподаванием ОПК, школу посетила комиссия областного департамента образования. Члены комиссии, констатировав отсутствие нарушений, объявили родителям, не желающим, чтобы их дети посещали этот предмет, что они сами должны оплачивать педагогов, которые бы проводили с их детьми другие занятия вместо ОПК. Бурные общественные дебаты вокруг ОПК никак не влияли на принимаемые практические решения. В течение года министр образования и науки Андрей Фурсенко неоднократно заявлял об опасности преподавания ОПК и высказывался в пользу разработанного специалистами Российской Академии наук курса по основам мировых религий (этот курс пока проходит экспериментальную проверку). Однако, сетовал министр, по закону он не имеет возможности влиять на местные органы образования, вводящие ОПК в рамках регионального образовательного компонента. В этой связи в ноябре Министерство подготовило концепцию законопроекта «О внесении изменений в закон РФ “Об образовании” и в закон РФ “О высшем и послевузовском профессиональном образовании” (в части изменения понятия и структуры государственного стандарта)». Концепция предполагает отмену разделения школьной программы на федеральный, региональный и школьный компоненты, в результате чего местные власти, в частности, потеряли бы возможность вводить ОПК в рамках регионального компонента. Заместитель главы Департамента государственной политики и нормативно-правового регулирования в сфере образования Минобрнауки Наталья Третьяк пояснила, что эта дисциплина, согласно законопроекту, может изучаться только в составе общего курса основ мировых религий. Впрочем, эта концепция не превратилась еще в законопроект и вряд ли скоро превратится, так как у регионального и местного компонентов образования есть и другие сторонники, помимо сторонников ОПК. 27 ноября состоялось совместное заседание трех комиссий Общественной палаты РФ: комиссии по вопросам толерантности и свободы совести, комиссии по вопросам интеллектуального потенциала нации и комиссии по вопросам культурного и духовного наследия (председатель последней – митрополит Калужский и Боровский Климент (Капалин)). На рассмотрение был вынесен вопрос о преподавании основ мировых религий в светских школах. В ходе заседания заместитель А. Фурсенко Дмитрий Ливанов сообщил, что 58 из 79 региональных органов образования в субъектах РФ считают возможным преподавать в школах основы религии исключительно на факультативной основе и с согласия родителей, при этом предмет должен иметь светский характер и преподаваться светскими учителями. Представители других религиозных организаций – главный раввин России (ФЕОР) Берл Лазар и глава Российского объединенного союза христиан веры евангельской Сергей Ряховский – высказались на этом заседании за изучение в школах не только православия, но основ всех «традиционных» для России религий. С этой позицией не согласился митрополит Климент. По его мнению, обучение основам нескольких религий сразу только запутает детей, поэтому им следует, начиная с младших классов, преподавать основы «традиционных» религий, но по отдельности, а не в рамках общего курса. При этом, подчеркнул митрополит, предмет должен носить культурологический характер. В итоге были приняты «Предложения Общественной палаты РФ по вопросам изучения религиозной культуры в системе образования», основанные в большей мере на точке зрения сторонников ОПК. Констатировав, что «представители многих национальностей, религий и мировоззренческих групп», проживающие в России, «имеют равные права на реализацию своих образовательных потребностей в государственной и муниципальной системе образования», члены Общественной палаты, тем не менее, подтвердили возможность преподавания основ отдельных «традиционных» религий, не поддержав идею Минобразования об общем курсе истории мировых религий. Правда, члены ОП оговорили, что преподавание основ религий возможно все-таки только на добровольной основе (с согласия родителей, а с 14 лет – самого ученика). В случае включения такого курса в региональный компонент для отказавшихся от изучения должна быть предусмотрена возможность посещения другого философско-культурологического курса. Эти дебаты продемонстрировали нынешнее состояние общественной дискуссии. (Первоначально предлагалось включить в курсы биологии, истории и т.д. религиозные альтернативы по таким темам, как происхождение жизни и человека, смысл истории и т.п., но Совет палаты позже вычеркнул эти рекомендации.) В сущности, Общественная палата высказалась в поддержку сложившейся практики, принимая тот факт, что практика эта постепенно изменяется в сторону десекуляризации государственного образования. Злоупотребления при противодействии экстремизму Борьба с терроризмом часто и не без оснований ассоциируется с необходимостью проводить специальную политику по отношению к политизации религии. Чаще всего это, также по понятным причинам, относится к политическому исламу. Мы не ставим под сомнение необходимость противодействия группам, так или иначе вовлеченным в террористическую и иную противозаконную деятельность, даже если эти группы мотивированы своими религиозными убеждениями. В данном случае защита права всех граждан на защиту от насильственных и иных противозаконных посягательств важнее, чем соблюдение свободы реализации религиозных убеждений. С другой стороны, противодействие таким посягательствам нередко оборачивается на практике явно чрезмерными или вовсе необоснованными преследованиями и ограничениями гражданских свобод. Мы отдаем себе отчет в проблематичности проведения однозначной границы, разделяющей обоснованное и необоснованное ограничение свободы, но считаем необходимым обратить внимание на наиболее значимые факты в этой сфере. Решением Верховного суда от 14 февраля 2003 г. 15 организаций были признаны террористическими (в июле 2006 года список был пополнен еще двумя организациями). Само решение принималось с очевидными процедурными нарушениями, но не вызывает сомнения, что многие организации, включенные в этот список, являются террористическими. Наиболее масштабное правоприменение, основанное на решении от 14 февраля 2003 г., связано с «Хизб ут-Тахрир», организацией крайнего исламистского толка, категорически отвергающей институты демократии и прав человека, ведущей антисемитскую пропаганду, в определенных случаях оправдывающей терроризм, но тем не менее в своей деятельности принципиально отказывающейся от применения насильственных методов (что и отличает ее от других крайних исламистских организаций) 8. Ни в решении Верховного суда, ни в последующих судебных решениях в России по делам, связанным с «Хизб ут-Тахрир», не содержатся доказательства обратного. Впрочем, в связи с принятием в марте 2006 года нового закона «О противодействии терроризму», давшего более широкое определение террористической деятельности, решение Верховного Суда приобрело задним числом некоторый смысл. В новом определении террористической деятельности есть и такие слова: «террористическая деятельность – деятельность, включающая в себя … пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности» (п. 2 «е» ст. 3 закона). Таким образом, «Хизб ут-Тахрир», в документах которого встречалось оправдание захвата гражданских самолетов, мог бы, после должного расследования, быть признан в России террористической организаций. Другое дело, что такое определение террористической деятельности является чрезмерно расширительным 9, а должное расследование проведено так и не было. Согласно закону «О противодействии экстремистской деятельности», терроризм является одной из разновидностей экстремизма, а участие в запрещенной за экстремизм организации является уголовно наказуемым (ст. 282-2 УК РФ). Мы не ставим здесь под сомнение саму эту норму УК, но в данном случае ее применение основано на неправосудном решении Верховного суда. Применение же этой статьи к реальным или предполагаемым членам «Хизб ут-Тахрир» оказалось очень широким. Во все большем числе случаев к этой статье добавлялись другие, в первую очередь «вовлечение в террористическую деятельность» (ст. 205-1), под каковым понимается вовлечение не в конкретные действия, а в «Хизб ут-Тахрир» (УК дает такую возможность). Добавлялась к обвинениям также ст. 210 («организация преступного сообщества» и участие в нем), так как ст. 205-1 относится к тяжким преступлениям, а дела часто бывало групповыми. Лишь в части случаев в деле фигурирует незаконное хранение оружия, причем Правозащитный центр «Мемориал» и Комитет «Гражданское содействие» 10, проводившие мониторинг этих дел, высказывали серьезные опасения, что оружие это подброшено (как правило, речь шла об отдельной гранате, нескольких патронах и т.п.). По данным этих правозащитных организаций, не менее чем в 40 % случаев к подследственным применялись пытки. Приговоры становились все жестче – переходя от условных приговоров к достаточно большим срокам лишения свободы. Разница между 2005 (ранее был только один такой приговор) и 2006 годами в этом отношении разительна. Даже если оставить в стороне применение пыток и неправовую основу решения Верховного суда, применение сразу нескольких уголовных статей за простое участие в запрещенной организации, то есть за деяние противозаконное, но не столь значительное, является несоразмерным наказанием. Уточнение ст. 205-1 УК, произведенное в июле 2006 года, заставляет отказаться от широкого предъявления этой статьи в подобных делах: теперь по этой статье наказуемо вовлечение не во всякую террористическую деятельность (в вышеуказанном широком смысле), а только в предусмотренную соответствующими статьями УК (это ст.ст. 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360; то есть, например, ст. 282-2 в этом списке нет). В результате ст. 205-1 уже исключена из приговоров четверых осужденных и из обвинения по двум уже переданным в суд делам. Зато в деле девяти человек в Казани, обвиняемых в принадлежности к «Хизб ут-Тахрир», добавлено обвинение в подготовке к насильственному захвату власти или насильственному изменению конституционного строя (ст. 278 УК, от 12 до 20 лет лишения свободы). Обвинение справедливо указывает, что «Хизб ут-Тахрир» намерен создать всемирный Халифат, но не приводит доказательств того, что готовится именно насильственный переход к этой форме правления. Если обвиняемые будут признаны виновными по ст. 278, это будет означать новое решительное ужесточение санкций за сам факт причастности к «Хизб ут-Тахрир». Помимо дел по «Хизб ут-Тахрир», за последние два года начался целый ряд уголовных дел, связанных с деятельностью независимых и, как правило, радикально ориентированных мусульманских групп. Эти дела имеют те же особенности: применение пыток, порой сомнительные вещественные доказательства, иные процессуальные нарушения. Назовем лишь два наиболее известные дела. Три человека (двое из них были возвращены в Россию из лагеря Гуантанамо) были в мае осуждены на большие сроки лишения свободы (Верховный суд России 29 ноября подтвердил обвинительный приговор, хотя и снизил им сроки наказания) за подрыв газопровода в Бугульме (Татарстан), хотя доказательства их вины были столь неубедительны, что присяжные в первом процессе в сентябре 2005 года обвиняемых оправдали. Наиболее масштабным является дело набережночелнинского «Исламского джамаата». Еще в 2004 году в Набережных Челнах (Татарстан) был арестован Хафиз Раззаков, который расстреливал из огнестрельного оружия уединившиеся парочки, совершавшие, по его мнению, грех. Таких убийств, которые Раззаков совершил по своим религиозным убеждениям, было девять (одно из них – убийство свидетеля). Вскоре был арестован Нафис Калимуллин, предоставивший Раззакову оружие, и у Калимуллина при обыске был найден целый арсенал. Следствие начало поиски по всему кругу знакомых этих двоих людей, с особым вниманием относясь к тем, в ком можно было заподозрить адепта радикальных мусульманских идей. Тогда задержаниям, обыскам и допросам подверглось около 50 человек, но в конце концов обвинение было предъявлено 23. Среди них – несколько местных жителей, которые в 1999 году, еще до начала второй чеченской войны, ездили в Чечню, в Исламский институт «Кавказ» в Урус-Мартане (в обвинительном заключении сказано, что это был тренировочный лагерь, основанный Басаевым и Хаттабом), продолжать, по их словам, исламское образование. Обвинение утверждает, что они принимали участие в боевых действиях, но ранее никаких обвинений им после возвращения в Татарстан по этому поводу не предъявляли. В 2003 году часть обвиняемых проводила какие-то военизированные тренировки в лесу, привлекая к этому и других людей, включая несовершеннолетних. Согласно обвинительному заключению, тренировки включали упражнения в стрельбе и какие-то манипуляции с перепрятыванием оружия (из арсенала все того же Калимуллина), но что именно делалось во время этих тренировок, точнее сказать сложно. Предполагаемый лидер группы Ильгам Гумеров утверждает, что он таким образом готовился к отъезду в какую-нибудь «исламскую страну» и никаких боевых действий в России предпринимать не собирался. Таким образом, предъявленное группе обвинение в создании незаконного вооруженного формирования (ст. 208 УК), не беспочвенно, но плохо расследовано, в том числе не прояснены степень вины разных участников, связи между ними и цели группы. Всей группе предъявляются также ст. 205 («терроризм»; точнее, подготовка к терактам), ст. 222 (хранение оружия), ст. 282-2, некоторым – также ст. 205-1. По мнению «Мемориала» и «Гражданского содействия», фигурирующие в деле обвинения в подготовке подрыва различных промышленных объектов являются вымышленными, поэтому все обвинения, связанные с терроризмом, неправомерны. Следует отметить, что неправомерно и применение ст. 282-2, так как означенная группа не входила в ранее запрещенную организацию. Оружие хранили тоже явно не все обвиняемые. И тем не менее группа из пяти молодых людей, бывших в 2003 году несовершеннолетними, уже приговорена в августе 2006 года к 5 и 6 годам лишения свободы по ст.ст. 205, 208 и 222. Слушания по делу остальных только начались. Всего по делам, привлекшим внимание «Мемориала» и «Гражданского содействия», к 5 февраля 2007 года было вынесено 27 приговоров (с конца 2004 года), из которых 19 приходятся на дела, связанные с «Хизб ут-Тахрир» (далее относящиеся к этой организации цифры даются в скобках). Оправдательных приговоров нет. Осуждено по ним 62 (49) человека, в том числе к реальным срокам лишения свободы – 43 (33), к условным – 13 (13), к штрафам – 5 (4), к принудительным работам – 2 (0). Не доведены до приговора (идет следствие или суд) 9 дел, по которым под стражей находятся 40 человек и еще 5 – под подпиской о невыезде. Основанная масса осужденных и обвиняемых приходится на Татарстан. Есть дела, причем групповые, в Сибири (Нижневартовск, Тобольск). Заметный «вклад» вносят также Башкортостан, некоторые другие регионы Поволжья и Москва. Опасение у многих представителей власти на федеральном и региональном уровнях вызывает «ваххабизм», так как с этим словом связывается (в первую очередь на Северном Кавказе) представление о вооруженном исламистском подполье. Такое употребление термина отнюдь не всегда соответствует действительности. В январе 2006 года президент Путин отметил, что «ваххабизм сам по себе не несет какой-то угрозы, но извращение норм ислама, извращение ваххабизма, они, конечно, не могут трактоваться никак иначе, как призывы к терроризму». Но, даже несмотря на заявление Президента, большинство чиновников и сотрудников силовых ведомств автоматически приравнивают реальных, а чаще предполагаемых приверженцев ваххабизма к экстремистам и террористам. В результате такого подхода профилактика экстремизма нередко сводится к массированному давлению на вызывающие подозрения группы мусульман. При этом правоохранительные органы пытаются, в меру своих возможностей, отличить «правильный» лояльный ислам, от нелояльного, «ваххабитского». Приведем лишь несколько примеров. В феврале в Кабардино-Балкарии милиционеры начали составление списков «ваххабитов». Список составлялся посредством обхода учебных заведений республики: милиционеры просто фиксировали тех, кто совершал намаз. (Впрочем, после смены власти в республике давление на мусульман в целом снизилось: новое руководство сделало выводы из кровавого бунта в Нальчике в 2005 году.) Еще в 2005 году в селе Средняя Елюзань Пензенской области по подозрению в «ваххабизме» была проведена прокурорская проверка мечетей и медресе, было возбуждено уголовное дело по ст. 282 УК. А 2 февраля в Челябинске прошли обыски у всех тех, кто учился ранее в этом медресе. Сотрудники прокуратуры не только изымали книги и тетради, но и задавали вопросы, касающиеся вероучения. 31 марта жителей аула Новая Адыгея не допустили на пятничную молитву в мечеть. Сотрудники Управления по борьбе с организованной преступностью МВД Адыгеи совместно с группой ФСБ России перекрыли все въезды и выезды в ауле и останавливали все машины мусульман, обыскивали верующих. Всех задержанных доставляли в отделение милиции, где угрожали и требовали не посещать мечеть. То, что ваххабизм может рассматриваться как экстремизм, следует из решения Савеловского суда города Москвы, признавшего еще в 2004 году книгу основателя ваххабизма, написанную в XVIII веке, экстремистским текстом. Следовательно, теперь любое публичное использование или даже передача этой книги может рассматриваться как преступление. Попытка такого уголовного преследования по ст. 282 УК была предпринята в марте по отношению к Неджмедину Абази, отстраненному в декабре 2005 года от должности имама мечети города Адыгейска. Впрочем, обвинение это было снято, а Абази в конце концов был лишь оштрафован в административном порядке за использование без должной документации масла черного тмина. В сентябре 2006 года в Коптевском районном суде Москвы началось рассмотрение иска прокуратуры Татарстана к автономной некоммерческой организации «Фонд Нуру-Бади» о признании экстремистской литературой также и книг турецкого богослова Саида Нурси. В рамках этого дела на допросы вызываются многочисленные последователи Нурси. Ранее, начиная с марта 2005 года, последователей Нурси активно допрашивали и обыскивали в Татарстане. Однако дело было приостановлено в марте 2006 года, так как позиция прокуратуры расходилась с ранее вынесенным судебным решением: в 2005 году тот же вопрос уже рассматривался в уголовном процессе в Омске, где слушалось дело о возбуждении религиозной вражды посредством издания книг Нурси. Тогда, основываясь на допросе читателей книг и на экспертизах известных религиоведов, суд не нашел состава преступления. Теперь прокуратура Татарстана собирается снова добиться запрета книг известного турецкого богослова XX века. Эти книги, заметим, не запрещены в Турции, где власти весьма чувствительны к радикальной исламистской пропаганде. Учение Нурси не воинственно само по себе, хотя в Турции к нему обращаются в том числе и некоторые радикальные группы. И нет никаких данных, позволяющих предполагать общественную опасность последователей Нурси в России. Между тем 7 декабря в Красноярске был проведен обыск у группы мусульман с целью изъятия книг Нурси. Прокурор ссылался на постановление прокуратуры Татарстана от 28 ноября, в котором предписывается изымать эти книги в интересах следствия. Наказуемыми могут стать даже попытки просто выразить несогласие с судебными решениями. Когда приверженцев «Хизб ут-Тахрир» привлекали к ответственности просто за выражение несогласия с решением Верховного суда от 14 февраля 2003 г., это объяснялось тем, что тем самым они подтверждали свое участие в запрещенной организации. Но 2006 год дал гораздо более жесткий пример. 26 февраля прокуратура Москвы вынесла Международному обществу «Мемориал» предостережение о недопустимости нарушения закона «О противодействии экстремистской деятельности» за размещение на своем сайте «Заключения Духовного управления мусульман Азиатской части России (ДУМАЧР) по брошюрам «Хизб ут-Тахрир» и потребовала в трехдневный срок снять заключение с сайта. Предупреждение было вынесено также и автору документа – председателю ДУМАЧР муфтию Нафигулле Аширову. Аширов утверждал, что в четырех брошюрах «Хизб ут-Тахрир», обычно изымаемых сотрудниками силовых структур в рамках соответствующих дел, нет призывов к насилию, межрелигиозной розни, ущемлению религиозных чувств или человеческого достоинства представителей других конфессий. Можно поспорить с некоторыми аргументами Аширова, но он, несомненно, имел право выразить свое несогласие с решением Верховного суда. Краткий текст Аширова не содержал цитат из указанных брошюр и не выражал согласия с их содержанием. Тем не менее размещение данного материала на сайте прокуратура расценила как «действия, направленные на оправдание действий террористической организации». Впоследствии «Мемориал» и Аширов обжаловали вынесенные им предупреждения, но обе судебные инстанции отвергли их иски. Московский городской суд счел, что заключение – это «психологическая фальсификация фактов и сознательное использование своего религиозного авторитета в политических целях». Важно подчеркнуть, что даже если согласиться с таким определением, оно не должно служить основанием для квалификации текста как экстремистского, так как заключение само по себе не содержит никаких признаков экстремизма, приведенных в ст. 1 закона «О противодействии экстремистской деятельности». Если же сам факт непризнания наличия экстремизма в тексте или действии, уже признанных судом экстремистскими, рассматривается как «оправдание экстремизма», то есть, в соответствии со ст. 1 указанного закона, как разновидность экстремизма, то каждое неправомерное признание какого-то текста или действия экстремистским должно вызывать цепную реакцию – признание экстремистами тех благонамеренных граждан, которые выразят несогласие с таким неправомерным решением, а также тех, кто не согласится с признанием экстремистами этих граждан, и т.д. Следует отметить, что не только мусульмане могут стать объектом неправомерного применения антиэкстремистского законодательства в отношении религиозных объединений и деятелей. 25 декабря 2006 г. городской суд Йошкар-Олы (столица республики Марий Эл) признал виновным по ст. 282 УК и приговорил к 120 часам обязательных работ одного из верховных жрецов языческой религии народа мари Виталия Танакова. Вина Танакова была усмотрена в написании и распространении брошюры «Жрец говорит». Однако есть основания полагать, что преследование Танакова связано с его оппозиционной республиканским властям деятельностью в качестве активиста марийского этнонационального движения. Текст брошюры содержит краткое описание языческой религии мари и обоснование ее истинности в сравнении с остальными религиями. Уровень аргументации в тексте – крайне низкий, текст переполнен отсылками к псевдонаучным мифам (там есть даже оригинальная версия теории «всемирного заговора»). Но, на наш взгляд, брошюра не содержит никаких призывов, возбуждающих вражду к представителям других народов или религий. Эксперты констатировали этноцентризм рассуждений Танакова (и это естественно, так как этноцентризм свойствен любой языческой религии), но этноцентризм не является преступлением. Танаков именует все мировые религии «демоническими», но это высказывание относится к сути самих религий, а вовсе не к качествам их адептов. Эксперты сочли оскорбительными утверждения Танакова, что русский народ не имеет своей религии, татарский – своей письменности и т.д., но по контексту брошюры ясно, что Танаков имел в виду заимствование этих атрибутов, а не их отсутствие. И все же суд согласился с оценками экспертов и признал Танакова виновным. Более того, суд признал его виновным также и в возбуждении ненависти к «определенным социальным группам», а именно к правительству Марий Эл и ее общественным организациям, на основании резких замечаний в адрес отдельных чиновников и других активистов марийского движения, более лояльных к властям, чем сам Танаков. Танаков обжаловал приговор в Верховном суде Марий Эл. Недостаточность защиты от диффамации и нападений В 2006 году продолжались публичные агрессивные проявления ксенофобии по отношению к тем или иным религиозным группам, случаи вандализма в отношении культовых сооружений, религиозных святынь, а также покушения на священнослужителей и верующих разных конфессий, мотивированные враждой к их религиозной идентичности. Было несколько достаточно серьезных нападений, мотивированных именно религиозной враждой (мы исключаем покушения на священнослужителей, поскольку мотивы всех этих покушений нам не ясны). 11 января во время вечерней молитвы на прихожан синагоги на Большой Бронной напал с ножом житель Москвы Александр Копцев. Войдя в здание, он стал наносить собравшимся беспорядочные удары ножом. Во время суда над ним Копцев не отрицал антисемитский мотив нападения. 23 апреля в поселке Спасск Таштагольского района Кемеровской области в Дом культуры, где около 300 верующих собралось на пасхальное богослужение Церкви христиан веры евангельской «Примирение», вошла группа пьяных молодых людей от 18 до 25 лет. Заявив, что пятидесятники – это секта, они стали приставать к девушкам, затем, выломав дверь в Доме культуры, стали избивать мужчин, защищавших женщин и детей, затем сломали радиоаппаратуру. Нападавшие объявили, что «Пасха у нас бывает только православная», а пятидесятники – «сектанты» и «черти». В результате нападения серьезно пострадали трое верующих: одному человеку сломали ребра, другому повредили позвоночник, третьему оторвали ухо. Другие члены церкви также пострадали довольно сильно, но не все из них зафиксировали ушибы в больнице. Прокуратура Таштагола не отреагировала на заявление церкви «Примирение». Позднее виновные в избиении членов церкви попросили у верующих прощения и возместили материальный ущерб. В итоге церковь отказалась от возбуждения уголовного дела. 27 августа неизвестный распылил слезоточивый газ во время воскресного богослужения пермской церкви христиан веры евангельской «Новый Завет». 15 декабря в Пскове неизвестные хулиганы распылили перцовый газ в помещении еврейского общинного центра во время празднования Хануки. Серьезно пострадавших в обоих случаях не было. В течение года мы зафиксировали 25 актов вандализма с явным мотивом религиозной ненависти 11 в отношении храмов и культовых сооружений и объектов – православных храмов, мечетей, синагог, молитвенных домов протестантов, языческого капища, буддистской мандалы. Отдельно следует упомянуть взрыв в мечети в подмосковной Яхроме, обстрел принадлежащей Православной церкви Божией Матери «Державная» Триникольской обители в Дмитровском районе Московской области, и нападение на офис еврейской общины в Ульяновске. Пострадавших в этих случаях не было. Нам известны 24 случая вандализма на православных, мусульманских и иудейских кладбищах, когда были основания подозревать у вандалов мотив религиозной ненависти. Кроме того, восемь раз совершались акты вандализма по отношению к православным крестам и один раз была осквернена триумфальная арка в честь причисленного к лику святых императора Николая II. Объектами агрессивной ксенофобии в СМИ чаще всего становятся мусульмане и протестанты (обычно пятидесятники), хотя медийная интолерантность направлена на «религиозные объекты» гораздо реже, чем на этнические 12. Следует отметить бурную медиа-кампанию против пятидесятников в Новосибирске и обоснование «кровавого навета» в газете «Красноярский комсомолец» 13. Правовое реагирование в подобных случаях до сих пор недостаточно эффективно. В ряде случаев применяются уголовные и административные санкции, но в большинстве случаев не происходит даже расследования. Злоупотребления при защите религиозных чувств В последние два года все чаще приходится отмечать, что желание чиновников не допустить оскорбления религиозных чувств граждан может привести к ущемлению, например, свободы слова или творчества. Международный скандал, разразившийся в связи с публикацией в датской газете карикатур на пророка Мухаммеда, получил продолжение и в России. За републикацию этих карикатур ряд СМИ получил предупреждения о ликвидации, а когда 15 февраля вологодская областная газета «Наш регион+» опубликовала те же карикатуры (прикрыв при этом наиболее проблематичные их фрагменты), против главного редактора Анны Смирновой было возбуждено уголовное дело по ст. 282 ч. 2 УК («возбуждение ненависти либо вражды лицом, с использованием своего служебного положения»). Газета немедленно была закрыта ее владельцем. В апреле Вологодский областной суд признал приговорил А. Смирнову к штрафу в размере 100 тыс. рублей (точный аналог приговора организаторам выставки «Осторожно, религия!»). Но 25 мая кассационная инстанция Вологодского областного суда признала главного редактора полностью невиновной. В сентябре в ходе подготовки постановки оперы Дмитрия Шостакович «Балда» хормейстер Государственного театра оперы и балета Республики Коми Наталья Масанова, усомнившись, что спектакль будет одобрен православным духовенством, пригласила на худсовет секретаря Сыктывкарской епархии. Священник выразил недовольство спектаклем, после чего епископ Сыктывкарский и Воркутинский Питирим (Волочков) направил на имя главы республики Коми Владимира Торлопова письмо протеста, которое было перенаправлено в Министерство культуры республики. Министерство, так и не убедив руководство театра отказаться от постановки, просто отказалось финансировать спектакль. Спектакль, тем не менее, состоялся, хоть и в измененном виде: постановку завершала сцена, в которой Балда не бьет попа по лбу, а поет ему колыбельную, а затем все участники водят хоровод. Посетившая премьеру министр культуры Коми Надежда Боброва принесла творческому коллективу извинения за попытку сорвать постановку. «На нас просто что-то нашло», – объяснила Н. Боброва действия чиновников. В том же месяце Ростовский музей современного искусства был вынужден убрать с выставки «Искусство или смерть» несколько картин художника Александра Сигутина. Музей пошел на этот шаг после прямых требований епархии и физических атак на художника и на здание музея. Иногда защита религиозных чувств происходит даже вопреки мнению верующих. Так, 16 февраля власти Волгограда приняли решение закрыть муниципальную газету «Городские вести», в качестве иллюстрации к статье «Расистам не место во власти» опубликовавшую рисунок с изображением Христа, Мухаммеда, Моисея и Будды. Примечательно, что многие представители религиозных организаций заявили, что не видят в рисунке ничего оскорбительного (и с ними трудно не согласиться). В поддержку газеты высказались секретарь ОВЦС Московского патриархата о. Михаил Дудко, главный раввин России Берл Лазар, председатель Исламского правозащитного центра Исмагил Шангареев. Тем не менее, и.о. главы администрации Волгограда Андрей Доронин счел лучшим выходом из ситуации закрытие газеты и увольнение журналистов, непосредственно причастных к этой публикации (остальным сотрудникам редакции предложили работать в новой газете, тут же созданной на месте прежней). Позицию мэрии поддержал Совет муфтиев России. 1 В российском законодательстве, как известно, отсутствует определение традиционных религий, но сложилась практика считать таковыми православие, ислам, буддизм и иудаизм, а «традиционными религиозными организациями», соответственно – крупнейшие организации этих религий. С 2001 года предпринимаются попытки юридически закрепить особый статус «традиционных религиозных организаций», но все эти попытки очень далеки от реализации. 2 В Совете представлены: Русская православная церковь, Центральное духовное управление мусульман России, Совет муфтиев России, Координационный центр мусульман Северного Кавказа, КЕРООР, ФЕОР, Буддистcкая Сангха. 3 Подчеркнем: мы не считаем, что эти термины вообще не имеют права на существования. Но люди, выступающие от имени государства, должны оперировать понятиями, соответствующими правовой системе этого государства. 4 Критика одних конфессий другими сама по себе не нарушает принципа свободы совести. 5 Fagan Geraldine. Religious work visa respite? // Forum 18. 2006. May 3. 6 Командир российского самолета отказался пустить на борт женщин в хиджабах // Центр «СОВА». Национализм и ксенофобия. 2006. 15 июня (http://xeno.sova-center.ru/45A29F2/7793B65). 7 Качуровская Анна. Мы будем формировать человека с большой буквы // КоммерсантЪ-Власть. 2006. 11 сентября. 8 Подробнее о взглядах «Хизб ут-Тахрир» см.: Верховский Александр. Является дли Хизб ут-Тахрир экстремистской организацией? // Цена ненависти. Национализм в России и противодействие расистским преступлениям. М.: Центр «СОВА», 2005. С. 92-110. 9 Левинсон Лев. "О противодействии терроризму": закон, принятый по указу // Права человека в России. 2006. 10 марта (http://www.hro.org/docs/expert/2006/03/levinson.php). 10 Здесь и далее в части информации по конкретным уголовным делам мы ссылаемся на данные этих двух организаций. См., в частности, доклад: Фабрикации уголовных дел об «исламском экстремизме». Кампания продолжается // «Мемориал». 2006. Октябрь (http://www.memo.ru/2006/12/18/rus1.htm). 11 В докладе Галины Кожевниковой «Радикальный национализм в России и противодействие ему в 2006 году», который будет опубликован на следующей неделе, даются бóльшие цифры по актам вандализма, так как в том докладе мотив ненависти понимается шире. 12 Подробнее этот вопрос рассмотрен в докладе Галины Кожевниковой, который будет опубликован Центром «СОВА» в сборнике, посвященном языку вражды в СМИ. Сборник должен выйти из печати к июню 2007 года. 13 Новосибирские пятидесятники как объект языка вражды // Центр «СОВА». Национализм и ксенофобия. 2006. 4 октября (http://xeno.sova-center.ru/213716E/213988B/80B9AA0); «Красноярский комсомолец» реанимирует «кровавый навет» // Там же. 2006. 11 августа (http://xeno.sova-center.ru/45A29F2/7C3F742). Контакт с Центром «СОВА»: E-mail: mail@sova-center.ru Тел./факс: (495) 628-63-46 http://religion.sova-center.ru/publications/8EA1CC7/8EA1EB3 На фото: директор информационно-аналитического центра "Сова" Александр Верховский. Адвокат Владимир Ряховский. На пути к религиозным гонениям: как и при Сталине, в России готовится тотальный запрет Свидетелей Иеговы http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7541 Российские власти еще в 2009 году начали полномасштабные гонения на общины Свидетелей Иеговы. С тех пор было ликвидировано и признано «экстремистскими» 15 общин, журналы и брошюры Свидетелей Иеговы признавались «экстремистскими» по совершенно абсурдным основаниям, а в качестве экспертов при этом выступали люди даже не имеющие соответствующего образовательного уровня Tue, 28 Mar 2017 3:00:00 +0400 Российские власти еще в 2009 году начали полномасштабные гонения на общины Свидетелей Иеговы. С тех пор было ликвидировано и признано «экстремистскими» 15 общин, журналы и брошюры Свидетелей Иеговы признавались «экстремистскими» по совершенно абсурдным основаниям, а в качестве экспертов при этом выступали люди даже не имеющие соответствующего образовательного уровня. Наряду с многочисленными обвинениями, верующих обвиняли в цитировании произведений Льва Толстого, где он излагал свое понимание «евангельской веры». В 2016 году в Выборге была предпринята попытка запретить ввоз Библии в переводе Свидетелей Иеговы. Казалось, что большего абсурда быть не может, но абсурд стал перерастать в трагедию. 15 марта 2017 года Министерство юстиции РФ обратилось в Верховный суд РФ с иском о ликвидации Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России и запрете деятельности религиозной организации за экстремизм. О том, что этого ожидают, Свидетели Иеговы говорили год назад. Именно тогда Управленческий центр, который находится под Петербургом в поселке Солнечном, получил предупреждение о недопустимости экстремистской деятельности. Оно было вынесено Генпрокуратурой 2 марта 2016 года (за подписью замгенпрокурора В.Я. Гриня), затем около года продолжалась тщательная проверка документации организации (завершилась 27 февраля 2017 года). 16 января 2017 года Мосгорсуд признал предупреждение Генпрокуратуры законным. Генпрокуратура РФ утверждала, что «структурные подразделения организации по-прежнему вовлечены в экстремистскую деятельность», то есть уже было совершенно ясно, что надо доказать «преступность» Свидетелей Иеговы. Стоит отдельно отметить, что проблема отсуствия доказательств не мешала правоохранительным органам и судам принимать решения по поводу запрета целых религиозных собраний. Для преследования Свидетелей Иеговы была использована довольно примитивная схема, которая может быть эффективной только в отношении легально существующей и законопослушной организации. Строгое подчинение Свидетелей Иеговы закону и, при этом, их самостоятельность раздражали еще Сталина и Гитлера. Во-первых, было запрещено несколько наименований журнала «Сторожевая башня», который широко распространяется по всему миру и есть в каждой общине. Во-вторых, по надуманным поводам в Залах Царств, в местах собраний верующих, проводились обыски, где правоохранители вдруг находили «запрещенные журналы». Есть уже несколько видеосюжетов об этих обысках, снятых Свидетелями Иеговы, где видно, как сами сотрудники полиции и спецслужб приносят с собой «экстремистскую» литературу и подкладывают в самые неожиданные места (под шкафы, в раздевалку, так чтобы верующие не нашли). В-третьих, распространение и хранение такой «экстремистской» литературы автоматически делает общины Свидетелей Иеговы «опасными». В зависимости от региона штрафовались верующие или запрещались общины. Трагедия состоит и в том, что несколько десятков обысков, а в целом сотни проверок верующих проводились людьми, которые формально должны соблюдать Конституцию и Закон о свободе совести, но они стремились сделать «экстремистами» своих же сограждан. Уже в 2016 году в Таганроге стали судить верующих целыми семьями – 16 человек было приговорено к различным наказаниям за участие в деятельности запрещенной организации (организация в этом городе, стараниями прокуратуры и православного благочинного, была признана экстремистской, но Свидетели Иеговы собирались для чтения Библии). В частности, 4 человека получили условные сроки. В 2016 году было также ликвидировано пять местных общин в разных городах. Итак, запрет Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России, если такое решение примет Верховный суд РФ, поставит вне закона около 180 тысяч граждан России, членов общин и групп, будет запущен процесс автоматической ликвидации 400 организаций Свидетелей Иеговы, будет преследоваться деятельность небольших религиозных групп (их около 2 тысяч). Российские граждане, которые читают Библию и верят по-своему в Бога Иегову, подвергнуться самому строгому уголовному преследованию. Центр «Сова» во главе с членом Совета при Президенте РФ по правам человека Александром Верховским уже опубликовал свое мнение о последствиях подобного решения: «Россия рискует встать на путь тоталитарных режимов, Советского Союза и Третьего Рейха, преследовавших Свидетелей Иеговы в уголовном порядке, вплоть до длительных сроков заключения в СССР и отправки в лагеря уничтожения в нацистской Германии». Преследование мирных верующих по антиэкстремистскому законодательству строится на откровенных фальсификациях, непрофессионализме отдельных «экспертов» и, как результат, на судебных ошибках. Но дело не только в этом. Для России преследование верующих, и в том числе Свидетелей Иеговы, является продолжением исторической трагедии – гонений ХХ века. С 1949 по 1952 годы десятки тысяч Свидетелей Иеговы были высланы в Сибирь (самой известной стала операция «Север» по переселению более 8 тысяч верующих). По словам главы руководящего комитета Свидетелей Иеговы Василия Калина, «уже более 100 лет власти в России попирают собственное законодательство, гарантирующее нам это право. В сталинские времена, когда я был еще ребенком, вся наша семья была сослана в Сибирь только лишь потому, что мы были Свидетелями Иеговы. Обидно и грустно, что моим детям и внукам придется столкнуться с чем-то подобным». Свидетели Иеговы обртились с письмом в адрес главы Совета при Президенте РФ по развитию институтов гражданского общества и правам человека Михаила Федотова: «Под видом оперативно-розыскной деятельности должностные лица посягают на личную неприкосновенность верующих (применение силы, доставление в полицию, личный обыск, принудительное фотографирование), на неприкосновенность частной жизни (сбор данных о лицах, исповедующих религию Свидетелей Иеговы, об их имущественном положении), на неприкосновенность жилища... Остановите безумие, пока его можно остановить!» Можно по-разному относиться к Свидетелям Иеговы и не соглашаться с ними в богословских вопросах, но они имеют право верить, так как хотят. Тем более, что судят их за то, что они, по моему глубокому убеждению, не совершали. Они будут отстаивать свои права в Европейском суде по правам человека, и Россия снова будет фигурировать на международной арене как государство, не считающееся с фундаментальными правами своих граждан. Вслед за штрафами по антимиссионерскому «Закону Яровой» (за «религиозную пропаганду», как в советское время), уже в ближайшее время верующие в нашей стране могут появиться и в тюрьмах. Свидетели Иеговы не будут прятаться в подполье (также было и в Германии 1930-х и в СССР), в их ряды почти невозможно внедрить своих агентов спецслужбам (и в советское время это удавалось с трудом). Эта организация стала живым примером того, насколько бесцеремонно власть может обходиться с верующими в то время, как окружающее общество пребывает в молчании. Об авторе: Владимир Васильевич Ряховский, адвокат, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека.  на фото: Кадр из репортажа Россия 1. В Уфе сотрудники прокуратуры совместно с полицейскими и представителями общественных организаций пресекли деятельность Свидетелей Иеговы (20 марта) Православие как Церковь «меньшинства» http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7489 Несмотря на массовость зарегистрированных общин РПЦ, количество граждански активных общин и постоянных верующих, социальных инициатив Московского патриархата  сравнимо с силой католиков и протестантских церквей (от лютеран и баптистов до адвентистов и пятидесятников) или мусульманских организаций, которые не считают «большинством» (а протестантов считают «меньшинством»). У мусульман и протестантов в реальности по 10 тысяч общин по России и по 3-5 млн активных сторонников (как прихожан, так и людей, вовлеченных в деятельность общин). Но против них используют Закон Яровой и Закон о противодействии экстремизму. Thu, 16 Feb 2017 11:00:00 +0400 Когда 1 февраля 2017 года премьер-министр Д.А. Медведев поздравлял патриарха Кирилла с 8-летием патриаршества, глава Русской Церкви отметил, что взаимодействие Церкви и государства «направлено на то, чтобы наша жизнь становилась лучше и духовно, и культурно, и материально, потому что Православная Церковь — это Церковь большинства нашего народа». Однако на основании исследования Левада-Центра от 31 января 2017 года получается, что жители России не считают Церковь и религиозные организации влиятельными институтами. Более того, «Независимая газета» в своей редакционной статье поспешила объявить, что по итогам этого опроса Церковь теряет свое влияние как раз на пике самых острых дискуссий вокруг Исаакиевского собора и попыток запрета театральных постановок в ряде регионов по просьбе местных епархий.  Как может сочетаться образ «Церкви большинства» и признание слабости ее роли в обществе? Дело в том, что в реальной жизни православие исполняет много разных функций в глазах граждан – оно может быть символом культуры, истории, государственности, патриотизма, великолепия Церкви, личного благочестия. Большая часть социологических опросов государственных центров (ФОМ, ВЦИОМ) о православии и Церкви приучало и приучает респондентов и читателей к неизбежности быть большинством и уважать православие, не обращая внимания ни на что другое. Опрос Левада-Центра показывает, что люди намного лучше разбираются в церковных вопросах, чем даже многие социологи. Обычные люди, которым задают вопросы о Церкви и религиозных организациях, и отвечают соответственно – не о православии вообще, а именно о роли церковных институтов.  Влияние «Церкви и религиозных организаций», согласно опросу Левада-Центра, с 2001 года медленно росло. В 2009 году это влияние достигло пика – 3,42 по пятибалльной шкале, а вот по сравнению с 2016 годом влияние упало – с 3,26 до 3,15, что не является, конечно, столь большим падением. В графике о роли общественных институтов график влияния Церкви ближе всего к показателям графика влияния директоров крупных предприятий.  В опросе о доверии «Церкви, религиозным организациям», проведенном в сентябре 2016 года Левада-Центром, всего 43 % заявили о безусловном доверии, а 38% скорее не доверяют религиозным организациям (19% затруднились ответить). Также важно подчеркнуть одно интересное обстоятельство из этого опроса – с 2014 год по 2016 год, судя по графику, доверие к Церкви падало. Насколько Левада-Центр корректно подходит к исследованию роли Церкви в обществе? Многие предыдущие исследования демонстрировали противоречивость картины религиозных предпочтений россиян и их связи с приверженностью к каким-либо религиозным общинам. Вопрос о членстве в Церкви только отпугивает граждан в опросах, хотя рано или поздно его нужно будет задать. Вместе с тем, социологи фиксируют довольно четко – люди отрицательно относятся к тому, что Церковь занимается политикой. Кроме того, своеобразная религиозность россиян, основана, прежде всего, на страхах (Опрос Левада-Центра показал, что употребление слов «секта» и «сектанты» формирует атмосферу враждебности и ненависти). А страхи – это не одно и тоже, что христианская или мусульманская, иудейская или буддистская вера. Ранее, в 2012 году, исследовательская служба «Среда» задавала вопрос о Церкви в новой формулировке в рамках Атласа религий и национальностей (проект «Арена») и предложила гражданам такую опцию: “Исповедую православие и принадлежу к Русской Православной Церкви”. Для тех, кто слышал только мантру про «большинство и 80% православных», стало неожиданностью, что лишь 41% респондентов подтвердили свою принадлежность к РПЦ. В более чем в десятке регионов России принадлежащих к Русской Церкви – около 20% или даже менее. В отличие от опросов Левада-Центра, исследование службы «Среда» было, действительно, массовым и охватило почти 57 тысяч человек.  Примерно треть населения страны это и есть потенциальная база поддержки Русской православной церкви. Потенциальность в том, что эта часть населения считает православие не только культурной ценностью, но и связывает РПЦ с патриотизмом и властью, и полагает это чем-то естественным. Однако это не означает, что они являются прихожанами или они готовы выйти на уличную демонстрацию в защиту интересов какой-либо епархии (как отец Дмитрий Смирнов грозил тем, что РПЦ выведет миллион верующих за передачу Исаакиевского собора – реальность этого очень сомнительна).  Приверженность к Русской Церкви как институту и как корпорации на деле проявляет не такой уж и большой круг людей. Во-первых, это православные чиновники и бюрократический церковный аппарат, который растет, но все же пока не столь огромен (тогда как не каждый священник поддерживает решения патриарха и готов за них бороться с плакатами на улицах). Во-вторых, это консервативная патриотическая общественность – православные фундаменталисты, то есть люди идейные, как в движении «Сорок сороков» или им подобных, которые выступают против фильма о Николае II и Матильде Ксешинской.  Читатель может спросить, а как же прихожане? Они существуют, а их количество и правда растет в последние годы, как и количество приходов, у людей есть потребность в том, чтобы приходить в храм и общаться о духовных вопросах с хорошим добрым священником. Однако для руководства РПЦ работа с разными группами людей в рамках приходов не является приоритетом, поэтому все зависит, как и ранее, от личности настоятеля церкви или епископа, число которых также растет. Боязнь узнать реальное число верующих и их отношение к церковному руководству заставляет избегать проведения любых открытых опросов в епархиях (с речью в Госдуме выступить значительно легче).  Вопрос о влиянии РПЦ на общество, на социальную сферу, на реальные нужды людей – также очень сложный, поскольку на этом поле православие конкурирует с другими религиями и конфессиями. Несмотря на массовость зарегистрированных общин РПЦ, количество граждански активных общин и постоянных верующих, социальных инициатив Московского патриархата сравнимо с силой других конфессий - католиков и протестантских церквей (от лютеран и баптистов до адвентистов и пятидесятников) или мусульманских организаций, которые не считают «большинством» (а протестантов считают «меньшинством»). У мусульман и протестантов в реальности по 10 тысяч общин по России и по 3-5 млн активных сторонников (как прихожан, так и людей, вовлеченных в деятельность общин). Но против них используют Закон Яровой и Закон о противодействии экстремизму. Представления о молитве или богослужении в постсоветском обществе настолько дикие и примитивные, что ничего не остается, как воспитывать религиозное чувство с нуля. Чем раньше государство поймет ограниченность политических общественных ресурсов РПЦ и социальную силу других религиозных традиций России, тем выше будет рейтинг Православной Церкви именно как Церкви. И христианство в целом будет восприниматься не как повод для борьбы с Западом, сектами и внутренними врагами, с музеями, а как вера, основанная на Евангелии.  Роман Лункин.  Фото: patriarchia.ru Епископ Константин Бендас: «Куда направлено острие борьбы с наркоманией?» http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7467 Первый заместитель Начальствующего епископа – Управляющий делами Российского объединенного Союза христиан веры евангельской (пятидесятников) прокомментировал ситуацию с задержанием правоохранительными органами нескольких прихожан церкви «Христианский центр «Восстановление» по обвинению в насильственном удержании людей в реабилитационном центре. Fri, 03 Feb 2017 3:00:00 +0400 Первый заместитель Начальствующего епископа – Управляющий делами Российского объединенного Союза христиан веры евангельской (пятидесятников) прокомментировал ситуацию с задержанием правоохранительными органами нескольких прихожан церкви «Христианский центр «Восстановление» по обвинению в насильственном удержании людей в реабилитационном центре. В очередной раз с подачи правоохранительных органов СМИ пытаются раскрутить тему насильственного удержания в реабилитационном центре для нарко- и алкозависимых. На этот раз эта проблема коснулась Москвы. Ряд публикаций описывают, как Александр Земляной, Константин Монич и Юрий Будюков похитили кого-то из наркозависимых и, вроде как, удерживали в московской квартире. В этой связи хотелось бы напомнить, что несколько лет назад было резонансное дело в Екатеринбурге, связанное с арестом и задержанием Егора Бычкова, помощника Евгения Ройзмана. Сегодняшнее дело даже близко невозможно сопоставить с ситуацией, с Егором. В Екатеринбурге реально были решетки на окнах, замки, были найдены наручники и свидетельства применения физической силы в процессе так называемой реабилитации за что, собственно, Егор Бычков и получил условный срок. Что же касается того, что произошло в Москве, то ситуация выглядит следующим образом. На протяжении нескольких лет при одной из церквей Российского объединенного Союза христиан веры евангельской (пятидесятников) - Местной религиозной организации христиан веры евангельской «Христианский центр «Восстановление» - существовал благотворительный фонд, при котором действовал реабилитационный центр. Мы были прекрасно знакомы с деятельностью этого центра и никогда не имели никаких замечаний к тем методикам и программам, которые там реализовывались. Центр никогда не был связан с ограничением свободы, насилием над человеческой личностью и другими противоправными действиями. Несколько лет назад к реабилитационному центру началось повышенное и предвзятое внимание различных контролирующих органов, причем зачастую требования, предъявляемые к благотворительному фонду, были не просто завышенными, но и противозаконными. Произошло это, по всей видимости, с подачи ФСКН, которая хотела получить монополию над всеми институтами реабилитации в стране, и сотни реабилитационных центров по всей стране попали под серьезный прессинг. Центр подвергался проверкам, едва не еженедельным, с наложением после каждой проверки колоссальных денежных штрафов, которые были запредельными для общественной некоммерческой организации, существующей на пожертвования и спонсорскую помощь. В итоге руководством церкви было принято решение о закрытии реабилитационного центра и благотворительного фонда, что и было сделано. Можно рассуждать, правильно это или нет, но Писание говорит: «За все отвечает серебро». Церковь в данном случае не была способна содержать социальное учреждение, обложенное таким количеством поборов. При этом часть прихожан церкви, которые в свое время пережили освобождение от наркозависимости благодаря служению церкви, были научены Словом Божьим иметь активную гражданскую позицию и помогать нуждающимся людям. Получив общее благословение от пастора, они стали самостоятельно помогать алко- и наркозависимым людям, создавая добровольные общины взаимопомощи. Ребята на свои средства арендовали квартиру и пытались помочь другим жителям города. Зачастую это были их знакомые из «прошлой жизни», когда они сами были зависимыми и употребляли наркотики. Важно отметить, что работа была успешной, и никаких нареканий от правоохранительных органов не было. Сложно оценить, что именно произошло в центре 8 января этого года. Возможно, кто-то из ребят превысил свои полномочия, и, когда у одного из алкоголиков, приехавшего на реабилитацию, случился приступ агрессии, чтобы его переждать, как следует из публикаций в СМИ, его на время закрыли в одной из комнат. Именно оттуда и была сброшена через форточку та самая злосчастная записка с сообщением об удержании. Самое важное в этой ситуации, что у ребят не было злого умысла. Они ничего не зарабатывали на наркозависимых. Это всего лишь было попыткой помочь другим людям: абсолютно естественной для верующего человека, но, возможно, удивительной для нашего эгоистичного времени. Разумеется, мы приложим все усилия, чтобы защитить наших прихожан и окажем всю необходимую помощь и поддержку. Особенно печально, что сегодня правоохранительные, следственные органы пытаются, по всей видимости, осуществить давление на людей, проходивших реабилитацию. По заявлению родителей на настоящий момент пять человек, которые на момент штурма Росгвардией были в квартире, не вернулись домой. Вероятнее всего, они удерживается сотрудниками правоохранительных органов. Заставить человека зависимого, больного подписать нужную бумагу, оклеветать, опорочить, дать нужные показания – это довольно просто. Говоря о ситуации в целом, напрашивается вывод, что ряд сотрудников правоохранительных органов, не справляясь с ростом наркоторговли, решил поправить статистику, отправляя под суд тех, кто реально решает проблему: людей, которые не просто помогали с реабилитацией, но вырывали людей из цепей наркозависимости, разрушали выстроенные пути распространения наркотиков. И возникает вопрос: куда же направлено нашим государством острие борьбы с наркоманией? источник: Пресс-служба РОСХВЕ Клиника или секта: за что задержали "чертановского Ройзмана" http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7436 Больше тысячи москвичей подписали петицию в защиту трех жителей Чертанова Южного. В заявлении говорится о том, что Александр Земляной и его друзья помогли многим людям избавиться от наркозависимости. В январе активистов арестовали за незаконное лишение свободы одного из подопечных. Wed, 25 Jan 2017 3:00:00 +0400 Больше тысячи москвичей подписали петицию в защиту трех жителей Чертанова Южного. В заявлении говорится о том, что Александр Земляной и его друзья помогли многим людям избавиться от наркозависимости. В январе активистов арестовали за незаконное лишение свободы одного из подопечных.  "Ядерная бомба не нужна" "Сын трижды пытался покончить с собой", – дрожащим голосом вспоминает Игорь Иванович (прим.ред. – имя изменено по его просьбе). Двадцать лет он с женой Аллой пытается вылечить сына от наркомании. Старшая дочь, золотая медалистка, окончила ведущий российский университет с красным дипломом. А судьба сына сложилась трагично: он тоже учился в институте, но исключили – "вся жизнь оказалась сломана" из-за наркотиков, говорит Игорь Иванович. "Где только он ни лежал: и в Зеленограде, и в Пушкине, и дважды – в НИИ наркологии… Все деньги, что мы зарабатывали, тратили, чтобы спасти сына. Каждый раз вытаскивали из могилы", — продолжает Алла Борисовна. За годы изнурительной и безрезультатной борьбы за сына они с мужем сами получили инвалидность. Их история не уникальна: в Южном Чертанове эта проблема коснулась многих семей. "Сейчас умирает столько алкоголиков и наркоманов, что ядерная бомба не нужна, – уверен местный житель Сергей Земляной. – Бедняки сидят на "крокодиле" и других аптечных наркотиках, богатые – на кокаине. Полгода назад у нас была эпидемия спайсов. В школах их продают свободно". Чертаново Южное не самый большой район в Москве, но с населением свыше 140 тысячи человек он в пять раз больше карликового государства Монако. Почти в каждом подъезде живет хоть один наркоман, говорит Игорь Иванович. "Дима должен был в очередной раз уехать в больницу на реабилитацию. В гости зашел Павел из соседнего дома. Я сразу не понял, зачем. Они закрылись на кухне, и он вколол дозу сыну – практически при мне! Говорит: "Ну, на два дня тебе хватит". Я, когда понял,– кинулся на него, но он убежал. Если бы достал – убил чем-нибудь". Запрещенные вещества продаются по всему району, констатирует Алла Борисовна: "Наркотики так же просто достать, как пирожки". "Саша знал слова" В тот день, когда позвонил Александр, сын Аллы Борисовны, по ее словам, умирал. Не мог ни есть, ни спать, не понимал, где находится. Телефон раньше "обрывали" его друзья-наркоманы, и, услышав звонок, мать Димы приготовилась дать отпор. Но Александр неожиданно вызвал доверие. На вопрос, как дела у сына, Алла Борисовна честно ответила, что все плохо. "Он попросил Диму к телефону. Через несколько минут сын собрал вещи и поехал в больницу №17 – снимать ломку. Десять дней отлежал там, а потом вернулся домой, собрал вещи, пока меня не было, и поехал к ребятам сам". Александра Земляного местные жители знают хорошо. История человека, который преодолел пятнадцатилетнюю тяжелую наркотическую зависимость и стал одной из самых авторитетных фигур района, пропагандируя здоровый образ жизни, мотивировала продолжать бороться с болезнью. "У нас много друзей умерло от наркотиков. Даже матерей вместе с детьми. Он сам лично их хоронил, ездил по больницам… Видимо, тогда у него появилась идея вытаскивать ребят. Наш отец, военный, всегда учил нас, что надо помогать тем, кому это нужно. А к Саше стали приводить своих детей обессиленные матери", – рассказывает его брат Сергей. 35-летний Алексей вспоминает, как после армии "подсел" на героин. Сначала "было весело", потом совсем тяжело – выбрал тюрьму в надежде, что принудительная изоляция поможет отвыкнуть. Но на свободе снова начал употреблять: "Саша убеждал меня, что нужно бросить. Но я отнекивался. В какой-то момент я морально и физически опустился ниже некуда. Однажды, когда я провожал проститутку, с которой мы вместе укололись, я понял, что так больше нельзя. Поехал к Саше". Александр занимался бизнесом по ремонту сантехники, а в свободное время – благотворительным фондом "Восстановление". В рамках этой организации он и его друзья при поддержке управы округа оказывали помощь малоимущим (акция "Папа дома"), проводили спортивные турниры по футболу и настольному теннису ("Спорт против наркотиков"), ездили в детские больницы ("Подари улыбку ребёнку"), но главным образом – проводили различные мероприятия по реабилитации наркозависимых. По словам Сергея, с Александром активно сотрудничали местные оперативники: когда они раскрывали очередной притон, просили Сашу взять под контроль наркоманов, которые попались первый раз. Также Александр, будучи членом "Единой России", сотрудничал с управой Чертанова, Фили, префектурой, получал благодарственные письма. Сначала с теми, кто хотел избавиться от болезни, Александр собирался в торговых центрах и рассказывал о своем опыте. "Саша знал слова, какие следует сказать человеку, который хочет избавиться, ищет помощи. Он много лет лечился, "падал", снова ложился в ребцентры. Думаю, ему верили, потому что он сам прошел этот путь", – рассуждает Алла Борисовна. В какой-то момент было решено снять квартиру: силы душевных разговоров не хватало, чтобы вечером дома наркоман не сорвался и не пошел к друзьям за дозой. Предполагалось, что жилое помещение станет своеобразным реабилитационным центром, куда смогут попасть все желающие. "Восстановление" Александр и его друзья занимались психологической реабилитацией – химическую зависимость и синдром отмены алкоголики и наркоманы снимали в больнице или самостоятельно, с помощью таблеток. Распорядок дня на съемной квартире был четко регламентирован: подъем в 7 утра, далее – молитва, трудотерапия, вновь молитва, спорт, проповедь, чтение Библии. Обязательным условием для реабилитации было сдать телефон, отказаться от курения и начать молиться. Дело в том, что немалую роль в возвращении Александра к нормальной жизни сыграла религиозная организация Христианский центр "Восстановление", которая является протестантской сектой. Члены общины называют ее "Твоя городская церковь". Приемы, которые подобные организации используют в своих реабилитационные центры, известны давно. Эксперты из РПЦ утверждают, что во время общих молитв сектантов происходит активное воздействие на психику, и возникает некий "религиозный экстаз", который по силе сравним с наркотическим опьянением. В качестве примеров в докладе "Неопятидесятники и псевдореабилитация наркозависимых" протоиерей Александр Новопашин, анализируя организацию "Движение веры", приводит такие приемы как "говорение на языках", "молитву мук рождения", "святой смех". Однако посетители квартиры помнят только наставления о вреде употребления запрещенных веществ. Алла Борисовна не раз приезжала туда, чтобы привезти сыну что-то вкусное, и не заметила ничего подозрительного: "Да, читали Библию. Но там не было упора на религию. Просто ребятам объясняли, как себя вести со старыми друзьями, как начать нормальный образ жизни. Кто читал проповедь, не знаю, но священник не приходил. Думаю, речь идет о разборе заповедей о вреде алкоголя". Телефон отбирали на время, пока человек начинал реабилитацию, – потом возвращали: "Как можно отдать телефон, когда в контактах – друзья-наркоманы? Мой сын позвонил через две недели: "Мама, успокойся, все хорошо. К старому возврата не будет", – вспоминает Алла Борисовна. "Понять проблему наркомана может только наркоман. Коммуны наркоманов друг друга поддерживают. Сын перестал чувствовать себя одиноким", – в свою очередь объясняет эффект исцеления Игорь Иванович. С этим согласен и психиатр-нарколог Алексей Мегалиф. По его словам, врачи зачастую бессильны в лечении наркомана. Они могут снять синдром отмены и интоксикацию, но не психологическую зависимость – нет опыта. Поэтому часто даже в официальные клиники на реабилитацию приглашают бывших алкоголиков и наркоманов: лучше, чем они, никто не сможет поддержать зависимых. Однако ребцентр оставался личной инициативой прихожан "городской церкви" "Восстановление" – никаких договоров, которые могли бы подтвердить законность деятельности, не заключалось. Задержание В конце октября руководители фонда "Восстановление" Александр Земляной и Юрий Будюков были приглашены на круглый стол в НКО Общественных связей Москвы на обсуждение реализации Стратегии государственной антинаркотической политики Российской Федерации до 2020 года. На заседании присутствовал, в том числе, и заместитель начальника Главного управления по контролю за оборотом наркотиков МВД России Сергей Сотников. А уже 8 января квартиру, где располагался самопальный ребцентр, штурмом взяли бойцы Росгвардии. Мужчина, который пришел лечиться от алкозависимости, написал записку с просьбой о помощи и выкинул ее через окно. Полицейским заявил, что его заманили под предлогом трудоустройства, но отобрали документы и заперли с другими людьми. Остальные постояльцы, однако, отказались свидетельствовать против Саши. В тот же день Александра и его друга арестовали как организаторов незаконного удержания. На них завели уголовное дело по статье "Незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, группой лиц по предварительному сговору". По словам Аллы Борисовны, мужчина оклеветал Александра. Как только стало известно о его задержании, она вместе с мамой заявившего в полицию поехала в следственный комитет давать показания. Их долго не пускали – семь часов женщины стояли у здания на тридцатиградусном морозе. "В этой семье двое взрослых детей-алкоголиков. Его маме под семьдесят – содержит их до сих пор. Отец умер от алкоголя. Сам мужчина пошел избавляться от зависимости добровольно. Но на него "накатила" депрессия: казалось, что его никто не выпустит. Куда он делся после дачи показаний, никто не знает". Знакомые Александра в один голос утверждают, что насильно никого в ребцентре не держали. По их словам, постояльцев постоянно занимали деятельностью, но те, кто хотел уйти, сейчас "спокойно продолжают колоться". Также они говорят, что квартиру постоянно навещали ее хозяин и участковый: никаких нареканий не было. А счет реабилитировавшихся идет на сотни, уверены они. Лишение свободы за лишение свободы  Наказание по статье 127 УК "Незаконное лишение свободы, совершенное группой лиц по предварительному сговору в отношении двух и более лиц" предполагает до пяти лет принудительных работ или лишение свободы от трех до пяти лет. В 2010 году в преступлении, предусмотренной этой статьей, был признан виновным глава нижнетагильского филиала фонда "Города без наркотиков" Егор Бычков. Он получил три с половиной года строгого режима; реальный срок вскоре заменили на условный. В 2014 году в аналогичном преступлении были признаны виновным организаторы екатеринбургского центра "Вместе", являющиеся приверженцами религиозного течения "Исход". Их приговорили к условному лишению свободы на от 3,5 до 4 лет с испытательным сроком на весь период наказания. В 2015 году вице-президент екатеринбургского фонда "Город без наркотиков" Евгений Маленкин был признан виновным в лишении свободы семи реабилитанток, одна из которых скончалась. Его приговорили к четырем годам лишения свободы. В июле 2016 года он вышел на свободу условно-досрочно. В июне 2016 года ФСБ России выявила случаи принуждения к лечению наркоманов в частных реабилитационных центрах Тольятти. Жертвами сотрудников этих центров, по данным спецслужбы, стали 88 человек. Наркозависимых, по словам источника, вынуждали читать материалы секты "Посольство Благословенного царства Божьего", базирующейся в Киеве. Идет следствие по статье о незаконном лишении свободы. По словам адвоката Александра Земляного, доказать, что насильственного удержания не было, будет сложно. Пока же защита будет настаивать на том, что пожаловавшийся постоялец ребцентра был невменяем. К тому же, остальные свидетели говорят о том, что пребывали в квартире добровольно. "Для нас это был последний шанс" За Александра уже вступились однопартийцы. Депутат муниципального собрания района Филевский парк Ольга Петрова написала в характеристике на Александра, что тот "проявил себя как активный, дисциплинированный, порядочный бескорыстный человек", который "проводит большую работу по профилактике нарко-и алкозависимых как общественный инспектор партийной комиссии по делам несовершеннолетних" (документ в распоряжении редакции). В самой петиции говорится о том, что многие акции Александр проводил по поручению партии. На момент публикации пресс-служба "Единой России" эту информацию не прокомментировала. Жители Чертанова Южного считают, что задержание активистов по борьбе с наркоманией выгодно только торговцам запрещенными веществами: "Наркоманы "прокалывают" огромные деньги – квартиры, без преувеличения. Один наркоман, в среднем, сажает на иголку пять человек. Представляете, какие это финансы? Даже если помочь десяти – пятьдесят не встретятся с иголкой", – уверен Алексей, бывший постоялец центра. По его словам, для некоторых семей обращение к Александру было последним шансом изменить жизнь. "Наркомафия ведет бухгалтерию. Реабилитационные центры приносят им убытки. Если даже по десять человек лежит – это потеря постоянных клиентов. Провокации под них устраивают постоянно. У нас есть знакомая с сыном-наркоманом, который после закрытия такого центра тут же…провалился. "Я сам, я сам", а что он сам? Мы мучаемся 20 с лишним лет", – говорит Игорь Иванович. А вдруг террористы? Первым о задержании организаторов реабилитационного центра сообщил "Московский комсомолец" 10 января. По данным издания, соседка снизу заметила выброшенную из окна квартиры сверху записку с просьбой о помощи и обратилась в полицию. Далее говорится, что некий страж порядка вызвал спецназ. Но это исключено. Соответствующие распоряжения могли быть отданы только руководством на уровне окружного управления или городского главка МВД. Похоже, достоверной информации о том, что находилось за закрытыми дверями чертановской квартиры у них не было. Силовики могли предположить самое худшее — перевалочный пункт для террористов. Таким образом объясняется появившаяся позднее в СМИ информация об участии в операции сотрудников ФСБ. С момента задержания Александра и его друзей прошло две недели, а в деле не появилось новых обвинений. Это говорит о том, что за действиями правоохранителей вряд ли стояла оперативная разработка. А значит история с выброшенной запиской оказалась лишь случайностью. Трагической случайностью, сыгравшей на руку наркомафии. источник: РИА Основные проблемные зоны во взаимоотношениях общества, религии и государства в России в 2016 году http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7312 Мы публикуем основные тезисы доклада эксперта Центра «Сова» Ксении Сергазиной, представленного 29 октября на конференции «Большая Евразия: динамика политических и общественных процессов» в Алматы (Казахстан). Wed, 09 Nov 2016 20:00:00 +0400 Мы публикуем основные тезисы доклада эксперта Центра «Сова» Ксении Сергазиной, представленного 29 октября на конференции «Большая Евразия: динамика политических и общественных процессов» в Алматы (Казахстан). Самые заметные конфликты 2016 года, связанные с религией, возникают при взаимоотношении православных верующих и общества – и здесь есть две основные тенденции: протесты верующих, чьи чувства задеты теми или иными постановками академических театров или концертных площадок, и борьба за храмовые территории – в основном, против горожан и экологов, протестующих против строительства храмов на территории парков и лесопарков. Другой блок проблем, лишь отчасти связанный с политикой Русской православной церкви, – это борьба государства с новыми религиозными движениями и протестантскими группами (в основном, с пятидесятниками, Свидетелями Иеговы, саентологами, мормонами). Представители этих религиозных организаций страдают как от применения к ним антиэкстремисткого законодательства, так и от недавно принятых «антимиссионерских» поправок к закону о Свободе совести. И, наконец, третий блок проблем связан с применением антиэкстремистского законодательства в России. Кроме уже упомянутых Свидетелей Иеговы и саентологов нужно сказать и о ряде исламских групп – в первую очередь о последователях турецкого богослова Саида Нурси. По форме преследование верующих в России очень похоже на борьбу с религией в СССР за тем исключением, что травят пока только Свидетелей Иеговы и других представителей новых религиозных движений, неугодных мусульман и протестантов. Представители Русской православной церкви и влиятельная часть исламского сообщества, скорее, поддерживает политику российских властей, стараясь занять нейтральную позицию даже в тех случаях, когда – казалось бы – стоит вмешаться (как в случае с дискриминацией мусульман в Крыму). Из очевидных «бонусов» такого нейтралитета можно назвать получение Церковью религиозных зданий во многих российских регионах, включая Москву, то есть расширение церковной собственности, и расширение православного лобби в политике. Если же попытаться кратко охарактеризовать современную политику России в отношении религии, то можно выделить следующие тенденции: - искоренение религиозных организаций, имеющих американское финансирование (это Свидетели Иеговы, мормоны, саентологи, отчасти протестанты); - настороженное отношение к исламу – разделение исламских организаций по принципу «экстремисты» или «не экстремисты» (отчасти такая политика позволяет, как кажется, наказывать неугодных и решает какие-то другие задачи, лежащие не в религиозном, а, скорее, в политическом поле, – и здесь удивительна политика российских исламских лидеров – в публичном пространстве мы не видим заявлений о дискриминации мусульман в России, хотя такая проблема существует) и, наконец, - выработку законодательных механизмов ограничения религии (политика меняется и в отношении православия – безусловное покровительство государства Русской православной церкви как структуре сменилось дистанцированным отношением к ней при сохранении традиционной идеологии – в российском контексте, православной, – отсюда отчасти дискуссии о традиционных ценностях, которые имеют очень отдаленное отношение к возрождению православия в России). источник: СОВА Вселенское и Русское православие в поисках идентичности http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7240 Время уводит нас все дальше от исторического события, каковым должен был стать – вслед за февральской встречей патриарха Московского с папой Римским – Всеправославный собор. Что же помешало состояться форуму, которого ждали более 1200 лет? Thu, 15 Sep 2016 3:00:00 +0400 Анатолий Красиков доктор исторических наук, главный научный сотрудник ИЕ РАН  Время уводит нас все дальше от исторического события, каковым должен был стать – вслед за февральской встречей патриарха Московского с папой Римским – Всеправославный собор. Что же помешало состояться форуму, которого ждали более 1200 лет? И преодолимы ли «разномыслия» внутри вселенского православия в условиях соперничества двух «сверхцерквей»: первого по чести Константинопольского патриархата и Русской православной церкви?  Значение события в свете различных интерпретаций  В первом номере журнала «Современная Европа» за 2016 год была опубликована статья директора Института Европы РАН, профессора РАН Ал. А. Громыко о двух противоположных интерпретациях событий, которые происходят у нас на глазах. Первая оперирует их взрывным характером, неожиданностью и стремительностью. Вторая делает упор на инерционность, закономерности глобального развития, ощущение, что на фоне мультипликации событий все остается по-старому. Здесь главным двигателем прогресса (или регресса) считаются такие крупные агрегированные категории, как государства, цивилизации, общественно-экономические формации, перед которыми субъективный фактор отступает на второй, если не на третий план. Речь идет об истории структур, о «медленной истории». 1 Обе эти интерпретации мы используем при анализе особенностей эволюции вселенского православия и Русской православной церкви.  О значимости Всеправославного собора свидетельствуют три факта. Факт первый: длительность его ожидания. За начальную точку отсчета самими участниками этого процесса был взят последний до разделения христианства на католичество и православие (1054 г.) VII Вселенский собор Церкви Христа. 2 Он состоялся в 787 г. в г. Никея (ныне турецкий Изник, недалеко от античной Византии). Факт второй: совпадение, с одной стороны, старта – в 1961 г. подготовительной работы православных «соборян» и открытия в 1962 г. Второго Ватиканского собора самой крупной христианской институции, которая одна насчитывает неизмеримо больше последователей, чем все остальные вместе взятые, и с другой, финиша – подведения в нынешнем 2016 г. итогов этой работы и первой в истории встречи папы Римского и патриарха Московского и всея Руси в феврале 2016 г. Факт третий: широкий список тем, который за 55 лет реальной подготовительной работы собора был ужат с изначальных ста с лишним до шести особенно важных и актуальных не только для церквей, но и для окружающего их мира.  Проведенный 21-27 января 2016 г. в швейцарской резиденции патриарха Константинопольского Варфоломея синаксис (совещание глав церквей) единогласно утвердил дату (16-27 июня), место (Православная академия в Колимвари, Крит) и порядок работы собора. 3 И вдруг – полнейшая неожиданность: Патриарх Кирилл за несколько дней до открытия Всеправославного собора отказывается от поездки на Крит в знак солидарности с Антиохийским, Болгарским, Грузинским и Сербским патриархами, которые предложили вернуться к предыдущему этапу работы (Сербский, правда, в конечном итоге присоединился к большинству). Председатель собора Варфоломей отказался пойти им навстречу, заявив, что неправомочен отменить решение, утвержденное «соборно». В результате соборяне разделились на «десятку» участвующих и «четверку» бойкотирующих. 4  «Первый по чести»  «Медленная история» привела к ситуации, когда тон во вселенском православии задают две «сверхцеркви»: первый по чести изначально грекоязычный Константинопольский патриархат и РПЦ, насчитывающая больше членов, чем все остальные православные церковные институции вместе взятые. Традиции православного Константинополя уходят корнями во времена античности. Вслед за Аристотелем, который изучил и описал политическое устройство 158 греческих городов-государств, современные исследователи констатируют, что языческая Древняя Греция никогда не была единой. В отличие от единого римо-католичества, она состояла из множества абсолютно независимых друг от друга полисов. 5 И сейчас наследники античного мира оказались в разных измерениях: Святой римский престол – в единстве своеобразий, Вселенское православие – в многообразии самодостаточных единств.  Основателем Константинопольской церкви по традиции считается апостол Андрей Первозванный. В конце IV в. она получила статус государственной и сохраняла его вплоть до взятия столицы Византийской империи турками в 1453 году. Нынешний патриарх Московский и всея Руси уделяет особое внимание этому периоду истории вселенского православия. В разработанном под его руководством документе об основах социальной концепции РПЦ, который был утвержден юбилейным архиерейским церковным собором 2000 года, цитируется по византийским источникам тезис о симфонии как идеальной форме взаимоотношений между церковью и государством: «Мирская власть и священство относятся между собою как тело и душа в живом человеке». Византийские императоры, со своей стороны, претендовали на установление – в союзе с церковью – господства над всем миром («вселенной»).  Попытки византийцев командовать всем православием прекратились в 1453 г., после того как «Константинополь – Новый Рим» пал под напором двигавшихся с востока турок и исчез с политической карты мира. Утешением для побежденных, в подавляющем большинстве этнических греков, стало то, что мусульманские завоеватели проявили по отношению к ним относительную терпимость. После первых трех дней, в течение которых по обычаю тех времен покоренный Константинополь подвергся грабежам и насилию, султан Мехмет II, матерью которого, по утверждению некоторых историков, была гречанка, начал подчеркнуто покровительствовать своим православным подданным, разрешая и даже приветствуя их участие в общественной жизни Османской империи (как стало именоваться новое государство). Патриаршая резиденция переместилась в Фанар – небольшой квартал Стамбула по соседству с еврейским гетто. В связи с начавшейся эмиграцией греков на юг Балканского полуострова число действующих храмов стало быстро сокращаться и в столице, и особенно в провинции. Ни о какой «симфонии» православного священноначалия с новыми властями, естественно, не могло быть и речи. Зато появились уникальные возможности для свободного диалога с инаковерующими без оглядки на новое политическое руководство страны.  Взрывной характер носили для Фанара последствия Первой мировой войны, большевистского переворота и гражданской войны в России. Реагируя на эти неожиданные события, патриархат в 1920 г. опубликовал окружное послание (энциклику) с предложением создать Лигу Церквей – содружество всех христианских институций для совместного движения навстречу единству христиан. В этом же документе отмечалось, что «только что закончившаяся страшная мировая война породила многие болезненные вопросы в жизни христианских народов, показала отсутствие уважения к элементарным нормам права и человеколюбия и, усугубив существующие, открыла другие, новые раны». Инициативу «Нового Рима» поддержали православные церкви Александрии, Антиохии, Иерусалима, Греции, Кипра, Сербии, Болгарии и Румынии. Энциклика «первого по чести» православного патриархата дала зеленый свет целой серии экуменических конференций (Лондон и Стокгольм – 1925, Лозанна – 1927, Эдинбург – 1936, Оксфорд – 1937). 6  Не отвернулся «Новый Рим» и от советского «Третьего». По свидетельству французского православного публициста О. Клемана, патриарх Константинопольский Афинагор, с которым он беседовал в 1968 г., сказал: «Я люблю святую Русь, ту Россию, которая сегодня покрыта тайной, но однажды в будущем вновь приступит к выполнению своей духовной миссии на сцене истории... Русские христиане победили коммунизм в своей стране. Я говорю не о социальной системе, но об атеистическом тоталитаризме. Они победили, потому что страдают и научились страдать. Внешне этого пока не видно. Но атеистическая идеология смертельно ранена, и потому сильные мира сего упорно защищают свою власть и ищут козлов отпущения: интеллигентов, евреев, может быть христиан! В этой труднейшей переходной ситуации некоторым людям на вершине Русской Церкви приходится приносить себя в жертву. Поверьте мне, мучеников в России предостаточно». 7  «Первый по реальной влиятельности»  Вторая православная «сверхцерковь» – Русская – совершила неожиданный для нее самой переход от подчинения государству к полной свободе четверть века назад, в годы пребывания у власти М.С. Горбачева и Б.Н. Ельцина. Историческую миссию русского православия и эволюцию его отношений с государством и обществом мы представим через призму высказываний святейшего Кирилла, сначала председателя ОВЦС, а с 2009 г. – патриарха. Начиная с 1993 г., он постоянный докладчик на форумах созданной по его инициативе церковно-общественной структуры – Всемирный русский народный собор. Из его уст звучат напоминания о том, что на протяжении веков русские люди следовали девизу «православие – самодержавие – народность», а теперь оказались «разделенным народом» и живут ожиданием торжества «православной цивилизации», где люди «думают как мы с вами». Последней резонансной акцией ВРНС и лично патриарха стало вручение президенту РФ В.В. Путину 4 ноября 2013 г. только что учрежденной премии «За сохранение державной России. 8 «К сожалению, по идеологическим и политическим причинам православная духовно-культурная традиция никак не была представлена советской дипломатией при выработке современных стандартов межгосударственных отношений и прав человека», – констатировал будущий патриарх в речи, произнесенной в здании греческого парламента еще весной 1999 г. и опубликованной затем в Москве в форме газетной статьи. 9 Докладчик обратил внимание на то, что при подписании международных документов о правах человека, руководители СССР лицемерили и, признавая на словах общемировые стандарты, сами этим стандартам не следовали.  При этом западное христианство, «приняв постулат о свободе человека как высшей ценности его земного бытия в качестве социально-культурной данности, освятило союз неоязыческой доктрины с христианской этикой». Появление этого постулата было связано с «иудейской богословской мыслью», которая пришла «через испанскую культуру и еврейскую эмиграцию в Голландию и сопредельные страны» и, наряду с «неоязычеством», оказала влияние на формирование «либерального стандарта». Считая «нравственным долгом как посткоммунистической России, так и других стран, принадлежащих к духовно-культурной традиции православия, представить мировому сообществу свое видение проблемы», автор подчеркнул, что православным «предстоит большая и трудная работа по формулированию и отстаиванию своей позиции перед лицом мировой общественности в ООН, других международных организациях».  И эти слова владыка Кирилл подкрепил конкретными делами. 13 марта 2007 г. он принял участие в семинаре ЮНЕСКО, посвященном теме «Диалог цивилизаций: права человека, нравственные ценности и культурное многообразие». В своем выступлении он сказал: «Вначале хотел бы поблагодарить организаторов, которые собрали в Париже представителей различных религиозных общин, политических и общественных институтов для обсуждения столь актуальной темы, как права человека. Особенно я высоко ценю возможность выступать сегодня в стенах уважаемой международной организации, представляющей систему ООН и занимающейся вопросами науки, образования и культуры в мире. Учитывая сферу компетенции ЮНЕСКО, я бы хотел рассмотреть предлагаемую тему в перспективе культуры Для того, чтобы обеспечить свободу и в то же время учитывать ценности большинства, на наш взгляд, необходимо определить, в какой сфере общества – публичной или частной – должны присутствовать ценности большинства и меньшинства. В частной сфере свобода нравственного выбора должна быть насколько возможно полной. Человек здесь может делать нравственный выбор по своему усмотрению, даже тот, который противоречит общественной морали. Однако в публичной сфере любого государства должно допускаться распространение и поддержка только тех ценностей, которых придерживается большинство народа». 10  2 февраля 2009 г., на следующий день после избрания патриархом Московским и всея Руси, выступая на государственном приеме в Кремле, патриарх Кирилл изложил своё понимание характера будущих отношений РПЦ с государственными властями: «Идеальная модель таких отношений сложилась ещё в Византии. В новых условиях мы сознаем невозможность осуществления этого идеала. Но, с другой стороны, мы, как церковь, сознаем необходимость, чтобы дух симфонии направлял наши мысли и дела в построении модели церковно-государственных отношений». 11 На XIX-м форуме ВРНС 10 ноября 2015 г. патриарх Кирилл вернулся к содержанию понятия «дух симфонии», подчеркнув, что государство «должно руководствоваться нравственным приоритетом над другими, особенно внешними, источниками права». И был услышан, учитывая, что он занимает пятое место в официальном списке государственного протокола РФ (после президента, премьер-министра и председателей двух палат Федерального Собрания).  20 марта 2016 г, за два с половиной месяца до открытия собора на Крите, патриарх Кирилл, выступая в храме Христа Спасителя, заявил: «Мы говорим сегодня о глобальной ереси человекопоклонничества – нового вида идолопоклонства, исторгающего Бога из человеческой жизни. Ничего подобного в глобальном масштабе никогда не было. Именно на преодоление этой главной ереси современности, которая может привести к апокалиптическим событиям, Церковь должна направить сегодня силу своего слова и мысли». 12 Ареопаг патриархов с ним не согласился.  Итоги «собора десяти» на Крите  Итоги работы предстоятелей десяти церквей (Константинопольской, Александрийской, Иерусалимской, Сербской, Румынской, Кипрской, Афинской и всея Эллады, Варшавской и всея Польши, Тиранской и всея Албании, Прешовской и всея Чехии и Словакии) были зафиксированы в подписанном ими «Послании православным людям и каждому человеку доброй воли». Приведем их в выдержках из этого документа. 13  1. Главным приоритетом Святого и Великого Собора было провозглашение единства Православной Церкви. Православные Поместные Церкви являются не конфедерацией Церквей, но Единой Святой Соборной и Апостольской Церковью. Собор подчеркнул важность собраний Предстоятелей, которые уже состоялись, и сформулировал предложение учредить Святой и Великий Собор в качестве регулярно действующего Института.  2. Мы должны нести свидетельство веры ближним и дальним.  3. Наша Церковь придаёт большое значение диалогу, главным образом с инославными христианами. Диалоги, которые ведёт Православная Церковь, никогда не подразумевают компромиссов в вопросах веры.  4. Трезвый межрелигиозный диалог вносит значительный вклад в развитие взаимного доверия, мира и примирения. Церковь решительно осуждает экспансию военного насилия, преследования, изгнания и убийства представителей религиозных меньшинств, принуждение к смене вероисповедания, торговлю беженцами, похищения людей, пытки и чудовищные казни. Она обращается к мировому сообществу с призывом защитить христиан, а также другие группы населения данного региона, обладающие неотъемлемым правом оставаться на своей родине в качестве равноправных граждан.  5. Современная секуляризация ставит своей целью отчуждение человека от Христа и духовного влияния Церкви, неоправданно отождествляя ее с консерватизмом.  6. В своём современном подходе к браку Православная Церковь считает нерушимым союз мужчины и женщины в любви. Проистекая из брака, семья является единственной гарантией воспитания детей.  7. Православная Церковь не стремится брать под свой контроль научные исследования и не выносит суждений по каждой научной проблеме. Православная Церковь подчёркивает также опасности, которые таятся в некоторых научных открытиях, акцентируя внимание на достоинстве человека и его божественном предназначении.  8. Современный экологический кризис возник по духовным и этическим причинам. Корни его связаны с алчностью, жадностью и эгоизмом, что приводит к нерациональному использованию природных ресурсов, загрязнению атмосферы вредными выбросами и парниковому эффекту.  9. Православие провозглашает уважение к самобытности людей и народов.  10. Православная Церковь не вмешивается в политику. Права человека в настоящее время находятся в центре внимания как ответ на современные социальные и политические кризисы и потрясения, ставя целью защиту граждан от произвола государства.  11. Православная Церковь обращается к молодёжи, которая ищет полноценной жизни, исполненной свободы, справедливости, созидания и любви. Молодёжь является не просто будущим Церкви, но энергичным и творческим настоящим на поместном и вселенском уровнях.  12. Святой и Великий Собор открыл новые горизонты в современной многообразной вселенной. Он подчеркнул нашу ответственность в пространстве и времени в перспективе вечности.  Заключение  Противоположность подходов священноначалия двух нынешних православных «сверхцерквей» к проблемам современности очевидна, но государственное научное учреждение, каковым является Институт Европы РАН, не может выступать в роли арбитра, решающего, на чьей стороне правда и справедливость. Что, однако, не исключает, и более того – подчеркивает незаменимость роли ученых, которые выдвигают и обосновывают пути и методы глобального управления, развивают и совершенствуют концепции и доктрины международного права – права для всех, а не только для священноначалия одной из религиозных институций планеты.  Известный юрист-международник и профессиональный дипломат, член-корреспондент РАН Ан.А. Громыко в своей новой монографии, 14 не вступая в прямую полемику с патриархом Кириллом, рассматривает проблему взаимопроникновения религии и политики с позиций международного права. В разделе «Человек – существо небесное и  земное» он не соглашается с постулатом Кирилла о «помраченной грехом человеческой личности», ссылаясь в поддержку своей позиции на мнение многих православных теологов, в том числе на апостола Иоанна Богослова. Неприемлемым для юристов и мировой общественности в целом оказался и прозвучавший в марте в московском храме Христа Спасителя (как утверждают, по настоянию церковных фундаменталистов) призыв патриарха к борьбе против «ереси человекопоклонничества – главной ереси современности, которая может привести к апокалиптическим событиям».  Проблема прав человека к апокалипсису, разумеется, не приведет. Как не привела и в прошлом, в годы холодной войны, когда СССР и его антиподы, несмотря на все возникавшие разногласия, сотрудничали в ООН и поддерживали между собой дипломатические отношения. И сейчас возникла очередная ситуация, которую философы называют единством и борьбой противоположностей. Она может продлиться долго, даже неопределенно долго, пока не произойдет событие, которое перетасует все карты «медленной истории». Напротив, апокалипсисом для РПЦ могло бы стать появление еще одной «сверхцеркви» – канонического Киевского патриархата, который поглотил бы другие православные институции Украины. В середине июля Константинопольский патриархат получил обращение депутатов Верховной Рады с призывом предоставить автокефалию Украинской православной церкви. Священноначалие в Фанаре поручило изучить это обращение соответствующей синодальной комиссии. 5 августа 2016 года представитель Константинопольского патриархата при ВСЦ подтвердил готовность патриарха Варфоломея врачевать церковный раскол в этой стране, как это было сделано в Болгарии и бывшей Чехословакии, где православные церкви обладают правами автокефалии, юридически равными правам РПЦ и всех остальных канонических церквей вселенского православия. Случись это, украинское православие может обойти по числу последователей и приходов «Третий Рим». Со всеми вытекающими отсюда последствиями. 15 1 Громыко Ал.А. Постоянство и изменчивость в истории международных отношений // Современная Европа №1 (67), С. 5  2 Протоиерей Петр Смирнов. История Христианской православной церкви. – М.: Крутицкое патриаршее подворье, 1994. - С. 86-87  3 http://www.patriarchia.ru/db/print/4360942.html  4 www.blagovest-info.ru 08.06.2016 10:16 5 Аристотель. Афинская полития. Перевод и примечания проф. С.И. Радцига. – М., 2007. С. 233 6 Православие и экуменизм, Документы и материалы. Издание первое. М.:ОВЦС, 1998. С. 31-35, 69-72  7 Оливье Клеман. Беседы с патриархом Афинагором. – Брюссель: Жизнь с Богом, 1993. – С. 630-631  8 http://www.patriarchia.ru/db/text/3345792.html  9 Независимая газета 26 мая 1999 10 http://www.sova-center.ru/religion/discussions/2007/03/  11 http://mospat.ru/index.php?page=44063 12 http://www.patriarchia.ru/db/text/4408034.html  13 http://www.pravoslavie.ru/94675.html 14 Громыко Ан.А. Уроки мировой политики: порядок или правопорядок. М., СПб: Нестор-История, 2016 - С. 4, 162-166, 213, 232. 15 См.: Красиков А.А. Икона и топор, Лункин Р.Н. Церкви и политика в российско-украинском кризисе 2014-2015 годов (в коллективной монографии Религиозные миссии на общественной арене: российский и зарубежный опыт – М.: ИЕ РАН, 2016 – С. 5-25 и 65-83). Суд над общиной. В Мордовии полиция сама решает открывать или закрывать мечеть http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7222 Ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Роман Лункин прокомментировал ситуацию в Мордовии, где власти по собственной инициативе создали новую мусульманскую организацию и собираются передать ей действующую мечеть. Имам мечети оштрафован по ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ. Tue, 06 Sep 2016 17:00:00 +0400 Ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Роман Лункин прокомментировал ситуацию в Мордовии, где власти по собственной инициативе создали новую мусульманскую организацию и собираются передать ей действующую мечеть. Имам мечети оштрафован по ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ. В российской судебной практике есть масса примеров, когда нарушаются и игнорируются правовые нормы. Но в религиозной сфере ситуация резко ухудшилась именно в 2016 году. Произошло это после того, как в последние годы были внесены изменения в Закон о свободе совести, особенно в рамках пакета Яровой, когда под контроль была поставлена любая миссионерская деятельность. У представителей светской власти сложилось ощущение, что они могут управлять религиозными объединениями по своему желанию. В полной мере об этом свидетельствует ситуация в Мордовии в райцентре Лямбирь. В этом поселке 31 августа 2016 года председатель мусульманской общины «Иман» Руслан Максимов был оштрафован судом на 50 тысяч рублей по ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ (воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и свободу вероисповедания). Поводом для такого наказания стало, как это ни странно звучит, празднование окончания месяца Рамадан. Мусульманская организация «Иман» объявила о решении провести праздничный намаз 6 июля вместо 5 июля (согласно лунному календарю, это празднование может происходить в разные дни, в разных странах также даты могут отличаться). Инициатива проведения праздника 6 июля исходила не от имама Сайфуллова, а от муфтия Мордовии Исхакова, которому канонически подчинена мечеть. Недовольные прихожане (около 15-20 чел.), которые решили во что бы то ни стало отпраздновать окончание Рамадана 5 июля, устроили скандал, рвались в закрытую мечеть с 6 утра, когда она была еще закрыта. На место приехали имам-хатыб Рашид Сайфуллов и председатель общины Руслан Максимов, которые сами вызвали полицию. Мусульмане, поступавшие как добропорядочные граждане, не могли предполагать, что представитель полиции встанет на сторону небольшой группы, желавшей прорваться в мечеть. По свидетельству самих верующих, полицейский вел себя вызывающе и грубо, приказал открыть дверь. По словам членов общины «Иман», группа людей действовала по приказу начальника районной полиции Воробьева, который собирался лично взломать двери мечети и требовал принести ему инструменты. Перед тем, как открыть мечеть, начальник полиции звонил оперуполномоченному УФСБ, и тот якобы сказал: «Считайте, что мечеть бесхозная, делайте, что хотите». Имам и председатель общины открыли дверь и пустили туда недовольных. Имам был готов прочитать молитву. Но и на этом инцидент не был исчерпан. Имама Сайфуллова, Руслана Максимова и дежурного из мечети четыре часа держали в отделении полиции, не пуская к ним адвоката. Это значит, что полицейские сами не дали имаму провести молитвенное собрание в мечети. Протокол об административном правонарушении был составлен только 15 августа, хотя, как правило, он составляется немедленно. Адвокат Анатолий Пчелинцев так прокомментировал для Центра «Сова» ситуацию в Лямбире: «Возможно, протокол был составлен так поздно, поскольку проводилось административное расследование. К делу подключилось Управление ФСБ, которое опросило 18 человек. Жалоба на действия правоохранительных органов, которую отправили в прокуратуру мусульмане, был направлена прокурором в Центр по борьбе с экстремизмом в МВД, а оттуда в то же отделение полиции Лямбиря». В итоге мировой суд принял решение оштрафовать председателя общины Руслана Максимова. Решение суда, как отмечает А. Пчелинцев, является явным и неприкрытым вмешательством во внутренние установления религиозной организации «Иман». Руководители мусульманской организации имели полное право устанавливать дни и время молитвы, и государство не может навязывать объединению свои правила. В России уже были прецеденты, когда в суд подавали граждане, которых не пускали в православный монастырь без определенной одежды (женщины в платках и в юбках, мужчины в брюках, а не в шортах и т.д.). Суд признавал, что требования монастыря – это внутренние установления церкви, на которые она имеет право. Надо особо подчеркнуть, что Сайфуллов готов был провести службу, чтобы снять конфликт, но его, Максимова и Аюпова (дежурного в мечети) задержали и доставили в ОВД, где продержали 4 часа и не не пускали пускали к ним адвоката Марата Ашимова, чем грубо нарушили право на защиту, подчеркнул адвокат Анатолий Пчелинцев. Конфликтная ситуация в Лямбире была создана исключительно сотрудниками правоохранительных органов, отметил Пчелинцев. В Республике Мордовия и так в настоящее время отсутствует какая-либо гармония государственно-церковных отношений в связи с инцидентом в Белозерье, где девочкам также в грубой недопустимой форме запрещали приходить в школу в мусульманских платках. Наказание председателя общины Сайфуллова из-за группы непонятных людей, рвавшихся в мечеть – это чудовищная несправедливость, решение, не основанное на законе. Полицейские вели себя топорно, грубо, непрофессионально, подчеркнул адвокат. В процессе расследования этого инцидента при участии властей произошло еще одно событие, которое сделало конфликт не временным, а постоянным. Администрация района созвала собрание граждан, где заместитель главы районной администрации Руслан Батеряков объявил о том, что в Лямбире создается новая мусульманская организация. Именно ей администрация собирается передать мечеть. Глава Духовного Управления мусульман Республики Мордовия муфтий Илдуз-хазрат Исхаков выступил с заявлением по поводу произошедшего собрания и создания второй общины. По словам муфтия, «многие присутствующие в зале выразили несогласие и возмущение этому, мотивируя тем, что это приведет к расколу и еще больше обострит ситуацию. Особое возмущение вызвало у присутствующих вмешательство должностных лиц в религиозные дела мусульманского сообщества села. Российские законы не запрещают создавать хоть два, хоть двадцать религиозных организаций в каждом селе, но зачем это делать на собрании граждан? Какие-то силы пытаются настроить население села Лямбирь против прихожан мечети, где уже на протяжении многих лет сохранялось стабильность и согласие…. Мы надеемся, что соответствующие органы сделают из данной ситуации правильные выводы и не допустят раскола в мусульманском сообществе самого большого татарского села нашей республики». Представители мусульманского сообщества довольно осторожно высказывались по поводу истинных причин произошедшего события. В Духовном управлении и в общине «Иман» говорят об антиисламских силах в целом и о стремлении небольшой группы людей, поддерживаемых властями, захватить мечеть. Дело в том, что земля под зданием находится у общины в аренде, а оформить право собственности на здание мечети общине не удается уже на протяжении нескольких лет. Сама мечеть была открыта в 1998 году и входит в Духовное управление мусульман РФ. Но с 2015 года, как отмечают сами верующие, ведется кампания для того, чтобы лишить мусульман права собственности на мечеть. Вначале общине отказали в регистрации прав собственности из-за того, что нет разрешения на строительство, затем отказали в регистрации как самовольной постройки. А в апреле 2015 года Верховный суд Республики Мордовия принял решение отказать в жалобе мусульманской общины на отказ властей оформить их права на здание мечети. По мнению верующих, мечеть хотят отдать группе, которая зарегистрирует ее в рамках Центрального духовно управления мусульман России, то есть другой общероссийской исламской организации. Сильная мусульманская община «Иман» не устраивает правоохранительные органы, которые также не хотят превращения Лямбиря в процветающий и образцовый, но чисто мусульманский поселок, живущий по своим правилам, каким, к примеру, является известное мордовское село Белозерье. Миссионерская логика. Как поступать верующим по Закону Яровой? http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7178 Авторитетные адвокаты и пасторы призывали избавиться от панических настроений по поводу фактического запрета миссионерства в России. Однако остался вопрос – что в таком случае юристы и главы религиозных объединений могут предложить верующим в качестве защиты от возможных злоупотреблений этим законом? Mon, 22 Aug 2016 18:00:00 +0400 Закон Яровой вступил в силу с 20 июля в части, которая как раз касается миссионерской деятельности и борьбы с экстремизмом (вступление в силу поправок о хранении данных сотовыми операторами отложено до 2018 года). Таким образом, пришло время не бескомпромиссной борьбы с действующим законом, а осмысления возможных сценариев его применения. Именно об этом говорили эксперты во время вебинара Славянского правового центра, прошедшего 18 июля и посвященного миссионерской деятельности. Вебинар собрал более двух тысяч участников. Заявки на бесплатный вебинар подало рекордное количество - более трех тысяч человек. Авторитетные адвокаты и пасторы призывали избавиться от панических настроений по поводу фактического запрета миссионерства в России. Однако остался вопрос – что в таком случае юристы и главы религиозных объединений могут предложить верующим в качестве защиты от возможных злоупотреблений этим законом? Епископ Сергей Ряховский, глава Российского объединенного союза христиан веры евангельской, отметил, что верующие являются принципиально законопослушными гражданами, тем более что в целом закон направлен на противодействие экстремизму и терроризму: «С момента подписания Закона Яровой президентом, мы должны его исполнять». По мнению Сергея Ряховского, антимиссионерские законы были во многих регионах России, но они не применялись. Есть надежда, что и этот закон принят в качестве превентивной меры. Евангельские верующие к тому же не были никогда замечены в экстремизме и терроризме. Целостную концепцию применения закона предложил адвокат и член Совета по правам человека при президенте РФ Владимир Ряховский. По его словам, главная проблема сейчас заключается в том, как жить в рамках этого закона, не отступая от одной из главных христианских целей – проповеди и миссии. Согласно тексту положений закона о миссионерстве, его писали люди, не имеющего представления о религиозной деятельности. В связи с этим важно отметить, что написанное в законе не имеет отношения кК миссионерской деятельности в понимании верующего человека. «Жить придется не по духу, а по букве закона», - с надеждой пояснил адвокат. Как отметил Владимир Ряховский, христианские юристы будут отстаивать свою трактовку закона, а не понимание миссии в сознании полицейского, стоящего у метро. В данном случае необходимо применить принцип совокупности законодательных норм. Кроме того. Надо помнить, что никто еще не отменял ст.28 Конституции и Закон о свободе совести, а также международные обязательства России: «ничто не должно истолковываться в плане ущемления прав верующих, свободы совести». Владимир Ряховский отметил один из опасных моментов,  прописанных в новом законе. Серьезные штрафы для религиозных организаций могут назначаться и за неуказание полного наименования организации на всех материалах в рамках деятельности организации. По закону не совсем понятно, что это за деятельность: вся ли это деятельность организации, то есть и хозяйственная в том числе, или только во время проповеди т.д. Все статьи закона, касающиеся религиозной деятельности и санкций (штрафов), будут трактоваться, исходя из определения миссионерской деятельности, поэтому важно раскрыть ограничения миссии именно в понимании этого закона. Данное стремление выработать четкую правовую позицию стало общим для целого ряда экспертов: адвокатов Владимира Ряховского и Льва Симкина, протестантских епископов – Сергея Ряховского и Константина Бендаса. Для всех верующих отныне важно знать, что по Закону Яровой миссия это: 1.Деятельность именно религиозного объединения (организации или группы). Закон не содержит каких-либо прямых указаний на условия миссионерства для отдельных граждан. С этой точки зрения Закон не запрещает «разговоры о Боге» вообще. 2.Миссия осуществляется религиозным объединением через уполномоченных лиц или напрямую от юридического лица. 3.В ходе миссии распространяется информация о вероучении именно данного объединения, а не просто кто-то говорит о Боге в целом или о Библии в целом. «Разговоры о Боге» в смысле этого закона могут и не быть миссией как распространением вероучения определенной конфессии. 4.Миссия – это распространение вероучения среди тех, кто не является членами данного объединения. 5.Целью миссии должно быть вовлечение последователей в объединение. Если верующий рассказывает евангельскую историю, но не приглашает именно в свою общину или приход, то это не может теоретически считаться миссионерской деятельностью. 6.Миссия – это именно публичное действие, включающее в себя все перечисленные выше признаки. Публично – в ходе общественных  мероприятий, в СМИ и в Интернете, и как отмечается в законе, «иными законными способами». В связи с этими шестью признаками важно подчеркнуть – теперь есть три понимания миссионерской деятельности – это определение миссии верующими разных религий и конфессий, религиоведческая трактовка миссии и понятие о миссии по Закону Яровой. В ходе применения закона, что неизбежно повлечет за собой дискриминацию верующих и церквей, как намеренную, так и в результате невежества, адвокаты будут отстаивать свою точку зрения. Она заключается в следующем: если нет совокупности этих шести признаков, то нельзя рассматривать деятельность как миссионерскую в целях этого закона. Например, закон запрещает миссионерскую деятельность в жилых помещениях, но за исключением обрядов и богослужений. Но для верующих служение  также является частью миссии и может сопровождаться проповедью. В случае возникновения проблем надо будет доказывать, что верующие, читающие Библию и по сути проповедующие в жилом помещении, не занимаются миссионерской деятельностью, соответствующей шести признакам Закона Яровой. Епископ Константин Бендас еще более смело и прямо трактует правовую позицию адвокатов: «Пока письменные полномочия не даны верующему от объединения, гражданин не осуществляет миссионерскую деятельность». Священнослужителю же вообще не нужен документ о том, что он миссионер. Для многих централизованных религиозных организаций проблемы вообще нет – всем пасторам выдают документы, удостоверяющие их полномочия. Константин Бендас отметил, что всем членам церкви документ о праве на миссионерство выдавать нельзя, так как организация несет прямую ответственность за миссионерскую деятельность людей, которым она же выдавала документ. А это может быть штраф до 1 млн рублей. Удостоверение миссионера нужно выдавать также с ограниченным сроком действия, чтобы член церкви не мог его использовать, когда угодно (вдруг он перестанет быть членом общины). Константин Бендас обратил особое внимание на служение в арендованных помещениях. В договоре с собственником религиозное объединение должно указывать – «для религиозной деятельности». Центрам по реабилитации, которые, как правило существуют в рамках фондов и автономных некоммерческих организаций, рекомендуется подписывать с религиозными организациями договоры на духовное окормление в рамках центров, чтобы не возникало проблем. Для работы НКО в жилом помещении нужно заключать договоры субаренды с религиозной организацией, чтобы иметь право проводить духовны беседы и т.д. Важной составляющей Закона Яровой стали ограничения  для иностранных граждан. По словам адвоката Льва Симкина, право на свободное исповедание и распространение своих религиозных убеждений сохраняется также за всеми иностранцами, законно пребывающими на территории России. Изменения касаются тех иностранцев, которые хотят въехать в Россию для миссионерской деятельности в понимании данного закона (шесть признаков). Иностранному гражданину, въезжающему именно для миссионерской деятельности, больше не выдается гуманитарная виза, а только рабочая. Соответственно, организация, приглашающая иностранного проповедника, должна получить разрешение на привлечение рабочей силы, а затем рабочую квоту для оформления иностранного гражданина по рабочей визе. С ним заключается договор на занятие именно профессиональной религиозной деятельностью Причем статья 20 Закон свободы совести, по-прежнему содержит два основания для приглашения иностранцев. Первое – международные связи и контакты, паломничество, образование, а второе – религиозная деятельность. Въехавшие по первому пункту не могут заниматься профессиональной религиозной деятельностью. Чтобы обезопасить себя, конечно, лучше приглашать по рабочей визе. Еще одна коллизия состоит в том, что теперь Закон Яровой разрешает деятельность миссионера-иностранца, получившего рабочую визу и оформившего договор, на территории, на которой действует объединение, его пригласившее. Однако поскольку иностранце получает квоту на работу в конкретном регионе, то «работать» как миссионер он может, получается, только в одном регионе. Тогда как организация, его пригласившая может быть общероссийской. В любом случае, как подчеркнул Лев Симкин, иностранный гражданин может проповедовать на богослужении и говорить о вере лично от себя – по крайней мере, эту позицию надо будет отстаивать. Как показывает практика, применение законов в России очень сильно отличается в зависимости от региона. Избирательность полиции, прокуратуры и судов часто очевидна – «традиционные» религии надеются, что за ними не придут. Провокации, невежество, сознательная политика по вытеснению неправославных общин из публичной сферы подкорректируют миссионерскую логику верующего человека. Проповедь, как «вода живая», сточит и этот камень.  Ильяс Богатырёв. К чему приведет контроль миссионерства? http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7076 Вопросы распространения религиозных убеждений уже давно привлекают внимание законодателей субъектов РФ. Ещё в 1994 году в Тульской области был принят закон «О миссионерской (религиозной) деятельности в Тульской области», который стал первым региональным нормативным актом, регулирующим миссионерскую деятельность Thu, 23 Jun 2016 2:00:00 +0400 В 2012 году на митинге «Все мы – Россия» Президент РФ Владимир Путин подчеркнул, что «наша страна с первых шагов складывалась как многонациональное и многоконфессиональное государство» 13. В Российской Федерации по состоянию на 1 января 2015 года функционировало 27496 зарегистрированных религиозных организаций, относящихся к более чем 55 религиозным конфессиям 17. В соответствии с конституционным принципом светскости, все религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом, гражданам гарантируется свобода совести и вероисповедания, включая не только право исповедовать любую религию, но и распространять религиозные убеждения 8. Вопросы распространения религиозных убеждений уже давно привлекают внимание законодателей субъектов РФ. Ещё в 1994 году в Тульской области был принят закон «О миссионерской (религиозной) деятельности в Тульской области», который стал первым региональным нормативным актом, регулирующим миссионерскую деятельность 5. В настоящее время практика регулирования деятельности по распространению религиозных убеждений в региональном законодательстве не распространена. Подобные нормативные акты действуют лишь в 9 субъектах РФ, из них Курская, Белгородская, Смоленская, Воронежская, Костромская. В ряде других регионов законы, регулирующие миссионерство, не были приняты или отменялись спустя некоторое время. Так, в ходе одной из сессий Народного Хурала (Парламента) Республики Калмыкия при обсуждении законопроекта «О миссионерской деятельности в Республике Калмыкия» представитель республиканской прокуратуры подчеркнул, что региональное законодательство в сфере регулирования миссионерской деятельности не может истолковываться в смысле умаления прав человека и гражданина на свободу вероисповедания, которые регулируются Конституцией РФ и федеральным законодательством, а также выразил мнение, что рассматриваемый законопроект не может быть принят исходя из противоречия законопроекта нормам Конституции РФ и иным правовым актам, а также по причине ущемления прав граждан, исповедующих и распространяющих свои религиозные убеждения 11. В Саратовской области закон «О миссионерской (религиозной) деятельности на территории Саратовской области», принятый 09.07.1997 года, спустя 6 месяцев был отменён в связи со вступлением в силу Федерального Закона «О свободе совести и о деятельности религиозных организаций» 4. Также Решением Верховного суда Удмуртской Республики от 05.03.1997 года Закон Удмуртской Республики «О миссионерской деятельности на территории Удмуртской Республики» был признан недействительным и неподлежащим применению в связи с целым рядом противоречий положений этого закона нормам Конституции РФ и федеральному законодательству 14. Таким образом, религиозные объединения и российские граждане, желающие распространять свои религиозные убеждения, до настоящего момента делали это, руководствуясь правами, данными им основным законом РФ и федеральным законодательством. 15 февраля 2016 года в Государственной Думе Российской Федерации был зарегистрирован законопроект № 996615-6 «О внесении изменений в закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» 6. С данной законодательной инициативой выступило Архангельское областное Собрание депутатов, предложившее дополнить данный закон статьёй 5.1 «Миссионерская деятельность». В названом законопроекте определяются понятия, не встречавшиеся ранее в федеральном законодательстве, «миссионерская деятельность», «миссионер», «информационная миссионерская деятельность», «организационная миссионерская деятельность», а также предоставляется право субъектам Российской Федерации устанавливать порядок осуществления религиозным объединением миссионерской деятельности на своей территории 7. В Пояснительной записке к законопроекту обращается внимание, что в настоящее время федеральным законодательством не регулируются правоотношения, связанные с порядком осуществления миссионерской деятельности, отсутствуют механизмы контроля за деятельностью миссионеров, в том числе прибывших из-за рубежа и проповедующих на территории Российской Федерации. В процессе прохождения законопроектом процедур, предусмотренных Регламентом Государственной Думы ФС РФ, были сформулированы мнения Правительства РФ и Правового управления Государственной Думы. К примеру, заместитель Председателя Правительства Российской Федерации С.Э.Приходько в Заключении Правительства РФ от 05.02.2016 года № 710-П-44 указал, что «Правительство Российской Федерации представленный законопроект не поддерживает, так как вопрос деятельности религиозных объединений в целях распространения веры действующим законодательством уже урегулирован в достаточной степени». В письме подчёркивается противоречие положения законопроекта, предоставляющего право субъектам РФ законодательно определять порядок осуществления религиозными объединениями миссионерской деятельности 71 статье Конституции РФ, в соответствии с которой регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина находятся в ведении Российской Федерации, чем обеспечивается действие принципа равенства граждан на всей территории Российской Федерации. В Заключении Правового управления Государственной Думы от 14.03.2016 года обращается внимание на то, что в соответствии с федеральным законодательством гарантируется право распространять свои религиозные убеждения, а также на то, что в соответствии со статьёй 6 ФЗ «О свободе совести и деятельности религиозных организаций» одной из целей создания религиозного объединения является распространение веры. Таким образом, остается неясным, в чем заключается отличие предложенной инициаторами закона миссионерской деятельности от предусмотренной Федеральным законом деятельности религиозного объединения. К этому, на наш взгляд, можно добавить то, что предлагаемое законопроектом положение о предоставлении субъектам РФ права устанавливать порядок осуществления религиозными объединениями своей деятельности в вопросах распространения религиозных убеждений входит в противоречие со ст. 4.2 Федерального закона «О свободе совести и деятельности религиозных организаций», в которой отмечено, что, в соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства, последнее не может вмешивается в деятельность религиозных объединений, если она не противоречит законодательству. Если же говорить о контроле за деятельностью миссионеров, прибывающих из-за рубежа, то данная сфера в достаточном объёме регулируется миграционным законодательством, предусматривающим различные условия для въезда и пребывания иностранных граждан на территории Российской Федерации в зависимости от задекларированных иностранными гражданами целей приезда, в том числе и по религиозным делам. Думается, что рассмотрение законопроекта о миссионерской деятельности на федеральном уровне указывает на формирующийся новый курс государства, направленный на более детальное участие государства в жизни конфессий. С учётом того, что функционирование религиозных объединений тесно связано с конституционным правом на свободу совести и вероисповедания, а также целым рядов нормативных актов, принятие законопроекта о миссионерской деятельности, возможно, повлечёт корректировку всего спектра нормативных актов, касающихся свободы вероисповедания. Следует помнить, что фактор религиозного мировоззрения в современном мире является важной составляющей общественного развития и одним из существенных условий стабильных общественных и государственно-конфесссиональных отношений, поскольку, как утверждает И.А.Яковенко, «вместе с усилением позиций религии растёт социально-политическое влияние религиозных институтов» 18, с. 41. Данные Федеральной службы государственной статистики говорят о том, что с 2003 по 2015 годы количество зарегистрированных религиозных организаций выросло на 28 %. В этой связи справедливой представляется точка зрения А.С.Алихаджиевой о том, что «религиозная теория и практика – это база для создания системы общественных ценностей, определяющих мышление народов России» 1, с. 217. Система общественных ценностей во многом формируется религиозными объединениями, в связи с чем целесообразно обратить внимание на место миссионерства в деятельности наиболее крупных российских централизованных религиозных организаций. Так, в Русской Православной Церкви, в соответствии с Уставом, действует Миссионерский отдел. Каждое Епархиальное управление должно иметь канцелярию, бухгалтерию, архив и иные отделы, обеспечивающие миссионерскую, издательскую и прочие виды епархиальной деятельности 16. В документе «Об организации миссионерской работы в Русской Православной Церкви» определена структура, подразделения которой отвечают за организацию и осуществление миссионерской деятельности на разных уровнях, прописаны задачи структурных подразделений, правила отчётности об их работе. В преамбуле к документу сказано, что «Православная миссия имеет целью приведение человека к вере Христовой, приобщение его к православному образу мыслей» 10. Другая крупная централизованная религиозная организация «Духовное управление мусульман Российской Федерации», определяя в своём Уставе цели и задачи, указывает, что организация образована в целях совместного вероисповедания и распространения Ислама, одной из уставных форм деятельности которой является производство, приобретение и распространение религиозной литературы, печатных, аудио и видео материалов и иных предметов религиозного назначения. Исследование правоустанавливающих и некоторых локальных актов крупных российских религиозных объединений позволяет обратить внимание на то, что деятельность, направленная на распространение соответствующего религиозного вероучения, является одной из основных целей в работе религиозных объединений. Думается, что корректировка законодательства о свободе совести и деятельности религиозных объединений затронет большой пласт государственно-конфессиональных отношений и, возможно, осложнит диалог между государством, религиозными организациями и гражданами многонациональной России, исповедующими и распространяющими свои религиозные убеждения в соответствии с конституционным правом на свободу вероисповедания. Такое развитие событий может вызвать несогласие и протест со стороны представителей религиозных объединений и гражданского общества, как это было в случае с запретами различных классических религиозных текстов. Так, в 2015 году признание экстремистским материалом книги, содержащей тексты Корана вызвало не только значительный общественный резонанс, но и критику со стороны государственных, религиозных и общественных деятелей 15. Была спровоцирована конфликтная ситуация, в которой принимали участие судебные органы, органы прокуратуры, СМИ. Исходя из вышеизложенного, можно констатировать, что законопроект о внесении статьи «Миссионерская деятельность» в ФЗ «О свободе совести и деятельности религиозных объединений» порождает много вопросов, в том числе касающихся процедуры его реализации. На наш взгляд, он носит декларативный характер, перекладывая на региональные органы власти ответственность за реализацию задачи государственного регулирования деятельности религиозных объединений и отдельных граждан, распространяющих свои религиозные убеждения, а также за решение правовых конфликтов, которые будут возникать в этой связи. При этом, очевидно, что правовое положение религиозных объединений и граждан, даже не являющихся членами религиозных объединений, но практикующих в своей повседневной жизни ту или иную религиозную практику, ухудшится. Такой вывод позволяет сделать анализ положений законопроекта и норм законов о миссионерской деятельности, имеющих схожий порядок регулирования миссионерской деятельности, в тех регионах, где они в настоящее время действуют. Так, в соответствии со ст.2.2 Закона Белгородской области «О миссионерской деятельности на территории Белгородской области», «информационной миссионерской деятельностью признается деятельность, направленная популяризацию и распространение каких-либо религиозных взглядов, представлений и религиозной практики разными способами» 2. Можно предположить, что под действие данного положения, которое таким же образом формулируется в федеральном законопроекте, попадает любое лицо, использующее религиозную атрибутику в повседневной жизни. Православный нательный крест, когда он видим окружающим, облачение священников, форма одежды женщин мусульманок, одеяние католических монахинь – всё это может указывать на популяризацию своих убеждений, что для обладателя вышеназванных атрибутов влечёт необходимость иметь при себе документ, удостоверяющий его принадлежность к религиозному объединению. Такое положение существует в законах о миссионерской деятельности, например, Белгородской, Архангельской и Курской областей. Необходимо помнить, что в соответствии со ст.6.2 Закона «О свободе совести и деятельности религиозных организаций» религиозные объединения могут создаваться в двух видах: в форме религиозной организации, зарегистрированной в качестве юридического лица, а также в форме религиозной группы, которая представляет собой добровольное объединение граждан, не имеющее юридического статуса, титульных бланков, печати и т.п. Если в первом случае можно предположить наличие документа у представителя организации, то в случае с религиозной группой возможность оформления официальной бумаги вызывает сомнения. В Республике Северная Осетия-Алания Закон «О миссионерской деятельности на территории Республики Северная Осетия-Алания» предусматривает возможность миссионерской деятельности только для представителей религиозных организаций, то есть на территории данной республики ни религиозные группы и их представители, ни отдельные граждане распространением религиозных убеждений заниматься не могут 3. Сегодня религиозные объединения, образованные с целью совместного вероисповедания и распространения веры, а также граждане, исповедующие религиозные убеждения и практикующие их в повседневной жизни, попадают под действие нормативно-правовых актов ограниченного количества регионов, однако с принятием федерального законопроекта данная практика распространится по всей территории Российской Федерации. Для современного российского общества характерен рост религиозного самосознания. С 1991 по 2016 год «количество граждан, которые в своей жизни полагаются на Бога, выросло с 49 до 67%» 12. По мнению Р.Н. Лункина «существо религиозной деятельности – это проповедь. Право проповедовать является частью свободного исповедания веры» 9. Таким образом, принятие законопроекта о внесении изменений в Закон «О свободе совести и деятельности религиозных организаций» в части регулирования миссионерской деятельности, кроме зарегистрированных религиозных организаций и добровольных религиозных групп также затронет значительное количество верующих граждан России, чьё право на свободное исповедание своей религии может быть ограничено решениями региональных властей. Полагаю, что такая корректировка станет деструктивным шагом по отношению к сфере свободы совести, которая основана на конституционных принципах светскости, прав и свобод человека и гражданина. Библиографический список: 1. Алихаджиева А.С. Религиозные основы экологической культуры (перспективы и прогнозы) // Экология: синтез естественно-научного, технического и гуманитарного знания: материалы III Всерос. научн.-практ. форума , Саратов, 2012. С.217-218. 2. Закон Белгородской области от 19.03.2001г. №132 «О миссионерской деятельности на территории Белгородской области» // Консультант плюс. 3. Закон Республики Северная Осетия-Алания от 30.12.2004г. №38-рз «О миссионерской деятельности на территории Республики Северная Осетия-Алания» // Консультант плюс. 4. Закон Саратовской области от 25.12.1997г. №64-ЗСО «Об отмене Закона Саратовской области «О миссионерской (религиозной) деятельности на территории Саратовской области» // Консультант плюс. 5. Закон Тульской области от 14.12.1994г. №5-ЗТО «О миссионерской (религиозной) деятельности в Тульской области» // Консультант плюс. 6. Законопроект № 996615-6 «О внесении изменений в закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» Электронный ресурс // Федеральное собрание Российской Федерации URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=996615-6&02%D0%97 (дата обращения: 02.05.2016). 7. Законопроект № 996615-6 «О внесении изменений в закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» Электронный ресурс // Федеральное собрание Российской Федерации URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=996615-6&02%D0%97 (дата обращения: 02.05.2016). 8. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993г., ст.14 // Консультант плюс. 9. Миссионеры под контролем. Новые законы ограничат верующих Электронный ресурс // Сетевое издание Религия и право URL:http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=6357 (дата обращения: 06.05.2016). 10. Об организации миссионерской работы в Русской Православной Церкви Электронный ресурс // Официальный сайт Московского Патриархата URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/1909481.html (дата обращения: 02.05.2016). 11. Обсуждали законопроект Электронный ресурс // Народный Хурал (Парламент) Республики Калмыкия официальный сайт URL:http://www.huralrk.ru/arhivnovostei2011/111-zakonoproekt-respubliki-kalmykiya-lo-missionerskoi-deyatelnosti-na-territorii-respubliki-kalmykiyar.html (дата обращения: 02.05.2016). 12. Пресс-выпуск №3096 Электронный ресурс // Сетевое издание ВЦИОМ URL: http://wciom.ru/index.php?id=236&uid=115677 (дата обращения: 06.05.2016). 13. Путин: Россия с первых шагов складывалась как многонациональное государство Электронный ресурс // Взгляд Деловая газета URL: http://vz.ru/news/2012/8/24/595002.html (дата обращения: 06.05.2016). 14. Решение Верховного суда Удмуртской Республики от 05.03.1997 О признании недействующим Закона УР от 28.05.1996 N 221-I «О миссионерской деятельности на территории Удмуртской Республики» // Консультант плюс. 15. Судья запретила фразы из Корана без религиоведческой экспертизы // Lifenews URL: http://lifenews.ru/news/161158 (дата обращения 03.01.2016); 16. Устав Русской Православной Церкви Электронный ресурс // Официальный сайт Московского Патриархата URL:http://www.patriarchia.ru/db/text/419782.html (дата обращения: 02.05.2016). 17. Число религиозных организаций, зарегистрированных в Российской Федерации на 1 января 2015 года Электронный ресурс // Федеральная служба государственной статистики URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b15_11/IssWWW.exe/Stg/d01/11-03.htm (дата обращения: 06.05.2016). 18. Яковенко И.А. Тенденции развития религиозного сознания в современной России // Вестник Адыгейского государственного университета. Серия 1: Регионоведение: философия, история, социология, юриспруденция, политология, культурология. 2012. № 1. С. 40-48. Об авторе: Ильяс Богатырёв, магистрант кафедры конституционного и международного права, Поволжский институт управления имени П.А. Столыпина ФГБОУ РАНХиГС, Россия, Саратов. Нельзя запретить людей http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=7016 Говоря о различных религиозных меньшинствах, некоторые чиновники активно используют слова «запретить», «ликвидировать», «закрыть», «делегализовать» некоторых верующих. Но как можно делегализовать граждан страны? Tue, 31 May 2016 16:00:00 +0400 Говоря о различных религиозных меньшинствах, некоторые чиновники активно используют слова «запретить», «ликвидировать», «закрыть», «делегализовать» некоторых верующих. Но как можно делегализовать граждан страны? Мы постоянно видим, что представители власти находятся в плену странного заблуждения о том, что можно росчерком пера, принятием какого-нибудь закона или указа взять и запретить… людей. Но люди – не бытовые отходы, их нельзя отнести на свалку или сжечь. Это граждане России, которые в ней родились и живут, которые обладают теми же правами, что и все остальные. Как их запретить? Когда эти граждане пытаются встретиться с чиновниками, те порой игнорируют их, думая, что если закрывать глаза на проблему, она сама как-нибудь рассосется. Не рассосется. Столь же невозможно запретить веру и убеждения людей, что прямым текстом запрещается в целом ряде статей Конституции (13, 14, 19, 28, 29). Нельзя вызвать человека в суд и вручить ему постановление, что ему запрещается исповедовать такую-то религию и верить в такого-то Бога. Такое постановление будет юридически ничтожным еще до своего подписания. Как бы ни старались отдельные чиновники, люди со своими убеждениями никуда не уедут, но будут и дальше жить там же, где живут, и исповедовать ту же веру, что исповедуют. Если осознать этот очевидный факт, уже станет проще расстаться с иллюзиями и понять, что от конфронтации и бесконечной борьбы пора переходить к сотрудничеству и мирному гражданскому сосуществованию, учиться вместе жить и работать. Максимум, что допускает закон, – это закрытие той или иной религиозной организации как юридического лица. На этом полномочия чиновников заканчиваются. Юридическое лицо – это одно, а конкретные люди с их конкретными убеждениями – совсем другое, между ними нет прямой взаимосвязи. Можно закрыть все организации в стране, но останутся ровно те же самые люди, которые будут исповедовать те же самые убеждения, причем исповедовать не только в теории, но и на практике, что является неотъемлемым и неотчуждаемым конституционным правом. Это право дано напрямую гражданам, и для его реализации не нужны юридические лица. Многие не понимают этих довольно простых вещей. Те или иные чиновники пишут законы, чтобы «закрыть» ту или иную религию, но эти законы каждый раз не работают так, как им хочется. Тогда они решают, что это плохие законы, и начинают писать новые – но и новые законы снова бессильны. Журналисты тогда начинают писать о том, что «секты» обладают неким тайным влиянием и чуть ли не всемогуществом. Они не понимают, что дело совершенно в другом: никакие законы не могут запретить людям верить и думать. Фёдор Крашенинников, президент Института развития и модернизации общественных связей, рассказал поучительную историю: «Как-то я встречался с двумя свидетелями Иеговы. Я хотел купить их „фирменный“ перевод Библии, так называемый „Перевод Нового Мира Священных Писаний“, для коллекции. Приехали два вполне адекватных парня на „Лексусе“, какие-то мелкие предприниматели, с высшим техническим образованием. Тогда уже тучи над ними сгущались, и я их спросил: „А что вы будете делать, если вас запретят?“ Они спокойно ответили, что за свою веру они готовы пойти в тюрьму. И было видно, что не врут. В советское время их уже гоняли и сажали – и что?» Некоторые хотят не запретить людей, а выгнать. Организуются митинги с плакатами, содержание которых сводится к слову «долой». При этом все верующие, против которых митинг направлен, – граждане России и жители этого же города, они здесь родились и не собираются уезжать. Насколько нравственно, справедливо и по-христиански выгонять людей из их собственного города или страны? Такие активисты искренне верят, что ненавистные им инаковерующие – все как один иностранцы. Это лишний раз показывает, насколько плохо они знают людей и взгляды, против которых выступают. Происходит забвение исторических уроков. В советские годы самые разные религиозные группы подвергались жесточайшим репрессиям, но все равно никуда не делись, а некоторые даже увеличились числом. Это значит, что никакие, даже самые жесткие запреты и репрессии не могут превратить людей в послушные механизмы, которые будут верить в то, что им скажут. Что не удалось Сталину и Берии, однозначно не удастся сегодня. В последние годы своего существования советская власть это поняла и реабилитировала религиозных диссидентов как жертв политических репрессий. Но сегодня у значительной части истеблишмента наступила некая историческая амнезия и возникло желание пройтись по старым граблям. Религиовед Екатерина Элбакян говорит: «Ведь верующих, как в 30-е сталинские годы, сажали в тюрьмы, лагеря: и православных, и мусульман, и так далее. Они там умирали, их мучили, или в фашистских концлагерях тоже много сидело, но уже не перестали от этого быть верующими, потому что вера – она в душе человека. Ну хорошо, будет Дворкин называть мормонов сектантами, ну что мормоны же не перестанут от этого верить в Бога, приходить в молитвенный дом, ездить в храм, жить своей жизнью. Ну есть такой человек, который их таковыми считает, ну и что?» Далеко не все православные согласны с необходимостью «борьбы с сектами». Так, православный публицист, богослов и радиоведущий Сергей Худиев пишет: «Если в вас видят человека озлобленного и враждебного, вам не поверят никогда. Поэтому для любой деятельности очень важно определиться с ее мотивами – а чего мы хотим-то достичь в результате нашей борьбы? Зачем мы „боремся с сектами“? Просто чтобы побороться? Дать выход своей внутренней агрессии? …Людей привлекает не борьба с ними – людей привлекает забота об их душах». Но единичные голоса здравого смысла и призывы к христианским ценностям тонут в безбрежном море нетерпимости. Сегодня мы слышим чудовищные вещи, граничащие с геноцидом. Например, в Таганроге свидетелям Иеговы прямо дали понять на суде, что если они переедут хотя бы в соседний город, то там у них проблем не будет, а в Таганроге исповедовать их религию нельзя. Так отменяется еще одно гарантированное Конституцией право – на свободу передвижения. Этот опыт хотят повторить в Архангельске, Самаре, Тюмени и ряде других городов. Образуется целый список городов, которые власти хотят сделать закрытыми для тех или иных верующих, будто они какие-то прокаженные, нечистые или неполноценные. И это при том, что Конституция прямо гарантирует равенство всех людей независимо от их отношения к религии (ст. 19). Десятилетия жизни в идеологически однообразном обществе отучили значительную часть общества от мысли, что могут существовать люди с другими убеждениями, другой верой, другими взглядами. Опыт жизни в тоталитарном государстве приучил многих, что можно просто взять и запретить тех граждан и те взгляды, которые им не нравятся. Но так не получится. Нужно учиться жить вместе, сотрудничать и налаживать взаимодействие. Необязательно соглашаться со всеми взглядами, но крайне важно иметь некий стандарт доброжелательности друг к другу. Другого пути просто нет.­ Антон Чивчалов. Антизападничество побеждает русский мир http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=6986 Накануне парламентской и президентской выборных кампаний политическая позиция Московского патриархата требует постоянного уточнения. Руководство страны и значительная часть общественности ожидают от Церкви не только лояльности по отношению к власти, что уже подразумевается по умолчанию, но и активной поддержки внешнеполитического курса России и патриотической эйфории внутри страны. Wed, 18 May 2016 15:00:00 +0400 Накануне парламентской и президентской выборных кампаний политическая позиция Московского патриархата требует постоянного уточнения. Руководство страны и значительная часть общественности ожидают от Церкви не только лояльности по отношению к власти, что уже подразумевается по умолчанию, но и активной поддержки внешнеполитического курса России и патриотической эйфории внутри страны. Время, прошедшее после 2014 года, с начала российско-украинского кризиса, показало, что у РПЦ есть свои интересы, которыми она не готова жертвовать в угоду светской власти. Однако это не значит, что ее иерархи отказались от старых идеологем, которые были взяты Церковью на вооружение еще в советский период и активно воспроизводились будущим патриархом митрополитом Кириллом в 1990-е годы. В условиях политической турбулентности Церкви легче всего поддерживать свой авторитет и проявлять лояльность по отношению к линии государства через изоляционистскую антизападную риторику. Это ярче всего проявилось во время выступления патриарха Кирилла 15 мая с.г. в Нальчике после освящения собора святой Марии Магдалины. Происходящее в Западной Европе глава РПЦ назвал «катастрофой», подчеркнув, что «греховные законы» оправдывают в «богатом американо-европейском обществе». Патриарх со свойственными ему риторическими приемами противопоставил единство ислама и православия в России тем радикальным группам, которые разрушают божественный закон на Западе. Фактически рядом для патриарха стоят «исламисты», искажающие традиционный ислам, и секуляристы и либеральные христиане, которые «забывают о своих корнях» и якобы «переосмысляют основы нравственности». Безусловно, самым спорным моментом проповеди патриарха стало утверждение о том, что у ислама и христианства «по воле Божией… общие нравственные ценности, которые восходят к Десяти заповедям, которые Бог дал Моисею на Синайской горе. Вся этика наших народов, законодательство, которое на ее основе сформировалось, восходят к этим божественным заповедям». Довольно значительная часть православных верующих и протестантов в России совсем не считают бога мусульман библейским Богом, а ислам – мирной религией Десяти заповедей. Убитый в 2009 году одним из исламских радикалов священник Даниил Сысоев с главой РПЦ не согласился бы (хотя случай Кабардино-Балкарии, где выступал глава РПЦ, особый – там адыгская этика, а не сам по себе ислам, близка к христианству). Интегрируя ислам в российскую православную культуру, патриарх Кирилл выступает как представитель имперской, а не чисто национальной Церкви. Для предстоятеля РПЦ, как и для президента Владимира Путина, важна не единая вера, а единство всех народов от Калининграда до Владивостока. Идею сохранения общего уникального пространства патриарх и глава государства отстаивают вместе. Как отметил патриарх, «Россия стала великим государством от Балтийского моря до Тихого океана только потому, что она сумела объединить народы, которые вошли в ее состав. А в каком случае это возможно? Только в одном – если в многонациональном государстве нет людей первого и второго сорта по национальному признаку, если все люди – первого сорта, если перед человеком любой национальности открываются возможности карьеры, бизнеса, активного участия в жизни своего народа и всей страны». Проповедь патриарха стала хорошей подготовкой к встрече с Владимиром Путиным, с которым глава РПЦ общался в тот же день в Сочи. Детали встречи не сообщались. Однако гласно или негласно патриарх и президент согласуют размен позиций. Церковь безоговорочно поддержала все действия российского руководства на Ближнем Востоке, сирийскую операцию. 6 мая с.г. патриарх Кирилл прямо назвал борьбу с терроризмом «священной войной», что накануне Дня Победы прозвучало особенно сильно. Таким образом, патриарх совсем не против, чтобы эта война, в том числе в том виде, в каком она подается на федеральных телеканалах, стала для России «крестовым походом». Повестка дня Совета по взаимодействию с религиозными объединениями, который провел 12 мая глава администрации президента РФ Сергей Иванов, подтвердила, что РПЦ стала важным игроком на внешнеполитическом поле. Это первый совет, который не рассматривал внутрироссийские вопросы, а уделил внимание защите христиан на Ближнем Востоке и во всем мире. Взамен РПЦ подняла вопрос о возможной дискриминации в отношении Украинской православной церкви Московского патриархата (УПЦ МП), которую могут признать «иностранной организацией» в Украине, управляемой из «страны-агрессора» (а украинские приходы по-прежнему составляют около трети всех приходов РПЦ). Со стороны МИД РФ и политического руководства страны Московский патриархат получил поддержку – российские власти также теперь делают заявления о притеснениях УПЦ МП и, возможно, оказывают давление на Киев по своим каналам. Акцент на антизападной риторике в выступлениях иерархов РПЦ также призван компенсировать невозможность прямого участия руководства Церкви в оценке украинских событий. Патриарх Кирилл ни разу не осудил новые власти в Киеве с 2014 года и не признал официально, что «Крым наш». Благодаря этому УПЦ МП до сих пор находится в составе Московского патриархата, а в Крыму складывается церковное двоевластие. Формально все три епархии Крыма по-прежнему входят в УПЦ МП. Однако негласным куратором Крыма стал епископ Егорьевский Тихон (Шевкунов), самый яркий антизападник, автор фильма «Гибель империи». 12 мая впервые епископ из Москвы (то есть сам Шевкунов) заявил в Севастополе, что произошло воссоединение Крыма с Россией, а существование без России было абсурдом. На фоне санкций борьба с западным влиянием, противопоставление суверенной России Европе и США еще долго будут популярны. Во внутренней политике антизападничество и российская самобытность стали снова, как в 1990-е годы, главной ценностью РПЦ. О более широком русском мире не осталось даже воспоминаний. источник: НГ Неоэкстремизм. Как россиян превращают в преступников по признаку религии http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=6947 В нацистской Германии свидетелей Иеговы массово отправляли в концлагеря за отказ идти на фронт, около 200 человек расплатились за это своей жизнью. Сегодня об этом рассказывают посетителям немецких музеев. Thu, 28 Apr 2016 15:00:00 +0400 В нацистской Германии свидетелей Иеговы массово отправляли в концлагеря за отказ идти на фронт, около 200 человек расплатились за это своей жизнью. Сегодня об этом рассказывают посетителям немецких музеев. В книге «Ответ церквей Холокосту» Брайана Данна говорится: «Свидетели Иеговы были несовместимы с нацизмом. Больше всего нацистов не устраивал их политический нейтралитет. Это означало, что ни один верующий не возьмет в руки оружие, не будет занимать политическую должность, не будет участвовать в государственных праздниках и вообще хоть как-то выражать поддержку режиму». Абрахам Пек, вице-президент Ассоциации памяти Холокоста, сказал следующие слова: «Во времена национал-социализма религиозные верования, учение и действия свидетелей Иеговы оказались в противоречии с устройством национал-социалистического государства. Это была небольшая группа, состоящая приблизительно из 20–25 тысяч граждан Германии и близлежащих территорий, попавшая под юрисдикцию Третьего Рейха. Люди, входившие в нее, бесстрашно говорили о своей вере, отрицали расовые законы государства, клятву верности Адольфу Гитлеру, немецкое приветствие и обязанность защищать Германию с оружием в руках… Свидетели Иеговы противостояли силам нацистского зла, хотя одно лишь заявление о преданности государству могло сделать их существование безопасным. Им достаточно было поставить одну подпись, чтобы вырваться из ада трудовых и концентрационных лагерей, уберечься от насилия и смерти. Они заслуживают особого места в нашей памяти и особого уважения. Их пример вселяет надежду и веру в то, что добро в конце концов восторжествует». Много аналогичных случаев было по всей Европе, включая СССР. Есть и современные примеры с более удачным исходом. Например, в 2015 году Апелляционный суд Днепропетровской области оправдал свидетеля Иеговы Виталия Шалайко, который отказался участвовать в военных действиях в Донбассе, и это создало прецедент для украинской судебной системы. Вот что писал российский религиовед Николай Гордиенко: «Свидетели Иеговы – лояльные граждане России, которым органически присуще законопослушание, повиновение властям, высокая нравственность, здоровый образ жизни, что отвечает коренным интересам личности и общества. Они культивируют доброжелательное отношение не только к единоверцам, но и к остальным согражданам» («Российские Свидетели Иеговы: история и современность»). В американской газете «Уорлд геральд» отмечалось: «Считать, что свидетели Иеговы представляют угрозу для какого бы то ни было политического режима, могут только те, кто закоснел в нетерпимости и подозрительности. Это самая безопасная для государства и миролюбивая религиозная организация, какую только можно себе представить. Они претендуют лишь на то, чтобы им позволили свободно исповедовать свою веру». В России свидетели Иеговы годами отстаивали право на замену военной службы альтернативной гражданской, которую проходят без оружия и без военной подготовки. «Славянский правовой центр» сообщал в своем докладе от 22.01.10: «Именно Свидетели Иеговы были и остаются самыми последовательными отказниками от военной службы и составляют значительную часть альтернативнослужащих в тех странах бывшего СССР, где альтернативная гражданская служба... существует. Там же, где АГС ещё нет, или где она мало отличается от военной, Свидетели Иеговы следуют своему учению вплоть до уголовного преследования и тюремного заключения». Сергей Кривенко, член Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества, отмечает огромный вклад свидетелей Иеговы в становление в России АГС: «Российское общество обязано Свидетелям Иеговы развитием института АГС. Именно Свидетели вытянули альтернативную гражданскую службу в РФ на цивилизованный уровень. Потому что в первые годы, когда форма этого закона была весьма суровая и репрессивная, именно этих верующих было более 80–90% из тех, кто на неё шёл. За что гражданской общество, конечно, не может не быть им благодарным». Лев Левинсон, эксперт Института прав человека: «За что же эта одна из самых мирных христианских церквей так ненавидима тоталитарными режимами? В первую очередь за вероучительный пацифизм, безусловный отказ от военной службы. Нависшая над свидетелями Иеговы угроза гонений – следствие милитаризации российского общества. Но именно их, принципиальных антимилитаристов, защищает российская Конституция, гарантируя право на отказ от военной службы по вероисповедным и иным мировоззренческим мотивам». Знают ли власти вышеупомянутые факты? Безусловно. В частных беседах многие здравомыслящие чиновники соглашаются с тем, что все происходящее – абсурд. Убедить всех в экстремизме свидетелей Иеговы сложно еще и по той простой причине, что многие слишком хорошо помнят, что до конца 2000-х годов никто и никогда не называл этих верующих экстремистами. Никто не считал экстремистской ни их литературу, ни их деятельность. Что же вдруг поменялась? И литература, и деятельность осталась прежней. Больше двадцати лет, начиная с получения официальной регистрации в 1991 году, никто не замечал у свидетелей Иеговы экстремизма, но вот вдруг в 2009 году (если брать таганрогское дело) он резко возник и усиливается с каждым годом, так что даже Генпрокуратура РФ обеспокоилась и выдала верующим грозное предупреждение. С чего бы это? Слишком очевидно, что так попросту не бывает. Что такое экстремизм? Попробуем разобраться с терминами. Согласно словарю Ожегова, экстремизм – это «приверженность к крайним взглядам и мерам (обычно в политике)». Это не любые крайние взгляды вообще, поскольку такие взгляды можно будет найти у любого человека. Поэтому словарь оговаривается: «обычно в политике». Более того, это не только взгляды, но также меры – конкретные действия крайнего характера. В политике и криминалистике принято считать, что это меры в первую очередь насильственные или, во всяком случае, близкие к этому. Более подробное определение можно найти в «Иллюстрированном энциклопедическом словаре» (М.: Аутопан. В. И. Бородулин и др. 1998): «Экстремизм – приверженность в политике и идеологии к крайним взглядам и действиям. Экстремизм – характерная черта радикальных партий, групп, движений с различными социально-политическими ориентациями (анархизм,фашизм, коммунизм, шовинизм, религиозный фундаментализм и др.). В политической жизни экстремизм находит выражение в насильственных действиях, направленных на дестабилизацию и разрушение сложившихся общественных структур и институтов (организация беспорядков, террористической акции и т.п.)». Что из этого относится к свидетелям Иеговы? Даже их самые ярые недоброжелатели хорошо знают и не могут отрицать, что они не участвуют в политике ни в какой форме и не прибегают к насильственным действиям никогда и нигде. С точки зрения государства свидетели Иеговы – идеальные граждане, которые добросовестно платят налоги, не нарушают законы, не устраивают революции, не лезут в политику. Насколько логично приписывать им насильственные политические меры – экстремизм? Во всем мире свидетелей Иеговы принято называть пацифистами, потому что найдется мало групп, столь же последовательных в своей позиции абсолютного отказа от насилия. И вот теперь свидетели Иеговы не только пацифисты, но также экстремисты. Появился новый вид пацифизма – экстремистский. Как такое возможно? Кто и зачем занимается подменой понятий? Население России настойчиво пытаются убедить в том, что сотни тысяч граждан страны, которые просто исповедуют какую-то религию, являются чуть ли не террористами – а в общественном сознании, в обывательском сознании нет особой разницы между словами «терроризм» и «экстремизм». Население страны пытаются убедить в том, что если ты взял в руки Библию и вышел на улицу, то ты мало чем отличаешься от террориста, который взял бомбу и пошел ее взрывать. И население уже действительно почти поверило в это. Антон Чивчалов. Новые враги народа. Кому выгодна война с еретиками в XXI веке? http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=6927 Когда-то в России пугали врагами народа. Эти страшные люди были за каждым углом, при том, что никто точно не знал, чем они провинились. Только власть решала, кто является врагом народа, а кто – нет. Если вы оказались врагом народа, вы могли твердо знать: за вами уже выехали. Wed, 20 Apr 2016 12:00:00 +0400 Когда-то в России пугали врагами народа. Эти страшные люди были за каждым углом, при том, что никто точно не знал, чем они провинились. Только власть решала, кто является врагом народа, а кто – нет. Если вы оказались врагом народа, вы могли твердо знать: за вами уже выехали. В числе врагов народа почти сразу оказались свидетели Иеговы. Члены этого движения десятилетиями подвергалась ссылкам и тюрьмам за «антисоветскую пропаганду» и просто за то, что не вписывались в требуемые государством рамки. Например, в 1950-х годах их массово ссылали в Сибирь. При этом они никогда не выступали ни против народа, ни против государства, их единственная «вина» состояла в том, что они верили в Бога не так, как разрешалось. Василий Калин, председатель Руководящего комитета «Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России», рассказывал в интервью радио «Свобода»: «В вагоны, в которых возили животных, поместили по 60 человек. Это люди разных возрастов – это бабушки, дедушки, молодые юноши, девушки, взрослые люди, маленькие дети, грудные дети. Никаких условий, никакой санитарии, ни туалета, ни помыться, ничего. С самого начала не кормили, поэтому делились тем, что было. То, что было в вагоне, было общее. Затем стали давать пищу: на вагон ведро супа, ведро каши. Очень хорошо помню день, когда нас накормили хорошей соленой рыбой, а потом не было воды. Взрослые это переносили, может быть, а дети плакали. Вот так 20 суток мы ехали. Мы достигли города Иркутска, нас сослали в Чумский район, станция Торея. Это была первая ссылка, куда мы попали после Украины». Сегодня эта ситуация повторяется, но с более современным термином – «экстремизм». Снова никому точно не ясно, кто это такие – экстремисты. В их число можно записать любого человека и любую организацию, благо что нынешнее законодательство не устанавливает никаких границ для полета фантазии. Свидетели Иеговы получили ярлык экстремистов не потому, что кого-то убили или ограбили – такие факты никто не представил, – а только за распространение религиозной литературы. Россия стала единственной страной, в которой распространение литературы законодательно классифицируется как экстремизм. Журналист Александр Подрабинек очень точно подметил в эфире той же передачи: «Вот такие преступления! Обходят жилые дома, предлагают свои книги, приглашают совместно изучать Библию. Одним словом, враги общества и государства. Забитого общества и авторитарного государства». За подобные «преступления» пока никто не уехал в Сибирь, но долго ли так продлится? В Таганроге четверо верующих уже получили тюремные сроки в 5 лет по уголовным делам, хоть и условные (пока). Современная Россия еще никогда не стояла так близко к самым настоящим, классическим, средневековым преследованиям людей за веру – другими словами, еретиков. Оскорбление чувств верующих: практическая инструкция C 2013 года в России существует закон о защите чувств верующих. Согласно ст.148 УК РФ, «публичные действия, выражающие явное неуважение к обществу и совершенные в целях оскорбления религиозных чувств верующих, наказываются штрафом в размере до 300 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо обязательными работами на срок до 240 сорока часов, либо принудительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на тот же срок». Более того, те же действия, но «совершенные в местах, специально предназначенных для проведения богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, наказываются штрафом в размере до 500 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет, либо обязательными работами на срок до 480 часов, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок с ограничением свободы на срок до одного года или без такового». Наконец, «незаконное воспрепятствование деятельности религиозных организаций или проведению богослужений, других религиозных обрядов и церемоний наказывается штрафом в размере до 300 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо обязательными работами на срок до 360 часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев». А теперь посмотрим, что происходит. Мирные, законопослушные граждане собираются где-нибудь, чтобы помолиться, обсудить духовные темы, почитать Библию и научиться быть добрыми христианами. В этот момент подъезжает автобус с ОМОНом, и начинается «маски-шоу»: врываются люди с автоматами в масках, блокируют помещение, начинают грубо разговаривать, требовать документы и объяснительные, часами не разрешают людям выйти, в том числе пожилым, детям и больным. Кому-то становится плохо, он падает в обморок. Иногда это бывают более спокойные сотрудники ФСБ, которые проводят обыск, а заодно скрытно подбрасывают «экстремистскую» литературу, чтобы затем возбудить дела, выписать штрафы и т.п. Верующих могут месяцами таскать по допросам и судам, никогда не находя никаких преступлений, кроме хранения религиозной литературы. Подобные вещи происходят снова и снова по всей стране. Что это, если не самое настоящее, неприкрытое оскорбление чувств верующих, в том числе публичное, в том числе – в богослужебном здании, и в том числе – с незаконным воспрепятствованием богослужению? Это максимально возможное нарушение всех пунктов вышеупомянутого закона. Верующие в таких ситуациях просто не могут понять, что происходит и почему это происходит. Человек взял в руки Библию – почему ОМОН с автоматами, почему со мной обращаются как с преступником, почему тащат на допросы, штрафуют, возбуждают дела? Были случаи, когда в полицейских участках верующим угрожали расправой, избивали. Это настоящий театр абсурда, фарс, который не может происходить в обществе, где есть хоть какие-то законы и элементарная логика. Какой смысл принимать закон о защите чувств верующих, если верующих можно произвольно объявить экстремистами и затем оскорблять, сколько вздумается, словно они не люди и граждане своей страны? И, конечно же, никто и никогда не понес ответственность за эти оскорбления по статье 148 УК РФ. Оскорбление религиозных чувств – такая же манипулятивная статья, как и экстремистская деятельность. Обе сложно понять, и обе выборочно применяются для борьбы с неугодными группами граждан. Игра с огнем Итальянский социолог и директор Центра изучения новых религий Массимо Интровинье объясняет, к чему может привести политика, которую затевают сегодня в России борцы с инаковерующими: «То, что делают такие, как Дворкин Александр Дворкин, российский «сектовед» – А.Ч., – это очень опасно. Важно понимать, почему это опасно… Порой специалисты антикультовых движений консультируют правительство, и их грубые ошибки могут привести к трагедии на национальном и международном уровне, потому что они намеренно предоставляют ложную информацию. А ложная информация может стоить кому-то жизни». Ложная информация о свидетелях Иеговы в российском обществе пока никому не стоила жизни, но уже стоила здоровья. Случаи их избиений нетерпимыми фанатиками исчисляются десятками. Совсем недавно в Чите пожилой (!) свидетельнице Иеговы нанесли побои и переломы, причем нападавший признался, что причиной стала неприязнь к ее религии. В 2011 году в Иркутской области высокопоставленный чиновник вломился в дом к семье свидетелей Иеговы и угрожал расправой с помощью пистолета. В том же году в Кабардино-Балкарии в богослужебное здание верующих подбросили боевую гранату Ф-1 с выдернутой чекой, которая лишь чудом не взорвалась. Это лишь несколько примеров из множества, которые регулярно фиксируют верующие по всей стране. Каждый новый день может принести новые жертвы, и каждая следующая жертва может стать летальной. Вот они – реальные плоды игры в экстремизм, плоды разжигания в обществе вражды и ненависти на религиозной почве, что официально запрещается законодательством РФ, но что абсолютно безнаказанно осуществляется на территории РФ годами. Кому выгодно раздувать пламя насилия в результате целенаправленного отождествления мирных граждан с экстремистами? Кому выгодно искусственно формировать мифы, создавая в обществе виртуальную реальность, не имеющую никакого отношения к фактам? Ответ на эти вопросы: никому. Нагнетание ненависти и страха никому и никогда не было выгодно, и если кто-то хочет извлечь из этого нагнетания какие-то дивиденды, его ждет горькое разочарование. Если не сразу, то со временем. В начале 2016 года, после вынесения Генпрокуратурой РФ официального предупреждения Управленческому центру свидетелей Иеговы, стало окончательно ясно, что власти определились и с целями, и с методами. Весь сценарий легко читается, каждый следующий шаг предсказуем. Член Совета по правам человека при Президенте РФ Александр Верховский объясняет возможные последствия: «Если их руководящий орган – Управленческий центр – будет ликвидирован, то в соответствии с законом будут ликвидированы и местные организации. Но они же не прекратят верить, и тогда за участие в молитвенных собраниях их будут судить, как за это недавно судили „Свидетелей Иеговы“ в Таганроге, и осудили 16 человек, и несколько из них получили реальные сроки лишения свободы. То есть 100 тыс. человек у нас могут отдать под суд». Господин Верховский ошибается лишь с цифрой – свидетелей Иеговы в России примерно вдвое больше. А Фёдор Крашенинников, президент Института развития и модернизации общественных связей, недоумевает в чуть более крепких выражениях: «100 000 граждан России могут быть объявлены экстремистами только потому, что они верят в бога как-то не так, как гражданин Гундяев патриарх Кирилл – А.Ч. и его соратники. Ну приехали. Идиотизм какой-то». Может быть, это идиотизм, а может быть, и нет. Вполне возможно, что это продуманная политика, разработанная не самыми глупыми людьми. После вынесения прокурорского предупреждения свидетели Иеговы заявили: «Высшие должностные лица, которые добиваются ограничения свободы вероисповедания для сотен тысяч глубоко верующих граждан России, введены в заблуждение». Если они и правда введены в заблуждение, это значит, что кто-то их в него ввел. Большое количество должностных лиц в разных уголках страны не могут независимо друг от друга совершать одну и ту же ошибку. Это значит, что речь идет о спланированной кампании по дезинформации. И огромная проблема в том, что эта кампания чревата непредсказуемыми последствиями для общества. Очень сложно просчитать, что произойдет, если много лет целенаправленно учить одних людей ненавидеть других, да еще и закреплять это в законодательстве. Это настоящая бомба замедленного действия. «Недорепрессированные» Более старшее поколение свидетелей Иеговы сегодня испытывает дежавю – оно хорошо помнит, как все это происходило в СССР. Сегодня они с грустью шутят о возвращении старых добрых времен. В СССР в 1991 году свидетели были реабилитированы как жертвы политических репрессий и впервые получили официальную регистрацию. Власть признала, что эти репрессии были беспочвенными, основанными на чисто идеологических мотивах. Но вот мы видим, как реабилитация постепенно сворачивается, а репрессии возобновляются. Сменились лишь ярлыки: раньше это были «враги народа», сегодня – «экстремисты». Раньше сажали за «антисоветскую пропаганду», сегодня – за «экстремистскую деятельность». Например, 19 февраля 1951 года министр госбезопасности СССР Виктор Абакумов писал Сталину: «Органами МГБ в течение 1947–1950 годов было вскрыто и ликвидировано несколько антисоветских организаций и групп нелегальной секты иеговистов, проводивших активную вражескую работу… Однако оставшиеся на свободе сектанты-нелегалы продолжают вести активную антисоветскую работу и вновь предпринимают меры к укреплению секты». А вот – отрывок из предупреждения Генпрокуратуры РФ от 2 марта 2016 года: «Несмотря на принимаемые превентивные меры, в деятельности структурных подразделений Управленческого центра продолжают выявляться признаки экстремизма… Надлежащие меры к устранению причин и условий, способствующих их экстремистской деятельности, длительное время не принимаются… В случае неустранения в установленный срок допущенных нарушений… религиозное объединение подлежит ликвидации». Как говорится, новое – хорошо забытое старое. Отдельные термины поменялись, но суть осталась прежней, за тем лишь исключением, что раньше православная церковь сама была жертвой репрессий, а сегодня она в числе их вдохновителей. Некоторые считают, что история развивается по спирали, как правозащитник Лев Левинсон: «Можно смело предсказать, что через некоторое время свидетели Иеговы опять получат в России удостоверение жертв политических репрессий». Оптимизм – оптимизмом, но нынешняя ситуация крайне тревожна для всех, кто еще не отвык мыслить и верить самостоятельно, а не по указке сверху. Если можно запретить целую религию за неправильную литературу или неправильную Библию, это очень плохой знак для любых верующих, да и атеистов тоже. Свобода – она ведь одна для всех. Антон Чивчалов. Какую Библию запрещено запрещать? 26 апреля 2016 года в Выборге продолжится суд над Библией http://www.sclj.ru/analytics/comment/detail.php?ELEMENT_ID=6895 В России странным образом развиваются две противоположные тенденции. С одной стороны, принимаются законы, вроде бы защищающие верующих, но с другой, происходит именно то, что запрещается. Был принят закон об оскорблении чувств верующих – тут же началась массовая кампания по подбросу верующим улик против них. Thu, 07 Apr 2016 13:00:00 +0400 В России странным образом развиваются две противоположные тенденции. С одной стороны, принимаются законы, вроде бы защищающие верующих, но с другой, происходит именно то, что запрещается. Был принят закон об оскорблении чувств верующих – тут же началась массовая кампания по подбросу верующим улик против них. Другой пример: в ноябре 2015 года Госдума РФ приняла закон, запрещающий признавать Библию и другие священные писания экстремистскими, а уже в марте 2016 оказалось, что он существует только на бумаге. Когда дело дошло до реализации, случилось по принципу: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Ленинград-Финляндский транспортный прокурор Александр Сергеевич Ганихин подал в Выборгский городской суд иск с требованием признать экстремистской саму Библию! Издание, конфискованное у свидетелей Иеговы, известно как «Священное Писание – Перевод нового мира». Первое слушание по делу состоялось 15 марта 2016 года. Как и любой другой перевод Библии, это издание имеет свои сильные и слабые стороны. И к нему можно по-разному относиться. Однако это одно из самых распространенных в мире изданий Священного Писания, снабженное обширным исследовательским аппаратом. Оно издано более чем на сотне языков, опубликовано в виде аудиокниг и в шрифте для слепых. У него существуют различные редакции, включая расширенное с примечаниями, перевод-подстрочник, исследовательское онлайн-издание, мобильные приложения. Книга снабжена качественными иллюстрациями, схемами и картами. Всем этим пользуются десятки миллионов людей во всем мире, и, нравится это кому-то или нет, это помогает им удовлетворять свои духовные потребности. В 2016 году Россия может стать первой страной мира, в которой будет запрещен перевод Библии, что пополнит копилку печальных «рекордов» – в прошлом году Россия уже стала первым государством в мире, запретившей официальный сайт свидетелей Иеговы. Экспертное исследование, лежащее в основе выборгского иска, основано на следующем совершенно парадоксальном тезисе: поскольку данная Библия изучается в книге, которая ранее признавалась экстремистской, следовательно, Библия сама является экстремистской! И неважно, что свидетели Иеговы активно используют и другие переводы Библии, а в России они десятилетиями использовали официальный православный Синодальный перевод. Это все равно что говорить: поскольку данную книгу (любую) используют свидетели Иеговы, то она автоматически является экстремистской, даже если это сонеты Шекспира. Свидетели Иеговы объявляются эдакими переносчиками экстремизма, который передается всему, к чему они прикасаются. Но на основе такого подхода можно запретить и Синодальную Библию, стоит лишь найти какую-нибудь нехорошую группу, которая ее использует (можно вспомнить печально известных православных «пензенских сидельцев» в 2008 году, читавших Синодальный перевод). Можно запретить Коран, потому что на его суры ссылаются террористы. А еще, как известно из СМИ, террористы любят автомобили Toyota. Сама логика в стиле «нечто нужно запретить, потому что его используют плохие люди» довольно абсурдна. А если учесть, что свидетели Иеговы на протяжении столетия доказали свое безусловное миролюбие, жертвуя личной свободой и даже жизнью, чтобы ни на кого не поднимать оружие во имя каких бы то ни было идей, то данный подход можно считать едва ли не кощунственным. Это поднимает и другие вопросы, один из которых звучит так. Если «Перевод нового мира» окажется под запретом, то свидетели Иеговы естественным образом начнут использовать другие переводы, прежде всего Синодальный, и обучать своим (якобы экстремистским) идеям на основе уже этих переводов – что они и раньше делали в советские годы и до сих пор делают во многих странах. Означает ли это, что другие переводы тоже будут запрещены? Логика иска требует именно этого. Другое возможное следствие – запрет любой литературы, которая содержит цитаты из данной Библии, даже если они неотличимы по смыслу от Синодального перевода. Еще один вызывающий недоумение комментарий эксперта состоит в том, что Библия у свидетелей Иеговы «составлена таким образом, что позволяет транслировать иную, отличную от христианской традиции, систему вероучительных и нравоучительных текстов» (справка об экспертном исследовании, стр. 70). Невозможно понять, как в светском суде может рассматриваться подобная чисто богословская аргументация. Удовлетворение данного иска будет означать, что государство берет на себя функции религиозного арбитра, решающего, что соответствует «христианской традиции», а что – нет. И это в государстве, которое обеспечивает равенство всех религий перед законом и прямой запрет религиозной дискриминации. Примечательно, что в своем явно предвзятом исследовании «Перевода нового мира» эксперт ссылается на авторов, которые как раз-таки выступают против таких запретов: протодиакон РПЦ Андрей Кураев, библеист Андрей Десницкий и религиовед Сергей Иваненко. Так, Андрей Кураев, не соглашаясь со свидетелями Иеговы по ряду богословских положений (что естественно), в своем блоге очень жестко критикует запрет их литературы: «Сотый раз вынужден повторить: зачем рыть другому яму, пребывая в уверенности, что сам в нее не попадешь? Православные эксперты ищут криминал в иеговистских брошюрах с той же степенью азарта и бессовестности, с какой советские идеологи и сыщики выискивали крамолу в текстах православных проповедей. Но если устанавливаются такие критерии «экстремизма», то лишь политическая воля может ослепить взор Фемиды, не позволив ей заметить такой же экстремизм в словах православных изданий. А воля на то и воля, что может капризно меняться. Так стоит ли помогать реализации дурного закона?» Не может не удивлять, что все это происходит аккурат после принятия федерального закона, запрещающего признавать Библию экстремистской. В чем смысл этого закона, если любая Библия всегда может быть произвольно объявлена не-Библией? А в чем смысл закона о запрете чувств верующих, если у верующих могут отнять и очернить самое святое – Священное Писание, – и это не считается оскорблением? Власть одной рукой принимает законы, а другой де-факто отменяет их. Две руки живут самостоятельной жизнью без всякой синхронизации друг с другом. Для всех выгоднее жить в предсказуемом обществе с предсказуемыми законами, которые не просто принимаются, но применяются неким заранее известным способом. Иначе жизнь станет слишком похожа на игру в русскую рулетку. Библию опять в костер? Если мы встанем на путь запрета Библий, которые нам не нравятся, мы перейдем опасную черту, за которой нас ждут очень мрачные годы, похожие на Средние века. Тогда по всей Европе полыхали костры из разных Библий, которые тоже объявлялись неправильными, неканоническими и еретическими. Например, в XVI в. по всей Англии сжигали Библию в переводе Уильяма Тиндала. Сегодня на смену термина «ересь» пришел современно звучащий «экстремизм», но все остальное осталось неизменным. Мы по-прежнему видим, как «неправильным» верующим выкручивают руки, запрещая «неправильную» литературу, «неправильные» сайты и, вот теперь, «неправильную» Библию. Что будет дальше? Кем бы и как бы Библия ни использовалась, это совсем не то, что можно «шито-крыто» запретить с легкой подачи прокурора в каком-нибудь районном суде, будто речь идет о листовке на заборе или страничке ВКонтакте. «Лучше бы, конечно, государству не вступать на этот скользкий путь, потому что совершенно непонятно, куда он заведет», – комментирует член Совета при Президенте РФ по правам человека Александр Верховский. Он считает, что в случае удовлетворения выборгский иск создаст «очень большой скандал» и «перспективы для самых неожиданных запретов». Запрет любого отдельно взятого перевода Библии – очень тревожный звонок для миллионов христиан в России, которые тоже используют переводы, отличные от Синодального. На русском языке издано свыше 60 различных переводов Библии, полных или частичных. Они различаются целевой аудиторией, богословской ориентацией. Некоторые имеют выраженную концепцию. Какие-то переводы адаптированы для читателей из числа мусульман или иудеев. Часть переводов выполнены в поэзии и прозе. Часть снабжена мощным критическим аппаратом. Часть содержит второканонические или апокрифические вкрапления. В некоторых переводах есть лично имя Бога, например в форме «Иегова», как в православном Синодальном и «Переводе нового мира», а где-то оно повсеместно заменено на «Господь». Все это абсолютно нормально, потому что перевод Библии – это целая научная дисциплина. Ненормальное возникает тогда, когда власти с помощью судов и запретов принимаются решать, какие переводы хорошие, а какие плохие. Борьба с экстремизмом – это одно, но Библия – все же нечто совершенно иное. Нельзя ставить Библию в один ряд с «экстремистской литературой», ведь она обладает общепризнанным моральным, этическим и культурным авторитетом. Библия в разных переводах используется не только христианами для исповедания своей религии, но также учеными – для исследований и, кстати, создания новых, более качественных переводов. Означает ли выборгский процесс, что прокуроры отныне будут заглядывать, так сказать, на кухню библеистики и наводить там свои порядки? Что делать протестантам с их Современным переводом, переводом Кузнецовой или Заокского института? Как быть с другими православными переводами, например епископа Кассиана? У него тоже нет грифа «Одобрено Московской Патриархией». Как поступить с Российским библейским обществом? Что делать авторам различных научных и экспериментальных переводов, которые могут очень сильно отклоняться от «традиционных» и «канонических»? Никак не суды, а только читатели должны решать, какую Библию им читать. Сейчас суды хотят отнять у них это право. Данный процесс пока не очень известен, но все больше верующих разных конфессий начинают понимать, что он имеет к ним самое прямое отношение. В поиске экстремизма во всем, что движется, некоторые чиновники не видят границы допустимого и не хотят останавливаться ни перед чем. Выборгский иск наглядно покажет, каких еще масштабов может достичь в нашей стране охота на «неправильные» религии. Сегодня неправильной оказалась одна Библия, завтра ей может оказаться любая другая – со всеми вытекающими из этого последствиями для ее читателей. Евгения Смагина, известный переводчик Библии и сотрудник Института востоковедения, объясняет, почему с научной точки зрения столь тщетны и даже абсурдны попытки судебно запретить «плохие» Библии: «Каждый имеет право, если он достаточно компетентен в этом, переводить и толковать библейский текст. Другое дело, что другие имеют право его критиковать… Один совершенный перевод – было бы хорошо, но это невозможно, потому что в мире совершенства нет. А когда есть несколько альтернативных переводов, по которым можно что-то такое сказать, то это безусловное благо. В конце концов, перевод семидесяти толковников, судя по первоисточнику, так и делался. Они все переводили, а потом собирались и совещались, правильно ли перевели». Запрет «Перевода нового мира» повлечет за собой нарушение целого ряда конституционных прав десятков тысяч граждан России, исповедующих религию свидетелей Иеговы. Они станут первыми и (пока?) единственными гражданами страны, которым запрещено иметь собственное издание Библии. Всем можно, а им – нельзя. О какой свободе совести, вероисповедания и равенстве религий перед законом тогда можно говорить? Фактически вводится государственная цензура Библии. Библия – это не только религиозный текст, но и важное культурное достояние. Немногие знают, что свидетели Иеговы издали единственный полный перевод Библии на языках некоторых народов России, например, на осетинском и татарском. Его запрет приведет к тому, что граждане России будут лишены единственного текста Священного Писания на своем языке. Ограничение их в этих правах – дискриминация не только религиозная, но также культурная и языковая. Статья 28 Конституции РФ гарантирует каждому свободу «выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними». Свобода выбора религиозных убеждений включает и свободу выбора религиозных текстов, не спрашивая разрешения прокуратуры и не боясь оказаться за решеткой, и тем более, если речь идет о таком авторитетном тексте, как Библия. «Хочется верить и оставаться оптимистом, что подобного решения не будет», – подытоживает почетный адвокат России Владимир Ряховский. Антон Чивчалов. Дети мормонов или как избавиться от церкви http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7667 То ли в преддверии выборов, то ли после принятия знаменитого «пакета Яровой» российские полиция и следователи стали вдвойне подозрительно относиться к инаковерующим. Я, как социолог, изучающий современную религию в России, в последнее время постоянно слышу о штрафах в отношении миссионеров тех или иных неправославных движений. Во Владивостоке в трудное положение попала Церковь Иисуса Христа святых последних дней, то есть мормонов. Против члена общины — матери двоих малолетних детей, было возбуждено уголовное дело. Tue, 29 Aug 2017 14:00:00 +0400 То ли в преддверии выборов, то ли после принятия знаменитого «пакета Яровой» российские полиция и следователи стали вдвойне подозрительно относиться к инаковерующим. Я, как социолог, изучающий современную религию в России, в последнее время постоянно слышу о штрафах в отношении миссионеров тех или иных неправославных движений. Во Владивостоке в трудное положение попала Церковь Иисуса Христа святых последних дней, то есть мормонов. Против члена общины — матери двоих малолетних детей, было возбуждено уголовное дело. Ранее Церковь обвиняли в хранении порнографии. Эта история началась еще в августе 2016 года, когда полиция пришла в офисе этой Церкви и будто бы случайно обнаружила в библиотеке этой «нетрадиционной для России христианской конфессии», как сообщила пресс-служба УМВД, диски с кустарно выполненной обложкой с материалами порнографического характера. Представители Церкви выступили с обращением по поводу того, что действия сотрудников правоохранительных органов носили провокационный характер. То есть сразу возникло подозрение, что диски были подкинуты в церковную библиотеку намеренно. И, действительно, оказалось, что в значительной степени дело против мормонов было затеяно ради пропагандистских целей – несколько месяцев в новостях говорили о подозрениях в отношении Церкви.  Весной 2017 года в здании Церкви снова проводились обыски и проверки. Однако оказалось, что приход мормонов не исчез, а верующие в нем не испугались и не растворились в пространстве после того, как религиозной организации попытались испортить репутацию. 23 июля 2017 года, то есть в воскресенье, следователь следственного комитета Фрунзенского района г. Владивостока Лубенец В. А., сообщил члену Церкви Татьяне К. о том, что в отношении нее, а также адвоката Церкви, вдруг возбуждено уголовное дело по 2 ст. 294 УК РФ (воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования). Оказалось, что следствие по непонятным причинам решло, что во время одного из весенних обысков Татьяна К. и адвокат якобы могли спрятать что-то важное.  Очевидно, что следствие решило хотя бы на ком-то, так как за год по этому делу никого не смогли привлечь. Из двух подозреваемых только с Татьяны К. была взята подписка о невыезде. Беда обрушилась женщину, которую есть, чем шантажировать. Она – мать двоих детей, у одного из которых — врожденный порок развития нервной системы. В связи с этим ребенок периодически ездит на реабилитацию в Петербург. Вылет на очередную реабилитацию был назначен на 24 июля, а в следственный комитет Татьяну К. вызвали 23 июля — в воскресенье вечером. Следователь, как заявляет сама верующая, сказал ей, что если она признает свою вину, то ее тут же отпустят, а до тех пор выезд будет запрещен. Помимо этого, Татьяна К. занимается в Церкви регистрацией иностранных граждан и оформлением виз, и видимо, она лучше всего подошла бы, по мнению правоохранительных органов, на роль виновной. Естественно, что женщина не стала соглашаться на уголовную судимость. Но правоохранители дали понять, что они могут добраться и до детей мормонов.   Получается, что двое детей члена общины стали заложниками жестокой религиозной политики властей в Приморском крае. В других регионах молодых волонтеров из штата Юта, приезжавших в церкви, объявляли в местной прессе врагами и шпионами, и депортировали под разными предлогами. Мормоны – религиозное движение, основанное пророком Джозефом Смитом в США, а с 1991 года является зарегистрированной и одной из самых образцовых в плане соблюдения закона организацией. Именно поэтому против ее членов (граждан РФ) применяются столь изобретательные методы психологического давления. Интересно, будут ли опробовать подобные методы на новом после США в России Джоне Хантсмане, также члене Церкви мормонов? Роман Лункин. Блоги "Эхо Москвы": http://echo.msk.ru/blog/romanlunkin/2025798-echo/  Больше двух не собираться? Интервью с адвокатом и членом Совета по правам человека при Президенте РФ Владимиром Ряховским http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7369 Религиозные группы, которые уведомили о свое существовании, также должны выдавать документы своим миссионерам. Но в реальности полиция и суды стали требовать, чтобы любые группы уведомляли о своем существовании. Так ли это и что делать верующим, которые собираются вместе помолиться или провести какой-либо обряд, порталу «Религия и право» пояснил адвокат и член Совета по правам человека при Президенте РФ Владимир Ряховский. Thu, 15 Dec 2016 14:00:00 +0400 Федеральный закон от 6 июля 2016 г. N 374-ФЗ (Закон Яровой) принимался ради обеспечения общественной безопасности. Поправки, касающиеся верующих и религиозных объединений, вступили в силу 20 июля 2016 года. Закон внес изменения в Закон о свободе совести (Глава III-1. Миссионерская деятельность. Статья 24-1. Содержание миссионерской деятельности. Статья 24-2. Порядок осуществления миссионерской деятельности), в Кодекс об административных правонарушениях (в статье 5.26 КоАП РФ) и в Жилищный кодекс РФ (часть 3 статьи 17 и статья 22 часть 3-2). Санкции предусматривают штрафы для граждан до 50 тысяч, а для организаций до 1 млн рублей.  Трактовка этого закона и практика его применения показала, что он может иметь самое широкое действие, его положения можно применить, к кому угодно. Большинство верующих и чиновников восприняло возможные последствия закона более или менее однозначно. Во-первых, каждый верующий, говорящий о Боге вне культового здания от имени религиозного объединения, должен иметь при себе документ от организации. Однако в ходе вебинаров Славянского правового центра адвокаты не раз говорили, что конституционное право на личное исповедание веры и распространение убеждений сохраняется и «миссионерской деятельностью» в смысле Закона является не личная проповедь, а лишь миссия от имени религиозного объединения.  Во-вторых, религиозные группы, которые уведомили о свое существовании, также должны выдавать документы своим миссионерам. Но в реальности полиция и суды стали требовать, чтобы любые группы уведомляли о своем существовании. Так ли это и что делать верующим, которые собираются вместе помолиться или провести какой-либо обряд, порталу «Религия и право» пояснил адвокат и член Совета по правам человека при Президенте РФ Владимир Ряховский.  Р.Л.: Во время полевых социологических исследований в российских регионах сотрудники администраций, отвечающие за взаимодействие с религиозными объединениями, настаивают на том, что группы верующих должны регистрироваться. Некоторые чиновники даже используют различные методы для того, чтобы принудить религиозную группу уведомить о своем существовании. Получается, после принятия Закона Яровой просто так собираться уже нельзя?  В.Р.: Логика обязательной регистрации религиозных групп в корне порочна и не соответствует закону. Согласно Конституции РФ (ст.28) есть право, гарантированное каждому — свободно исповедовать и распространять свои убеждения. Конкретизирует это конституционное право Закон о совбоде совести. В п.1 ст.3 подробно расписано, что означает право на свободу совести. В связи с тем, что в настоящее время возникает масса интерпретаций этого права, стоит привести этот пункт ст.3 Закона о свободе совести полностью:  «В Российской Федерации гарантируются свобода совести и свобода вероисповедания, в том числе право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, совершать богослужения, другие религиозные обряды и церемонии, осуществлять обучение религии и религиозное воспитание, свободно выбирать и менять, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними, в том числе создавая религиозные объединения».  Таким образом, закон подробно описывает все виды религиозной активности, отмечая, что это активность может происходить не только в рамках объединений, а В ТОМ ЧИСЛЕ, в виде создания религиозных объединений.  Согласно российскому законодательству, создание религиозного объединения является правом, а не обязанностью верующих. Р.Л.: Вместе с тем, в Законе о свободе совести говорится, что объединения существуют в виде групп и организаций. Ничего другого не предусмотрено. Что такое религиозная группа тогда?  В.Р.: Закон о свободе совести (ст.7), действительно, описывает религиозную группу в качестве одного из видов объединений верующих, существующих без права юридического лица. Религиозная группа сама может уведомить о своем существовании. Кроме того, предусмотрено, что централизованная организация также может представить в Минюст РФ сведения о религиозных группах, обозначив начало их деятельности.  Но я полагаю, что все нормы надо рассматривать в совокупности, то есть все положения Закона о свободе совести с нормами Конституции РФ. А эти нормы говорят, что обязанности уведомлять или регистрировать группы верующих нет. Стремление прописать в законодательстве неформальные образования по религиозному признаку, обязав их регистрироваться, приведет к абсурдным ситуациям.  Если я встречаюсь со своим соседом, чтобы обсудить богословские вопросы, то это группа. Моя семья — это тоже группа. Два молящихся человека — это группа. И я каждый раз должен уведомлять о семейной молитве? Это абсурд.  Даже в советское время не было такого требования — уведомлять о любой встрече по религиозным мотивам.  Р.Л.: В рамках уже около двадцати административных дел, которые были возбуждены по незаконной миссионерской деятельности, значительная часть связана с миссией якобы религиозных групп. Дело в том, что полицейский или судья видят, что де факто проповедует и приглашает верующих группа, да и выглядит их проповедь как «миссионерская деятельность». Что делать?  В.Р.: Давайте начнем с самого начала. Регистрацию по нашему законодательству проходит религиозная организация. Если группа верующих намерена действовать на правах религиозной группы, т.е. без регистрации и приобретения статуса юридического лица, то она уведомляет органы власти о своем существовании.  Порядок регулирования миссионерской деятельности относится к тем объединениям (религиозным организациям и группам), полномочия которых подтверждены. Таким образом, определение миссионерства в Законе Яровой не касается исповедания и распространения веры отдельными гражданами, как лично, по отдельности, так и совместно. Подобная позиция была подтверждена также и Правовым управлением Администрации Президента РФ (ответ на запрос верующих был получен еще в июле 2016 года).  Опять же должна быть совокупность всех признаков для того, чтобы могло применяться определение миссионерской деятельности в смысле Закона Яровой.  С моей точки зрения, должно быть очевидным, что религиозная группа становится таковой только после того, как она уведомила органы юстиции о своем существовании (по своему желанию). После этого группа может принять решение общим собранием, что она кому-либо выдает документ на ведение миссионерской деятельности. Просто несколько верующих в доме или в квартире не являются «религиозной группой», а следовательно, не могут и не имеют права по закону выдать никакого документа на миссионерство.  Собрание верующих граждан, не уведомивших органы власти о том, что они религиозная группа, не являются субъектом миссионерской деятельности. К ним не может применяться Закон Яровой в части контроля миссионерской деятельности. В противном случае, даже двое людей уже должны подавать уведомление о своей «религиозной деятельности».  В Законе о свободе совести четко обозначено, что на ведение миссионерской деятельности полномочия должны давать организации и группы (подразумевается, что это группы, подавшие уведомление, у которых есть общее собрание, руководящие органы). Отдельно регулируется проповедь иностранных граждан, которые могут заниматься миссионерством от имени организации, которая их приглашает.  Р.Л.: Но вопреки распространенному мнению граждане РФ и иностранцы вполне могут проповедовать лично от себя?  В.Р.: Закон не ограничивает права граждан на проповедь и миссионерство, если это происходит не от имени религиозной организации или группы. Уже есть целый ряд судебных решений, оправдывающих граждан, которые в личном качестве говорили о вере и распространяли свою литературу. Были оправданы евангельские верующие, которые раздавали Новый Завет в электричке на Ярославском вокзале. В Калининграде в нескольких судах были оправданы верующие - было отказано в вынесении постановлений по четырем административным дела в отношении Свидетелей Иеговы, рассказывавших о своей вере. Суды отметили, что закон «О свободе совести» не содержит запрета на распространение личного религиозного опыта и общение на религиозные темы. Деятельность верующих, которые просто хотели реализовать свое право на распространение своих религиозных взглядов, не содержит совокупности признаков миссионерской деятельности, установленных законом, а поэтому не может рассматриваться как миссионерская. Решения в пользу верующих в ЛУ ОВД Ярославского вокзала и мировыми судьями Калининграда были приняты в ноябре 2016 года.  Вместе с тем, были и будут неправильные трактовки Закона Яровой, как в случае с баптистом Дональдом Оссервааде из Орла, который проводил собрание по чтению Библии на дому. В Орле органы юстиции сообщили суду, что никакой религиозной группы во главе или с участием Оссервааде не существует. Только на этом основании уже можно было ставить точку. Баптист не является субъектом правонарушения. Более того, даже в приглашениях на свою библейскую группу Дональд писал, что он является просто лично баптистом-проповедником. Но суд оштрафовал его на 40 тысяч рублей.  Другой вопиющий пример — дело африканцев, выходцев из Ганы, которые обучаются в Твери. Студенты — протестанты пятидесятнического направления - собирались на молитву и богосужения, за что были оштрафованы. Во-первых, органы юстиции также предоставили суду сведения о том, что такой религиозной группы, уведомившей о своем существовании нет. Во-вторых, как иностранные граждане, временно пребывавшие для обучения в России, африканцы даже не имели права создать религиозную группу. А значит, даже если бы захотели, не смогли бы выдать документ о полномочиях миссионера своему лидеру.  Во время консультаций по Закону Яровой я неоднократно говорил, что проповедь и миссия в христианском понимании, в рамках богословия, и определение миссионерской деятельности в Законе — это разные вещи. Именно это надо доказывать сотрудникам полиции и в ходе судебных разбирательств, занимая четкую и жесткую позицию.  Р.Л.: Попытка регулировать миссионерскую деятельность все равно оставляет слишком много вопросов, а значит и возможностей для злоупотреблений. Это и запрет на миссионерство в жилых помещениях, и в целом существование домашних групп верующих в самых разных церквях. У всех верующих — от протестантов до мусульман — также вызывает беспокойство порядок уведомления о существовании религиозной группы. Не совсем понятно, какие сведения предоставлять, какой список участников группы подавать в органы юстиции. В.Р.: В законе сказано, что в уведомлении указываются участники религиозной группы. И к этому всегда можно придраться, так как может быть указано пять человек, а во время собрания проверяющие органы обнаружат 10 или 15. Но ответственности за это не предусмотрено, то есть религиозную группу нельзя наказать.  Безусловно, в законе отмечается, что нельзя миссионерствовать в жилых помещениях, за исключением в случае проведения обрядов, церемоний, богослужений. И получается, что в смысле закона обряд в жилом помещении, молитва — могут и не являться миссионерской деятельностью. Также и собрание домашней группы, где может читаться Библия — это также форма обрядов, церемоний, богослужений.  Следует заметить, что если домашняя группа — от религиозной организации, то есть верующие зарегистрированной церкви посещают и общее богослужение и еще собираются на дому, то это деятельность религиозной организации. Лидер такой группы должен иметь документ от организации, где подтверждаются его полномочия на миссионерскую деятельность. На собрания таких домашних групп могут вполне приглашаться люди, не принадлежащие к данной конфессии, вообще неверующие. Но я бы не советовал абсолютно всем членам группы или организации выдавать документ о полномочиях миссионера. Кто-либо вольно или невольно может подставить организацию или группу, а за это грозит большой штраф.  Беседовал Роман Лункин,  главный редактор портала «Религия и право». Об ограничении пространства свободы высказывания http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7221 Совет по правам человека (СПЧ) при президенте России намерен вступиться за задержанных и наказанных штрафами и общественными работами активисток «Голоса Беслана», обвинивших власти страны в гибели детей в школе № 1 в 2004 году. Tue, 06 Sep 2016 17:00:00 +0400 Совет по правам человека (СПЧ) при президенте России намерен вступиться за задержанных и наказанных штрафами и общественными работами активисток «Голоса Беслана», обвинивших власти страны в гибели детей в школе № 1 в 2004 году. Митрополит Екатеринбургский и Верхотурский Кирилл (Наконечный) заявил, что готов «взять на поруки» блогера Руслана Соколовского. Его арестовали после того, как он разместил в Интернете видеоролик, на котором играет в Pokemon GO в екатеринбурском Храме на Крови. Голосов, призывающих систему разжать хватку и в случае с Бесланом, и в случае с Екатеринбургом, хватает, но совсем не факт, что сама система к ним прислушается. Де-факто мы наблюдаем за тем, как ограничивается, сокращается поле свободы высказывания, причем высказывания политического и критического. Опыт показывает, что спор о юридической стороне вопроса бесполезен, потому что стороны разговаривают на разных языках. Стороне, которая задерживает, карает или поддерживает это, невозможно доказать, что человек наказывается за высказывания, поскольку официально он обвиняется в сопротивлении полиции, нарушении законодательства о митингах, экстремизме или оскорблении чувств верующих. По этой логике, если в Уголовном кодексе не предписано наказание за политические высказывания, значит, и на практике этого происходить не может. В первом пункте 29-й статьи Конституции каждому гражданину Российской Федерации гарантируется свобода мысли и слова. Во втором пункте запрещается пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Дух Конституции предполагает такое развитие законодательства, в том числе уголовного, при котором все возможные ограничения свободы слова прописываются максимально четко. На практике же законодательство в последние годы развивается так, чтобы запретное поле было максимально широким, а термины расплывчатыми. Основным интерпретатором закона в России является власть. Она чаще всего интерпретирует его так, чтобы граждане могли ограничиваться в правах «на законных основаниях», а не наоборот – чтобы они могли как можно чаще и свободнее пользоваться своими конституционными правами. Понятия, содержащиеся в законах, обессмысливаются и дискредитируются. Экстремизм вызывает страх и отторжение, если речь идет о радикале, закладывающем бомбу, захватывающем заложников, устраивающем погром, распространяющем призывы к физической расправе. Если же речь идет о блогере, который ловит в церкви покемонов, то экстремизм постепенно становится понятием чуть ли не анекдотическим. То же самое происходит и с чувствами верующих. Их диапазон оказывается предельно широким – и именно поэтому власть охотно пользуется такого рода понятийным инструментарием: наказать за оскорбление религиозных чувств можно любого, кто высказался на тему религии. Бесланских активисток обвинили в нарушении законодательства о митингах. Совершенно непонятно, как практически можно исполнить требования такого законодательства и при этом реализовать собственное право на свободу высказывания. Обвинение в адрес власти (справедливое или нет – отдельный разговор) является политическим высказыванием, для него важны время и место. Эти время и место необходимо согласовывать с той самой властью, которую обвиняют протестующие. Получается замкнутый круг, безболезненный выход из которого один – молчать. Можно выступать против власти, но делать это там и в такой форме, чтобы она сама не возражала. Можно негативно относиться к современному состоянию и деятельности Церкви, но высказывать свое недовольство лучше так, чтобы не задеть чувства верующих, то есть желательно никак. Гарантированными Конституцией правами и свободами в России пользоваться крайне затруднительно. источник: НГ   Опрос Левада-Центра показал, что употребление слов «секта» и «сектанты» формирует атмосферу враждебности и ненависти http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7089 Всероссийский опрос Левада-Центра, проведенный в 2016 году, свидетельствует о том, что понятия «секта» и «сектанты» воспринимаются резко негативно в общественном сознании. Fri, 24 Jun 2016 12:00:00 +0400 Всероссийский опрос Левада-Центра, проведенный в 2016 году, свидетельствует о том, что понятия «секта» и «сектанты» воспринимаются резко негативно в общественном сознании. Более того, они формируют враждебное отношение ко всем, к кому этот термин применяется. На первом месте среди характеристик сектантства респонденты поставили мошенничество (40%), второе и третье места (по 30%) поделили такие качества как безумие и создание преступного сообщества. Почти 12%, естественным образом, после такого рода ассоциаций ощущают ненависть и вражду, а почти 22% хотят исключить их из общества. Только 13 % признались в том, что эти образы и ассоциации созданы средствами массовой информации, хотя, очевидно, что абсолютное большинство подобных характеристик заимствованы из прессы и телевидения. В рамках столь враждебной атмосферы лишь 7 % считают, что употребление этих понятий неприемлемо. Тогда как 6% готовы, несмотря ни на что, называть «сектантами» неправославных христиан. Руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН Роман Лункин подчеркнул, что социологический опрос выявил атмосферу страха и невежества, которую создает постоянное употребление слов «секта» и «сектанты» в СМИ по поводу и без повода. В массовом сознании, во-первых, отсутствует представление о том, кого считать «сектами», а кого нет. Сектантство стало именем нарицательным для преступной деятельности и какого-либо рода сумасшествия. Кроме того, готовность отнести к сектам неправославных христиан говорит о том, что обычный гражданин даже не знает, могут ли обладать правами другие христиане, кроме представителей Русской православной церкви. Лишь 3,6% считают, что «сектанты» - это обычные законопослушные граждане. На фоне общей враждебности и ненависти данная характеристика означает осознание того, что СМИ целенаправленно очерняют законопослушных верующих. Интересные факты опроса (отличия от общих показателей) 72 % из числа верующих – женщины Самыми верующими себя считают руководители и пенсионеры (по 72%) 16 % назвали себя колеблющимися по отношению к вере (больше всего в Москве – 24% и в группе от 18 до 24 лет – 21%) Больше всего колеблющимися по отношению к вере считают себя служащие (21%) Больше всего атеистов среди учащихся и студентов (18%) Больше всего неверующих среди предпринимателей – 16% 11% предпринимателей считают, что неприемлемо употребление понятий «секта» и «сектанты» Больше всего атеистов – 13% - в группе от 18 до 24 лет Меньше всего за запрет деятельности сект и сектантов выступают в группе от 18 до 24 лет, люди с образованием ниже среднего и те, кто живет на селе В основном, с мошенничеством связывают образ сектантов в Москве Самый высокий уровень враждебности и ненависти по отношению к сектам и сектантам – в Москве (19%) Самый высокий уровень враждебности и ненависти по отношению к сектам и сектантам – среди домохозяек и учащихся (18% и 17%) Самый низкий уровень враждебности и ненависти по отношению к сектам и сектантам – среди предпринимателей (7 %) Предприниматели меньше всего выступают за запрет деятельности сект (15%) Руководители отметили, что их образ сект сформирован, главным образом, телевидением и прессой (18%) Опрос по репрезентативной выборке населения России, 1602 человека в возрасте 18 лет и старше, проведен весной 2016 года Левада-Центром Всего Число опрошенных 1602 1, КАКОЕ ИЗ СЛЕДУЮЩИХ СУЖДЕНИЙ БОЛЬШЕ ВСЕГО ВАМ ПОДХОДИТ? 1, Я считаю себя верующим 60,4 2, Я считаю себя колеблющимся 16,1 3, Я считаю себя неверующим 9,9 4, Я считаю себя атеистом 7,7 5, другое 0,3 9, затрудняюсь ответить 5,5 нет ответа: 0 2, ВЫБЕРИТЕ ИЗ ЭТОГО СПИСКА УТВЕРЖДЕНИЙ ВСЕ, С КОТОРЫМИ ВЫ СОГЛАСНЫ 1, Слова "секта" и "сектанты" являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо 6,8 2, Слова "секта" и "сектанты" употребляются православными в отношении неправославных христиан, а поэтому это приемлемо для всех 6,1 3, Слова "секта" и "сектанты" ассоциируются у меня с преступным сообществом 31 4, Слова "секта" и "сектанты" ассоциируются у меня с мошенничеством 40,2 5, Слова "секта" и "сектанты" ассоциируются у меня с безумием и гипнозом 31,1 6, Слова "секта" и "сектанты" вызывают у меня чувство ненависти и враждебности по отношению к тем, кого называют "сектой" и "сектантами" 11,6 7, Слова "секта" и "сектанты" ассоциируются у меня с их образами в телевизионных программах и публикациях в газетах и журналах 13,1 8, Считаю, что секты и сектанты не должны иметь права проповедовать свою веру, обучать последователей и собирать пожертвования на религиозные нужды 21,8 9, Слова "секта" и "сектанты" ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами 3,6 10, затрудняюсь ответить 10,1 В апреле-мае 2016 года на эту же тему был проведен опрос, в котором приняли участие несколько десятков специалистов в области религии. Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. Однако часть исследователей отметила, что отношение Русской Православной церкви к данному термину вряд ли изменится. Среди утверждений, предложенных на выбор, большая часть опрошенных выбрала следующее: «Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо». Наряду с этим, значительная часть принявших участие в опросе отметило также утверждение: «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года был также проведен интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России». В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты».  Профессор Александр Залужный: «В профессиональном сообществе из уважения к свободе совести и вероисповедания слово «секта» употребляться не должно» http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7088 «Слово «секта» - греческого происхождения. Означает "школа", "учение" и никакого отрицательного смысла оно изначально не имело. Fri, 24 Jun 2016 11:00:00 +0400 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. Однако часть исследователей отметила, что отношение Русской Православной церкви к данному термину вряд ли изменится. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Среди утверждений, предложенных на выбор, большая часть опрошенных выбрала следующее: «Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо». Наряду с этим, значительная часть принявших участие в опросе отметило также утверждение: «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Портал «Религия и право» обратился с просьбой в форме краткого комментария ответить на вопрос: Ваше восприятие понятий "секта" и "сектанты" - влияние на общество и его настроения по отношению к верующим в целом (в свободной форме), их социальности или асоциальности, как воспринимают эти понятия разные категории населения, власть и общество? Представляем Вашему вниманию отклик на наш опрос. Александр Залужный, профессор Кафедры национальной безопасности факультета национальной безопасности РАНХиГС: «Слово «секта» - греческого происхождения. Означает "школа", "учение" и никакого отрицательного смысла оно изначально не имело. В словаре Даля находим уже несколько иное значение, а именно: братство, принявшее свое, отдельное учение о вере; согласие, толк, раскол или ересь. То есть, он во втором варианте уже вкладывает в это слово определенный отрицательный смысл. При этом полагает, что слово это французское. Понятие «секта» широко использовалось в атеистической литературе по отношению к протестантским объединениям, религиозным движениям российского и иного происхождения. Поскольку в обществе сложилось отрицательное и даже оскорбительное отношение к пониманию смысла этого слова, полагаю, что в профессиональном сообществе из уважения к свободе совести и свободе вероисповедания оно употребляться не должно». Порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года был также проведен интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России». В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты».  Эксперты: Отношение Русской православной церкви к термину «секта» вряд ли изменится http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7081 Часть исследователей отметила, что отношение Русской Православной церкви к данному термину вряд ли изменится. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Thu, 23 Jun 2016 2:00:00 +0400 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. Однако часть исследователей отметила, что отношение Русской Православной церкви к данному термину вряд ли изменится. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Среди утверждений, предложенных на выбор, большая часть опрошенных выбрала следующее: «Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо». Наряду с этим, значительная часть принявших участие в опросе отметило также утверждение: «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Портал «Религия и право» обратился с просьбой в форме краткого комментария ответить на вопрос: Ваше восприятие понятий "секта" и "сектанты" - влияние на общество и его настроения по отношению к верующим в целом (в свободной форме), их социальности или асоциальности, как воспринимают эти понятия разные категории населения, власть и общество? Представляем Вашему вниманию отклик на наш опрос. Портал «Религия и право» также публикует отзыв эксперта, пожелавшего остаться анонимным: «В преподавании курсов "социологии религии" мы часто используем понятие "секта", рассматривая теории Вебера - Трельча и все последующие. Относимся к термину спокойно. В курсе "Религия и право" изучаем, в частности, аспекты дореволюционного и советского законодательства, касаясь использования понятия "секта". Говоря о современном законодательстве РФ, указываем, что данное понятие в законе не фигурирует. Отношение Русской Православной церкви к данному термину не изменилось и вряд ли изменится. Что обусловлено их тысячелетней историей, что естественно и понятно. Это вопросы к ним». Порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года был также проведен интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России». В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты».  Оксана Куропаткина: «Власть с подозрением смотрит на любые непривычные организованные группы и предпочитает их на всякий случай запретить» http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7080 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. Thu, 23 Jun 2016 2:00:00 +0400 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. Однако часть исследователей отметила, что отношение Русской Православной церкви к данному термину вряд ли изменится. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Среди утверждений, предложенных на выбор, большая часть опрошенных выбрала следующее: «Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо». Наряду с этим, значительная часть принявших участие в опросе отметило также утверждение: «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Портал «Религия и право» обратился с просьбой в форме краткого комментария ответить на вопрос: Ваше восприятие понятий "секта" и "сектанты" - влияние на общество и его настроения по отношению к верующим в целом (в свободной форме), их социальности или асоциальности, как воспринимают эти понятия разные категории населения, власть и общество? Представляем Вашему вниманию отклик на наш опрос. Оксана Куропаткина, кандидат культурологии, старший научный сотрудник Центра изучения и развития межкультурных отношений. Преподаватель Библейско-богословского института св. Андрея, Российской академии народного хозяйства и государственной службы: «Секта – религиозная община, исповедующая непривычные для населения взгляды и требующая резкого разрыва с привычным для человека миром. Влияют на общество и как очередной взрыв религиозного творчества, и как зеркало – в сектах и особенно в их восприятии отражаются самые глубинные страхи общества. Могут быть и асоциальными, и социальными – последнее происходит, когда секта переживает социальную адаптацию. Население в основном считает секты не религиозной, а обычной коммерческой мошеннической структурой, верующие – заблуждающимися маргиналами. Власть с подозрением смотрит на любые непривычные организованные группы и предпочитает их на всякий случай запретить». Порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года был также проведен интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России». В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты».  Ведущие ученые оценили употребление слов «секты» и «сектанты» в масс-медиа http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7078 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Thu, 23 Jun 2016 2:00:00 +0400 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Среди утверждений, предложенных на выбор, большая часть опрошенных выбрала следующее: «Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо». Наряду с этим, значительная часть принявших участие в опросе отметило также утверждение: «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Портал «Религия и право» обратился с просьбой в форме краткого комментария ответить на вопрос: Ваше восприятие понятий "секта" и "сектанты" - влияние на общество и его настроения по отношению к верующим в целом (в свободной форме), их социальности или асоциальности, как воспринимают эти понятия разные категории населения, власть и общество? Представляем Вашему вниманию отклик на наш опрос. Екатерина Элбакян, религиовед, доктор философских наук, профессор кафедры социологии и управления социальными процессами Академии труда и социальных отношений, эксперт в сфере государственно-конфессиональных отношений: «Мое восприятие, как религиоведа, секта - это тип религиозной организации, а сектанты - сторонники этой организации - абсолютно без каких-то эмоций и негативных оценок. Мое восприятие как гражданина, живущего в стране, где преследуются религиозные меньшинства, именуемые сектами, исключительно негативное. Считаю, что жонглирование данным термином, вне контекста типологизации религиозных организации, всегда несет в себе негативный смысл, является уничижительным для верующих и зачастую используется в отношении организаций, не являющихся, с точки зрения религиоведения, сектами, не отвечающими признакам секты. Население, власть и общество, находящееся под влиянием непрофессиональных СМИ, воспринимают секту и сектантов однозначно негативно. Собственно, большинство из тех, кого именуют сектантами, социально весьма активны (а один из признаков секты, как известно, «уход от мира», то есть асоциальность)». Сергей Иваненко, религиовед, доктор философских наук: «В современных условиях сектой называют религиозную организацию, не имеющую достаточно прочных связей с элитой общества. Я не употребляю этот термин по отношению к современным сообществам, так как он имеет оскорбительный характер». Анатолий Лещинский, доктор философских наук, профессор Казанского федерального университета: «Восприятие упомянутых понятий и действий, выражающихся в них, зависит от многих факторов - пропаганды в негативистской коннотации, рецидивов асоциальности, влияния и понимания на индивидуальном уровне и т.д. Однако самое важное в деятельности последователей так называемых сект - нарушают они гражданский закон или нет. С этого надо начинать, их восприятие». Порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года был также проведен интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России». В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты».  Интернет-опрос показал, что «сектантами» называют законопослушных граждан http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7077 Определение «секты» является оскорбительным, а «сектантами» называют, как правило, законопослушных граждан. Такой вывод можно сделать из интернет-опроса «Образ сект и сектантства в России», который был проведен порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года. В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Thu, 23 Jun 2016 2:00:00 +0400 Определение «секты» является оскорбительным, а «сектантами» называют, как правило, законопослушных граждан. Такой вывод можно сделать из интернет-опроса «Образ сект и сектантства в России», который был проведен порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года. В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты». Комментируя интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России», руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН Роман Лункин подчеркнул, что итоги опроса ярко демонстрируют напряженность, которую сеют антисектантские кампании в прессе. Безусловно, учитывая аудиторию портала «Религия и право», в опросе принимали участие и эксперты, и верующие, которых часто называют «сектантами». Согласно сложившейся в России практике, от борьбы с сектами и сектантами страдают не столько новые религиозные движения (за исключением Свидетелей Иеговы), сколько неправославные христианские церкви. В антисектантских фильмах и сюжетах на телевидении, наряду с «сатанистами», упоминаются баптисты и пятидесятники и харизматы, адвентисты. Именно с этим связано то, что в рамках интернет-опроса, в котором принимали участие и христиане различных конфессий, лишь у 4% сектанты вызывают ненависть, но большинство, при этом, против употребления слов «секта» и «сектанты» как оскорбительных. 8% признают, что «сектантами» называют совсем не преступников, а именно неправославных христиан. В сумме 7% ответов касаются абсолютного неприятия сектантов вследствие создания преступного образа сект в массовом сознании. По словам Романа Лункина, создается довольно противоречивый образ «сект» и «сектантов» - в сознании людей они ассоциируются, в основном, с преступниками, но используются в отношении обычных граждан. Такого рода ситуация в общественном сознании сложилась в результате массовых кампаний против христианских церквей, не принадлежащих к РПЦ. Эти кампании проводились с конца 1990-х годов православными активистами, а в настоящее время тема «сект» поднимается депутатами Госдумы РФ, которые хотят дать определение «сектантству». Образ сект и сектантства в России (май-июнь 2016 года) 35% Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо 14% Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами 11% Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с мошенничеством 11% Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с безумием и гипнозом 8% Слова «секта» и «сектанты» употребляются православными в отношении неправославных христиан, а поэтому это приемлемо для всех 7% Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с преступным сообществом 6% Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с их образами в телевизионных программах и публикациях в газетах и журналах 4% Слова «секта» и «сектанты» вызывают у меня чувство ненависти и враждебности по отношению к тем, кого называют «сектой» и «сектантами» 3% «Секты» и «сектанты» не должны иметь права проповедовать свою веру, обучать последователей и собирать пожертвования на религиозные нужды 1% затрудняюсь ответить Профессор Сергей Лебедев: «Отношение к верующим в светском обществе определяется тем, насколько они воспринимаются в свете стереотипа «секты» или вне его» http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7071 В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Wed, 22 Jun 2016 12:00:00 +0400 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Среди утверждений, предложенных на выбор, большая часть опрошенных выбрала следующее: «Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо». Наряду с этим, значительная часть принявших участие в опросе отметило также утверждение: «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Портал «Религия и право» обратился с просьбой в форме краткого комментария ответить на вопрос: Ваше восприятие понятий "секта" и "сектанты" - влияние на общество и его настроения по отношению к верующим в целом (в свободной форме), их социальности или асоциальности, как воспринимают эти понятия разные категории населения, власть и общество? Представляем Вашему вниманию отклик на наш опрос. Сергей Лебедев, социолог, религиовед, профессор НИУ «БелГУ»: «Секта воспринимается мной как специфический тип религиозного объединения, для которого характерны: преобладающая закрытость (искусственные барьеры на границах с внешним миром и высокий «порог» включения новых членов извне); высокая степень притязаний – комплекс исключительности (избранная часть человечества, «святые», «соль земли»); высокая степень вмешательства коллектива / лидеров в личный жизненный мир рядовых членов объединения; соответствующие психологические особенности вовлечённых в объединение людей (т.н. «сектантская психология»). Степень социальности – асоциальности секты и вовлечённых в неё лиц может варьироваться в довольно широких пределах: от сильной десоциализации в отношении «большого общества» до высокой степени социализированности в нём, с определёнными существенными ограничениями, вытекающими из учения и жизненных практик данного религиозного объединения; напротив, внутренняя (внутри объединения) социализированность вовлечённых лиц – сектантов стабильно очень высока. Представители «большого общества» в связи с этим испытывают в отношении секты закономерную напряжённость и недоверие, которые при соответствующих условиях легко перерастают в негативное отношение. Думаю, что до известной степени отношение к верующим в светском обществе определяется тем, насколько они воспринимаются в свете стереотипа «секты» или вне его. Если они достаточно активно и зримо проявляют свою религиозность, такой стереотип, как правило, «включается», даже когда соответствующее религиозное объединение не называется «сектой». В России сегодня бОльшая часть населения воспринимает понятия «секты» и «сектанты» негативно, различие этого восприятия только в степени и оттенках. То же самое можно сказать и об органах власти. Влияние стереотипов, берущих начало ещё в советской атеистической пропаганде (а возможно – и в дореволюционных официально-церковных установках) и активно используемых в современном дискурсе СМК (средств массовой коммуникаций) и неформальных коммуникациях, очень сильно, а в религиоведческих тонкостях мало кто может и желает разбираться». Порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года был также проведен интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России». В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты».  Социолог Сергей Трофимов: «Противопоставление секты традиционной религии оказывается неправомерным в современном обществе» http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7070 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. Wed, 22 Jun 2016 12:00:00 +0400 Большинство ученых, которые ответили на вопросы в рамках экспертного опроса портала «Религия и право», заявили, что в настоящее время использование понятий «секта» и «сектанты» в масс-медиа неприемлемо. Однако часть исследователей отметила, что отношение Русской Православной церкви к данному термину вряд ли изменится. В опросе, проведенном в апреле-мае 2016 года, приняло участие несколько десятков специалистов в области религии. Среди утверждений, предложенных на выбор, большая часть опрошенных выбрала следующее: «Слова «секта» и «сектанты» являются оскорбительными определениями для верующих нетрадиционных религий и их употребление неприемлемо». Наряду с этим, значительная часть принявших участие в опросе отметило также утверждение: «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Портал «Религия и право» обратился с просьбой в форме краткого комментария ответить на вопрос: Ваше восприятие понятий "секта" и "сектанты" - влияние на общество и его настроения по отношению к верующим в целом (в свободной форме), их социальности или асоциальности, как воспринимают эти понятия разные категории населения, власть и общество? Представляем Вашему вниманию отклик на наш опрос. Сергей Трофимов, кандидат социологических наук, заместитель декана социологического факультета МГУ: «В дихотомии Церковь-Секта (кстати, явно неполной) Э.Трёльчем и М.Вебером были выделены идеальные типы религиозных организаций. Реальные организации оказываются где-то между этими рамками. Но и рамки – отношение к миру, систему членства и система управления - не характеризуют однозначно социальности или асоциальности этих групп. Реальные примеры конкретных организаций – экуменических общин, братств, монастырей и т.д. – показывают, что нельзя пользоваться «в лоб» критерием Вебера-Трёльча для определения «секта-несекта». Идущее из глубины истории противопоставление секты традиционной религии оказывается неправомерным в современном обществе. Вместе с тем, возникает закономерный вопрос, все ли религиозные движения «безопасны» для здоровья, психики и материального благополучия индивидов. Примеры различного рода манипуляторов и мошенников стали привычны в прессе, но явно не отражают полноты истинного положения всего религиозного поля. Прескорбны излишне резкие действия административных органов, пытающихся «урегулировать религиозный вопрос» запретами, обысками или преследованиями «сект», однако это не разрешает самой социальной потребности, но переносит конфликт в глубоко духовные сферы и насыщает его интенсивностью. Верующие не потеряют своих убеждений, но даже укрепятся в них под действием преследований, к которым они готовы. Возникает вопрос очень подробного научного изучения всего многообразия религозных организаций». Порталом «Религия и право» в мае-июне 2016 года был также проведен интернет-опрос «Образ сект и сектантства в России». В рамках опроса на портале и в социальных сетях приняло участие 900 респондентов, было получено 1558 ответов (каждый респондент мог выбрать несколько ответов). Большинство опрошенных проголосовали за утверждения о том, что понятия «секта» и «сектанты» являются неприемлемыми и оскорбительными. При этом, 14 % высказались за то, что «Слова «секта» и «сектанты» ассоциируются у меня с обычными религиозными объединениями и законопослушными гражданами». Исходя из 29% ответов употребление понятия «секты» является не только оскорблением, но и прямым обвинением в противоправной деятельности – мошенничестве, гипнозе, создании преступного сообщества в целом. В целом более половины данных ответов 64% и более половины опрошенных резко отрицательно настроены в отношении понятий «секты» и «сектанты». У 4% опрошенных антисектантские кампании вызывают чувство ненависти и вражды, 3% готовы запретить «секты».  Рериховское движение: от религии культуры к культуре религии http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7027 Учение и творчество Рерихов стало особенно популярным в конце 1980-х – начале 2000-х годов. В тот период рерихианство отразило чаяния значительной части российского общества, синтезировав теософию, советскую культуру и интерес к восточным религиям. Fri, 03 Jun 2016 17:00:00 +0400 Учение и творчество Рерихов стало особенно популярным в конце 1980-х – начале 2000-х годов. В тот период рерихианство отразило чаяния значительной части российского общества, синтезировав теософию, советскую культуру и интерес к восточным религиям. Все это привлекло представителей интеллигенции, музейных работников, библиотекарей, инженеров и физиков, художников и писателей, дипломатов, всех интересующих Востоком и считающих, что культура священна и обладает «духовной энергетикой» (см.: Лункин Р. Н., Филатов С. Б. Рериховское движение в России: Восстановление связи времен // Вопросы философии. — 1999. — № 12. — С.63-73). В 2000-е годы деятельность рериховских обществ в разных регионах страны была уже не так заметна, как раньше, популярность движения пошла на спад. Казалось, что рерихианство исполнило свое предназначение постсоветского нового религиозного движения и постепенно исчезает. Однако потенциал развития рерихианского мировоззрения еще не исчерпан – отделения в регионах стали вновь популярны и активно проводят свои культурные мероприятия, а само движение нашло новый способ заинтересовать общество своими идеями. К новому этапу жизни рерихианство подталкивал целый ряд обстоятельств. Прежде всего, в 2010-е годы значительно ослабела централизованная структура движения – Международный центр Рерихов (МЦР) все меньше контролировал региональные отделения и в целом идеи, которые возникали на основе философии «Агни Йоги» или «Живой Этики». На протяжении всего постсоветского времени МЦР во главе с Л.В. Шапошниковой отделял «истинное» учение от его «еретических» толкований (общество «Урусвати» М. Лунева на Дальнем Востоке, «Знамя Мира» Г. Горчакова и т.д.). Но рериховское движение никогда не было однородным, различные лидеры, которые объявляли себя пророками, имеющими связь с «махатмами», и независимые группы все равно существовали. Эти группы продолжали взаимодействовать и сознавать принадлежность к единому движению. Парадокс, но ничто не смогло расколоть рерихианство. В 2015 году не стало одного из лидеров движения – Людмилы Шапошниковой (ум. 24 августа 2015 года). Эту авторитарную фигуру многие ненавидели, критиковали за самодурство, за то, что она якобы присвоила себе картины и наследие Рерихов, якобы обманув Святослава Рериха, а затем диктовала свою волю рериховским обществам по всей стране. Она стремилась к тому, чтобы любая активность рериховцев проходила в рамках отделений МЦР в России и странах СНГ. Однако Шапошникова была ярким лидером, талантливым администратором, которая умела наладить отношения с политиками и бизнесом ради защиты «наследия Рерихов». Передача Музея Рерихов в ведение Музея народов Востока и фактическое прекращение существования МЦР после смерти Шапошниковой показало, что ее опасения по поводу растворения наследия в общем художественном пространстве были небеспочвенными. Монополия МЦР в большой степени основывалась на том, что его руководство во главе с Шапошниковой сохраняло и демонстрировало картины Рерихов. Само обладание оригиналами художественных полотен воспринималось как сакральная миссия, возможность распространять духовную энергию и знание, которое содержится, по мнению рериховцев, в этих картинах. Сохранение наследия непостижимым образом давало возможность трактовать мировоззрение Николая и Елены Рерих, волю Святослава Рериха так, как это было необходимо МЦР, как будто и правда в глазах членов обществ наследие, как «святой грааль», придавало особые силы и возможности. Избавление от рериховского наследия освобождало МЦР от хозяйственных нужд и судебных тяжб, которые постоянно сопровождали его деятельность, но и лишали «священного статуса». Именно поэтому с 2014 года Центр Рерихов вел борьбу за существование общественного Музея Рерихов, а не государственного, в рамках которого сакральный статус картин был бы не так заметен или даже мог быть потерян. Но в декабре 2015 года Усадьба Лопухиных, где располагается МЦР, передали Музею Востока. В феврале 2016 года министр культуры В. Мединский заявил о том, что на базе коллекции МЦР будет создан Государственный Музей Рерихов в качестве филиала Музея Востока. Это картины и архив, завещанные Святославом Рерихом Советскому Фонду Рерихов. У МЦР остались те произведения, которые были куплены спонсором МЦР Борисом Булочником, бывшим председателем правления Мастер-банка (в 2014 году признан банкротом). Попытка МЦР отсудить часть картин, как и оспорить передачу здания Музею Востока, не увенчались успехом. Даже, несмотря на то, что и сейчас под обращением за общественный статус Музея подписались такие деятели культуры как Вячеслав Бутусов, Борис Гребенщиков, библеист Андрей Десницкий, модельер Вячеслав Зайцев, журналист Владимир Познер. Таким образом, начавшаяся в 1989 году с момента основания Фонда Рерихов и на его базе МЦР история могущественного рериховского центра Шапошниковой закончилась. Тем не менее, борьба вокруг наследия, как и прежде, вызвала размежевания в рериховской среде. В конце 2015 года был создан Национальный рериховский комитет (НРК), который возглавил академик Шалва Амонашвили (считающий, что следование учению Рерихов не мешает ему быть православным). Комитет резонно заявил о том, что МЦР лишился спонсора и сам зарабатывать не в состоянии, а с Минкультом РФ нужно договариваться – НРК не видит в создании государственного Музея ничего плохого. МЦР и связанный с ним Международный Совет Рериховских организаций имени С.Н. Рериха осудили «раскольническую» позицию НРК, обвинили его создателей в предательстве дела сохранения наследия Рерихов и продолжили борьбу за общественный музей. И той, и другой из противоборствующих сторон удалось привлечь деятелей культуры, бывших послов (в НРК вошел посол А. Лосюков) и депутатов, многие из тех, кто были в конфликте с Шапошниковой, поддержали НРК (например, авторитетный лидер томских рериховцев Г. Горчаков). Фонд и журнал «Дельфис» во главе с одним из идейных лидеров движения, наряду с Шапошниковой, Натальей Тоотс, также фактически поддержал действия НРК (Тоотс Н.А. Рериховскому движению быть! "Дельфис", №84, 4/2015). 4 марта 2016 года был, наконец, избран новый президент МЦР - Юрий Темирканов, художественный руководитель Санкт-Петербургской академической филармонии имени Д.Д. Шостаковича, главный дирижер Заслуженного коллектива России Академического оркестра филармонии. Главой Совета попечителей Музея имени Н.К. Рериха является шахматист Анатолий Карпов. Реально от имени МЦР выступает вице-президент МЦР Александр Стеценко – его позиция основана на том, чтобы продолжать дело Шапошниковой. НРК претендует на роль объединителя рериховского движения, но пока скорее играет символическую роль. Вместе с тем, движение не увяло, а стало развиваться в самых разных идейных направлениях, которые были заложены в нем еще в 1990-е годы. Формально рериховские организации (которых официально, помимо групп, существует около 100 на постсоветском пространстве) также проводят свои выставки репродукций Рериха и экспозиции, посвященные культуре Индии. Помимо этого, в сознании последователей «Живой Этики» осталось представление об особой русской духовности и ее роли в мире, а также о положительном значении «советской общности», идеальной коммунистической общины по заветам «махатм», которую описала в книге «Община» Елена Рерих. Не случайно, Донецкое общество, например, активно поддержало непризнанную Донецкую народную республику и защиту русского населения, языка и культуры. Рериховские общества Крыма также после 2014 года испытали подъем на фоне пророссийских настроений. Многие региональные отделения МЦР, бывшие и ранее фактически самостоятельными, активно устраивают дни Пакта Рериха, День Земли, Дни буддистской и в целом восточной культуры, просто беседы о культуре, Беловодье, Шамбале, экспозиции местных художников на духовную тематику. Рериховские общества действуют почти во всех крупных городах России. Вместе с тем, появилось нечто принципиально иное в самой сути движения. С уходом Людмилы Шапошниковой было снято табу на религию – Шапошникова яростно (в том числе в интервью автору) защищала рерихианство как синтез науки, культуры и философии, и как человек с советским сознанием считала обвинения в религиозности почти оскорбительными и «очерняющими» наследие Рерихов. Ученые, которые представляли рерихианство как религиозное течение, восстанавливающее связь времен – коммунистического и сегодняшнего, коммунизма и духовности, подвергались критике (Скородумов С.В. В стране невыученных уроков // Защитим имя и наследие Рерихов. Том 4. М.: Международный Центр Рерихов, 2007). В 1994 году, когда Архиерейский собор РПЦ осудил теософию и рерихианство, произошло отделение движения от православия, хотя большинство продолжило себя считать православными, но отделяли «веру» от Церкви как института. После 2015 года стало некому столь принципиально, как Шапошникова, сохранять рериховское учение в рамках исключительно культуры и науки, а религиозность стала намного мягче и с симпатией восприниматься среди интеллигенции (характерно первое предложение Обращения к рериховским организациям в декабря 2015 г. академика Амонашвили: «Я и по культуре моего народа, и по духу – православный христианин»). В идейном плане в рериховском движении одним из заметных явлений, выделившихся на общем фоне после 2015 года, стало учение Храма или учение храмовников. Это учение стало ярким акцентом в рамках рерихианства, который позволял по сути ничего не менять в понимании наследия Рерихов, но оно создало рамки для нового течения. Учение Храма было основано в 1898 году в Сиракузах, США, и стало логическим развитием теософского движения после смерти Е.П. Блаватской (ум. В 1891 г.). Основателями Храма стали сподвижник Блаватской Уильям Куин Джадж, глава Американского теософского общества, Уильям Дауэр и Франчиа Ла Дью. С 1903 года здание Храма располагается в Халсионе в Калифорнии (зарегистрирован как «Храм Человечества, самостоятельная корпорация»). Последователи собирались даже строить «Белый Город» на социалистических принципах, но к 1930-м годам эта идея потерпела крах. Учение Храма и само указание создать Храм, как полагают теософы, было дано Учителем Иларионом, пророчества и указания которого до сих пор распространяются последователями (Елена Ивановна Рерих, как считают последователи «Живой Этики», получала знания от Учителя Мориа). Послания Учителей изданы в книге «Учение Храма». С 1900 года выпускается журнал «The Temple Artisan» («Ремесленник Храма»). Послания Илариона и статьи нынешнего пятого главного хранителя Элеоноры Л. Шамвей регулярно печатаются в российском журнале «Дельфис». Практика Храма стала попыткой воплотить в жизнь в довольно общем виде идею храма всеобщей религии или всех религий со своим ритуалом. Отсутствие четких требований к прихожанам, жесткой организации и разработанных обязательных обрядов предопределило как малочисленность тех, кто считал себя храмовниками, так и жизнеспособность Учения Храма. Храмовники сотрудничали со всеми движениями, по-прежнему развивали идеи теософии и позднее вполне вписались в широкое и размытое мировоззрение Нью Эйдж. Основы мировоззрения и практики храмовой деятельности Шамвей изложила так: «Храм Человечества не относится к какому-то определённому вероисповеданию, среди его членов и друзей — представители самых различных религиозных конфессий и направлений. Ежедневно в полдень мы проводим Службу Исцеления с медитациями и молитвами о здравии и безопасности мира. Воскресные и утренние службы, открытые для всех, включают и причащения, и лекции, и медитации. Содержание этих служб указано Учителем и универсально по своей природе. Члены Храма, желающие пройти определённый курс обучения, всегда могут сделать это. Обучение, служение и неизменная преданность ведут к посвящению в духовный сан, если, конечно, член Храма желает принять его. Священники в Храме не являются посредниками между Богом и человеком, поскольку в нашем Учении ясно сказано, что каждый сам для себя является священником в своих отношениях с Богом. Среди духовных служб, проводимых в Храме, есть и службы по заключению браков, наречению именами, проведению похорон. «Верования исчезают, Сердца остаются»; «Поступайте с другими так, как хотите, чтобы другие поступали с вами»; и «Не судите, да не судимы будете» — вот три главнейшие заповеди Храма» (Официальный российский сайт Храма Человечества, http://www.templeofthepeople.ru/hram-chelovechestva/istorija/ ). Между тем, духовная иерархия священства внутри Храма существует, и человек, желающий стать священником проходит определенные ступени посвящения. Прямой связи между учением Храма и учением Рерихов не было, помимо того, что общей основой для этих течений является теософия с ее представлением об общности всех религий, бесконечной иерархии божественных сущностей, о «новой духовной расе» и «учителях мира», «великих посвященных» или махатмах, с которыми могут установить связь духовные деятели и которые, таким образом, помогают живущим на земле людям. Рерихи лишь изредка упоминали о Храме, хотя сам Н.К. Рерих подарил храмовникам свою картину «Древний Храм у Новгорода». Учение Храма не отрицалось в рамках идеологии МЦР и признавалось Людмилой Шапошниковой, книги об общине храмовников как примере духовного развития выходили и под эгидой МЦР. Книга «Учение Храма» была, к примеру, издана в МЦР в 2001 году. Однако и усиленной популяризации этого учения со стороны МЦР также не было – Храм считался воплощением лишь одной из составляющих рериховского наследия, а именно идеи единства всех религий. Однако в МЦР никто и не думал о том, чтобы воплощать в жизнь обряды, которые практиковались в Храме. Впоследствии становилось больше людей, которые интересуются этим учением, но лишь в 2010-х годах многие стали устанавливать связь с Храмом, становиться его членами, платить ежегодный взнос (как своего рода «десятину») и собираться на занятия по обсуждению Учения (так, как-будто бы это библейские занятия). Популяризаторами учения Храма стали Фонд и журнал «Дельфис» во главе с Натальей Тоотс – она была одним из соратников Шапошниковой, работала в МЦР, но две женщины с сильными характерами не смогли сработаться вместе (акцент в первую очередь на Учении Храма также не совсем вписывался в идеологию МЦР). Тоотс по сути основала свое собственное движение, которое однако не выходило за границы рерихианства. Основатели «Дельфиса» также, как и МЦР, делают акцент на культурной составляющей и не считают себя религией. Наталья Тоотс в своих статьях подчеркивает духовное сотрудничество рерихианства и Учения Храма: «Оно стоит в единой линии высоких источников, известных нам как «Тайная Доктрина» и Учение Живой Этики… В создании Храма принимали участие несколько Учителей Великой Белой Ложи, но больше других Учитель Иларион… Учитель Иларион в своём Послании годовой конвенции Храма в 1926 году так объяснил его назначение:«Миссия Храмa, очень велика, он должен сообщить (явить) необходимый внутренний импульс для новой Расы. Через Храм Мы намерены явить истинную науку (в том числе и науки общественные), религию и политику, чтобы духовные истины воплотились в жизнь и стали активной движущей силой Храма всего человечества. Это поднимет его на ступень выше к объединённому сознанию Великой Ложи». Иларион формирует шестую расу, сам он является «Красным Лучом» и ассоциируется с Марсом: «То, что Красный Луч является лучом Марса — возможного места обитания будущих землян, наверняка имеет определённое значение — целесообразность развития в этом Луче очевидна… « Ибо никто не очистится и не придёт к Спасителю, если не пройдёт через служение Красному Лучу, осознаёт он это или нет», — так сказано в Учении Храма (Храму Человечества - 100 лет, http://www.templeofthepeople.ru/hram-chelovechestva/hramu-100-let/). Как отмечает Тоотс, интерес к храмовничеству возник в связи с публикацией «Писем Е.И.Рерих» в начале 1990-х годов, Уроков Учения Храма, Посланий Учителей «С Горной Вершины». Художник В.В. Надёжин создал серию картин, посвящённых Храму Человечества. Как подчеркивает Тоотс, «нить сотрудничества с Храмом Человечества на протяжении восьми десятилетий не прерывалась. Были, конечно, периоды более или менее активных контактов и взаимодействия сотрудников. Сейчас это сотрудничество идёт явно по восходящей линии… И основателями Храма Человечества, и Рерихами нам указан путь к взаимодействию, терпимости и уважению деятельности каждой организации, служащей Благу Человечества» (Тоотс Н.А. Рерихи и Храм Человечества. http://www.templeofthepeople.ru/izbrannoe/rerihi-i-hram-chelovechestva/). Наталья Тоотс в интервью автору (от 25.02.2015) отмечала, что сейчас нет времени на разного рода «контактерство» и надо объединять усилия «Живой Этики» и Учения Храма: В «Дельфисе» взяли на вооружение систему занятий храмовников для общины и семьи, нет никакого давления на приходящих людей, активного миссионерства Храм в Халсионе не ведет. Молодежь также интересуется Храмом, многие ездят в Калифорнию. Как и ранее, рерихианство вмещает в себя самые разные идеи, и самые разные эзотерические концепции пока не разрушают общего направления «Живой Этики», хотя это вполне может произойти. В настоящее время в России и странах СНГ есть, по крайней мере, сотни (до тысячи) последователей Храма, многие становятся храмовниками заочно. Обряды, аналогичные тем, которые проводятся в Халсионе, проводятся представителями Фонда «Дельфис». Намного больше людей, которые сочувствуют Учению Храма и читают литературу, которую печатает издательство «Дельфис». Еженедельно Фондом проводятся три встречи и занятия по книге Учения Храма. Сама Тоотс воспринимается как одна из лидеров рериховского движения, поднявшая «духовное знамя», выпавшее из рук МЦР. У сторонников Учения Храма существует также российский элемент мировоззрения, утверждающий их уникальность и связь с историей России и русской духовной культурой, в представлении самих рериховцев. В советские годы и в начале 1990-х годов поэт и активный рериховец Валентин Сидоров (1932 - 1999), основатель связанной с МЦР Ассоциации «Мир через Культуру», развивал идеи христианства на почве «Живой Этики». В его книгах «Знаки Христа», «Страна Параклета» рассказывается о религии Параклета или Святого Духа, по сути нового пришествия Христа как одного из основных последних Учителей, но в рамках теософской парадигмы. Сидоров отмечал, что духовная история России была наполнена страданиями, но и в советское время сохранялось эзотерическое знание, в том числе о Христе. Сохраняли «истинную» духовность конкретные люди - «Белые Сестры России», среди них были Надежда Костомарова и Мария Дорогова, они в 1970-е годы оказали большое влияние на Сидорова. Идеи Сидорова не развились в полной мере в рамках рериховского движения, в том числе и потому, что он умер в 1999 году. Кроме того, в эпоху правления Шапошниковой христианский эсхатологический элемент оказался не востребован, да и не был бы допущен руководством МЦР. Наталья Тоотс также признает роль эзотерической миссии «Белых Сестер России» в истории рериховского движения, и связь религии Параклета с ожиданиями храмовников. Свидетельством того, что храмовники все-таки затронули суть рериховского учения и заложили основу его возможной дальнейшей квазирелигиозной трансформации стали критические статьи в адрес Тоотс, выходившие в последние годы. Исходя из этого более понятна критика «классических» рериховцев, почитателей «чистой» «Живой Этики» в адрес российских храмовников. Как отмечает в ряде статей некто Косырев, «журнал «Дельфис» и Тоотс являются представителями американской секты Храмовников»: «Сегодня идеи Сидорова ретранслируются уже новым поколением его поклонников, и, как ни странно, рядом таких же бывших сторонников рериховского движения, как и сам Сидоров с похожей в психологическом плане судьбой — отказ от Агни-Йоги в пользу того или иного варианта христианской или псевдохристианской религии, или секты (в том числе и той же религии Параклета). Наиболее активной среди них является Наталья Александровна Тоотс, которая через свой журнал «Дельфис» и на личных встречах, занимается дискредитацией Агни-Йоги и распространением религии Параклета вместо Сидорова, обозначая тем самым «духовную преемственность» от секты Костомаровой-Дороговой» (Неотамплиеры против теософии и рериховского движения, http://www.lomonosov.org/article/neotampliery_protiv_teosofii_i_rerihovskogo_dvizheniya.htm, Оккультная лавка мадам Тоотс, http://www.lomonosov.org/article/okkultnaya_lavka_madam_toots.htm). Учение Храма в изложении Фонда «Дельфис» не отрицает «Агни Йогу», а «христианская» составляющая в понимании Натальи Тоотс не расходится с рериховским учением, которое также считало и считает Христа «махатмой». Таким образом, храм и Христос являются очень мягкой формой отсылки к «церковности» и религиозности, которые также привлекают последователей. Новые успехи рерихианства можно объяснить тем, что постсоветское общество уже «переболело» рерихианством в его условно коммунистической форме, представленной идеями Общины, представлении о Ленине как махатме. Наследие Рерихов предстало в своем изначальном виде теософии и интереса к восточным религиям и образам. Своего рода культ культурных ценностей, связанных с именем Рерихов, остался внешним выражением, ритуалом, этого духовного мировоззрения. Новый акцент в рериховском движении в виде Учения Храма стал возможным в связи с тем, что «церковность» стала общепринятым социально обусловленным фактором общественной жизни. С одной стороны, общество равнодушно к вере, а с другой, большая роль Православной церкви в публичной сфере провоцирует новый интерес к духовности или стремление принадлежать к какому-либо Храму. Рерихианство привлекает в данном случае возможностью быть «церковным» без принадлежности к институту официальной Церкви, к которой часть образованного слоя общества относится скептически или враждебно. Антиклерикальный аспект был всегда силен в рерихианстве, хотя сами Рерихи довольно активно навязывали свои духовные концепции политическому истеблишменту (США и России). Рериховское движение и его лидеры всегда приспосабливалось к историческим и культурным обстоятельствам (Н.К. Рерих умел договориться и с Лениным и Свердловым и со спонсорами в США). Движение существовало в самых разных довольно гибких формах как культурных, так и религиозных и общественных. Наконец, мировоззрение «Живой Этики» достаточно широкое и легко меняющееся, а поэтому допускающее свое развитие в разных направлениях. Для кого-то это, прежде всего, «наука», «биоэнергетика» и «торсионные поля», для кого-то культура – картины Рерихов, для кого-то философия и религия, связанная с идеей Храма, где молиться можно любому богу или богам. Русское Ревью Кестонского института, № 68, май 2016. Беспощадный «Левиафан» http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=7005 Многие, наверное, смотрели нашумевший фильм «Левиафан» о том, как мэр города отбирает все у местного предпринимателя. Эта история списана с американского аналога. Thu, 26 May 2016 15:00:00 +0400 Многие, наверное, смотрели нашумевший фильм «Левиафан» о том, как мэр города отбирает все у местного предпринимателя. Эта история списана с американского аналога. В США, как и в России, также есть в далекой глубинке мафия, которая решает все, и для которой человек – ничто. И это губительно сказывается как на правовом сознании людей, так и на их духовной жизни. В реальности российской провинции, к сожалению, все подчас также трагично, как и в кино. Более того, сюжет оказывается даже более запутанным. Краснодарская история поистине достойна экранизации в рамках какого-нибудь криминального боевика. Беда только в том, что затрагивает она судьбы реальных людей, ломает их жизнь. В целом это была бы обычная история о том, как у предпринимателя отняли построенный им на продажу жилой дом. Однако по ходу дела история стала обрастать странными обстоятельствами. Итак, Владимир Стуков построил дом на купленной им земле в городе Краснодар. Сначала группа людей, оказывая давление на Стукова, настойчиво требуя купить соседний участок. Поводом для этого было то, что якобы жилой дом построен с мелкими нарушениями. Стуков отказывался, а рэкетиры все поднимали цену, выше и выше – с 2 до 12 млн рублей. В итоге предпринимателю пришлось обратиться в полицию, сотрудники ОБЭП заверили Стукова в том, что все будет хорошо – они дадут ему «куклу», он ее даст в качестве взятки, и вымогателей возьмут с поличным. Так и сделали: была проведена операция, рэкетиров взяли с поличным, была акция по их захвату во время передачи денег. Вроде бы на этом история должна была бы и закончится – жильцы бы получили свои квартиры в построенном доме, «просители» были бы осуждены, то есть получили бы по заслугам, а Стуков продолжил бы строить жилье для граждан. Однако все пошло по другому сценарию. Следственный комитет отказался возбуждать уголовное дело по факту вымогательства у Стукова средств за участок. Есть официальный отказ в возбуждении уголовного дела, в котором отмечается, что следователи не увидели состава преступления материалах, предоставленных ОБЭП, в том числе в видеоматериалах, то есть в факте передаче средств, которые вымогались группой лиц. Еще в 2013 году брат Стукова А.А. Накул обращался в полицию по факту вымогательства денежных средств рядом лиц. НО следователь ОВД 1 отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Краснодарскому краю М.В. Горб вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Как это часто бывает в России, стремление самого предпринимателя выйти из непростой ситуации обернулось уголовным делом уже против него самого – оно было возбуждено в марте 2016 года. Прежде всего, потому что он оказался в этой истории лишним звеном. Именно он мешал полностью забыть о несостоявшемся уголовном деле о вымогательстве денег. И теперь самое интересное. А с чего это следователи отпустили «просителей» и закрыли дело? Среди местной общественности бытует мнение, что Стуков перешел дорогу «команде» судьи Прикубанского районного суда Александра Беспалова (судья Беспалов также упоминается в материале «На смену «кущёвским» пришли «бударинские»». Владелец банка «Кубань-кредит» Виктор Бударин дрессирует силовиков и судей Краснодарского края. Московский монитор, 19 декабря 2015 г., http://mosmonitor.ru/articles/society/na_smenu_kuschyovskim_prishli_budarinskie). Прикубанская районная прокуратура также не стала вмешиваться в это дело. Не можем утверждать, так это или нет, но последствия упорства предпринимателя, который не хотел расплачиваться за построенный им же дом с посторонними людьми, не заставили себя ждать. Судебные решения по поводу сноса дома заслуживают особого внимания. Администрации Краснодара еще в 2012 году обнаружила, что от стен дома до соседнего участка строителями не соблюдено определенное расстояние, а значит, строение может нарушать интересы смежных землепользователей. Но тогда в 2012 году и Прикубанский суд и судебная коллегия краевого суда вынесли решение в пользу Стукова, решив, что многоквартирный дом не нарушает права и интересы других лиц. И судебное решение вступило в силу. Но в 2013 году уже по другому заявлению лиц (собственника смежного участка Рейварта А.И.), связанных с теми, кто «просил» у Стукова деньги, тот же Прикубанский суд вынес решение об аресте дома и о его сносе, причем без участия жильцов и самого предпринимателя. Стуков был уведомлен о сносе своего дома по почте. По странному стечению обстоятельств сосед Стукова (Рейварт А.И.) купил участок в 2012 году, когда уже дом стоял, как-будто специально, чтобы подать жалобу в суд. Причем, сосед стал собственником земли сельскохозяйственного назначения, которая не передается в собственность частным лицам. В итоге довольно оперативно в октябре-ноябре 2015 года в Краснодаре был снесен жилой дом, построенный Владимиром Стуковым. Служба судебных приставов требует с него теперь 6 млн рублей в качестве оплаты сноса его дома. Против самого Стукова возбуждено уголовно дело за мошенничество при строительстве – якобы он и не собирался продавать квартиры жильцам, хотя дом был в реальности и сносил его не бизнесмен, а судебные приставы. Согласно Уголовному кодексу РФ, Стукову теперь грозит еще и до 10 лет лишения свободы. Но и это еще не все. Помимо этого, прежние «просители» через третьих лиц предлагают «уладить дело», но уже за 24 млн рублей. По словам, предпринимателя, «против меня запущена беспощадная машина правоохранительных органов. Эта машина перемелет все, что хочешь». Владимир Стуков направлял обращение с подробным изложением обстоятельств своей трагедии во все органы власти – от президента РФ В.В. Путина до председателя Краснодарского краевого суда, ФСБ и прокуратуру. Никакого ответа предприниматель не получил, и, вероятно, не получит. «Левиафан» никогда не отступает, хотя всегда хочется надеяться на лучшее. У бизнесмена еще остается надежда на то, что вышестоящие следственные органы проверят и законность решений о сносе его дома, и обстоятельства, при которых появилось дело о «мошенничестве» после того, как сам предприниматель оказался жертвой по сути рэкета. Краснодарский край и так печально известен своими криминальными разборками, и рано или поздно очищение правоохранительных органов и общества будет происходить. Тяга к справедливости сильнее беспощадного «Лефиафана». Антон Алябьев. Евангельские церкви в России: путь от гонений к вершинам власти http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=6946 Протестанты, как и многие другие верующие, жестоко пострадали в советское время. Для абсолютного большинства конфессий – от православия и католицизма до евангельского движения - советский период был трагическим провалом, перерывом в нормальном развитии, даже если отдельным церквям и их руководству удавалось легализоваться. Thu, 28 Apr 2016 15:00:00 +0400 Протестанты, как и многие другие верующие, жестоко пострадали в советское время. Для абсолютного большинства конфессий – от православия и католицизма до евангельского движения - советский период был трагическим провалом, перерывом в нормальном развитии, даже если отдельным церквям и их руководству удавалось легализоваться. Лояльность по отношению к руководству СССР тяжким бременем легла на те церкви и движения, которые были вынуждены по тем или иным причинам договариваться с советской властью. Лояльность породила внутренние болезни этих церквей и разделения внутри них, культивировало лицемерие в жизни общин и, в особенности, в их руководстве. Поэтому ни мирное, ни подпольное существование не гарантировало церквям ведение христианской жизни. Можно с уверенностью сказать, что манипулирование церквями и гонения в то время не приносили никаких преимуществ верующим. В связи с этим возникает естественный вопрос: почему в таком случае евангельское движение стало одним из самых успешных после перестройки и с середины-конца 1980-х годов стало стремительно развиваться во всех республиках бывшего СССР? Почему, начав с нуля, церкви и их лидеры вошли в той или иной степени в политический истеблишмент на федеральном и региональном уровнях? Никаких предпосылок для энергичного укрепления церковной миссии по прошествии 25 лет после развала советской системы, казалось бы, не было. Несмотря на открытость общества горбачевского периода и массовый интерес к любой вере против развития евангельского движения играло два новых фактора. Во-первых, это массовая эмиграция лучших и самых активных верующих, как правило, переживших гонения, с их семьями в США и Европу в 1980-е и 1990-е годы, многие уезжали или перевозили свои семьи в Америку даже в 2000-х годах. Во-вторых, это антисектантские кампании, которые периодически обрушиваются на евангельские церкви в России. От них в большей степени, как и в советское время, страдают пятидесятники, но сектоборцы совместно с миссионерскими отделами епархий РПЦ, в конечном счете, представляют всех протестантов потенциальными мошенниками и сумасшедшими так же, как это делали советские безбожники. Кроме того, прозападные постперестроечные симпатии общества, которые, в том числе, привлекали на евангелизации толпы народа, в 2000-х годах сменились ксенофобией. Казалось бы, протестантам не на что было рассчитывать в новой России, но именно преследования советского периода, жизнь при советском строе изменила евангельские церкви настолько, что они стали своими, «родными» для российского общества, а не чуждыми православной культуре «еретиками». Гонения сделали баптистов, евангельских христиан, адвентистов и других остававшихся при советском строе евангельских верующих причастными к христианскому сообществу России в целом. Как признаются многие пасторы, не только самое начало 1990-х годов, но и советские годы были самым благоприятным временем для православно-протестантского диалога. В тюрьмах вместе сидели католики, баптисты и православные. Даже в рядах лояльной советским властям верхушки религиозных лидеров (ВСЕХБ и РПЦ МП) православные были бок о бок с протестантами из Всесоюзного совета евангельских христиан-баптистов и вместе пропагандировали мирную политику СССР, помогали властям избавлять свои же церкви от внутренних диссидентов. Изменился также социальный состав протестантских церквей. До революции 1917 года баптисты и евангельские христиане были, в основном, зажиточными крестьянами и купцами, частично дворянами и городской интеллигенцией, то в советское время протестанты были низведены до рабочего класса. Верующие не имели права получать высшее образование. Однако в значительной степени к 1980-м годам протестанты были квалифицированными рабочими, то есть являлись тем самым «пролетариатом», который и должен был составлять основу советского строя. В результате, советское время растворило протестантов в российском обществе — в настоящее время верующих можно встретить среди всех возрастов и профессий, бедных и богатых. 1965 год, богослужение Владивостокской церкви евангельских христиан-баптистов на развалинах Дома молитвы, незаконно снесенного городскими властями в 1959 году. Антирелигиозные репрессии и существование в предлагаемых обстоятельствах советской системы стали самой лучшей прививкой свободы и приверженности демократии для российского протестантизма. Именно у баптистов и пятидесятников было самое масштабное в Советском Союзе подпольное движение незарегистрированных церквей, которое зародилось в 1950-х-начале 1960-х годов. Уже ушедшие из жизни глава Совета Церквей ЕХБ Геннадий Крючков и лидер Объединенной церкви ХВЕ Иван Федотов являются легендарными личностями, пострадавшими от безбожников. Они возглавляли нелегальное движение — внутреннюю фронду окружающему безбожию, которое так и не удалось подчинить властям (и до сих пор СЦ ЕХБ и ОЦ ХВЕ независимы и влиятельны во многих регионах России и СНГ). Доведенные до отчаяния верующие, даже будучи вполне советскими по своему быту и воспитанию, обращались к папе Римскому и президенту США с просьбой защитить их религиозную свободу, видели в США образец государства, где христиане могут свободно жить по евангельским заповедям. Несмотря на отсутствие хорошего светского образования, пятидесятники и баптисты обладали столь же твердым осознанием важности демократических ценностей для общества, христианского принципа свободы вместо несвободы, как и значительная часть российской интеллигенции к 1970-80-м годам. Протестанты активно сотрудничали с диссидентами-правозащитниками, переправляя сведения о гонимых за рубеж. После религиозного бума 1990-х годов многие эксперты ожидали спада протестантского движения, так как связывали его, прежде всего, с иностранными миссиями и их акциями на стадионах. Православным активистам, борцам с сектами, которые незнакомы с протестантской историей казалось, что без западной поддержки евангельские церкви постепенно отомрут. Однако парадокс заключается в том, что войти в высшие эшелоны власти протестанты смогли не в ельцинское, а в путинское время.Одновременно происходило усиление влияния РПЦ и стало нарастать стремление православия утвердить свое монопольное положение в стране и ограничить влияние «нетрадиционных» церквей - естественных конкурентов православия - протестантов. Однако к этому времени протестантизм уже стал значительной силой гражданского общества и прошел период инкультурации – стал частью русской культуры, как и православие. Политическая сектофобия, направленная против протестантских конфессий, не достигла своей цели. Борьба с сектами по существу осталась информационным шумом без каких-либо значимых результатов, хотя «страшные секты» и являются популярным сюжетом в масс-медиа на волне антизападничества после оранжевой революции в Украине в 2005 году и кризиса 2014-2015 годов. Основными общественными достижениями протестантов можно назвать следующие. Протестанты разделяют ответственность за политическое развитие страны. В десятках регионах России пасторы, наряду с православными, входят в разного рода советы при губернаторах, в советы при тюремных учреждениях или тех, кто занимается контролем за оборотом наркотиков. Символом власти евангельского движения стал епископ Сергей Ряховский, который полностью принял на себя удар политического ритуала. Встречи и рукопожатия, дружба с депутатами и сенаторами оказывают действие и на служителей, и на чиновников в регионах. Мировоззрение евангельских церквей отражает общественное сознание россиян. Вслед за значительной частью российского общества пасторы отказались от своих прозападных симпатий, многие поддерживают В. Путина и его политику искренне и основываясь на патриотических чувствах. Кризис в Украине показал, что протестанты неотделимы от общества, которое в значительной своей степени сочувствует жителям Донбасса и понимает жителей Крыма (акции пятидесятнической церкви «Живая вера» в Пензе стали ярким свидетельством государственнического патриотизма). При этом ценности свободы и демократии остаются у протестантов в крови — бывший глава Союза ЕХБ Юрий Сипко, как и целый ряд других пасторов, выражают точку зрения характерную для либеральной интеллигенции. Но примечательно, что Сергей Ряховский, которого неоднократно критиковал Юрий Сипко и другие пасторы, не выступал никогда с осуждением их демократических позиций. Демократизация России неизбежна и происходит медленно, но поступательно, поэтому протестанты могут в будущем сыграть ключевую роль в возрождении общественных институтов. Пасторы прошли путь от стремления реформировать православие или мимикрировать под него, подражать, до осознания своей самостоятельной роли рядом с РПЦ, в православно ориентированном обществе. Об обновлении православия и реформации писал еще лидер евангельских христиан Иван Проханов. В 1990-е годы служители также надеялись на диалог с РПЦ и евангелизацию православия с тем, чтобы вместе изменить страну. Ассоциация «Союз христиан» при ушедшем из жизни Игоре Никитине разрабатывала концепцию борьбы византинизма и евангелизма в русской истории — стремление увидеть проблески открытой евангельской веры в новгородских еретиках и в служении преп. Серафима Саровского. В русле поисков своего исторического места были также и отдельные попытки стать православными протестантами — создать церковь с православным обрядом, использовать иконы, носить рясу с крестом и бороду. Иллюзии изменения РПЦ, диалога с православием рассеялись. Однако осталась символика, которая позволяет быть на одном политическом уровне с представителями РПЦ - повсеместно объединения церквей именуются епархиями, старшие пасторы епископами, некоторые архиепископами, есть Дома молитвы, построенные в православном стиле. Все более значимую роль в развитии российского протестантизма как явления начинает играть Евангелическо-Лютеранская церковь. Она представлена в России двумя крупнейшими направлениями — немецкая по происхождению ЕЛЦ и финская Церковь Ингрии. Отдельно от евангельского движения (баптистов, евангелистов, пятидесятников, адвентистов, методистов, пресвитериан) лютеранство рассматривается в силу своего иного происхождения и исторического пути. Первые протестанты появились в Москве еще при жизни Мартина Лютера, но до революции 1917 года лютеранство было этнически нерусским. В Советском Союзе лютеранские церкви действовали только в Литве. Лишь в 2000-х годах после волн эмиграций и новой миссии лютеранство стало также, как и баптизм, и пятидесятничество, абсолютно русским явлением. Антипротестантские гонения 2010-х годов можно назвать испытанием патриотизмом, особенно, в связи с событиями в Украине, и уже сейчас можно сказать, что это испытание евангельские верующие выдержали. Однако никакие испытания (надеясь на невозможность сталинских гонений) уже не в силах поколебать евангельское сообщество России – верующие все смелее заявляют о себе именно как члены церкви в публичном пространстве – в политике, среди депутатов и мэров, в социальном служении, бизнесе, спорте, поп-музыке. Проповедники черпают свое вдохновение из Евангелия, они заражают своей верой, которая идет, в том числе, от почвы — от ощущения своей укорененности в культуре и на русской земле. Достижения современных церквей, их уверенность в своей общественной миссии, во многом объясняются той силой, которая была заложена пасторами-героями веры в советское время, памятью о тех лишениях, которые были в советский период. А это значит, что российский протестантизм до сих пор развивался по инерции и находится в начале своего пути - выработки нового полноценного понимания своей роли в русской культуре и демократическом обществе, чтобы «открыть Россию для Слова Божьего». источник: Invictory Ученые и верующие обсудили тему «Российский протестантизм и русская культура» http://www.sclj.ru/analytics/position/detail.php?ELEMENT_ID=6889 В Библиотеке иностранной литературы в Москве 5 апреля состоялась публичная лекция «Российский протестантизм и русская культура» с последующей дискуссией вокруг обозначенной темы. В качестве докладчика выступил Роман Лункин. Wed, 06 Apr 2016 15:00:00 +0400 В Библиотеке иностранной литературы в Москве 5 апреля состоялась публичная лекция «Российский протестантизм и русская культура» с последующей дискуссией вокруг обозначенной темы. В качестве докладчика выступил Роман Лункин, ведущий научный сотрудник Института Европы РАН, руководитель Центра по изучению проблем религии и общества ИЕ РАН, зам. главного редактора журнала «Современная Европа». Организатором лекций и семинаров сектора религиозной литературы ВГИБЛ является известный философ и востоковед Евгений Рашковский, ведущий научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН. Реакция представителей различных вузов и учреждений РАН, а также разных церквей, показала, что данная тема становится все более актуальной, а не маргинальной, как было раньше. По словам докладчика, кому-то инкультурация российского протестантизма может показаться подрывом основ духовной традиции, противостоянием с РПЦ, с русской культурой и историей, то есть темой русофобской. Однако в реальности исторический протестантизм, представленный лютеранством, и евангельское движение (баптисты, евангельские христиане, пятидесятники, адвентисты) стали частью российской политической культуры, гражданского общества, поп-культуры. Пасторы, как отметил Роман Лункин, прошли путь от стремления реформировать православие или мимикрировать под него, подражать, до осознания своей самостоятельной роли рядом с РПЦ, в православно ориентированном обществе. Об обновлении православия и реформации писал еще лидер евангельских христиан Иван Проханов. В 1990-е годы служители также надеялись на диалог с РПЦ и евангелизацию православия с тем, чтобы вместе изменить страну. Ассоциация «Союз христиан» при ушедшем из жизни Игоре Никитине разрабатывала концепцию борьбы византинизма и евангелизма в русской истории — стремление увидеть проблески открытой евангельской веры в новгородских еретиках и в служении преп. Серафима Саровского. В русле поисков своего исторического места были также и отдельные попытки стать православными протестантами — создать церковь с православным обрядом, использовать иконы, носить рясу с крестом и бороду. Иллюзии изменения РПЦ, диалога с православием рассеялись. Однако осталась символика, которая позволяет быть на одном политическом уровне с представителями РПЦ - повсеместно объединения церквей именуются епархиями, старшие пасторы епископами, некоторые архиепископами, есть Дома молитвы, построенные в православном стиле. Особое внимание докладчик уделил попыткам выработать патриотическую программу и найти свое место в истории в ходе Евангельских Соборов, которые протестантские общины, в основном, пятидесятники, проводят с 2010 года. Часть доклада была посвящена анализу Религиозно-философских докладов, которые выпускались Соборами. Социолог подчеркнул, что никакие испытания (в том числе, украинский кризис) уже не в силах поколебать евангельское сообщество России – верующие все смелее заявляют о себе именно как члены церкви в публичном пространстве – в политике, среди депутатов и мэров, в социальном служении, бизнесе, спорте, поп-музыке: «Проповедники черпают свое вдохновение из Евангелия, они заражают своей верой, которая идет, в том числе, от почвы — от ощущения своей укорененности в культуре и на русской земле. Достижения современных церквей, их уверенность в своей общественной миссии, во многом объясняются той силой, которая была заложена пасторами-героями веры в советское время, памятью о тех лишениях, которые были в советский период. А это значит, что российский протестантизм до сих пор развивался по инерции и находится в начале своего пути - выработки нового полноценного понимания своей роли в русской культуре и демократическом обществе, чтобы «открыть Россию для Слова Божьего»». Докладчик также ввел понятие - протестантское почвенничество – для описания мировоззрения постсоветских евангельских церквей путинского времени. Подставные неверующие. Как и чем спровоцировать на проповедь http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7607 Оскорбляются чувства верующих, которых на самом деле нельзя оскорбить или которые не считают себя оскорбленными, людей, не берущих в руки оружие, предлагается считать почти террористами, тех, кто требует наказания – самыми милосердными. Появилась также особая категория «неверующих», которые прикидываются странными хитрыми людьми – они приходят в церкви, чтоб «страдать», подвергаясь обращению в веру, а затем говорят об этом в суде. Этих странных оборотней, как в фильмах ужасов, трудно увидеть обычному человеку, так как они появляются неожиданно. Tue, 06 Jun 2017 16:00:00 +0400 Применение религиозного законодательства после вступления в силу «Закона Яровой» все больше напоминает костюмированный мрачный бал-маскарад. Оскорбляются чувства верующих, которых на самом деле нельзя оскорбить или которые не считают себя оскорбленными, людей, не берущих в руки оружие, предлагается считать почти террористами, тех, кто требует наказания – самыми милосердными. Появилась также особая категория «неверующих», которые прикидываются странными хитрыми людьми – они приходят в церкви, чтоб «страдать», подвергаясь обращению в веру, а затем говорят об этом в суде. Этих странных оборотней, как в фильмах ужасов, трудно увидеть обычному человеку, так как они появляются неожиданно. Во многих из уже более, чем 50 дел по «Закону Яровой» о контроле миссионерской деятельности, постановления о штрафах в отношении проповедников или церквей, выносятся на основании показаний этих людей. Они как бы случайно приходят на богослужение, слышат Слово Божие, как бы случайно берут в руки немаркированную религиозную литературу. И это подвигает их не к благочестивой жизни, а к административному делопроизводству.  19 мая 2017 года мировой судья Дмитровского судебного участка Сыктывкара оштрафовал Церковь христиан веры евангельской (ХВЕ) на 30 тысяч рублей за то, что на здании, где проводилось богослужение не было вывески, а внутри имелись печатные материалы без маркировки. Полицейский протокол по этому делу был основан на объяснениях Алиповой А.С., которая до 2015 года была прихожанкой этой пятидесятнической Церкви. По словам юриста Церкви Ольги Вавилиной, «во время ее посещения Организации проходило богослужение, которое состоит из проповеди, песнопения и молитвы, а книги она приобрела в ходе разговора с одной женщиной. Таким образом, ее посещение богослужения не было связано с проведением миссионерской деятельности Организации. Ее объяснения о том, что о деятельности церкви она узнала от девушки, с которой она лежала в больнице, не могут быть основанием для производства по административному делу, в связи с тем, что личность «девушки» не установлена, не установлена ее принадлежность к данной Организации, не установлено наличие полномочий от Организации на проведение миссионерской деятельности, а также не установлена дата этой беседы, проходила ли данная беседа до или после вступления изменений в законодательство о миссионерской деятельности». В ходе проверки у Алиповой А.С. были изъяты четыре книги, а именно: «My First Bible», «В начале», «Земля откровений», «Пророки цари и герои», но не был доказан факт того, что эти книги гражданка взяла или купила у кого-то из представителей Церкви. Помимо этого, вся информация о Церкви была на специальном информационном стенде в помещении. Претензии правоохранительных органов необоснованны. По словам адвоката и члена Совета по правам человека при Президенте РФ Владимира Ряховского, в законе не указано, где должна быть вывеска с наименованием церкви – на здании, в холле внутри здания, на стенде в помещении или где-либо еще. Поэтому неправомерно штрафовать религиозную организацию за отсутствие таблички с наименование на Доме молитвы. Основное правило, которое предписывается законом – чтобы для всех было очевидно, что за организация проводит богослужение. А сделать это можно разными способами. Существуют свои нюансы, связанные с маркировкой религиозной литературы – где нужно ее ставить в книге или в журнале закон не указывает. К примеру, в советское время в библиотеках штамп ставился на титульном листе и на 17 странице, а в данном случае никакого стандарта нет.  Как подчеркивает Владимир Ряховский, в рамках судебного процесса практически невозможно доказать, что человек является подставным. Если же настаивать на том, что «подвергавшийся миссионерству» человек просто играл свою роль, суд может в ответ решить, что вы уходите, таким образом, от ответственности. Что касается того, в каком случае литература должна в обязательном порядке иметь маркировку, то в законе указано, что полное наименование должно быть указано на литературе, которую издает сама религиозная организация. Кроме того, маркировка должна содержаться на литературе, которая распространяется в ходе миссионерской деятельности. Но суд должен установить, что был факт миссионерской деятельности, а не что-то иное. Если в Доме молитвы верующие держат в руках молитвенники и читают Библии во время богослужения, то это не может автоматически считаться миссионерством. Миссионерская акция – это когда материалы передаются из рук в руки среди тех людей, которые не являются членами данного религиозного объединения. В церковной библиотеке или же в молитвенном зале в Доме молитвы вполне может лежать любая незапрещенная религиозная литература. Надо отметить также, что если человек сам пришел в церковь и взял какую-либо книгу, то это также не может являться миссионерской деятельностью. В противном случае ситуация может дойти до абсурда – к примеру, магазин Российского Библейского общества как религиозной организации, продает книги других объединений и конфессий. Нужно ли эту деятельность рассматривать в качестве миссионерской? – очевидно, что нет. Самые первые дела по «Закону Яровой» лета-осени 2016 года также основывались на показаниях странных людей-оборотней. В Марий Эл проповедь пастора Церкви «Новое поколение» против алкоголизма снимали на видео посторонние люди, также было и в деле Ирины Тищенко, миссионерки с Украины, которая выступала на богослужении Церкви ХВЕ в Кемерово – кто-то вдруг случайно оказался с видеокамерой и был «не членом данного религиозного объединения».     Теперь правоохранительные органы наращивают практику по штрафам за религиозную литературу без маркировки. 31 мая 2017 года стало известно о возбуждении в Новосибирске дела об административном правонарушении по ч. 3 ст. 5.26 КоАП в отношении Церкви ХВЕ. Причем, информация в прокуратуру поступила в результате проверки, проведенной УФСБ. Угрозой для общественной безопасности стали Библии в русском переводе, где не было полного наименования именно этой Церкви ХВЕ. В мае 2017 года протестантское движение «Армия спасения» пожаловалась в Конституционный суд на пункты закона о свободе совести и Кодекса об административных правонарушениях, на основании которых ее наказали за распространение немаркированных материалов. По мнению заявителей, эти нормы, введенные антитеррористическим пакетом Ирины Яровой, противоречат ст. 28 и 55 Конституции, которые гарантируют свободу вероисповедания и разрешают ограничивать права и свободы лишь для защиты конституционного строя. По словам адвоката Сергея Чугунова, из закона не ясно, подлежат ли маркировке все материалы, которые потенциально могут быть распространены в рамках миссионерской деятельности, или только те, что распространяются в конкретный момент. В конце 2016 года во Владивостоке «Армия спасения» была также, как и сыктывкарская церковь ХВЕ, оштрафована на 30 000 руб., конфискованные у нее 36 немаркированных экземпляров Библии в синодальном переводе суд постановил уничтожить. Позже пункт об уничтожении книг был исключен. Практика доносов, неверующих оборотней, подстав и провокаций стала развиваться именно в отношении самых активных неправославных церквей. Публично «Закон Яровой» и его последствия оправдывали в прессе глава Комитета Госдумы по вопросам общественных и религиозных объединений Сергей Гаврилов, борец с сектами Александр Дворкин и руководитель юридической службы РПЦ Ксения Чернега. То, что происходит с христианскими конфессиями в России – это, безусловно, не запрет организаций, как произошло со Свидетелями Иеговы, но моральные последствия этих акций серьезные: дискредитация веры как таковой через доносительство, издевательства и возбуждение вражды к своим же гражданам иной веры. Роман Лункин. Парламент против «сект». Как наладить «оперативную работу» с дисциплинированными верующими http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7515 Сотрудникам Генпрокуратуры РФ уже не кажется странным – жаловаться на сложность внедрения «шпионов» в религиозные общины, наверное, по сравнению с советским периодом. Следующий шаг – доказать необходимость такой оперативной работы, которая затронет, конечно, не маргинальных экстрасенсов, а широкий круг верующих. Thu, 16 Mar 2017 5:00:00 +0400 В российском парламенте придумали способ, как бороться с тем, чего не существует в правовом пространстве – это секты. В Госдуме РФ проблемой антисектантского законодательства занимается депутатская группа по защите христианских ценностей. Глава Комитета Госдумы, который занимается в том числе религиозными объединениями, Сергей Гаврилов – один из лидеров этой группы (создана в 2012 году, по инициативе фракций КПРФ и «Единой России»). В Совете Федерации в ноябре 2016 года было решено не отставать и создать более внушительную структуру - рабочую группу по подготовке предложений по совершенствованию законодательства РФ в сфере защиты российских граждан от мошеннических действий сект во главе с сенатором Еленой Мизулиной. Состав этой группы стал известен в феврале 2017 года. С легкой руки радикального православного активиста Александра Дворкина, который присутствовал на ряде слушаний, депутаты и сенаторы озвучивают цифры о сотнях или даже тысячах «сект». Мизулина отмечала, что «Современные секты маскируются под различные организации, проводящие психотренинги, семинары по развитию лидерских качеств. На удочку мошенников попадаются очень разные люди. Используя различные психотехники, сектанты лишают людей воли, а после — и имущества». Между тем, совершенно очевидно, что запрещать «тренинги» бессмысленно, как и семинары, а психотехники в настоящее время используются на любых бизнес-тренингах и курсах повышения квалификации. Учитывая, что, по словам Мизулиной, «Ситуация осложняется и тем, что в российском законодательстве как такового понятия «секта», тем более, «деструктивная секта» не существует», - запрещать пока некого. «Объявляя войну деструктивным, тоталитарным сектам, нельзя допустить наступления на традиционные религиозные организации», подчеркивает сенатор. Однако на религиозном поле психосеминары не являются конкурентами для, к примеру, РПЦ. А вот другие конфессии и религии являются конкурентами для РПЦ.  Тогда возникает вопрос: с кем, как и почему собираются бороться депутаты и сенаторы в рамках новой рабочей группы?  Прежде всего, с большой вероятностью стоит ожидать проекта закона, который ужесточит ответственность за мошенничество с использованием религиозных мотивов или введет понятие «секта» для «нежелательных религиозных организаций» по аналогии с некоммерческими организациями. Именно поэтому в группу Мизулиной вошли солидные фигуры, которые не будут просто присутствовать – это юрист Московской патриархии матушка Ксения (Чернега), зампред Синодального информационного отдела РПЦ Александр Щипков, целый ряд неизвестных широкой публике юристов, представители прокуратуры, Минюста и ФСБ, Управления Президента РФ по внутренней политике и даже юрист из Минобрнауки РФ. Из 32 членов рабочей группы – 5 представителей РПЦ и ни одного представителя каких-либо иных конфессий и религий, хотя бы «традиционных». Есть также один религиовед и социолог – Лариса Астахова, помощник депутата Госдумы РФ и казачьего атамана Водолацкого некий Констанин Богомолов. Отдельно стоит отметить включение главы Центра им. Сербского психиатра Зураба Кекелидзе – именно этот центр выдавал заключения в советском духе о «вредном» воздействии проповедей на верующих (чем отличается воздействие на психику в проповеди «традиционной религии» остается загадкой). Для того, чтобы ответить на вопрос – кого и зачем – надо обратиться к материалам круглого стола от 17 ноября 2016 года, который провел комитет Мизулиной по теме повышения законодательной защиты российских граждан от мошеннических действий деструктивных сект. Сенатор отмечала, что в 2015–2016 года в России были запрещены и ликвидированы на основании судебных решений 52 сектантские организации, действующие в 24 регионах. Совет Федерации обещал подготовить пакет законопроектов – спикер Валентина Матвиенко поддержала идею, сказав, что это тема очень «острая и чувствительная». По словам Мизулиной, надо взяться за те организации, которые призывают телепортироваться на другие планеты, да еще и со всем имуществом. В информационно справочных материалах МВД России к круглому столу в Совете Федерации перечисляется ряд организаций, деятельность которых была запрещена. Это движения целительского толка - «Алла-Аят», которое «лечит все болезни» соленым чаем с молоком, «Ашрам Шамбалы (Беловодье)», «Орда», центр «Рожана», «Лайя-Йога» (индуисты), община «бога Кузи» (следствие не закончено). Таким образом, российское законодательство вполне позволяет ликвидировать организации, которые вызывают подозрения у органов власти. В одних случаях эти подозрения оправданы, а в других нет. Например, в деле «Лайя-Йоги» или «Адвайты веданты» было сложно найти состав преступления – в резльтате был просто разогнан индуистский монастырь «Дивья Лока» в Нижегородской области на основании земельного спора. Индуистов не в чем было обвинить. Организация «Алла-Аят» была просто признана экстремистской, хотя надо было проводить медицинскую экспертизу и доказывать вред или пользу их практики. Наконец, в деле «бога Кузи» пока не очень понятно, за что будут судить их лидера А.Ю. Попова, потому что нет пострадавших, а есть только найденные в квартире деньги.  Итак, в России не было ни одного судебного приговора о мошенничестве со стороны религиозной организации. И Закон позволяет прокуратуре этого не доказывать - можно признавать ту или иную организацию социальной опасной в целом или экстремистской.     Почему так сложно стало органам власти работать с религиозными общинами? Ответ содержится в информационных материалах круглого стола в Совете Федерации, предоставленных Управлением методико-аналитического обеспечения надзора за процессуальной деятельностью органов предварителшьного расследования и оперативно-розыскной деятельности Генпрокуратуры РФ:  «Нет возможноти проводить медицинские и судебно-психиатрические экспертизы в отношении потерпевших в отсутствие их согласия...».  «Законодательство не стимулирует лиц принять решение о прекращении данной деятельности (религиозной без образования объединения)). Выявление обсуждаемых деяний представляет повышенную сложность, связанную с высокой дисциплинированностью, замкнутостью членов религиозных (общественных) формирований от внешней среды. Практически исключена возможность приобретения оперативных источников в общинах, а также получения членства в них в связи с тщательными проверками кандидатов и имеющейся опасностью их психологической обработки». Сотрудникам Генпрокуратуры РФ уже не кажется странным – жаловаться на сложность внедрения «шпионов» в религиозные общины, наверное, по сравнению с советским периодом. Следующий шаг – доказать необходимость такой оперативной работы, которая затронет, конечно, не маргинальных экстрасенсов, а широкий круг верующих.  Роман Лункин.  Нежелательные церкви. Администрация Забайкальского края запретила органам власти сотрудничать с теми, кто помогает людям http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7510 Дмитрий Кочергин объявляет все эти достижения баптистов и пятидесятников «результатом хорошо отлаженной психологической работы нетрадиционных религиозных организаций». Для государственного служащего и руководителя регионального исполнительного комитета забайкальского отделения политической партии «Единая Россия» (с 2009 года) Кочергина совершенно ясно, что надо делать. Проблемами безопасности Дмитрий Кочергин занимался еще в 2005 году, когда на кафедре национальной безопасности Российской академии госслужбы при Президенте РФ защитил кандидатскую диссертацию по теме: «Правовое регулирование деятельности органов государственной власти Читинской области в сфере обеспечения социально-экономической безопасности». Tue, 07 Mar 2017 21:00:00 +0400 Жертвами антимиссионерского Закона Яровой, в основном, становятся служители евангельских протестантских церквей, хотя, конечно, формально в Законе о свободе совести не указано, за чьей миссией должна следить полиция. Православные активисты в разных регионах России периодически называют в ряду «сектантов» верующих неправославных христианских общин –баптистов, пятидесятников, адвентистов. Однако довольно редко бывает, чтобы официально представители органов власти объявляли вне закона целые религиозные движения или высказывали мнение по поводу их нежелательности, поскольку государственные служащие не могут этого делать по стутусу. Чиновники, которые так делают, разжигают межрелигиозную рознь и вражду, настраивают общество и различные ветви власти против тех или иных церквей. Администрация Забайкальского края в лице руководителя администрации губернатора и первого заместителя главы правительства (с марта 2016 года) Дмитрия Кочергина официально выступила за ограничение прав протестантских церквей в регионе. 10 февраля 2017 года главам районов и городских округов края за подписью Дмитрия Кочергина было разослано директивное письмо. В первой его части подчеркивалась необходимость обратить внимание на активизацию пятидесятников, баптистов и Свидетелей Иеговы (они также причислены к протестантам, хотя их в большей степени считают новым движением, возникшим на протестантской почве, и сами баптисты и пятидесятники не признают их протестантами). Более того, глава администрации губернатора края отметил большой вклад пятидесятнической Церкви христиан веры евангельской (ХВЕ) в Чите «Спасение в Иисусе» в борьбу против наркотиков (церковь входит в Российскую Церковь ХВЕ, бывший пастор этой церкви – Сергей Ястржембский - является ректором Московского теологического института). Дмитрий Кочергин написал об эффективной работе организации «Родители против наркотиков», адаптационных и кризисных центров для нарко и алкозависимых, для бывших заключенных, которые организованы, как пятидесятниками, так и членами Церкви евангельских христиан-баптистов (ЕХБ) «Антиохия».     Учитывая сложную социальную ситуацию в сельской местности, представитель администрации отмечает, что и там верующие стали активно помогать людям:  «В 2016 году протестантскими религиозными организациями стал делаться акцент на проведение работы в отдаленных селах Забайкальского края. Миссионерами данных организаций организовываются различные праздники, оказывается помощь продуктами питания, вещами и т.д. Тем самым, в населенных пунктах образовываются религиозные группы, в которые активно вовлекается молодежь». Однако далее Дмитрий Кочергин объявляет все эти достижения баптистов и пятидесятников «результатом хорошо отлаженной психологической работы нетрадиционных религиозных организаций». Для государственного служащего и руководителя регионального исполнительного комитета забайкальского отделения политической партии «Единая Россия» (с 2009 года) Кочергина совершенно ясно, что надо делать. Проблемами безопасности Дмитрий Кочергин занимался еще в 2005 году, когда на кафедре национальной безопасности Российской академии госслужбы при Президенте РФ защитил кандидатскую диссертацию по теме: «Правовое регулирование деятельности органов государственной власти Читинской области в сфере обеспечения социально-экономической безопасности». В письме от 10 февраля 2017 года руководитель администрации губернатора рекомендует:  «1.Воздерживаться от сотрудничества с данными организациями и участия в их проектах.  2.Не предоставлять помещения учреждений культуры, спорта, образования, объектов социальной сферы и других зданий, находящихся в распоряжении органов местного самоуправления, для проведения различного рода религиозных мероприятий.  3.В случае проведения данными религиозными орагнизациями массовых мероприятий оперативно информировать Администрацию губернатора Забайкальского края, осуществлять тесное взаимодействие и консультации с прокуратурой, Управлением Минюста РФ по Забайкальскому краю и ФСБ.  4.Дать соответствующите указания главам сельских и городских поселений (административных территориальных округов)». Как отметила губернатор Забайкальского края Наталья Жданова, назначая 25 марта 2016 года Дмитрия Кочергина на его должность, «Знаю вас как современного, мобильно мыслящего человека с разносторонними знаниями. Считаю, что вы обладаете всеми необходимыми профессиональными и человеческими качествами для выполнения этих задач». Но задачи, обозначенные в письме, противоречат и положениям Конституции РФ, и Закона о госслужбе РФ.  Неизвестно, насколько полно будет реализована директива Дмитрия Кочергина. Евангельские церкви еще с 1990-х годов стали играть ведущую роль в возрождении христианской жизни в крае, наряду с православием (исторически общины существовали с начала ХХ века).  С начала 2000-х годов органы прокуратуры и ФСБ проводили в Чите мероприятия для чиновников и представителей СМИ, в ходе которых звучали призывы избегать сотрудничества с протестантами, повторялись самые жуткие антизападные фобии в отношении этих церквей. В итоге евангелисты были вытеснены из публичного пространства (как и в России в целом), но миссия не исчезла. В реальной жизни баптисты, пятидесятники, адвентисты остались живой и открытой христианской церковью, которую не могут победить указания чиновников. Поэтому письма, идущие из администрации по районам края, где общины помогают людям, и оскорбительны, и бессмысленны одновременно. Роман Лункин. На фото: руководитель администрации губернатора Забайкальского края и первый заместитель главы правительства (с марта 2016 года) Дмитрий Кочергин. «Опасные группировки». Совет по правам человека указал на пострадавших от Закона Яровой http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7488 Криминализация религиозной жизни в России происходит постепенно, по мере реализации Закона Яровой в части регулирования миссионерской деятельности. Закон применяется выборочно к определенным группам верующих, которые не подпадают под статус «традиционных», но при этом, их и нельзя даже теоретически определить в качестве «экстремистов». Совет по правам человека при президенте РФ назвал в качестве главных жертв Закона Яровой среди религиозных организаций – протестантские церкви. Основным недостатком положений Закона о контроле миссионерства в России является вообще их наличие в рамках антитеррористического пакета. Thu, 16 Feb 2017 11:00:00 +0400 Криминализация религиозной жизни в России происходит постепенно, по мере реализации Закона Яровой в части регулирования миссионерской деятельности. Закон применяется выборочно к определенным группам верующих, которые не подпадают под статус «традиционных», но при этом, их и нельзя даже теоретически определить в качестве «экстремистов». Совет по правам человека при президенте РФ назвал в качестве главных жертв Закона Яровой среди религиозных организаций – протестантские церкви. Основным недостатком положений Закона о контроле миссионерства в России является вообще их наличие в рамках антитеррористического пакета. Критика Закон подробно изложена в Экспертном заключении Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека на пакет антитеррористических законопроектов Озерова и Яровой от 7 Февраля 2017 года. Предложение о необходимости отмены названных законов, известных как «пакет Яровой», набрало более 100 тысяч подписей на сайте «Российской общественной инициативы». Совет по правам человека разобрал статьи о недоносительстве за преступления, о снижении возраста уголовной ответственности до 14 лет, другие статьи, которые значительно ужесточают именно уголовные наказания за ряд преступлений. В том, что касается поправок в Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» и в КоАП РФ, касающихся регулирования миссионерской деятельности, Совет по правам человека обозначил основные недостатки, но не стал столь подробно разбирать антимиссионерское законодательство.  В заключении подчеркивается, что дополнения по миссионерству в «антитеррористический пакет» вносились в спешке, никакого обснования, почему нужно было делать именно так, и как это связано с террористической деятельностью, не было. Однако, по сравнению с другими пунктами заключения Совета по правам человека, формулировки, затрагивающие религиозную тематику, - очень мягкие: «Возможно, в этой сфере требуются некоторые корректировки нормативной базы, но определенно не такие, как были приняты, так как они создают неоправданные и чрезмерные ограничения для реализации свободы совести верующими всех религий и религиозных направлений».  Твердо отмечено лишь одно: «... определение миссионерской деятельности и некоторые элементы предлагаемого регулирования явно покушаются на фундаментальную норму закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», согласно которой государство не вмешивается во внутренние установления религиозных объединений... Непонятно, как в рамках административной процедуры может быть установлено, велся ли тот или иной разговор «в целях вовлечения» в религиозное объединение или просто был мировоззренческой дискуссией. Уже имеющаяся практика правоприменения подтвердила, что к административной ответственности произвольно привлекаются люди, явно не совершившие никакого общественно опасного деяния». Вывод Совета по правам чеолвека заключается в том, что вся часть законов, направленных на противодействие терроризму, касающаяся миссионерской деятельности, должна быть выделена из принятого регулирования, «поскольку она требует разработки заново в качестве предмета самостоятельной законопроектной работы при условии, если Правительство РФ сочтет это необходимым». За кадром заключения Совета по правам человека осталось многое – от Закона Яровой пострадали не только протестанты, но и один православный, несколько индуистов, стала расти волна депортаций верующих иностранцев за любое участие в религиозной деятельности (или просто молитве). Приняв Закон Яровой, Госдума РФ проигнорировала мнение ведущих религиозных объединений – уникальный случай, но против антимиссионерского Закона Яровой были почти все крупнейшие религиозные объединения России, кроме Русской православной церкви, которой позволили внести свои поправки в этот закон. Неоправданно высокие штрафы до 1 млн рублей – способны разорить любую общину. Жилые помещения сделать молитвенным домом официально теперь нельзя, что переводит на нелегальное положение всех неправославных. Требование Совета по правам человека изъять антимиссионерские положения из «данного регулирования» и «антитеррористического пакета», скорее всего, невыполнимы. Странно изымать то, что уже принято и самостоятельно существует в качестве главы в Законе о свободе совести. Возвращаться к обсуждению этой главы – еще опаснее, потому что новые поправки в Закон о свободе совести будет принимать депутатская группа по защите христианских ценностей в Госдуме РФ (глава профильного комитета Госдумы РФ, в том числе по религиозным объединениям, Сергей Гаврилов – один из лидеров этой группы). Эта группа давно предлагала ввести в законодательство понятие «секта», еще жестче контролировать любых «неправославных» проповедников. Кстати, и Яровую и Гаврилова патриарх Кирилл лично награждал церковными орденами. А 26 января, выступая в парламенте, патриарх поблагодарил группу по защите христианских ценностей за работу. 3 февраля у РПЦ появился лоббист в аппарате Госудмы - спикер Госдумы Вячеслав Володин назначил своим советником первого зампреда синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Александра Щипкова. Яровая, возможно, просто не знала, толком, что она рекомендует принять в сфере религии, а Сергей Гаврилов и его коллеги будут знать точно. Роман Лункин. Кошмар правоведа. Религиозная политика у опасной черты http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7458 Дальнейшее применение Закона Яровой, по крайней мере, в части регулирования миссионерской деятельности (эти изменения вступили в силу 20 июля 2016 года), ставят под угрозу межконфессиональный мир в России (больше всего от штрафов страдают прямые конкуренты Русской православной церкви – успешные протестантские церкви), делают неизбежной дискриминацию тех групп верующих, которые не имеют отношения к экстремизму, разрушают даже те традиции стабильных государственно-церковных отношений, которую наладили многие местные власти за последние 10-15 лет. Wed, 01 Feb 2017 7:00:00 +0400 Совет при Президенте РФ по правам человека не может достучаться до главы государства и до парламента в том, что касается внесения изменений в Закон Яровой (авторы - депутат Госдумы Ирина Яровая и сенатор Виктор Озеров, подписан президентом РФ в июле 2016 года). Именно этот закон правозащитники считают одним из самых несправедливых, наряду с положениями Закона об «иностранных агентах».     Еще в апреле 2016 года комиссия по гражданскому участию в правовой реформе во главе с Тамарой Морщаковой подготовила Экспертное заключение по этому закону. Члены Совета решили, что положения закона не будут способствовать поставленным целям - снижению террористской и экстремистской угрозы - и поэтому они, как минимум, нуждаются в серьезной переработке. В январе 2017 года Совет также представил заключение на пакет антитеррористических поправок. Поводом для подготовки заключения («Ведомости» с ним ознакомились) стал сбор 100 000 подписей за отмену «пакета Яровой» на сайте Российской общественной инициативы (РОИ) и обсуждение вопроса о возможном внесении поправок. Практически по всем основным статьям Закона Яровой ведущие юристы сделали заключение, что они влекут за собой ограничение конституционных прав граждан, что несоразмерно эффективности Закона при противодействии терроризму.  Заключение Совета по правам человека показывает, насколько сырым и неподготовленным был и есть Закон Яровой-Озерова. Замечания к этому закону, по существу, являются предложением его отменить. Но поскольку надежд на его отмену нет, то эксперты подчеркивают самые вопиющие недостатки этого Закона во всех его основных частях - уголовной ответственности за терроризм (недоносительство, произвол при обысках и задержаниях), хранение информации (непонятно какой и как), контроль религии (публичная миссия карается штрафом). Все эти части в случае правоприменения ведут к нарушению Конституции РФ. И если по наказаниям за терроризм и хранению и предоставлению баз данных у Совета есть конкретные предложения, то по миссионерству все более сложно. Член Совета Тамара Морщакова прямо заявила, что нет четкого определения миссионерской деятельности, и нужно корректировать нормативную базу. Тамара Морщакова отмечала в интервью «РИА-Новости»: «Есть часть материала, который вообще законодателю на глаза не попался, потому что очень быстро проходила процедура принятия этого закона, как мы считаем, со значительными нарушениями. Он был принят одновременно в нескольких чтениях, и это не позволяло учесть существенные замечания. Они, в основном, касаются тех моментов, которые нарушают, как полагает совет, конституционные права граждан…». Член Совета по правам человека адвокат Владимир Ряховский подчеркивает: «Во время консультаций по Закону Яровой я неоднократно говорил, что проповедь и миссия в христианском понимании, в рамках богословия, и определение миссионерской деятельности в Законе — это разные вещи. Именно это надо доказывать сотрудникам полиции и в ходе судебных разбирательств, занимая четкую и жесткую позицию». Адвокатам пришлось самим, исходя из анализа законодательства, давать определение миссионерской деятельности, как деятельности только религиозного объединения, а не кого-либо в личном качестве. Однако на практике полицейские задерживают и штрафуют именно отдельных граждан. Однако в той путанице, которую в законодательство внес Закон Яровой в сфере религиозной политики, любые уточнения и поправки также могут быть восприняты как вмешательство в дела религиозных объединений и нарушение свободы совести. Дело в том, что многие религиозные движения восприняли намерение контролировать миссионеров в рамках антитеррористического пакета - как оскорбление. Верующих стали рассматривать как потенциальных экстремистов. Такое впечатление, что Закон Яровой принимали, не читая Закон о свободе совести, куда вносились поправки. Тогда как существовавший до июня 2016 года Закон устраивал все религиозные объединения. В настоящее время лидеры и прихожане самых разных церквей и движений недоумевают - что это за государство, которому доставляет удовольствие через полицейских и ФСБ штрафовать баптистов, пятидесятников и индуистов и депортировать иностранцев, решивших помолиться на святой российской земле? Очевидно, что это не только нарушение свободы совести, но и кошмар любого правоведа.     Дальнейшее применение Закона Яровой, по крайней мере, в части регулирования миссионерской деятельности (эти изменения вступили в силу 20 июля 2016 года), ставят под угрозу межконфессиональный мир в России (больше всего от штрафов страдают прямые конкуренты Русской православной церкви – успешные протестантские церкви), делают неизбежной дискриминацию тех групп верующих, которые не имеют отношения к экстремизму, разрушают даже те традиции стабильных государственно-церковных отношений, которую наладили многие местные власти за последние 10-15 лет.  Закон Яровой поставил странный для цивилизованного общества вопрос – нужно ли государству граждански активное и вполне патриотическое и государственническое религиозное сообщество, которое часто сильнее и сплоченнее многих гражданских институтов? Вполне возможно, что нет, или не в эту эпоху. В перспективе реальные последствия Закона Яровой могут быть намного хуже, чем можно представить – знак равенства между верующими и экстремистами – отвращает людей от религии и сеет безверие. А у многих высокопоставленных православных формирует конспирологические иллюзии. Как написал на странице автора в Фейсбуке один из священнослужителей Русской православной церкви - настоятелей московских соборов: «а как мы можем после всего этого относится к протестантским общинам в России, если за всеми антицерковными выступлениями торчат "уши" протестантских адептов? Ведь и на Торфянке протестантские активисты тоже немало наследили. Теперь активно выступают против передачи Церкви её имущества. Поэтому мы видим, что "закон Яровой" очень актуален сегодня!». Роман Лункин. Критики Русской Церкви: православные они или нет? http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7420 В большинстве масс-медиа говорится о слиянии Церкви и государства (либо как о мифе, либо как о реальности). Но на деле происходят более сложные процессы, связанные с согласованием интересов и конфронтацией различных ветвей власти и Церкви (тот же Исаакиевский собор мэрия отдавать не хотела). Дело в том, что высшие и средние церковные руководители полагают с разной степенью радикализма, что в настоящее время государственная машина и ее инструменты должны быть приватизированы Церковью. Wed, 18 Jan 2017 13:00:00 +0400 Несмотря на уверенность представителей Московского патриархата скандал вокруг Исаакиевского собора нанес большой урон образу Церкви как организации, открытой для общества и интеллигенции, в частности. Однако возникает вполне социологический вопрос – почему руководство Санкт-Петербургской митрополии, как и многие другие епархии в регионах, не идут на контакт с гражданами в широком смысле этого слова, а предпочитают решать все вопросы с глазу на глаз с губернатором и президентом. Можно, в конце концов, совместить разговор с политиками и с разного рода общественностью. Учитывая, что Церковь считает наше российское общество православным по определению – и это правда, так как встретить атеиста даже среди ярых критиков РПЦ и патриарха Кирилла, сложно, а среди музейной интеллигенции тем более. Но тогда почему РПЦ закрыта для этого многообразного противоречивого, но православного общества. Или есть какие-то другие критерии православности (например, чтобы быть православным, достойным общения с духовенством, надо быть чиновником и т.д.). В большинстве масс-медиа говорится о слиянии Церкви и государства (либо как о мифе, либо как о реальности). Но на деле происходят более сложные процессы, связанные с согласованием интересов и конфронтацией различных ветвей власти и Церкви (тот же Исаакиевский собор мэрия отдавать не хотела). Дело в том, что высшие и средние церковные руководители полагают с разной степенью радикализма, что в настоящее время государственная машина и ее инструменты должны быть приватизированы Церковью. Основной аргумент, который приводится в пользу этого – Русская Церковь в достаточной мере пострадала в советский период, государство обязано Церкви, и без этой поддержки Церкви не подняться на должный уровень. Но для одних церковных руководителей такого рода предпосылка – возможность сотрудничества, для других – показать силу своих лоббистских возможностей. Скандал вокруг Исаакиевского собора и демонстрация 13 января 2017 года с плакатами против его передачи митрополии не случайны. Конфликт развивается уже в течении двух лет. За это время сложилась целая история личной неприязни между дирекцией музея и некоторыми священнослужителями митрополии, которые лоббировали передачу собора в общественном мнении. Но эта деятельность привела к тому, что и музей и священнослужители показали себя не с лучшей стороны, публикуя компромат друг на друга.  В апреле 2015 года директор музея Николай Буров на пасхальном приеме сказал, что Петербург «пережил блокаду, и вас переживет», и чтобы митрополит Варсонофий усмирил выходцев из Мордовии. Затем в августе 2015 года представители епархии стали распространять слухи, что Буров приказал снести барельеф «Мефистофель» напротив собора. В сентябре 2015 года прот. Александр Пелин был переведен из Сампсониевского собора, который являлся частью музейного комплекса в другой храм, а в августе 2016 года появилось видео, где священник катается на лодке и пьет пиво. В сентябре же 2015 года был снят со своей должности ключарь Исаакиевского собора архимандрит Серафим (Шкредь), который по утверждению Николая Бурова в проповедях объявлял «войну» противникам Церкви. Видимо, нервы у обеих сторон были на пределе.  Поскольку все это происходило публично, то реакцию на неожиданное решение губернатора Полтавченко передать собор, можно было предсказать с точностью до 100 процентов. В ходе пикетов противников такого решения основной претензией было неуважения мнения горожан со стороны губернатора и, прежде всего, Церкви, которая правила решение, несмотря на нежелание светской власти это делать. На этом фоне вполне естественное желание московских функционеров патриархии как-то объяснить ситуацию гражданам выглядело, как стремление запутать и загнать критиков РПЦ в угол. Достаточно сказать, что противники передачи собора во владение митрополии оказывались людьми дикими и глупыми, так как будто бы они против того, чтобы «в храме был храм, ведь он и строился как храм для службы» (Владимир Легойда). Епископ Подольский Тихон (Шевкунов) обнадеживал, что музей сохранится. Юрист патриархии игумения Ксения Чернега отмечала, что возможно музея и не будет, а деньги надо будет получать из бюджета. Глава отдела по связям с Церкви и общества Петербургской митрополии прот. Александр Пелин уверял, что вход будет бесплатный, другие говорили, что не совсем. Апофеозом конфликта стало обвинение со стороны прот. Леонида Калинина, который в эфире «Эха Москвы» 14 января назвал критиков митрополии РПЦ «шариковыми», а кампанию шариковщиной, которые «хотят взять все да поделить», испытывая животную неприязнь к Церкви еще с советских времен (или в качестве наследия безбожной эпохи). Но критикуя РПЦ (не только в Петербурге, но и в других регионах), граждане, как правило, не отрицают православие, а находятся в поисках своего образа Церкви – бескорыстного и демократичного. Возможно, Церковь и не должна быть такой, но не обращать на это внимание она также долго не сможет, иначе конфликты будут происходить постоянно, что может повредить и отношениям с властями и миссии, и материальному состоянию РПЦ.     По существу Церкви и сам патриарх Кирилл декларируют свою ответственность за все потенциально православное российское общество, пусть даже иногда и со своим представлением о православии. Однако человеческое общение с этим сложным и многослойным постсоветским православным обществом не является приоритетом для церковных руководителей.  Роман Лункин. Ссылки по теме: Молиться и служить, владеть и не сдаваться. Передача Исакиевского собора как проверка власти и бюджета Молиться и служить, владеть и не сдаваться. Передача Исакиевского собора как проверка власти и бюджета http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7405 Принятый в 2010 году при президенте Дмитрии Медведеве Закон о передаче религиозным организациям их имущества написан так, что той или иной Церкви, религиозной организации можно передать все имущество, которое имело к ней хоть какое-то отношение. Fri, 13 Jan 2017 4:00:00 +0400 Согласно российскому законодательству, Церковь не только вправе, но и в какой-то мере должна получать по требованию имущество религиозного назначения. Принятый в 2010 году при президенте Дмитрии Медведеве Закон о передаче религиозным организациям их имущества написан так, что той или иной Церкви, религиозной организации можно передать все имущество, которое имело к ней хоть какое-то отношение. Автором многих формулировок Закона является юрист Московской патриархии Ксения Чернега. Одна из главных поправок касается того, что Церкви могут быть переданы не только храмы, где совершались богослужения, но и другие здания. В том числе хозяйственные постройки и образовательные учреждения, имевшие отношение к Церкви. Когда принимался Закон 2010 года игумения Ксения Чернега и отец Всеволод Чаплин, другие спикеры Московской патриархии подчеркивали, что принимаемый Закон не является реституцией и касается всех религиозных объединений. Кроме того, в случае возникновения спорных случаев в законе и подзаконных актах прописана процедура создания согласительной комиссии (в случае с ведущими храмами Петербурга такая комиссия в идеале должна была бы существовать). Но Закон предписывает чиновникам так или иначе запускать процедуру передачи церковного наследия, если появляется такое требование от епархии. Более того, еще в 1996 году, став членом Совета Европы, Россия обязалась передать религиозным организациям объекты религиозного назначения. Большинство тех людей, которые критикуют Церковь за ее желание получить во владение Исаакиевский собор, уже переданные митрополии Храм Спаса-на-Крови, Смольный собор, находящееся в процессе передачи здание национальной библиотеке в Петербурге, не понимают за, что осуждают Русскую Церковь. Их критика иррациональна, нелогична и исходит из незнания Закона. Антицерковные силы и просто возмущенная интеллигенция производят впечатление людей, которым просто не нравится Церковь, а почему нельзя передавать храм – РПЦ – неясно. Именно эту черту разворачивающейся дискуссии подметил 12 января, выступая на пресс-конференции, глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда. Он сказал: «Иногда коллеги задают вопрос в связи с этой ситуацией: “А нормально ли это, что храм…”, — и сами затрудняются закончить эту фразу. Нормально, что в храме будет храм? Это нормально в прямом значении слова. Ненормальной является обратная ситуация. Храм был построен как место молитвы». Почему же каждый раз возникает вопрос о том, почему Церкви возвращают храмы, которыми владело до 1917 года государство? Почему даже глава думского Космитета по культуре Станислав Говорухин говорит, что если в Исакиевском соборе молились и совершали богослужения, то и не надо было отдавать его Церкви в полное владение? Почему возникает желание на Исакиевском соборе написать «Не-РПЦ», как сделала оппозиционная молодежь? Дело в том, что в российском обществе лишь треть тех людей, которые называют себя православными, могут в какой-то мере отождествлять свои интересы с интересами церковной корпорации. Для всех остальных – православие – это сакральный символ. Но и критики Церкви, и активные прихожане, и часть либералов-секуляристов – все являются или считают себя православными. Все требуют, как и всегда это бывало в истории, недостижимого - чтобы Церковь соответствовала христианским идеалам, хотя состоит она из грешников. Общество раздражает исключительность Русской Церкви как общественно-политического института. Церковному руководству позволено намного больше, чем любым другим политическим или общественным деятелям. Если бы Церковь не продавливала бы свои решения административно и политически, она бы ничего не добилась (тогда как только в Петербурге с 1990 года в ведении митрополии находится 304 объекта недвижимости, а с 2010 года передано 70 объектов). Патриархия может спорить и с партией «Единая Россия» и переламывать мнения министров, заставлять губернаторов поменять свое мнение, перенаправлять бюджетные средства в епархии. И это единственный гражданский институт в стране, который в постсоветский период добился для себя фактической реституции имущества. Усиление Церкви объективно укрепляет российское общество, но является и вызовом для государственной власти. Не создавая баланса в гражданском обществе, что является ее обязаннгостью, власть сама провоцирует конфликты и острые, но бессмысленные дискуссии. Петербуржцы должны были видеть, как работает комиссия по передаче храмов. Католики должны получить комплекс зданий в Москве в Милютинском переулке (о чем также заявлял Говорухин), костел в Смоленске, свои здания должны получать старообрядцы и лютеране, а баптисты и мусульмане должны получать право строить свои Дома молитвы и мечети. Люди должны не столько мечтать и завидовать самым успешным и пробивным, сколько знать, что государство делает так, чтобы закон работал для всех. Роман Лункин. Безопасность от религии? Верующие стали главным раздражителем для российских власти и общества http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7382 Законодательство запугивает даже законопослушных верующих и их движения. С конца нулевых годов региональную религиозную политику стали на практике осуществлять силовые структуры, а не исполнительная власть. В связи с этим произошел переворот в политической сфере: Конституция и Закон о свободе совести перестали действовать, а чиновники на местах, даже добросовестные, вынуждены игнорировать всех неправославных (о чем не раз заявляли в интервью автору статьи). Fri, 23 Dec 2016 16:00:00 +0400 Самым логичным и закономерным следствием реставрации советских стереотипов в России в последнее десятилетие стало изменение отношения к религии. Массовый интерес к вере в 1990-е годы должен был смениться охлаждением и спадом, что и произошло. Но мало кто мог предположить, что в обществе в итоге сложится совершенно необычное сознание, построенное на отрицании религии. Как это могло произойти в стране, которая пережила атеистические репрессии и миссионерский бум после распада СССР? Социолог Дмитрий Фурман еще в 2007 году в книге «Новые Церкви, старые верующие, старые Церкви, новые верующие» писал о том, что в стране слишком велик разрыв между официально навязываемой идеологией «традиционных религий» и невежеством населения в сфере практической религиозности. Потенциальные конфликты, заложенные этой ситуацией, в настоящее время становятся реальностью. Конфликт с институциональным православием – с РПЦ – приобрел странные формы, поскольку рост влияния Церкви все нулевые и 10-е годы происходил по возрастающей, особенно с приходом патриарха Кирилла. Верующих – в смысле членов Церкви – действительно становится больше, обновляется состав приходов, но рост почти в тысячу общин в год при нынешнем патриархе (с 11 тыс. в 2009 году до 16 тыс. в текущем году) был бы невозможен без жесткого административного вмешательства. В России не возникает автоматически столько православных общин со своими активистами, тогда как стремление власти поддерживать РПЦ и мнение ее лидеров на государственном уровне растет. Конфликт с инаковерующими стал постоянным и значительно усилился в связи с антизападными настроениями, страхом перед радикализмом на религиозной почве. Однако у ведущейся с завидным постоянством борьбы с неведомыми «сектантами» один источник – неудовлетворенность собственной «традиционной» религией (конечно, прежде всего православием) и отсутствие знаний о ней. Отсюда беспокойство о том, что кто-то еще соберет больше денег, будет успешнее в привлечении людей, современнее и добрее, будет вести социальную работу и даже проповедовать. Вряд ли сенатор Елена Мизулина, которая выступила 17 ноября с.г. с предложением законодательно закрепить понятие «деструктивная секта», смогла бы объяснить, кого и за что она хочет наказать с правовых позиций, но она уверена в том, что кого-то наказать надо. В Госдуме РФ есть группа депутатов по защите христианских ценностей, которая беспокоится не о проповеди Христа и 10 заповедей, но также о «сектах». Фактически руководство РПЦ не знает, что делать со стихийным общественным протестом, учитывая, что он приобретает порой довольно абсурдные формы. Люди, которые называют себя православными, выступают против строительства храмов, но столь эмоциональные пикеты против новых церквей так же неразумны, как и массовые задержания противников РПЦ (в ноябре-декабре с.г. прошли обыски и аресты активистов протеста против строительства православного храма в парке «Торфянка»). Скандалы вокруг оперы «Тангейзер» в Новосибирске в 2015 году, рок-оперы «Иисус Христос – суперзвезда» в Омске минувшей осенью и им подобные показали, что общество не понимает, почему верующим неприятно видеть Иисуса Христа в экстравагантных образах. Представителям власти ничего не остается, как поддерживать монолитную конструкцию идеологии «традиционных религий» во что бы то ни стало. Чиновники и политики не хотят признавать свои ошибки и ссориться с православными активистами. Единственный выход, который нашло государство, – объявить всю религиозную сферу потенциально опасной. В Доктрине информационной безопасности России (утверждена указом президента РФ 5 декабря с.г.) закреплено положение о том, что религиозные организации могут использоваться спецслужбами «отдельных государств средств оказания информационно-психологического воздействия, направленного на дестабилизацию внутриполитической и социальной ситуации в различных регионах мира и приводящего к подрыву суверенитета и нарушению территориальной целостности других государств… Наращивается информационное воздействие на население России, в первую очередь на молодежь, в целях размывания традиционных российских духовно-нравственных ценностей» (III. 12). Ранее только Концепция национальной безопасности РФ 2000 года провозглашала необходимость противодействия иностранным миссионерам и «культурно-религиозной экспансии на территорию России со стороны других государств». В «Пособии для работников органов исполнительной власти и правоохранительных органов по вопросам взаимодействия государства и религиозных организаций» (разработано ФАДН России, МВД России и Минюстом России 28 ноября с.г.) отмечается, что усвоение иных религий для граждан вредно, а православие не отрывает человека от коллектива, хоть и может вызвать «психологическое напряжение». Наконец, законодательные нововведения, ставшие частью так называемого «пакета Яровой» от 6 июля с.г., привнесли максимально широкие основания для привлечения верующих к ответственности за миссионерство (до 50 тыс. руб. штрафа для граждан, до 1 млн – для организаций). Этот закон затронул всех: за период с 20 июля, когда он вступил в силу, до настоящего момента зарегистрировано более 20 судебных дел. Оштрафовали пастора в Марий Эл за выступление на празднике в деревне, евангелиста из США в Орле за то, что приглашал людей в свою квартиру читать Библию, гражданку Украины в Кемерове за то, что выступила во время богослужения, баптистов в Ноябрьске и в Оренбургской области за организацию детских площадок и т.п. (в большинстве случаев видеосъемку «преступлений» производили сотрудники ФСБ). Прямым следствием «закона Яровой» стало привлечение иностранцев за нарушение визового режима, если они принимали участие в богослужении какой-либо Церкви. Чиновники на местах в массовом порядке стали принуждать религиозные группы регистрироваться или уведомлять о своем существовании, хотя закон не обязывает их это делать (в Севастополе ответственный за отношения с религиозными организациями чиновник в интервью автору этой статьи заявил, что если группа не соглашается, то власть «находит рычаги», обращаясь в силовые структуры). Произвол по отношению к одним (нетрадиционным) и при этом равнодушие к реальным интересам других (традиционных) – это сама по себе опасная политика, лишь внешне похожая на поддержание баланса интересов большинства и меньшинства. Большая ошибка чиновников и спецслужб состоит в убеждении, что неправославные не могут развиваться сами по себе, без зарубежной помощи. Помимо приходов РПЦ в России растут в основном мусульманские и протестантские общины (в стране до 10 тыс. общин каждой из религий), но они скрывают более половины своих групп от органов юстиции, так как этому их научила жизнь (строгая отчетность, проверки). Но даже и в такой ситуации религиозные объединения могут существовать, а политика рано или поздно привела бы к либерализации и законодательства, и реальной политики в регионах (что уже происходит на Северо-Западе, на Дальнем Востоке и в Сибири). Но есть фактор, который не позволяет ждать еще одно или два десятилетия. Это угроза экстремизма на религиозной почве. Современное отношение государства к религии делает власть слепой и бессмысленно жестокой в сфере борьбы с религиозными радикалами (это не экстремисты, но фундаменталисты по убеждениям) и с нетрадиционными верующими. Законодательство запугивает даже законопослушных верующих и их движения. С конца нулевых годов региональную религиозную политику стали на практике осуществлять силовые структуры, а не исполнительная власть. В связи с этим произошел переворот в политической сфере: Конституция и Закон о свободе совести перестали действовать, а чиновники на местах, даже добросовестные, вынуждены игнорировать всех неправославных (о чем не раз заявляли в интервью автору статьи). Полиция и сотрудники спецслужб не видят оттенков разных течений, их особенностей, не понимают сетевого характера современной религиозности, психологии фундаменталистов, находясь в поисках потенциальной угрозы. В какой-то мере силовые структуры так и должны себя вести в любом государстве, которое заботится о своей безопасности. Но отдавать им в руки все отношения с религиозными объединениями в регионах и подстраивать под их страхи законодательство – это путь к новым непредсказуемым конфликтам.  Роман Лункин. источник: НГ  Арбитражный суд Тульской области защитил права собственности Церкви адвентистов http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7381 5 декабря 2016 года Арбитражный суд Тульской области признал право собственности Церкви адвентистов седьмого дня на Дом молитвы в городе Липки. Проблема со зданием, где проводились богослужения и собирались верующие, возникла из-за того, что в 2007 году Церковь была ликвидирована Федеральной налоговой службой и исключена из реестра, так как долгое время не предоставляла никакой отчетности. Соответственно, у здания, которое по документам является жилым домом, формально не оказалось собственника. Однако адвентистская община продолжала молиться в своем здании, а также содержать его и ремонтировать, пока в 2014 году Дом молитвы не был отрезан от электричества, поскольку электросетевая компания выяснила, что у здания нет собственника. Fri, 23 Dec 2016 16:00:00 +0400 5 декабря 2016 года Арбитражный суд Тульской области признал право собственности Церкви адвентистов седьмого дня на Дом молитвы в городе Липки. Проблема со зданием, где проводились богослужения и собирались верующие, возникла из-за того, что в 2007 году Церковь была ликвидирована Федеральной налоговой службой и исключена из реестра, так как долгое время не предоставляла никакой отчетности. Соответственно, у здания, которое по документам является жилым домом, формально не оказалось собственника. Однако адвентистская община продолжала молиться в своем здании, а также содержать его и ремонтировать, пока в 2014 году Дом молитвы не был отрезан от электричества, поскольку электросетевая компания выяснила, что у здания нет собственника. В связи с возникшими трудностями адвентистская Церковь была вынуждена вновь зарегистрироваться, чтобы приобрести юридическое лицо. Но в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии Тульской области Церкви отказались выдать повторное свидетельство о праве собственности. После этого представители Церкви обратились в Арбитражный суд. В качестве ответчика выступила администрация муниципального образования город Липки Киреевского района. Суд (судья Е.В. Андреева) согласился с доводами юриста Василия Ничика, который представлял интересы Церкви. В судебном решении указывается, в частности, на ч.3 ст.218 ГК РФ, согласно которой «лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом». Арбитражный суд ссылается и на практику Европейского суда: «В практике Европейского Суда по правам человека свобода исповедовать религию «сообща с другими» трактуется как косвенная гарантия создания религиозных объединений, которые традиционно и повсеместно существуют в форме организованных структур и, следовательно, должны обладать необходимой правосубъектностью (Постановление от 26.10.2000г. по делу «Хасан (Hasan) и Чауш (Chaush) против Болгарии»)». Европейский Суд по правам человека признал вмешательством в осуществление гражданами права на свободу объединения, непропорциональным преследуемой законной цели и не являющимся необходимым в демократическом обществе, решение о ликвидации религиозной общины, лишившее ее статуса юридического лица и запретившее использование ею прав, которые ей принадлежали ранее, а отказ в предоставлении статуса юридического лица - сокращающим возможность демонстрировать свою религию в богослужении и применении и тем самым затрагивающим право на свободу объединения (Постановления от 17.02.2004г. по делу «Горжелик (Gorzelik) и другие против Польши», от 05.10.2006г. по делу «Московское отделение Армии Спасения против России», от 01.10.2009г. по делу «Кимля и другие против России» и от 10.06.2010г. по делу «Свидетели Иеговы» в Москве и другие против России»). Арбитражный суд признал юридические особенности религиозных организаций, которые отличают их от других общественных объединений. По смыслу закрепляющих эти особенности положений ст.ст.8, 11 и 14 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», принудительное прекращение религиозной организации возможно только путем обращения федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в области государственной регистрации общественных объединений, в суд, который принимает решение с учетом всех фактических обстоятельств, в том числе на основе данных, полученных от указанного органа, который они обязаны ежегодно информировать о продолжении своей деятельности, свидетельствующих о том, что религиозная организация является недействующим юридическим лицом и подлежит исключению из Единого государственного реестра юридических лиц. В судебном порядке было признано, что Церковь адвентистов седьмого дня в городе Лиски фактически не прекращала своего существование, а оснований для исключения Церкви из реестра не имелось. Таким образом, суд постановил признать право собственности Церкви на жилой дом и на земельный участок. Адвентистская община в Липках существует с 1947 года, с 1994 года проводились богослужения в рамках религиозной группы, а в 2000 году Церковь была зарегистрирована и вошла в состав централизованной организации - Южное объединение адвентистов седьмого дня. Жилой дом был приобретен Церковью в 2004 году на пожертвования верующих. Администрация района хотела признать дом бесхозным имуществом, но суд восстановил справедливость.  Роман Лункин. Тверские мантры. Прокуратура и православные активисты решили штрафовать индуистов за любые акции http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7380 21 октября 2016 года было возбуждено дело в отношении активиста ОСК Андрея Пучкова по поводу проведения 2 октября харинамы, то есть традиционного кришнаитского шествия в рамках Фестиваля индийской культуры. Аналогичное шествие проводилось в Твери 20 августа 2016 года, и не вызвало такой реакции прокуратуры. Сами кришнаиты указали в качестве целей шествия и фестиваля – укрепление дружбы между Россией и Индией и призыв к здоровому образу жизни. И то и другое во время тверского фестиваля присутствовало. Причем, данное публичное мероприятие было согласовано с властями – такого рода красочные шествия периодически устраиваются ОСК в самых разных регионах России. Fri, 23 Dec 2016 15:00:00 +0400 На волне применения Закона Яровой о контроле за миссионерской деятельностью органы правопорядка стремятся оштрафовать верующих практически за любое мероприятие. В Твери прокуратуре помогают православные активисты, которые стали отслеживать деятельность местного Общества Сознания Кришны (ОСК). За октябрь 2016 года против верующих удалось возбудить два административных дела по ч.4 ст.5.26 КоАП РФ о незаконной миссионерской деятельности. 21 октября 2016 года было возбуждено дело в отношении активиста ОСК Андрея Пучкова по поводу проведения 2 октября харинамы, то есть традиционного кришнаитского шествия в рамках Фестиваля индийской культуры. Аналогичное шествие проводилось в Твери 20 августа 2016 года, и не вызвало такой реакции прокуратуры. Сами кришнаиты указали в качестве целей шествия и фестиваля – укрепление дружбы между Россией и Индией и призыв к здоровому образу жизни. И то и другое во время тверского фестиваля присутствовало. Причем, данное публичное мероприятие было согласовано с властями – такого рода красочные шествия периодически устраиваются ОСК в самых разных регионах России.  Прокуратура сослалась в своем постановлении на заключение экспертов о том, что кришнаитское шествие с раздачей сладкого «прасада» – это «мероприятие, соответствующее определению миссионерской деятельности». В экспертизе отмечено, что все мероприятия кришнаитов, как бы они не назывались – шествие, фестиваль, карнавал, являются миссионерским религиозным действием. Подписано заключение доцентом кафедры теологии Тверского государственного университета (ТГУ), кандидатом педагогических наук Анатолией Гуриным и православным активистом, лидером студенческого общества кафедры теологии Андреем Безруковым. Интересно, что заключение на двух страницах было составлено на следующий день после харинамы – 3 октября 2016 года. Другое мероприятие ОСК в Твери первый заместитель прокурора Центрального района г. Тверь Н.В. Жарлицын (он же возбуждал дело по шествию) решил заранее объявить незаконной миссионерской деятельностью. 21 октября 2016 года было вынесено Предостережение о недопустимости нарушения закона активисту ОСК Андрею Пучкову. Прокурор предостерег против проведения намеченного на 23 октября концерта-медитации «Мантра-йога» - «пения мантр в уютной атмосфере в сопровождении живой музыки». Те же эксперты Гурин и Безруков, а также заведующая кафедрой теологии ТГУ С.Е, Горшкова предоставили свое заключение, в котором заранее объявили о том, что концерт является религиозным и миссионерским мероприятием. Это экспертиза начинается словами: «Несколько дней назад в социальной сети «Вконтакте» появилась информация…». В экспертных заключениях по кришнаитским акциям настораживает целый ряд неприемлемых моментов: они сделаны людьми без профильных религиоведческих научных степеней (активист Безруков – вообще без степени) и экспертизы делают вывод о том, что все мероприятия кришнаитов являются «миссионерской деятельностей». Во-первых, безусловно, далеко не все акции являются прямо миссионерскими, хотя и носят религиозный характер, а, во-вторых, этот вывод должен делать суд, а совсем не эксперты. Представители ОСК с предостережением не согласились и, более того, концерт «Мантра-йога» 23 октября провели. На следующий день 24 октября было автоматически вынесено постановление об административном правонарушении в отношении того же активиста ОСК Андрея Пучкова. Из текста ясно, что сотрудники прокуратуры (по крайней мере, двух районов – Центрального и Пролетарского) регулярно проводят мониторинг социальных сетей, где состоят члены Общества Сознания Кришны. В случае с кришнаитской общиной Твери правоохранительные органы допустили распространенную ошибку. По Закону о свободе совести миссионерской деятельностью, которая подлежит регулированию, является только деятельность религиозного объединения, то есть организации или группы. А в Твери кришнаиты незарегистрированы, а религиозная группа не уведомила органы юстиции о своем существовании. Это значит, что полиция и прокуратура после принятия Закона Яровой считают любую акцию верующих миссионерством. Право выражать свои убеждения, согласно Конституции РФ, свободно, в личном порядке и совместно, игнорируется.  По словам юриста Михаила Фролова, который защищает интересы активиста ОСК Андрея Пучкова, суды постоянно откладываются, так как в рамках дела непонятно, что можно предъявить верующему. Дело в том, что прокуратура положила экспертные заключения в основу обвинения, но статус экспертов также неясен, кто их заказывал не указано, а один эксперт без высшего образования. Во время концерта «Мантра-йога» 23 октября верующие предупредили всех, чтобы на концерте никто не проповедовал, а ведущий концерта прямо сказал, что это не миссионерство: «если кто-то хочет заинтересоваться религией, пусть идет в храм той традиции, который ему ближе». Послушать мантры пришли сотрудники прокуратуры, которые вели видеосъемку. После слов ведущего они встали и ушли, но попросили прийти в прокуратуру в понедельник. Мантрами и медитацией они так и не насладились, и, видимо, покоя и смысла жизни не обрели.  Роман Лункин. «Аллилуйя!» в поезде. Полиция разрешила распространять Новый Завет в электричках http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7379 Протоколы об административном правонарушении были составлены в отношении распространителей Нового Завета – Сергея Корепина и Сафарби Кешокова. Однако 2 декабря 2016 года Линейное управление МВД России по ст. Москва-Ярославская вынесло постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (по хулиганству) и административного дела (о незаконной миссионерской деятельности). Fri, 23 Dec 2016 15:00:00 +0400 Верующие разных протестантских церквей были задержаны на Ярославском вокзале 7 октября 2016 года. Их доставил в отделение полиции активист православного центра «За веру и отечество» из г. Пушкин Олег Владимирцев которого возмутило поведение верующих и, например, их слова «Примите Господа нашего, Аллилуйя!». Согласно показаниям Владимирцева, распространители Новых Заветов говорили о Боге и Библии, проповедуя, таким образом, «нетрадиционные для России религиозные убеждения, религию», так как «православные священнослужители не распространяют религиозную литературу в электропоездах».  Протоколы об административном правонарушении были составлены в отношении распространителей Нового Завета – Сергея Корепина и Сафарби Кешокова. Однако 2 декабря 2016 года Линейное управление МВД России по ст. Москва-Ярославская вынесло постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (по хулиганству) и административного дела (о незаконной миссионерской деятельности). Как отмечено в постановлении, в ноябре в экспертный центр МВД России по ЦФО был направлен запрос о проведении лингвистического исследования текста Нового Завета и Псалтири. Но специалисты экспертного центра отказались проводить экспертизу, поскольку в 2015 году в Закон о противодействии экстремистской деятельности была внесена поправка о том, что священные тексты Библии, Корана, Танаха и Ганджура не могут быть признаны экстремистскими материалами, а значит и экспертиза этих текстов невозможна. Примечательно, что для других государственных органов федеральный закон не является препятствием для экспертизы Нового Завета. К примеру, в июле 2016 года Выборгская таможня задержала на российско-финской границе такие же Новые Заветы, изданные миссией «Гедеон». Затем на основании тендера была назначена экспертиза Нового Завета в коммерческую компанию, а цена экспертизы составила несколько сот тысяч рублей (об этом подробно написал в газете «Московский комсомолец» адвокат Анатолий Пчелинцев в статье «Дело Ленина живет и побеждает?»). Помимо этого, ранее Корепину и Кешокову предъявлялись обвинения по ч.4 ст. 5.26 КоАП РФ – незаконная миссионерская деятельность. Дело в том, что православный активист Владимирцев заявил полиции также, что деятельность по распространению Новых Заветов разжигает межрелигиозную рознь, а вступление «в данные религиозные общества может сопровождаться крупными материальными взносами, которые могут отразиться на благосостоянии каждой отдельной семьи». Сам православный отказался от подарка в виде Нового Завета. Адвокат Корепина и Кешокова Анатолий Пчелинцев предоставил полиции справку о том, что Российское Библейское общество подтверждает подлинность текста Нового Завета и Псалтири, которые распространяли верующие. Это канонический синодальный перевод, которым пользуется и Русская православная церковь. Кроме того, оказалось, что верующие не состоят в миссии «Гедеон», то есть они распространяли свои личные христианские убеждения, независимо от организации. Капитан полиции Ю.В. Гусева согласилась с доводами адвокатов о том, что под миссионерской деятельностью в Законе о свободе совести понимается деятельность только религиозного объединения. Гражданам, которые говорят о вере и о Боге, документы не требуются.  Адвокат Сергея Корепина Инна Загребина подчеркивает, что для составления протокола нужны были хоть какие-то доказательства того, что велась именно незаконная миссионерская деятельность. Поэтому было необходимо привязать верующего к организации, так как действуя от церкви, верующий обязан был иметь документ на миссионерство. Полиция даже провела исследования в сети Интернет в социальных сетях Сергея Корепина. На основании фотографий в соцсетях, где Корепин посещает разные церкви, в том числе и миссию «Гедеон», первоначально был сделан однозначный вывод, что он действовал от имени организации. Однако адвокатам довольно быстро удалось разубедить сотрудников полиции в том, что можно основывать обвинение на фотографиях из социальных сетей. В России складывается определенный комплекс перед религией, основанный на неразрешимом противоречии. С одной стороны, в обществе есть осознание того, что наша страна – православная, со своей богатой духовной культурой, а люди в ней живут в большинстве своем православные, потому что других основ у нас нет. С другой стороны, существует страх перед религией и религиозной жизнью, перед тем, что церковь может поработить человека своей «идеологией» и заставит его менять свою жизнь. В Казахстане уже так и заявляют: замминистра по делам религий и гражданского общества Казахстана Берик Арын отметил: «Разговоры о религии и ее пропаганда вне культовых сооружений и специально отведенных для этого мест незаконны».  Между тем, православные священнослужители и активисты и правда довольно редко раздают христианскую литературу – лишь однажды была акция Сретенского монастыря (ректор – епископ Тихон (Шевкунов)), семинаристы которого у метро раздавали Евангелие от Марка.  Роман Лункин. От религиозного бума к Закону Яровой: атеизм без атеизма и православие без православия http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7333 Если суммировать положения Закона Яровой о миссионерстве, то они заключаются в следующем: Каждый верующий, говорящий о Боге вне культового здания от имени религиозного объединения, должен иметь при себе документ от организации (но в реальности полиция и суды штрафуют или задерживают всех, даже тех, кто лично от себя проповедует). Fri, 25 Nov 2016 15:00:00 +0400 Известный как Закон или пакет Яровой официально называется так: Федеральный закон от 6 июля 2016 г. N 374-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О противодействии терроризму" и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности". Поправки, касающиеся верующих и религиозных объединений, вступили в силу 20 июля 2016 года (тогда как поправки, касающиеся хранения баз данных сотовых операторов и предоставления их спецслужбам, вступают в силу только в июле 2018 года). Закон внес изменения в Закон о свободе совести (Глава III-1. Миссионерская деятельность. Статья 24-1. Содержание миссионерской деятельности. Статья 24-2. Порядок осуществления миссионерской деятельности), в Кодекс об административных правонарушениях (в статье 5.26 КоАП РФ) и в Жилищный кодекс РФ (часть 3 статьи 17 и статья 22 часть 3-2). Если суммировать положения Закона Яровой о миссионерстве, то они заключаются в следующем: Каждый верующий, говорящий о Боге вне культового здания от имени религиозного объединения, должен иметь при себе документ от организации (но в реальности полиция и суды штрафуют или задерживают всех, даже тех, кто лично от себя проповедует). Религиозные группы, которые уведомили о свое существовании, также должны выдавать документы своим миссионерам (в реальности полиция и суды стали требовать, чтобы любые группы уведомляли о своем существовании, хотя по закону это необязательно). В жилых помещениях можно проводить обряд, но нельзя проповедовать или приглашать туда неверующих. Кроме того, жилое здание нельзя сделать культовым. Проповедующий свою веру в сети Интернет, в средствах массовой информации «либо другими законными способами» также должен иметь документ от организации. Иностранный миссионер должен заключить трудовой договор с религиозной организацией, то есть приехать по гуманитарной или религиозной визе и получить квоту, а проповедовать только на территории, на которой по уставу действует пригласившая организация. Санкции предусматривают штрафы для граждан до 50 тысяч, а для организаций до 1 млн рублей. Закон Яровой даже спустя короткое время после своего принятия оказал большое влияние на общественную атмосферу. Он стал своего рода символом и воплощением контроля государства за жизнью граждан и общественных организаций. Непосредственно после своего принятия закон коснулся именно религиозных объединений, представители которых стали подвергаться штрафам. Содержание этого закона имеет значение не только для верующих, силовых структур и чиновников, но и для научного сообщества – религиоведов, социологов, историков, политологов. Сам закон вызвал оживленную дискуссию, в основном, вокруг попыток спецслужб контролировать личную жизнь граждан. Протестанты, часть православных, мусульмане резко критиковали законопроект, но безуспешно. Пакет Яровой посеял страх среди верующих и чиновников, с одной стороны, изменил отношение к религии в обществе, с другой, подтвердил то отношение, которое сложилось в постсоветское время. Религия автоматически оказалась опасной в обществе, где всякая гражданская активность находится под подозрением. Последствия применения этого закона будут еще долго сказываться на религиозной жизни и политике. Современное представление о религии в России чаще всего связывают с господством православия в смысле влияния церковного руководства Московского патриархата и присутствия православной тематики в идеологии патриотизма. Однако социологические опросы даже по прошествии 20 с лишним лет после распада безбожного советского государства фиксируют низкий уровень реальной религиозности населения, посещения богослужений и религиозных знаний. Этот феноен многие православные публицисты, такие как Сергей Чапнин, называют православием без веры, своеобразной постсоветской гражданской религией России. Религиозная политика властей и новое законодательство о религии показывают, что государство в том, что касается непосредственно религиозной жизни (а не имущества, денег и официальных мероприятий), скорее, противоречит интересам РПЦ. Независимо от своих хозяйственных интересов Церковь является крупнейшим в России христианским движением, которое не может не желать себе больше последователей и лучших условий и возможностей для миссионерства. В одной из самых секуляризованных стран Европы, которой является Россия после советского времени, к 2016 году любое миссионерство и проповедь оказались под подозрением, а слово о Боге, произнесенное без документа, стало караться серьезными штрафами (до 50 тысяч для граждан, до 1 млн рублей для религиозных объединений). Трудно удержаться от соблазна провести исторические параллели. В начале ХХ века после Манифеста о веротерпимости 1905 года происходила постепенная либерализация в религиозной сфере, как и в 1980-х годах в эпоху СССР. После распада империи с 1917 года на протяжении 12 лет религиозные движения, кроме православия, развивались более или менее свободно. Период религиозной свободы наступил и после 1991 года, но уже в 1997 году был принят Закон о свободе совести, закрепивший в России четыре «традиционные религии» - православие, ислам, буддизм, иудаизм (хотя самого термина в законе нет). Постсоветская свобода религии сворачивалась постепенно, пока к 2016 году законодательство 1990-х годов не было изменено окончательно. Также и при советской власти принятое в 1929 году сталинское законодательство о культах радикально и жестоко изменило отношение государства к религии. Нынешний Закон Яровой, безусловно, не столь категоричен и не ведет к таким бесчеловечным последствиям, каким вел сталинский закон. Но откат от религиозного бума 1990-х годов и свободы религии к контролю верующих и попытки вытеснить религию из публичной сферы – объединяет Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях» 1929 года и пакет Яровой в части контроля миссионерской деятельности (и поправки о религиозных группах, принятые летом 2015 года). В обоих документах предполагается, что все объединения и группы должны быть зарегистрированы. Основные требования к миссионерской деятельности в законе Яровой и в сталинском постановлении совпадают: «19. Район деятельности служителей культа, религиозных проповедников, наставников и т.п. ограничивается местожительством членов обслуживаемого ими религиозного объединения и местонахождением соответствующего молитвенного помещения. Деятельность служителей культа, религиозных проповедников и наставников, обслуживающих постоянно два или несколько религиозных объединений, ограничивается территорией, на которой постоянно проживают верующие, входящие в указанные религиозные объединения.…. 57…. В помещениях, специально не приспособленных, молитвенные собрания верующих происходят с уведомления в сельских поселениях - исполнительного комитета сельского Совета депутатов трудящихся и в городских поселениях - исполнительного комитета районного, городского Совета депутатов трудящихся… 58. Во всех государственных, общественных, кооперативных учреждениях и предприятиях не допускается совершения каких-либо религиозных обрядов и церемоний культа, а также помещение каких-либо предметов культа… 61. Религиозные шествия, а также совершение религиозных обрядов и церемоний вне места нахождения религиозного объединения могут быть допущены с особого каждый раз разрешения органа, заключившего договор о пользовании культовым имуществом….». При этом, советское постановление было направлено на создание условий для закрытия культовых зданий, а Закон Яровой ставит целью ограничение проповеди стенами церквей и Домов молитвы. Именно поэтому в Законе Яровой вводится расплывчатое определение миссионерской деятельности и прямой запрет на миссионерство в жилых помещениях, чего не было в советском законодательстве. В условиях постсоветского синкретизма идей и политического значения православия ни тотальный атеизм, ни критика религии с атеистических позиций по существу оказались невозможны. А тотальный интерес к религии 1990-х годов ушел в прошлое. Поэтому в обществе сложилось совсем не враждебное, а в большой степени подозрительное отношение ко всему религиозному. В обществе господствует страх перед религией, как чем-то неизвестным и потенциально опасным. Большой вклад в формирование этой психологической реакции на религию внесли страх перед международным терроризмом и экстремизмом на религиозной почве и ностальгия по советскому прошлому. Однако это подозрение к религии уже не связано с атеизмом и воинствующим безбожием как в советскую эпоху. Формально религиозная политика властей основана на православии – в силу заявлений самих политиков и социологических опросов, показывающих высокий авторитет Церкви и православных по самоидентификации. На деле такого рода православность населения и политиков не связана с пониманием вероучения, приходской жизнью или социальным служением РПЦ. То есть те же самые люди, которые с подозрением относятся к любой вере, и называют себя православными. Вполне закономерно, что сложилась ситуация, когда ограничением религии занимаются люди, которые ее не понимают и боятся. В конце 2010-х годов во время позднепутинского застоя доминируют ощущения стабильности. Нарушить это ощущение стабильности, с точки зрения массового сознания и политиков, в идеологической сфере может только религия. Даже иерархи РПЦ часто высказываются не только против участия религии в политической жизни, но и обсуждения чисто религиозных (в отличие от исторических) тем в публичном пространстве. Политики, чиновники, сотрудники силовых структур, тем более, являются самыми последовательными сторонниками приватизации религии, и считают своим долгом оградить общество от проповедников, главным образом, неправославных. В основе маниакального стремления подвергать разного рода экзекуциям неправославных лежит целый ряд политико-психологических фобий: комплекс неполноценности заставляет подозревать инаковерующих во многом. В том, что они могут быть более влиятельны как «агенты Запада» или вообще «чужие» для российского общества; в том, что они могут быть успешнее в миссии и более привлекательны, чем «традиционные религии», для людей; в том, что они могут быть богаче и собрать больше средств от своих последователей. Гордиться перед сектантом российскому гражданину нечем, но зато он может избавить от него общество, как от потенциального врага. Таким образом, религия оказывается помехой с самых разных точек зрения. Согласно концепции антитеррористического «пакета Яровой» государство вернулось к идее полного контроля религиозной жизни ради безопасности и стабильности в обществе — именно такими были основные аргументы в пользу принятия Закона Яровой в июне 2016 года. Примечательно, что в прессе и на телевидении обсуждались исключительно положения, которые касаются хранения данных сотовыми операторами и ужесточение антиэкстремистской политики (положение пакета Яровой об уголовной ответственности за недоносительство о каких-либо экстремистских действиях). Статьи о миссионерской деятельности в пакете Яровой и наказании за незаконное миссионерство были полностью проигнорированы широкой общественностью, так, как-будто этого в законе нет. Между тем, 20 июля 2016 года в силу вступили именно поправки, которые касаются миссионерства, а все остальные положения о базах данных сотовых операторов были отложены до 2018 года. Внушительные штрафы до 50 тысяч рублей для физических лиц и до 1 млн рублей для организаций за незаконное миссионерство в рамках Закона Яровой не стали предметом обсуждения ни в официальной, ни в либеральной прессе. Суть поправок о миссионерской деятельности состоит в том, что каждый миссионер должен иметь документ на ведение миссионерской деятельности от религиозного объединения или религиозной группы (в связи с этим суды и чиновники в регионах стали считать, что группы верующих должны обязательно уведомлять о своей деятельности органы Минюста, хотя в законе такого обязательного требования нет). Вопрос о том, что могут делать верующие в жилых помещениях и могут ли российские и иностранные граждане распространять свои убеждения в личном качестве был отдан на откуп полиции и судов. Практика применения этого закона показала, насколько четко этот закон уловил психологию правоохранительных органов и части общества. В судебных решениях отразился весь спектр черт российского сознания от иррационального страха перед любым западным влиянием и присутствием иностранца до антисектантских фобий и представлений о религии как о мошенничестве или, по крайней мере, корыстном деле. Следует отметить, что, несмотря на все комплексы общественного сознания, общество, простые граждане, совсем не агрессивны и не склонны проявлять религиозную ксенофобию. Эта ксенофобия скорее пассивная, она легко воспринимает чужие действия, но в реальности люди могут быть вполне терпимы к иеговистам или пятидесятникам, которые в жизни совсем не похожи на «страшных сектантов». Об этом свидетельствует и то, что в большинстве случаев дела штрафах за незаконную миссионерскую деятельность были в значительной степени организованы самими правоохранительными органами, а не пострадавшими или возмущенными гражданами. Закон Яровой породил вспышку самых разных абсурдных страхов и комплексов, которые больше характеризуют психологию представителей органов власти, чем отражают букву закона. Вот некоторые психологические фобии. Представители полиции после принятия этого Закона фактически стали считать, что иностранцы вообще не могут заниматься никакой религиозной деятельностью. 10 сентября 2016 года в Калуге были задержаны двое граждан США Александр Уитни и Давид Козан со своей несовершеннолетней дочерью Катрин. Итогом пятичасового допроса стал протокол, согласно которому за административное правонарушение Уитни и Козан были оштрафованы на 3 тысячи рублей каждый без депортации из России. Американцы путешествовали, как туристы, но решили помолиться, будучи протестантами-пятидесятниками и друзьями калужской церкви христиан веры евангельской (пятидесятников) «Слово Жизни» и ее лидера – епископа Альберта Раткина. 9-11 сентября 2016 года в Доме молитвы этой церкви (Храм Христа Спасителя г. Калуги) прошла конференция, посвященная 80-летию пятидесятнической церкви в Калуге. Верующие полагают, что их общину и в целом движение пятидесятников в Калуге основал в 1936 году один из известных деятелей протестантского движения в России Иван Воронаев, находившийся здесь в ссылке. Граждане США Уитни и Козан приветствовали своих единоверцев, посмотрели фильм и исторический спектакль о жизни и служении Ивана Воронаева. На богослужении был также епископ Российского объединенного Союза христиан веры евангельской (пятидесятников), член Общественной палаты РФ Сергей Ряховский. По словам епископа калужской церкви Христа Спасителя Альберта Раткина, около 22.00 10 сентября 2016 года за воротами Дома молитвы американцев встретили несколько оперуполномоченных и сотрудников ФСБ. Участковый майор полиции Сергей Докуков конфисковал паспорта граждан США и отдал их только после того, как они пригрозили вызовом консула. Как отмечают представители церкви, не только участковый, но и переводчик в отделении полиции, предоставленный правоохранительными органами отлчался высокой компетентностью в своем деле: «Давид Козан пошутил, что уже видел такие ночные допросы и такое отношение к людям в кино. Переводчик перевела это, будто он просит, чтобы ему поставили кино». В два часа ночи подполковник полиции Владимир Гренков составил постановление об административном нарушении правил въезда в страну и «осуществлении религиозных связей». В нем отмечалось, что эти «религиозные связи» американцы осуществляли 10 сентября с 16 ч до 21 ч., хотя приехали по туристической визе. Подполковник заявил, что у него имеется секретная запись «религиозных связей» граждан США от тайного осведомителя, с которой он не дал ознакомиться обвиняемым. Иностранный гражданин не может говорить о вере в жилом помещении, а тем более приглашать туда людей. 14 августа 2016 года, согласно протоколу об административном правонарушении, в городе Орле был оштрафован на 40 тысяч рублей американский миссионер Дональд Оссерваарде, гражданин США, из штата Мичиган. Участковый полицейский заметил, что на досках объявлений в одном из районов Орла расклеены приглашения для всех желающих на библейскую группу по изучению Библии, которую проводит баптист Оссерваарде по воскресеньям. Как отмечает сам проповедник и лидер группы, «Я американец и баптист, занимаюсь самостоятельно миссионерскими делами с 2002 года в городе Орле. (Хотя по новому закону нельзя считать мою деятельность миссионерской, так как я не представитель никакого религиозного объединения.) У нас есть небольшая группа - 15 человек. Мы собираемся в моем собственном частном доме. У меня вид на жительство с 2005 года». 12 августа на очередное изучение Библии пришли трое полицейских. После собрания они задали целый ряд вопросов и привезли американца в отделение полиции, где и был составлен протокол. По словам баптиста, основные претензии заключались в том, что он расклеивал объявления, а потом собирался в частном доме. В протоколе гражданин США написал: «Я, Оссеваарде, Дональд Джей, категорический не согласен, что я нарушил закон, так как я не приклеил приглашение на домах 22 или 24 по ул. Пушкина. Я не являюсь представителем религиозного объединения, поэтому я не мог бы заниматься миссионеркой деятельностью как определено в ФЗ № 125. Я собираюсь в моём частном доме с друзьями, а это дело частного человека в частном доме и не нарушаетзакон. Я буду жаловаться на то, что меня несправедливо обвиняют». Судья Железнодорожного районного суда г. Орла Сергунина И.И. решила, что нельзя считать изучение Библии в квартире простым личным исповеданием веры. В ходе судебного разбирательства выяснилось, что американец не расклеивал объявления, но все же опускал их в почтовые ящики. В постановлении есть ссылка и на ст. 7 Закона о свободе совести, где дается широкое определение религиозной группы, как добровольного объединения граждан, действующего без регистрации и прав юридического лица. Это значит, что судья посчитала нарушением закона то, что лидер группы миссионерствует среди людей, которые не являются членами группы. А наличие или отсутствие уведомления о деятельности группы судья сочла собственным упущением де факто существующей группы. Таким образом, в постановлении четко сформулировано, что вина Оссерваарде считается доказанной, так как он «осуществлял миссионерскую деятельность без уведомления в письменной форме о начале деятельности религиозной группы». Смягчающих обстоятельств судья не установила. В настоящее время постановление о наложении штрафа в 40 тысяч рублей на гражданина США обжалуется. Страх перед «оранжевой» революцией и перед «украинским влиянием» также стал одним из факторов в ходе возникновения дел по Закону Яровой. Доносы становятся самым легким и естественным поводом для применения закона против отдельных церквей и проповедников. 27 августа 2016 года в Петербурге по такому доносу был задержан Сергей Журавлев, архиепископ Реформаторской Православной Церкви Христа Спасителя или Киевской архиепископии. Журавлев более известен в России и Украине как основатель обновленческого православия протестантского толка. С 1991 по 1996 годы он был священником Московской патриархии, но затем, по собственному признанию пережил «рождение свыше» и фактически стал православным по форме (ряса и крест), но протестантом харизматического направления по духу и содержанию. Журавлев пошел намного дальше обновленцев советского периода, которые хотели реформировать РПЦ – Церковь Журавлева отрицает почитание Божией Матери и, к примеру, считает день Крещения Руси скорбным днем насильственной христианизации России. Сергея Журавлева принимают в самых разных общинах. 27 августа он посещал еврейскую мессианскую общину Петербурга и выступал там с проповедью. Богослужение было прервано в довольно грубой форме полицейскими, пришедшие люди были напуганы. После проверки документов оказалось, что полицейские искали только одного человека – Сергея Журавлева. В 5 отделе полиции Фрунзенского района Петербурга его несколько часов допрашивали. Был составлен протокол об административном правонарушении о том, что Журавлев якобы проводил незаконную миссионерскую деятельность без документа на ее осуществление. Доводы о том, что Журавлев выступал лично от себя как гражданин и проповедовал по приглашению в общине другого направления, не подействовали. Кроме того, говоря о Боге в мессианской общине, Журавлев явно не вовлекал никого в свою церковь. Вместе с тем, судя по уже имеющимся делам по Закону Яровой, у прокуратуры, полиции, судей вполне могут возникнуть вопросы к Журавлеву. Дело в том, что Реформаторская Православная Церковь Христа Спасителя не зарегистрирована в России, сам Журавлев живет в Туле, но постоянно ездит и окормляет свои общины и выступает в других церквях. Обновленческие православные общины существуют в виде религиозных групп, и ни одна из них не подавала уведомлений ос воем существовании. Формально Журавлев не мог ни от кого в России получить документа на миссионерство. Возглавляет Журавлев Киевскую архиепископию данной Реформаторской Церкви, и в Украине она как раз зарегистрирована. Допрос, как отметил Сергей Журавлев в интервью автору, проводился в отделении полиции на основании доноса некоего ревнителя православия. Неназванный человек специально отследил проповеди Журавлева через Интернет. В доносе было отмечено, что он ведет незаконную миссионерскую деятельность с целью наживы и оскорбляет религиозные чувства православных, будучи гражданином Украины. Кроме того, отмечалось, что он якобы поддерживает связи с «Правым сектором», имеет проукраинские взгляды и чуть ли не призывает людей на баррикады. Провокационный донос довольно сильно подействовал на сотрудников полиции – Сергея Журавлева допрашивало четыре офицера. В процессе этого общения выяснилось, что никакого гражданства Украины у обновленческого архиепископа нет, а его проповедь вполне укладывается в общехристианские нормы. Однако портал «Интерфакс-религия» уже процитировал представителя правоохранительных органов, который усмотрел в проповеди Журавлева возможную дискредитацию православия и разжигание вражды по отношению к РПЦ. 5 сентября 2016 года Сергей Журавлев был оштрафован на пять тысяч рублей. Применение Закона Яровой по отношению к проповедникам становится поводом для детективных историй с погонями и слежкой. Так произошло в Кемерово, куда в гости к своим единоверцам в протестантскую церковь в августе 2016 года приезжала гражданка Украины Ирина Тищенко, лидер семейного и женского служения в движении «Новое поколение» в Першотравенске и Харькове. В результате 14 сентября 2016 года она была оштрафована на 30 тысяч рублей, а 27 сентября постановление о возбуждении дела об административном правонарушении было вынесено в отношении российского пастора церкви «Новое поколение» Андрея Матюжова, у которого Тищенко выступала на собрании. И пастора Матюжова, и проповедницу Тищенко обвинили в незаконной миссионерской деятельности. Формально верующим христианской церкви в Кемеровской области нечего было опасаться. Гражданам Украины не надо получать визу, а значит, визовый режим Ирина Тищенко нарушить не могла. Она приезжала в гости к дружественным церквям и не собиралась участвовать в громких публичных мероприятиях по обращению в христианство незнакомых людей. Однако, поскольку, члены церкви знают своих верующих, то они сразу почувствовали пристальное внимание к своим общинам со стороны незнакомцев. Все началось с собрания протестантской общины «Новое поколение» в Новокузнецке. Ирина Тищенко отмечала в интервью автору, что на новокузнецком собрании были замечены люди с телефонами, которые снимали происходящее на видео, а милиция пряталась в кустах неподалеку. В результате Тищенко приняла решение не выступать на этом собрании вообще. Затем Тищенко приезжала в Ленинск-Кузнецкий, где также не проводилось каких-то собраний, но верующие заметили за собой погоню и слежку вокруг церкви. Правоохранительные органы, полиция и явно не только органы внутренних дел, решили проводить показательное задержание гражданки Украины в Кемерово в церкви «Новое поколение» Андрея Матюжова. Богослужение в церкви было открытым, так что там могли присутствовать незнакомые люди, а Ирина Тищенко публично поздравляла супругу Матюжова с днем рождения. Когда после служения к помещению, где оно проводилось, приехали полиция и иные службы, пастор Андрей Матюжов взял на себя смелость и не пустил на порог полицейских (скорее всего, за этот поступок пастора также пытаются привлечь к ответственности). Представители различных органов не решились вламываться в частное помещение. Но на этом история не закончилась – в 3 часа ночи Ирину Тищенко сняли с машины на посту ДПС, предъявили ей обвинение и составили протокол, и отпустили в Украину. Решение оштрафовать Тищенко было вынесено 14 сентября без ее присутствия. В постановлении Заводского районного суда г. Кемерово от 14 сентября 2016 года сказано, что у Тищенко не было разрешения на миссионерскую деятельность от церкви «Новое поколение». Однако церковь незарегистрирована и не уведомляла о своем существовании в качестве группы, а значит и не могла выдать такого разрешения. Согласно букве закона, церковь «Новое поколение» г. Кемерово не является группой, которая должна выдавать разрешения, а гражданка Украины исповедовала свою веру, основываясь на Конституции России (ст.28). Но суд в отсутствии обвиняемой принял объяснения свидетеля Акиняева, который не является членом данного религиозного объединения, на собрание пришел якобы из любопытства и при этом производил видеосъемку. Естественно, Акиняев добровольно отдал видеозапись полиции. За один день было сделано лингвистическое исследование, которое подтвердило, что слова, которые говорила Тищенко, относятся к жанру проповеди. В постановлении также указано, что проводились оперативно-розыскные мероприятия «Наблюдение», поэтому верующие не ошиблись, когда подумали, что за ними следят с самого момента приезда гражданки Украины в Кемеровскую область. Тот самый Акиняев, который и производил оперативную видеозапись подтвердил, что он является тем лицом, которое незаконно вовлекалось в деятельность религиозного объединения. То есть человек, который помог полиции и иным службам с видеозаписью, одновременно подвергал себя «опасности» и подвергался миссионерскому воздействию. На его показаниях фактически и было построено обвинение о проповеди среди тех, кто не является членом или участником данного религиозного объединения. Впоследствии на 5 тысяч рублей был оштрафован также и пастор кемеровской церкви «Новое поколение» Андрей Матюжов. Украинское дело в Кемерово является уже вторым делом по незаконной миссионерской деятельности, где фигурирует пятидесятническая церковь «Новое поколение». Первое дело было в Марий Эл, где пастора оштрафовали за поздравление на деревенском празднике. Ирина Тищенко является супругой лидера объединения церквей «Новое поколение» Украины Андрея Тищенко, которому запрещен въезд в Россию. Каковы бы ни были претензии полиции к «Новому поколению», которое ассоциируется с поддержкой «оранжевой» революции и майдана, применение Закона Яровой является абсолютно политическим, а дела создаются искусственно самими органами полиции и другими службами. К примеру, пастора группы пятидесятников в Твери «Посольство Христа» гражданина республики Гана Э. Туа оштрафовали на 50 тысяч 1 августа 2016 года, но дело в том, что о собрании африканских студентов никто не знал, так как они не занимались миссией. Но в тексте постановления про тверских африканцев указано, откуда информация – это оперативная справка об их религиозной группе из Управления ФСБ, которая была предоставлена в суд. Многие дела о штрафах за миссионерство были возбуждены вполне в духе советского атеистического времени – против религиозных выступлений в принципе. 30 июля 2016 года в деревне Мари-Шолнер Мари-Турекского района Республики Марий Эл проводился обычный деревенский праздник. Староста деревни пригласил на праздник своего знакомого – лидера религиозной группы христиан веры евангельской (пятидесятников) Александра Якимова. Дело в том, что и раньше на народном празднике выступали представители этой группы, ранее называвшейся «Новое поколение» (часть харизматического движения, основанного рижским пастором Алексеем Ледяевым). Члены группы устраивали что-то вроде импровизированного концерта. В данном случае 30 июля на сцене повесили старый баннер «С праздником, моя деревня», на котором имелась надпись «Новое поколение». Александр Якимов вышел на сцену, произнес несколько теплых слов и призвал благословение Божие на всех жителей Мари-Шолнер, выступил против алкоголизма. Прокурор Мари-Турекского района Н.В. Бахтин странным образом посчитал, что баннер с надписью «Новое поколение» и благословение являются признаками миссионерской деятельности. Кроме того, в постановлении о возбуждении административного дела указано, что религиозная и миссионерская деятельность проводилась на муниципальной территории (жилой дом), что не входит в перечень разрешенных мест для проповеди. Отмечается, что во время праздника Якимов не представился от имени религиозной организации и не сообщил о наличии у него полномочий на миссионерскую деятельность. Из постановления от 5 августа также следует, что по каким-то неизвестным причинам правоохранительные органы задокументировали деятельность именно этой группы Якимова. Съемку во время деревенского праздника проводили и сотрудники полиции, и сотрудники УФСБ по республике Марий Эл. Более того, к 5 августа уже была готова «социально-философская экспертиза» опять же неизвестного эксперта под номером 1. Эксперт отмечает, что на видеоматериалах присутствует атрибутика «Церкви Новое поколение», которая якобы «квалифицируется в научной литературе как неопятидесятническая». Слова, произнесенные Якимовым, считаются «проповедью и молитвой». Прокурор особенно подчеркивает, что проповедь и молитва произнесены осознано и намерено в присутствии несовершеннолетних. Такого рода слова, безусловно, придают криминальный оттенок «проповеди и молитве». Дело возбуждено по ч.4 ст.5.26 КоАП РФ. Однако Александр Якимов выразил несогласие с постановлением и от своей подписи под ним отказался. По словам Александра Якимова, он прекрасно видел, что полиция следит за происходящим и даже производит съемку во время праздника. Якимов поздравил всех с днем деревни, благословил старосту за его работу и всех жителей деревни. На этом «проповедь и молитва» были закончены. 31 августа 2016 года мировой судья судебного участка Сернурского судебного района Республики Марий Эл приговорил пастора Церкви ХВЕ «Новое поколение» Александра Якимова к штрафу в размере 5 тысяч рублей за «незаконное миссионерство» в деревне Мари-Шолнер. Напомним, что 30 июля 2016 года по приглашению старосты деревни пастор, лидер религиозной группы, Якимов благословил жителей деревни во время праздника. Пастор не признал себя виновным. Случай на Алтае прямо говорит об испуге местных властей перед желанием протестантской церкви ознакомить со своим вероучением и вступить в диалог. В июле и в августе 2016 года Церковь адвентистов седьмого дня города Бийска Алтайского края проводила акцию по религиозному и правовому просвещению, как на территории края, так и в соседней Республике Алтай. Церковь официально от своего имени с сообщением всех данных о себе раздавала комплект книг в рамках программы духовно-нравственного возрождения. В комплект входил сборник о свободе совести и религиозная литература адвентистов по поводу духовной истории человечества и правил счастливой жизни. Когда адвентисты с книгами захотели познакомиться с администрацией Майминского района, то чиновники заявили о незаконной миссионерской деятельности церкви. 9 августа 2016 года сотрудники администрации Майминского района пожаловались в Комитет по национальной политике и связям с общественностью Республики Алтай. Хотя само «правонарушение» было совершено еще 13 июля 2016 года. 22 августа 2016 года был составлен протокол об административном правонарушении по самой популярной в связи с Законом Яровой ч.4 ст. 5.26 КоАП РФ – осуществление миссионерской деятельности с нарушением законодательства о свободе совести. В протоколе говорится, что это была деятельность объединения, были уполномоченные лица, все делалось публично с сопроводительным письмом, книги распространялись среди не членов церкви. Более того, присутствовала фактически и цель – вовлечение последователей, так как в брошюре «10 правил счастливой жизни» содержалось приглашение к изучению Библии с указанием адреса. Кроме того, сотрудников администрации, видимо, испугала серия книг "Конфликт веков" ("Христос надежда мира" (Желание веков); "Великая борьба"; "Патриархи и пророки"; Пророки и цари"; "Деяние апостолов"; "Библейские чтения в кругу семьи") плюс диск. Нарушением законодательства, как указано в протоколе, стало только место действия – Республика Алтай, поскольку церковь зарегистрирована в Алтайском крае, а также администрация муниципального образования. По мнению властей Республики Алтай и Управления Минюста, был нарушен и п. 2 ст. 24.1 закона «О свободе совести и религиозных объединениях», где перечисляется список мест, где можно заниматься миссионерской деятельностью. Государственное учреждение в этом списке не значится. Председатель Совета Церкви Владимир Кнауб попытался оспорить протокол, ссылаясь на п. 3 ст. 18 закона о свободе совести, согласно которому государство содействует культурно-просветительским программам религиозных объединений. Кроме того, еще в самом протоколе Кнауб отмечал, что никакой цели вовлечения в деятельность религиозного объединения не ставилось. Литература распространялась бесплатно, в том числе для того, чтобы районные администрации имели представление о том, что такое Церковь адвентистов седьмого дня. Верующие подчеркивают, что не ожидали от чиновников, с которыми хотели познакомиться, такой реакции и злого умысла не имели. «К сожалению, у нас законы так часто и быстро принимаются в государстве, что мы не успеваем их отследить и адаптировать к практике служения. Совершая служение в обществе, не понимаем до конца, как это делать… даже не всегда государственные службы способны их понять», - сказал Кнауб. Впоследствии постановление о возбуждении дела в отношении адвентистов было отменено. Логика нового закона и широкое определение миссионерской деятельности в нем стали основанием для подозрений по поводу акций верующих даже в церковных зданиях, как правило, Домах молитвы протестантов. В Ноябрьске – крупном городе Ямало-Ненецкого автономного округа – представители власти ликвидировали детскую площадку, которая была организована в июле 2016 года около Дома молитвы евангельских христиан-баптистов (община входит в Российский Союз ЕХБ). Комиссионная проверка, в состав которой вошли сотрудники прокуратуры, МЧС, администрации города, Роспотребнадзора и комиссии по делам несовершеннолетних, расценила батут, тарзанку и игры с детьми как «несанкционированный детский лагерь». По фотографиям, которые были опубликованы в Интернете, видно, что баптисты организовали именно площадку. Соответственно, различные органы нашли нарушения условий пребывания детей в «лагере». Например, «Не было договора на поставку обеда». Кроме того, баптисты не уведомили о том, что они собираются организовывать такой «лагерь». Хотя пасторы церкви утверждают, что разрешительные документы на площадку у них есть. Организатор детской площадки пастор Церкви ЕХБ «Возрождение» в Старом Уренгое Александр Подколзин отметил в интервью автору, что на самом деле никакого лагеря на территории Дома молитвы не было. Местные власти прекрасно знали о том, что верующие таким образом устраивают досуг детей. Площадки проводились уже не первый год и в Ноябрьске, и в Уренгое. Кроме того, у представителей власти не возникло никаких претензий к церкви по поводу приглашения детей на площадку, так как это были дети верующих родителей, в том числе членов церкви. На своей территории община имела права устраивать досуг своих же детей. Однако полицию и прокуратуру, видимо, привлекло нечто другое, чем забота о детских жизнях. Дело в том, что с 43 детьми занимались также граждане Украины и США, гости из славянских церквей этих стран, с которыми баптисты поддерживают отношения. У гостей проверяющие не обнаружили необходимого педагогического образования и медицинских книжек. Подколзин также сообщил агентству Ura.ru: «Мы сотрудничаем со славянскими церквями в США, их организовали наши соотечественники или граждане бывшего СССР, которые в свое время эмигрировали в Штаты. Они русскоговорящие». Помимо этого, по словам Подколзина, после проверки детской площадки сотрудники прокуратуры вошли в Дом молитвы и нашли там лоток с религиозной литературой. Сотрудники органов решили, что дети могли слушать проповеди и литература, по их мнению, распространялась как-то неправильно. С детьми на самом деле проводились игры и уроки, направленные не на религиозное, а на нравственное воспитание (понятие о добре и зле, о дружбе), а на столах лежали книги, описывающие вероучение церкви. В итоге пастор Церкви ЕХБ в Ноябрьске Алексей Телеус был оштрафован на 5 тысяч рублей по Закону Яровой. Телеус был привлечен к административной ответственности по ч.4 ст.5.26 КоАП РФ: «Осуществление миссионерской деятельности с нарушением требований законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях». Каких-либо более подробных объяснений причин такого наказания нет, а церковь не стала обжаловать штраф. У истории с закрытием «детского лагеря» в Ноябрьске есть и общественно-политическая подоплека. Как отмечают местные наблюдатели, баптистская церковь стала разменной монетой накануне сентябрьских выборов 2016 года. Против церкви выступил начальник отдела по вопросам общественной безопасности администрации Ноябрьска Ростислав Исаев. Он же давал комментарии по этому делу в прессе, отмечая, что церковь понесла якобы заслуженное наказание в виде штрафа, хотя формально штраф был совсем не за организацию «лагеря». Проверка в баптистской церкви была устроена в то время, когда мэр города (сити-менеджер) Алексей Романов был в отпуске, и его подчиненные решили устроить громкое дело для того, чтобы показать свою значимость. Сотрудники прокуратуры, по словам верующих, пошли навстречу церкви, так как знали о детской площадке. Благодаря «доброму» отношению прокуратуры, площадка была закрыта в последний день ее проведения, то есть она проработала весь положенный срок. Затем заместитель прокурора составил протокол по нарушению ведения миссионерской деятельности на минимально возможную сумму – в 5 тысяч рублей. Закон Яровой позволил реализовать страх перед проповедниками в общественных местах. Через два дня после вступления в силу положений Закона Яровой о миссионерстве, то есть 22 июля 2016 года, в Черкесске было возбуждено первое дело. Последователь Общества Сознания Кришны Вадим Сибирев в час дня раздавал литературу на улицу и беседовал с прохожими. Самое интересное, что Сибирева не задерживала полиция на месте, а его собеседники не жаловались сразу после беседы с ним. С заявлением в полицию обратился несколько дней спустя некий Рашид Зитляужев, приложив к делу фотографии. И только после этого Сибирев был задержан для дачи показаний. Составлявший протокол сотрудник полиции Джантуриев А.К. так и написал о правонарушении: «раздавал литературу религиозного характера». Защищал Вадима Сибирева в районном суде Черкесска юрист Михаил Фролов. И поскольку протокол полицейского не оставлял суду простора для маневра, то в постановлении мирового судьи судебного участка №3 Черкесска от 15 августа 2016 года были изложены, в основном, доводы защиты. Судья прекратил производство по делу Вадима Сибирева и не нашел в нем состава преступления. В постановлении отмечается, что Сибирев не занимался миссионерской деятельностью, а поэтому к нему нельзя применить ч.4 ст.5.26 КоАП РФ об ответственности за осуществление таковой деятельности в нарушение законодательства о свободе совести. Юрист Михаил Фролов использовал в качестве довода определение миссионерской деятельности, данное в п.1 ст.24.1 Закона о свободе совести. В первом пункте этого определения говорится, что миссионерство – это деятельность именно религиозного объединения. Помимо этого, решающее значение также имело заявление Вадима Сибирева, что он не является представителем какого-либо религиозного объединения. Кроме того, он не действовал с целью вовлечения кого-либо в какое-либо религиозное объединение. И это также «не позволяет квалифицировать его деятельность, как миссионерскую», говорится в постановлении мирового судьи. Суд встал на сторону члена Общества Сознания Кришны, так как оказалось невозможным доказать, что Сибирев осуществлял именно миссионерскую деятельность. 7 октября 2016 года дело против распространителей Нового Завета было возбуждено, благодаря действиям сотрудников Православного правозащитного аналитического Центра. Совместно с патрульно-постовой службой полиции они задержали 8 человек, которые раздавали Евангелие в пригородных поездах на Ярославском вокзале. Причем, Новый Завет и Псалтирь в синодальном переводе, который раздавали миссионеры, был издан протестантской миссией «Гедеон». Тогда как сотрудники православного центра сообщили прессе, что они поймали «иеговистов». В отделение УВД было доставлено два человека, в отношении которых и ведется следствие. Миссионерская деятельность стала поводом для применения других законов, прямо не связанных с пактом Яровой. К примеру, в отношении иностранцев выносятся решения о штрафе за нарушения визового режима, а в отношении россиян за проведение публичных мероприятий без уведомления. Например, 23 сентября 2016 года Новосергиевский районный суд Оренбургской области вынес решение в пользу пресвитера Церкви евангельских христиан-баптистов (ЕХБ) села Сузаново Александра Дёмкина. Суд решил, что в его действиях по организации детской площадки у Дома молитвы нет состава административного правонарушения по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ (нарушение требований Федерального закона от 19.06.2004г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях»). Летом баптисты регулярно проводят конкурсы для детей, устанавливали надувные батуты, музыкальную аппаратуру, пели христианские песни. Администрация поселка также была не против такого рода культурной программы для местных детей. Административное дело было возбуждено после проверки, проведенной прокуратурой. Заместитель прокурора Новосергиевского района юрист 1 класса Бабешко В.А. настаивал на передаче дела в суд и наказание за неуведомление о проведении «пикета». Интересна также реакция правоохранительных органов на отказ Церкви Иисуса Христа святых последних дней от открытой миссионерской деятельности – ее проповедники с бейджиками в костюмах и белых рубашках перестали ходить по улицам после принятия Закона Яровой. В августе 2016 года шестеро американцев были выдворены из Самары за нарушение миграционного законодательства, а в сентябре во Владивостоке в церкви мормонов провели обыск и якобы нашли порнографическое видео – впоследствии дело было закрыто. * * * Человеческие страхи либо развеиваются со временем, либо приводят к тяжелым неврозам и срывам, хотя и с психологическими комплексами многие живут всю свою жизнь. В рамках применения Закона Яровой совпал целый ряд обстоятельств. Во-первых, это массовая государственная пропаганда патриотизма и российских побед наряду с противостоянием Западу по разным направлениям. Во-вторых, эта пропаганда ложится на надежды и ожидания людей (поэтому нельзя сказать, что пропаганда абсолютно искусственная и не отвечает интересам общества). Люди верят, но их вера не связана с верой в Иисуса Христа или в Будду, это вера в стабильное настоящее и ближайшее будущее. После советского периода репрессий и стагнации, дискредитации демократии и нищеты в 1990- годах вера в стабильность становится столь абсолютной, что для нее не имеет значение даже религия. Вместе с тем, активисты-миссионеры раздражают общество, которое не хочет или не в состоянии быть граждански активным и которое воспринимает любую религиозную жизнь (не говоря уже о гражданском активизме) как «фанатизм». Религиозные люди, проповедники, всегда вносят элемент спора и состязательности, предлагают альтернативную картину мира, они всегда заражают энергией, своей «пассионарностью». Многие политики и патриотически настроенные представители РПЦ полагают, что такого рода защита «традиционных религий», может помочь православию или, по крайней мере, не затронет его. И, действительно, в Русской Церкви объективно происходит развитие приходской деятельности и социального служения, но не столь энергично и не в столь массовом масштабе, как это хотелось бы руководству РПЦ. Такого рода законы, как пакет Яровой, устанавливают потолок для развития церковного православия. Антизападничество и неуважение к инаковерующим может быть со временем изжито, но равнодушие к вере и подозрительность в отношении «религиозных фанатиков» изжить намного труднее. Это займет больше времени. Отсутствие реального права для мусульман или протестантов открыто проповедовать или обсуждать свои идеи никак не усилит РПЦ, но очистит публичное пространство от религии вообще. Политическая идеология контроля религиозной деятельности цементирует любую веру в пределах церковной ограды в безрелигиозном обществе, где межрелигиозная или межхристианская дискуссия не только под запретом, но и не вызывает никакого живого интереса. Роман Лункин, ведущий научный сотрудник Института Европы РАН. Кто боится Бога? Как православные пресекли распространение Нового Завета http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7319 Восемь верующих различных протестантских церквей с Новыми Заветами в руках рассказывали о Боге в электричке на Ярославском вокзале 7 октября 2016 года. Во время раздачи бесплатных книг Нового Завета и Псалтири протестанты были задержаны сотрудниками полиции по инициативе членов малоизвестного Православного правозащитного аналитического центра. Большинство из задержанных были отпущены без предъявления обвинения. 2 ноября 2016 года был составлен протокол об административном правонарушении только в отношении одного распространителя Нового Завета – Сергея Корепина.  Протокол составила капитан полиции линейного управления на станции Москва-Ярославская Гусева Ю.В. Wed, 16 Nov 2016 4:00:00 +0400 В середине 2000-х годов, когда в Госдуме РФ и в Минюсте РФ обсуждали необходимость контроля за миссионерами, верующие разных конфессий говорили, что осуждать будут даже за разговор о Боге в поезде. Но тогда это казалось фигурой речи, устрашающим гипотетическим случаем. Реальность превзошла ожидания – христиане стали бороться с христианами, а наличие в руках Нового Завета стало поводом для подозрений со стороны полиции. Страна как-будто бы снова взяла на вооружение советское неприятие религии, но уже не знает, зачем она это делает.  Восемь верующих различных протестантских церквей с Новыми Заветами в руках рассказывали о Боге в электричке на Ярославском вокзале 7 октября 2016 года. Во время раздачи бесплатных книг Нового Завета и Псалтири протестанты были задержаны сотрудниками полиции по инициативе членов малоизвестного Православного правозащитного аналитического центра. Большинство из задержанных были отпущены без предъявления обвинения. 2 ноября 2016 года был составлен протокол об административном правонарушении только в отношении одного распространителя Нового Завета – Сергея Корепина. Протокол составила капитан полиции линейного управления на станции Москва-Ярославская Гусева Ю.В.  В качестве обвинения по ч.4 ст. 5.26 КоАП РФ (появившейся благодаря пакету Яровой) Корепину предъявляется раздача Нового Завета среди пассажиров и распространение информации о своем вероучении. Суть вероучительной концепции Корепина не уточняется, так как он просто рассказывал людям о Евангелии, которое он и раздавал. Отягчающим обстоятельством в протоколе, безусловно, является принадлежность миссионера к конкретной религиозной организации – Ассоциации евангельских христиан «Гедеон». Дело в том, что книги Нового Завета и Псалтири изданы евангельской миссией «Гедеон», которая уже несколько десятков лет печатает и распространяет эти книги в России (в июле 2016 года тысячи книг были задержаны на Выборгской таможне – таможенники потребовали провести экспертизу Нового Завета, все книги пришлось отправить обратно в Финляндию).     В данном деле о проповедниках в электричках появилась совершенно новая логика и новые методы доказательства вины верующего. Сергей Корепин свою вину не признал, так как мог раздавать Священное Писание как гражданин, согласно Конституции РФ. Кроме того, он не является членом Ассоциации евангельских христиан «Гедеон», как отмечается в протоколе. Почему тогда органы полиции решили за самого верующего, в какую церковь он ходит и к какому движению принадлежит?     Адвокат Сергея Корепина Инна Загребина подчеркивает, что для составления протокола нужны были хоть какие-то доказательства того, что велась именно незаконная миссионерская деятельность. Поэтому было необходимо привязать верующего к организации, так как действуя от церкви, верующий обязан был иметь документ на миссионерство. Полиция провела исследования в сети Интернет в социальных сетях Сергея Корепина. На основании фотографий в соцсетях, где Корепин посещает разные церкви, в том числе и миссию «Гедеон», был сделан однозначный вывод, что он действовал от имени организации. Попытки адвоката сказать, что Корепин посещает разные общины, и это видно из соцсетей, ни к чему не привели. Теперь его ожидает штраф.  Вполне возможно, что сотрудники полиции просто запутались в происходящем. Изначально их ввели в заблуждение активисты Православного правозащитного аналитического центра. Остается непонятным, почему православные так реагировали на раздачу книг Нового Завета в синодальном переводе, видимо, они не знали текста. Кроме того, «вероучение», о котором говорили миссионеры, было словом о Евангелии, и православные также не поняли, что это что-то христианское. Более того, в октябре, когда стали появляться публикации в прессе от имени данного православного центра, они называли проповедников неопятидесятниками или Свидетелями Иеговы или просто сектантами.  Православный правозащитный центр объявил также охоту на проповедников, в том числе протестантских: «Напомним, данная правовая норма административного кодекса - ч.4 ст. 5.26 КоАП РФ - вступила в действие после принятия т.н. «пакета Яровой». До появления данных поправок членов деструктивных религиозных культов могли привлечь только за серьезные уголовные правонарушения».  В России складывается определенный комплекс перед религией, основанный на неразрешимом противоречии. С одной стороны, в обществе есть осознание того, что наша страна – православная, со своей богатой духовной культурой, а люди в ней живут в большинстве своем православные, потому что других основ у нас нет. С другой стороны, существует страх перед религией и религиозной жизнью, перед тем, что церковь может поработить человека своей «идеологией» и заставит его менять свою жизнь. А если вокруг сектанты, то ничего менять не надо. Роман Лункин. Библейский процесс. Новый Завет и Псалтирь хотят проверить на экстремизм http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7310 16 ноября 2016 года в Выборгском городском суде состоятся слушания по делу о проверке книг Нового Завета и Псалтирь на предмет того, являются ли они экстремистской литературой. Еще в июле 2016 года Ассоциация евангельских христиан «Гедеон» хотела ввести в Россию Новый Завет и Псалтирь, которые известная в христианском мире миссия «Гедеон» уже много лет раздает по всей стране. Однако Выборгская таможня потребовала провести «психолого-лингвистическую экспертизу печатной продукции», то есть библейских книг. Все остальные правила провоза книг миссией были соблюдены. Wed, 09 Nov 2016 20:00:00 +0400 16 ноября 2016 года в Выборгском городском суде состоятся слушания по делу о проверке книг Нового Завета и Псалтирь на предмет того, являются ли они экстремистской литературой. Еще в июле 2016 года Ассоциация евангельских христиан «Гедеон» хотела ввести в Россию Новый Завет и Псалтирь, которые известная в христианском мире миссия «Гедеон» уже много лет раздает по всей стране. Однако Выборгская таможня потребовала провести «психолого-лингвистическую экспертизу печатной продукции», то есть библейских книг. Все остальные правила провоза книг миссией были соблюдены.  13 июля 2016 года начальник таможенного поста Брусничное Сергей Ленин мотивировал отказ выдать Новый Завет тем, что «не были представлены сведения о том, что перемещаемая печатная продукция не содержит информации, подпадающей под определения, содержащиеся в п. 1 ст. 1 Федерального закона от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»».     Как отмечают адвокаты, представляющие интересы миссии «Гедеон», Анатолий Пчелинцев и Инна Загребина, таможня полностью проигнорировала поправки в Федеральный закон от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности». В 2015 году по инициативе президента РФ В.В. Путина и главы Чечни Р. Кадырова в закон были внесены положения о том, что Библия, Коран, Танах и Ганджур, их содержание и цитаты из них не могут быть признаны экстремистскими материалами (статья 3.1. указанного Федерального закона). Это означает, что в принципе у таможни не должно было возникнуть вопросов к христианской литературе, которая является частью Библии.  Помимо этого, миссия «Гедеон» представила начальнику таможни экспертное заключение кафедры религиоведения Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена, в котором приводится развернутое обоснование того, что книга Новый Завет и Псалтирь являются частями Библии. Заключение было сделано еще несколько лет назад.     Таможенники оказались по неизвестным причинам глухи к аргументам христианской миссии. Учитывая, что таможня требовала дополнительные документы, странно, что было проигнорировано заключение религиоведа. В итоге стоянка автомобиля с книгами довольно дорого обошлась миссии. Двадцать тысяч книг пришли в негодность из-за влаги во время нахождения в автомобилях, а тираж пришлось отправить обратно в Финляндию. У представителей миссии и адвокатов сложилось впечатление, что именно такого результата и добавились представители Выборгской таможни.  Случайностью произошедшее объяснить сложно. Миссия «Гедеон» на протяжении 12 лет печатает Новый Завет и Псалтирь в типографии Святого Михаила Международной Христианской Миссии «Гедеон» (г. Миккели, Финляндия).  Небольшие книги Нового Завета и Псалтири в синем переплете хорошо знает большинство верующих, и десятки тысяч людей разных конфессий имеют у себя дома бесплатные издания миссии «Гедеон». В основном, эта миссия работает с церквями Союза евангельских христиан-баптистов, который в 2016 году вместе с православными торжественно отмечает 140-летие Синодального перевода Библии. В настоящее время в нарушение здравого смысла и российского законодательства Новый Завет, изданный за рубежом, по существу запретили к ввозу в Россию.  Можно списывать подобные случаи на невежество чиновников, полицейских, таможенников и отдельные злоупотребления. Но это сильно упрощает и не объясняет ситуации, поскольку начальник таможни, конечно, знает, что такое Новый Завет, но он также знает, что все религиозное (общины, литература, проповедь) в России, благодаря ужесточению законодательства, находится под подозрением.  Роман Лункин. Суд над общиной. В Мордовии полиция сама решает открывать или закрывать мечеть http://www.sclj.ru/analytics/glavred/detail.php?ELEMENT_ID=7238 Ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Роман Лункин прокомментировал ситуацию в Мордовии, где власти по собственной инициативе создали новую мусульманскую организацию и собираются передать ей действующую мечеть. Имам мечети оштрафован по ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ. Thu, 15 Sep 2016 3:00:00 +0400 Ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Роман Лункин прокомментировал ситуацию в Мордовии, где власти по собственной инициативе создали новую мусульманскую организацию и собираются передать ей действующую мечеть. Имам мечети оштрафован по ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ. В российской судебной практике есть масса примеров, когда нарушаются и игнорируются правовые нормы. Но в религиозной сфере ситуация резко ухудшилась именно в 2016 году. Произошло это после того, как в последние годы были внесены изменения в Закон о свободе совести, особенно в рамках пакета Яровой, когда под контроль была поставлена любая миссионерская деятельность. У представителей светской власти сложилось ощущение, что они могут управлять религиозными объединениями по своему желанию. В полной мере об этом свидетельствует ситуация в Мордовии в райцентре Лямбирь. В этом поселке 31 августа 2016 года председатель мусульманской общины «Иман» Руслан Максимов был оштрафован судом на 50 тысяч рублей по ч. 1 ст. 5.26 КоАП РФ (воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и свободу вероисповедания). Поводом для такого наказания стало, как это ни странно звучит, празднование окончания месяца Рамадан. Мусульманская организация «Иман» объявила о решении провести праздничный намаз 6 июля вместо 5 июля (согласно лунному календарю, это празднование может происходить в разные дни, в разных странах также даты могут отличаться). Инициатива проведения праздника 6 июля исходила не от имама Сайфуллова, а от муфтия Мордовии Исхакова, которому канонически подчинена мечеть. Недовольные прихожане (около 15-20 чел.), которые решили во что бы то ни стало отпраздновать окончание Рамадана 5 июля, устроили скандал, рвались в закрытую мечеть с 6 утра, когда она была еще закрыта. На место приехали имам-хатыб Рашид Сайфуллов и председатель общины Руслан Максимов, которые сами вызвали полицию. Мусульмане, поступавшие как добропорядочные граждане, не могли предполагать, что представитель полиции встанет на сторону небольшой группы, желавшей прорваться в мечеть. По свидетельству самих верующих, полицейский вел себя вызывающе и грубо, приказал открыть дверь. По словам членов общины «Иман», группа людей действовала по приказу начальника районной полиции Воробьева, который собирался лично взломать двери мечети и требовал принести ему инструменты. Перед тем, как открыть мечеть, начальник полиции звонил оперуполномоченному УФСБ, и тот якобы сказал: «Считайте, что мечеть бесхозная, делайте, что хотите». Имам и председатель общины открыли дверь и пустили туда недовольных. Имам был готов прочитать молитву. Но и на этом инцидент не был исчерпан. Имама Сайфуллова, Руслана Максимова и дежурного из мечети четыре часа держали в отделении полиции, не пуская к ним адвоката. Это значит, что полицейские сами не дали имаму провести молитвенное собрание в мечети. Протокол об административном правонарушении был составлен только 15 августа, хотя, как правило, он составляется немедленно. Адвокат Анатолий Пчелинцев так прокомментировал для Центра «Сова» ситуацию в Лямбире: «Возможно, протокол был составлен так поздно, поскольку проводилось административное расследование. К делу подключилось Управление ФСБ, которое опросило 18 человек. Жалоба на действия правоохранительных органов, которую отправили в прокуратуру мусульмане, был направлена прокурором в Центр по борьбе с экстремизмом в МВД, а оттуда в то же отделение полиции Лямбиря». В итоге мировой суд принял решение оштрафовать председателя общины Руслана Максимова. Решение суда, как отмечает А. Пчелинцев, является явным и неприкрытым вмешательством во внутренние установления религиозной организации «Иман». Руководители мусульманской организации имели полное право устанавливать дни и время молитвы, и государство не может навязывать объединению свои правила. В России уже были прецеденты, когда в суд подавали граждане, которых не пускали в православный монастырь без определенной одежды (женщины в платках и в юбках, мужчины в брюках, а не в шортах и т.д.). Суд признавал, что требования монастыря – это внутренние установления церкви, на которые она имеет право. Надо особо подчеркнуть, что Сайфуллов готов был провести службу, чтобы снять конфликт, но его, Максимова и Аюпова (дежурного в мечети) задержали и доставили в ОВД, где продержали 4 часа и не не пускали пускали к ним адвоката Марата Ашимова, чем грубо нарушили право на защиту, подчеркнул адвокат Анатолий Пчелинцев. Конфликтная ситуация в Лямбире была создана исключительно сотрудниками правоохранительных органов, отметил Пчелинцев. В Республике Мордовия и так в настоящее время отсутствует какая-либо гармония государственно-церковных отношений в связи с инцидентом в Белозерье, где девочкам также в грубой недопустимой форме запрещали приходить в школу в мусульманских платках. Наказание председателя общины Сайфуллова из-за группы непонятных людей, рвавшихся в мечеть – это чудовищная несправедливость, решение, не основанное на законе. Полицейские вели себя топорно, грубо, непрофессионально, подчеркнул адвокат. В процессе расследования этого инцидента при участии властей произошло еще одно событие, которое сделало конфликт не временным, а постоянным. Администрация района созвала собрание граждан, где заместитель главы районной администрации Руслан Батеряков объявил о том, что в Лямбире создается новая мусульманская организация. Именно ей администрация собирается передать мечеть. Глава Духовного Управления мусульман Республики Мордовия муфтий Илдуз-хазрат Исхаков выступил с заявлением по поводу произошедшего собрания и создания второй общины. По словам муфтия, «многие присутствующие в зале выразили несогласие и возмущение этому, мотивируя тем, что это приведет к расколу и еще больше обострит ситуацию. Особое возмущение вызвало у присутствующих вмешательство должностных лиц в религиозные дела мусульманского сообщества села. Российские законы не запрещают создавать хоть два, хоть двадцать религиозных организаций в каждом селе, но зачем это делать на собрании граждан? Какие-то силы пытаются настроить население села Лямбирь против прихожан мечети, где уже на протяжении многих лет сохранялось стабильность и согласие…. Мы надеемся, что соответствующие органы сделают из данной ситуации правильные выводы и не допустят раскола в мусульманском сообществе самого большого татарского села нашей республики». Представители мусульманского сообщества довольно осторожно высказывались по поводу истинных причин произошедшего события. В Духовном управлении и в общине «Иман» говорят об антиисламских силах в целом и о стремлении небольшой группы людей, поддерживаемых властями, захватить мечеть. Дело в том, что земля под зданием находится у общины в аренде, а оформить право собственности на здание мечети общине не удается уже на протяжении нескольких лет. Сама мечеть была открыта в 1998 году и входит в Духовное управление мусульман РФ. Но с 2015 года, как отмечают сами верующие, ведется кампания для того, чтобы лишить мусульман права собственности на мечеть. Вначале общине отказали в регистрации прав собственности из-за того, что нет разрешения на строительство, затем отказали в регистрации как самовольной постройки. А в апреле 2015 года Верховный суд Республики Мордовия принял решение отказать в жалобе мусульманской общины на отказ властей оформить их права на здание мечети. По мнению верующих, мечеть хотят отдать группе, которая зарегистрирует ее в рамках Центрального духовно управления мусульман России, то есть другой общероссийской исламской организации. Сильная мусульманская община «Иман» не устраивает правоохранительные органы, которые также не хотят превращения Лямбиря в процветающий и образцовый, но чисто мусульманский поселок, живущий по своим правилам, каким, к примеру, является известное мордовское село Белозерье. источник: СОВА Псевдонаучная алхимия. Как превратить священную книгу в экстремистскую http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7666 По неизвестным причинам запрета организаций и журналов оказалось мало. Дело в Выборге против нового иеговистского перевода Библии стало уникальной попыткой запретить Ветхий и Новый завет, тогда как по российскому закону этого нельзя сделать. В ноябре 2015 года была принята поправка в Закон о противодействии экстремистской деятельности, которая запрещает священные писания христианства, ислама, буддизма и иудаизма, а также цитаты из них, признавать экстремистскими. Tue, 29 Aug 2017 14:00:00 +0400 Религия – дело тонкое, а религиозные движения и их лидеры могут быть очень разными. Однако совершенно ясно, что свобода совести должна существовать для всех верующих, которые не нарушают закон, пусть даже они верят в свою интерпретацию бога. В случае со Свидетелями Иеговы (СИ) представители судебных органов предпринимают усилия, чтобы все верующие этого направления были признаны преступниками (независимо от того, что они делают), а именно экстремистами – от бабушек и дедушек, получавших удостоверения репрессированных при Ельцине, до молодого поколения. Для большинства граждан, и даже для большей части светских публицистов, решение Верховного суда РФ от 20 апреля 2017 года о ликвидации организаций СИ в России, стало чем-то естественным. Общество, судя по опросу Левада-Центра в целом одобрило запрет этой религии в стране, но не потому что люди знали о ней или знали об этом решении, а вследствие воспитанного годами страха перед любыми «сектантами», которые «не так» верят. В многочисленных судебных делах в разных регионах России экстремистской литературой сомнительные эксперты признавали журналы СИ «Сторожевая башня». По неизвестным причинам запрета организаций и журналов оказалось мало. Дело в Выборге против нового иеговистского перевода Библии стало уникальной попыткой запретить Ветхий и Новый завет, тогда как по российскому закону этого нельзя сделать. В ноябре 2015 года была принята поправка в Закон о противодействии экстремистской деятельности, которая запрещает священные писания христианства, ислама, буддизма и иудаизма, а также цитаты из них, признавать экстремистскими. Выборгское дело началось 13 июля 2015 года, когда таможня задержала большую партию Библий СИ - «Священное Писание – Перевод нового мира» (2016 экземпляров). Позднее Свидетелям Иеговы был также запрещен ввоз партий Библий в официальном переводе РПЦ (Синодальное издание) и «Познавательной Библии», выпущенной Российским библейским обществом (летом 2016 года в Выборге не пропустили также и груз с Новыми Заветами миссии «Гедеон», изданными протестантами). В июне 2017 года в суд было представлено экспертное заключение Центра социокультурных инициатив по поводу перевода Библии СИ. Этот документ по существу является прямым введением следствия и судебных органов в заблуждение. Во-первых, его авторами являются люди, которые не имеют отношения к специальностям, связанным с изучением религии. Автора Котельников В.С., Тарасов А.Е., Крюкова Н.Н. имеют степени кандидатов политических или педагогических наук, тогда как религиоведческую экспертизу делают, как правило, ученые с философской степенью, в рамках которой защищаются религиоведы. Более того, «эксперты» сделали заодно и лингвистический анализ Библии СИ, а также прямо сказали, что текст СИ разжигает рознь и вражду и является экстремистским, чего эксперт не вправе делать. В этом отношении авторы экспертизы пользуются неопределенным статусом такого рода гуманитарной экспертизы в суде. Ведущая роль в этой экспертизе и в ряде других печально принадлежит известному математику и культурологу Наталье Крюковой (она же признавала экстремистским фильм «Невинность мусульман» и футболку с надписью «Православие или смерть!»). Содержание экспертизы, где говорится, что «Библия не может считаться Библией», само по себе говорит о том, что гуманитарные экспертизы в суде стали использоваться для того, чтобы самым беспардонным и незатейливым образом обойти имеющееся в России законодательство. В исследовании перевода Библии СИ сравниваются между собой православное и иеговистское богословие. Сравнение сделано не в пользу последнего, отрицающего Святую Троицу и Евхаристию, меняющего концепт «Бог» на концепт «Иегова». Кроме того, отмечается опасность того, что читатели Библии СИ могут ее перепутать с «православным синодальным переводом». Авторы быстро находит у СИ «образ врага» в лице науки, окружающего мира и других конфессий. Проповедь и миссию СИ называют «религиозным маркетингом», отмечая, что «СИ разделяют людей на две неравные части – адептов вероучения СИ и всех остальных», хотя так делает любая религия.  Совершенно обезоруживающей является аргументация, касающаяся перевода Библии. Экспертиза утверждает на странице 77, что Кораном в Исламе признается только текст Корана на арабском языке, а переводы Корана на другие языки такого статуса не имеют. Кроме того, переводы Библии СИ вторичны, поскольку сделаны с английского языка, а это создание нового текста на иных основаниях. Текст СИ дает повод неправильно трактовать единство природы и равенство Бога Отца и Бога Сына, что не соответствует православной традиции, а имена Святого Духа пишутся с маленькой буквы. Причем, текст Библии СИ, по мнению авторов экспертизы, обосновывает дискриминацию и необходимость лишения благ человека или группы лиц по признаку отношения к религии. Для подтверждения приводится, например, цитата: «Бог пролил дождем огонь и серу на Содом и близлежащий город Гоморру. Все их нечестивые жители погибли». Разжигание розни и вражды обосновывается, к примеру, такими цитатами из текстов СИ: «…ханаанские города, завоеванные израильтянами, должны быть полностью разрушены», «последователям Иисуса нужно бодрствовать и твердо занять сторону Бога в вопросе его владычестве». Конечно, остается загадкой, как в рамках судебной экспертизы авторы, даже пусть не специалисты, не понимающие в религии ничего, не увидели наличия цитат из Библии в Библии – в любом переводе они все равно есть и будут. В экспертизе просто говорится – текст Библии СИ не является Кораном, Танахом или Ганджуром. Мусульмане борются в России за то, чтобы неподсудными были любее тексты, взятые из Корана, а новый перевод Библии есть и у православных, и у протестантов. Однако псевдонаучное мошенничество, по существу фальсификация, делают из священных текстов – абсолютно не священные, а даже преступные. Но по-моему это и есть настоящее преступление по нашим законам.  Роман Лункин  Религиозное многообразие Крыма после 2014 года http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7626 В докладе было подчеркнуто, что в 2014-2016 годах прошел транзитный период формирования органов власти. Завершился процесс перерегистрации религиозных объединений – в целом были соблюдены количественные пропорции численности, существовавшие до 2014 года (значительно отстает лишь регистрация исламских общин). На 15.02.2017 в Республике Крым зарегистрировано 702 организации, а в Севастополе 97. До 2014 года на полуострове было 1409 организации со статусом юридического лица. Wed, 21 Jun 2017 18:00:00 +0400 В Институте Европы РАН 8 июня 2017 года состоялась международная научно-практическая конференция «Религиозное многообразие Крыма после 2014 года». Организатором мероприятия стал Центр по изучению проблем религии и общества ИЕ РАН. Одной из задач конференции стало стремление проанализировать современное состояние государственно-конфессиональных отношений на полуострове, социальную роль и служение различных религиозных объединений, прежде всего, христианства и ислама, а также конкретные проблемы, которые стоят перед верующими и перед общинами.  В качестве гостей и докладчиков в конференции участвовали протоиерей Александр Якушечкин, секретарь Симферопольской и Крымской епархии, секретарь Межконфессионального совета Крыма «Мир-дар Божий», Айдер Исмаилов, заместитель председателя Духовного управления мусульман Республики Крым и Севастополя и депутат Государственной Думы РФ от Республики Крым Руслан Исмаилович Бальбек. Приветствия в адрес конференции направили митрополит Симферопольский и Крымский Лазарь (Украинская православная церковь) и глава епархиального управления Российского объединенного союза христиан веры евангельской (пятидесятников), РОСХВЕ, по Республике Крым и Севастополю епископ Константин Бендас. С презентацией полевых исследований, проведенных социологами в Республике Крым и в Севастополе среди представителей различных конфессий, религий и национальных движений, представили Роман Лункин, ведущий научный сотрудник Института Европы РАН и Михаил Рощин, ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН. В докладе было подчеркнуто, что в 2014-2016 годах прошел транзитный период формирования органов власти. Завершился процесс перерегистрации религиозных объединений – в целом были соблюдены количественные пропорции численности, существовавшие до 2014 года (значительно отстает лишь регистрация исламских общин). На 15.02.2017 в Республике Крым зарегистрировано 702 организации, а в Севастополе 97. До 2014 года на полуострове было 1409 организации со статусом юридического лица.  Исследователи отметили оживление религиозно-политической ситуации: стремление разрешить накопившиеся проблемы, как имущественные, так и идеологические. В Крыму появились новые организационные структуры (например, пасторский округ Католической церкви, подчиненный Ватикану), новые спонсоры и новые миссионеры. Активизация православной и исламской жизни связана с новыми культурно-просветительскими и строительными проектами (строительство соборной мечети и собора св. Александра Невского в Симферополе). Вместе с тем, Р.Н. Лункиным было отмечено ужесточение религиозной политики в сфере регистрации, возможностей публичных миссионерских акций и работы в социальной сфере и в социальных учреждениях, предвзятое отношение к неправославным христианским церквям (проверки и проблемы с собственностью). Конфликтные ситуации развиваются вокруг отказа властей выделить землю для строительства костела в Симферополе и отказа передавать здание костела в Севастополе католической общине. Есть и внутриконфессиональные противоречия – конфликты двух групп лютеран в Ялте вокруг здания кирхи и двух течений ислама вокруг мечети Хан-Джами в Евпатории. Кроме того, немецкой Лютеранской церкви пока не передана ни одна кирха на полуострове.  Поскольку другие пленарные доклады были посвящены исламу и православию, Р.Н. Лункин выделил основные характеристики существования протестантских церквей в Крыму:  Сосуществование лидеров украинского периода и миссионеров/служителей с материка, часто с разным мировоззрением.  Разделение на объединения и церкви, которые ориентируются на российские союзы и на те, которые остаются автономными, либо поддерживают отношения с украинскими союзами. Яркий пример – два баптистских союза на полуострове.  Депортация пасторов церквей таких движений, как «Новое поколение» и «Посольство Божие», эмиграция пасторов.  Антисектанские кампании в прессе и на телевидении, направленные против протестантов (фильм Севастопольского благочиния УПЦ «Чужие»).  Михаил Рощин представил доклад «Ислам и национальное движение», рассказав о взаимодействии национальных организаций и Духовного управления мусульман Крыма (ДУМК) и о деятельности альтернативного движения – Таврического муфтията, относящего себя к суфийскому направлению.  Протоиерей Александр Якушечкин отметил большую роль митрополита Лазаря в диалоге православия и ислама на полуострове. Владыка Лазарь присутствовал при закладке новой соборной мечети, а муфтий ДУМК Эмирали Аблаев, к примеру, на освящении церкви св. Екатерины в Симферополе. Епархия также участвует в межконфессиональных спортивных играх, в чемпионате по мини-футболу, где также принимают участие баптисты. Как отметил отец Александр, с 2003 года в республике преподаются как Основы православия, так и основы ислама. С 2007 года для школьников проводится конкурс «Зерно истины» по образцу «Что? Где? Когда?». Представитель Симферопольской епархии рассказал о широком спектре социальных проектов Православной церкви. Это благотворительные акции «Рождественский ангел – детям детского дома», «Белый цветок». Добровольческое общество «Вера и дело» помогает больницам. Действует епархиальный стоматологический кабинет при поддержке Общества православных врачей Крыма. Проводится конкурсы - педагогического мастерства «Урок нравственности», возрождения духовный традиций семьи «Семейный очаг».  Айдер Исмаилов подчеркнул, что из 360 мусульманских общин 200 прошло перерегистрацию в Крыму, и этот процесс еще идет. Значительно увеличилось количество верующих, которые отправляются в хадж (до 2014 года было 90 чел., теперь 365). Заместитель муфтия высказал беспокойство развитием нетрадиционных течений в Крыму ваххабитского толка, особенно, тех, которые агрессивно настроены по отношению к ДУМК. По словам Исмаилова, в настоящее время власти склоняются к тому, что надо укреплять традиционные институты (как отметил Руслан Бальбек, необходимо, чтобы в Крыму существовало только одно Духовное управлении мусульман). ДУМК проводит просветительские и благотворительные акции «Полезные знания» и «Милосердие», «Коробочка добра», в рамках которой раздаются продукты и одежда нуждающимся. Депутат Госдумы РФ, общественный и государственный деятель Крыма Руслан Бальбек выразил мнение, что без миротворческой позиции муфтията и епархии стабилизация ситуации на полуострове была бы невозможна. По мнению Бальбека, удалось избежать вовлечения национально-религиозного фактора в политику – люди всегда находили поддержку в мечети или в церкви. Как подчеркнул Руслан Бальбек, необходимо деполитизировать все обиды, оставить их за рамками современной жизни и не создавать образ жертвы какого-либо народа на основе таких трагедий, как депортация или голодомор. В Крыму, по его словам, слышен голос всех религий и конфессий, в рамках межконфессионального совета все молятся за свою землю, согласно своим религиозным традициям, чтобы общий дом был комфортен для всех крымчан.  Руслан Бальбек заметил, что только в настоящее время у религиозных объединений появились реальные инструменты политического влияния, доступ к медиа ресурсам, а проповеди в мечетях, к примеру, стали произноситься на одном идеологическом языке.  На конференции также присутствовали Антон Рамов, руководитель издательских проектов центра «Обсерво» при Франко-российской торгово-промышленной палате, представитель РОСХВЕ пастор Дмитрий Таранов, представитель Российского Союза евангельских христиан-баптистов Сергей Белов, руководитель Департамента общественных связей и религиозной свободы Церкви адвентистов седьмого дня Сергей Сёмин, эксперт в сфере государственно-конфессиональных отношений Андрей Себенцов, Владимир Самойлов, руководитель Экспертного Совета Консультативного Совета Глав протестантских церквей России, Юрий Федоренков, сотрудник администрации Волгоградской области, Вероника Язькова (ИЕ РАН), Ольга Величко (Институт всеобщей истории РАН), Александр Паршаков (НГЛУ им. Н.А. Добролюбова) и другие.  Несмотря на подчеркнутые социологами проблемы и конфликты, была отмечена большая роль Межконфессионального совета Крыма «Мир-дар Божий», куда входят православные, мусульмане, иудеи, караимы, баптисты, адвентисты, лютеране, католики, Армянская Апостольская Церковь. Традиции веротерпимости, открытости и нынешний уровень диалога между верующими помогает преодолевать политические разногласия и внутренние противоречия.  Фото конференции: Иван Алябьев.  Facebook: www.facebook.com/alyabyev.ivan.photography/  Instagram: @ivan.alyabyev.photography   Свидетели Иеговы против Иосифа Волоцкого. Где можно найти экстремизм? http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7608 Сергиенко обратился вначале в обычный районный суд с заявлением о признании книги православного святого – преподобного Иосифа Волоцкого – «Просветитель» экстремистским материалом и об изъятии ее из свободного обращения. Однако прокурор сообщил, что данная книга основана на толковании Библии и в ее содержании приводятся цитаты из Библии, а поэтому она не может быть признана экстремистским материалом. Сергиенко было также отказано в проведении психолого-лингвистической экспертизы книги преп. Иосифа Волоцкого. По мнению заявителя, то есть иеговиста Сергиенко, ст. 3.1 закона о неподсудности священных текстов фактически позволяет распространять материалы, где есть призывы убивать людей по признаку национальности и вероисповедания. Tue, 06 Jun 2017 16:00:00 +0400 Потерявшие всякую надежду на правосудие и на легальный характер своей деятельности в России Свидетели Иеговы придумали интересный ход для того, чтобы оспорить решения судов о признании их литературы экстремистской. Член организации Свидетелей Иеговы гражданин В.И. Сергиенко подал жалобу в Конституционный суд РФ, оспаривая конституционность статьи 3.1 Закона о противодействии экстремистской деятельности. Согласно этой статье, Библия, Коран, Танах и Ганджур, их содержание и цитаты не могут быть признаны экстремистскими материалами. Эта поправка в закон была принята в ноябре 2015 года в ответ на решение суда в Южно-Сахалинске, который признал текст, основанный на аятах из Корана, экстремистским (тогда свое возмущение открыто высказал глава Чечни Рамзан Кадыров). Свидетели Иеговы пошли по тому же пути, что и их гонители – выдернули из контекста религиозный документ и потребовали признать его запретить для того, чтобы получить объяснения. Но недооценили российский суд. Сергиенко обратился вначале в обычный районный суд с заявлением о признании книги православного святого – преподобного Иосифа Волоцкого – «Просветитель» экстремистским материалом и об изъятии ее из свободного обращения. Однако прокурор сообщил, что данная книга основана на толковании Библии и в ее содержании приводятся цитаты из Библии, а поэтому она не может быть признана экстремистским материалом. Сергиенко было также отказано в проведении психолого-лингвистической экспертизы книги преп. Иосифа Волоцкого. По мнению заявителя, то есть иеговиста Сергиенко, ст. 3.1 закона о неподсудности священных текстов фактически позволяет распространять материалы, где есть призывы убивать людей по признаку национальности и вероисповедания.  Надо сказать, что произведение Иосифа Волоцкого (1439-1515) направлено против еретиков – жидовствующих, изобилует агрессивными выпадами против них, а также позволяет делать выводы и об антисемитизме автора. К еретикам преп. Иосиф Волоцкий (лидер движения «стяжателей», то есть сторонников богатой и сильной Церкви) применял самые разные методы «убеждения» и «спасения души» - отрезания языков, сожжения и посадка на кол. Однако очевидно, что средневековая жестокость не требует дополнительного осуждения в рамках решения российского суда. В ответ Свидетелю Иеговы Конституционный суд РФ резонно привел в пример свое Определение от 2 июля 2013 года. В нем отмечается, что суды обязаны исходить из того, что «обязательным признаком указанной разновидности экстремизма (экстремистских материалов) является явное или завуалированное противоречие соответствующих действий (документов) конституционным запретам возбуждения ненависти и вражды, разжигания розни и пропаганды социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, наличие которого должно определяться с учетом всех значимых обстоятельств каждого конкретного дела…». То, что напрямую касается религиозной свободы выделено судом особо: «ограничение посредством антиэкстремистского законодательства свободы совести и вероисповедания, свободы слова и права на распространение информации не должно иметь места в отношении какой-либо деятельности или информации на том лишь основании, что они не укладываются в общепринятые представления, не согласуются с устоявшимися традиционными взглядами и мнениями, вступают в противоречие с морально-нравственными и (или) религиозными предпочтениями, иное означало бы отступление от конституционного требования необходимости, соразмерности и справедливости ограничений прав и свобод человека и гражданина…». Более того, Конституционный суд подчеркнул, что «признание того или иного информационного материала экстремистским не может основываться на субъективном восприятии такого информационного материала отдельными лицами и что не могут быть признаны в качестве экстремистских материалов литературные памятники, вошедшие в историю и культуру того или иного народа, имевшие широкое распространение в соответствующую эпоху, являвшиеся предметом многократных научных исследований и цитирования и никогда не находившиеся под запретом как содержащие призывы к экстремизму и никогда не рассматривавшиеся как источник экстремистской идеологии».  В Постановлении пленума Верховного суда РФ от 28 июня 2011 года о судебной практике о преступлениях экстремистской направленности также отмечается, что «следует обеспечивать, с одной стороны, охрану публичных интересов (основ конституционного строя, целостности и безопасности Российской Федерации), а с другой – защиту гарантированных Конституцией Российской Федерации прав и свобод человека и гражданина – свободы совести и вероисповедания, свободы мысли, слова, массовой информации, права свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, права собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование». В тот же день, 20 апреля 2017 года, когда Конституционный суд РФ отказал иеговисту Сергиенко в его жалобе на вполне законных основаниях – Верховный суд РФ запретил Свидетелей Иеговы в России. 95 журналов Свидетелей Иеговы, которые основаны на цитатах из Библии, находятся в Федеральном списке экстремистских материалов, из-за чего общины и были признаны экстремистскими организациями (никаких иных агрессивных действий верующие не предпринимали). Впервые верующему в России грозит до 10 лет лишения свободы – в мае 2017 года в Орле Деннис Кристенсен был помещен под стражу за чтение Библии на собрании иеговистов. В подмосковной школе за рассказ о Боге ученицу из иеговистской семьи выгоняют из школы. В каком-то смысле Иосиф Волоцкий победил и как автор антисектанского произведения «Просветитель», и как сторонник самых жестких мер в отношении «еретиков». Роман Лункин.  Адвокат Владимир Ряховский награжден медалью Гавриила Державина http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7595 Вручение медали состоялось 18 мая и было приурочено к 60-летию Владимира Васильевича Ряховского, которое отмечалось 5 мая. Медаль Г.Р. Державина вручается Фондом поддержки творчества писателей-юристов, который «призван содействовать развитию интеллектуально-творческого потенциала, духовности и роста престижа юридической профессии в Российской Федерации». Mon, 22 May 2017 16:00:00 +0400 Один из ведущих адвокатов России Владимир Ряховский награжден медалью имени поэта и государственного деятеля эпохи Просвещения Гавриила Державина. Вручение медали состоялось 18 мая и было приурочено к 60-летию Владимира Васильевича Ряховского, которое отмечалось 5 мая. Медаль Г.Р. Державина вручается Фондом поддержки творчества писателей-юристов, который «призван содействовать развитию интеллектуально-творческого потенциала, духовности и роста престижа юридической профессии в Российской Федерации». Как отметил директор Фонда, поэт и адвокат Владимир Коровников, Гавриил Державин был генерал-прокурором Сената и министром юстиции при Екатерине II, имел прямое отношение к выстраиванию правовой и административной системы в Российской империи. В свою очередь, адвокат Владимир Ряховский сделал многое для защиты прав человека и, в частности, для того, чтобы в нашей стране соблюдалось право на свободу совести и вероисповедания. К своему 60-летнему юбилею Владимир Васильевич подошел как общественный деятель общероссийского масштаба, его хорошо знают верующие самых разных конфессий и религий по всей России. В честь юбилея Владимира Васильевича Ряховского представители религиозных объединений, Администрации Президента РФ, Правительства Москвы, сотрудники Славянского правового центра пожелали именитому адвокату долгих лет жизни. О масштабе и яркости личности Владимира Ряховского говорит его биография – он рос в семье евангельских верующих – пятидесятников, его отец Василий Ряховский несколько раз был осужден за веру в советское время. Долгое время Владимир Васильевич работал народным судьей, с 1993 года руководит Славянским правовым центром (сопредседатель – Анатолий Пчелинцев), который стал за это время ведущей правозащитной организацией России. Каждый верующий может получить консультацию в Славянском правовом центре. Самые громкие судебные процессы и показательные дела, касающиеся свободы совести, вели адвокаты СПЦ, и в том числе Владимир Ряховский. Именно Славянский правовой центр подал первую жалобу верующих (о регистрации «Армии Спасения») в Европейский суд по правам человека, и эта жалоба была удовлетворена. Владимир Ряховский и адвокаты СПЦ – всегда на передовой в защите религиозной свободы, так было и после принятия Закона о свободе 1997 года, и в 2016 году после принятия «Закона Яровой», который наложил ограничения на миссионерскую деятельность религиозных объединений. В настоящее время Владимир Ряховский - член Президиума Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, член Общественной коллегии по жалобам на прессу, член редколлегии журнала «Религия и право». С 2000 года по 2004 г. являлся членом Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека РФ. В 2001 году за активное участие в защите права на свободу совести и вероисповедания награжден почетным знаком Уполномоченного по правам человека Российской Федерации «За защиту прав человека». В 2007 году Федеральной адвокатской палатой РФ награжден знаком "Почетный адвокат России" за вклад в защиту прав граждан, в 2008 году награжден Серебряной медалью им.Ф.Н. Плевако. Самые яркие цитаты Владимира Ряховского из его статей и интервью: Я считаю, что это обязанность каждого – если ты веришь, если ты принял Христа в свое сердце, то твоя обязанность как христианина – не закапывать это куда-то, не прятать, а именно говорить. Государство, безусловно, должно защищать интересы ведущих религий страны, но стремление защищать интересы только «традиционных» верующих является своего рода «ящиком Пандоры». Одной из важнейших составляющих российского законодательства в области свободы совести являются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации (ч.4 ст.15). Данное положение включено в Конституцию впервые в истории России. Тем самым открывается возможность прямого действия и применения актов международного права. Согласно духу Конституции РФ и Закона о свободе совести, должно быть право на совместное исповедание веры без формализации. То есть группа страстных рыболовов поехала на рыбалку – это нормально, а если мы собрались читать и молиться, то мы должны регистрироваться? Еще раз говорю: должны быть разумные пределы государственного регулирования. И запретят мне сегодня дышать – я все равно буду дышать, а запретят мне говорить о Боге – я все равно буду говорить. Мне приходилось участвовать в качестве адвоката в делах по оскорблению чувств верующих, по 148-ой статье, и мне невольно хочется задать вопрос тому, что считает себя потерпевшим: по каким критериям он - верующий? Я могу сказать, что вера без дел мертва. А какой ты верующий, если у тебя в семье то-то и то-то? Ты просто называешь себя верующим. И мне интересно, кому в голову могло прийти – внести в уголовное право такой новый субъект, как верующий. Несмотря на благотворность самой дискуссии, которая развернулась вокруг религиозной литературы, остается нерешенной и еще одна из главных проблем правоприменительной практики. Это возможность широкого толкования и применения к религиозным идеям, выраженным в текстах, положений Закона о противодействии экстремистской деятельности. Определение экстремистской деятельности включает в себя такие пункты, как «пропаганда превосходства одной религии над другой», что характерно для всех религиозных направлений. Необходимо скорректировать само определение экстремизма в российском законодательстве, иначе абсурдных ситуаций вокруг религиозной литературы будет не избежать. К сожалению, мы сегодня становимся свидетелями, клерикализации нашего общества, конечно, это вступает в противоречие и Конституцией, с основным законом нашей страны, и с действующим законодательством. Представляет ли это опасность для нашей страны? Я считаю, что да, представляет серьезную опасность, потому что у нас в стране нет глубокого уважения к религиозному выбору другого человека, и этот религиозный фактор служит не к объединению религий, а к разъединению общества по религиозному признаку. Адвокат Анатолий Пчелинцев: Распространение религиозных убеждений или миссионерская деятельность: разграничение понятий http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7497 Конституция Российской Федерации 1993 года 1 , Федеральный закон от 26 сентября 1 997 года № 1 25-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» 2 с учетом международно-правовых требований в области прав человека и тенденций современной юридической науки закрепили ряд принципиальных положений, обеспечивающих реализацию индивидуальных и коллективных религиозных прав и свобод граждан. Wed, 01 Mar 2017 13:00:00 +0400 В Российской Федерации человек, его права и свободы, включая свободу вероисповедания, провозглашены высшей ценностью. Конституция Российской Федерации 1993 года 1 , Федеральный закон от 26 сентября 1 997 года № 1 25-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» 2 с учетом международно-правовых требований в области прав человека и тенденций современной юридической науки закрепили ряд принципиальных положений, обеспечивающих реализацию индивидуальных и коллективных религиозных прав и свобод граждан. Конституционноправовое обеспечение этих прав и свобод необходимо, в первую очередь, для свободного развития каждого человека и формирования полноценного гражданского общества. Несмотря на определенный прогресс в исследуемой области, следует констатировать, что развитие конституционно-правовых основ свободы вероисповедания и деятельности религиозных объединений в России осуществляется неоднозначно. Наша страна подошла к моменту формирования демократического государства в 1 990-е гг. без накопленного положительного опыта в области юридического гарантирования прав человека в сфере религии. Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» принимался в сложной борьбе представлений о том, что именно и в каких пределах должен гарантировать этот закон. Конституционно-правовые проблемы свободы вероисповедания и деятельности религиозных объединений длительное время были обделены должным вниманием в отечественной юридической литературе. Можно назвать две главные причины сложившейся неутешительной ситуации. Первую причину можно объяснить продолжительным идеологическим господством в советской общественной науке атеистического предрассудка «отмирания» религии как «опиума для народа», который объективно препятствовал нормальному развитию соответствующих научно-правовых исследований, так как неоправданно сужал и сковывал свободу добросовестного научного поиска в этой сфере. Большинство работ советского периода по данной тематике в силу известных причин не содержат ответа на многие всегда актуальные и поныне злободневные вопросы, которые волнуют все поколения людей в нашей стране. Вторая причина заключается в том, что часть рассматриваемых проблем находится на стыке правоведения и религиоведения. В то же время современная методология, терминология, а также необходимый эмпирический материал в названных отраслях научного знания по данной проблематике еще только начинают нарабатываться. Качественным исследованиям существенно препятствует все еще бытующий в ученой среде сугубо специализированный «ведомственный патриотизм», мешающий плодотворно использовать существенные достижения современных социальных наук. К этому следует добавить то обстоятельство, что большинство российских юристов, как правило, не сведущи в проблемах религии, что проявляется в ненадлежащем поиске оптимальных конституционноправовых трактовок содержания и выражения свободы вероисповедания и правомерности религиозной деятельности. Однако в последние годы все большее количество ученых правоведов обращается к теме теоретического осмысления и законодательных гарантий религиозных прав человека. С принятием Федерального закона № 374-ФЭ от б июля 2016 г. «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности» (так называемый «закон Яровой») интерес, как ученых, так и верующих к конституционно-правовым гарантиям свободы совести существенно вырос. В первую очередь это объясняется тем, что данным законом были внесены существенные поправки в Федеральный закон от 26 сентября 1997 года № 1 25-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» в части правового регулирования миссионерской деятельности. С одной стороны, религиозная проповедь является неотъемлемой частью вероучительной практики для религиозных объединений любых конфессий. Так в Евангелии от Матфея сказано: «Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мтф. 28, 19); подобное указание содержится и в Евангелие от Марка: «Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мрк. 16, 15-16). С другой стороны, для духовенства и верующих любой религии вероотступничество, переход в другую религию, представляется тяжким грехом. Поэтому деятельность миссионеров и проповедников, стремящихся убедить последователя какого-либо вероучения переменить религию, воспринимается ими крайне негативно. Особенно болезненную реакцию у части российского общества вызывает миссионерская деятельность представителей новых, нетрадиционных для нашей страны религиозных движений. Это актуализирует противоречие между «объективными потребностями развития в России национальной культуры и навязываемыми нам чуждыми духовными ценностями» 1 . Можно констатировать наличие конкуренции или антагонизма между конституционным правом на распространение религиозных убеждений и правом личности на защиту от недобросовестных или насильственных попыток изменить ее религиозные убеждения. В условиях поликонфессионального российского общества оптимальное правовое регулирование должно гарантировать, как право верующего переубедить другого, так и право верующего «не быть переубеждаемым» против своей воли, путем обмана или принуждения. Только при достижении этой цели возможно мирное сосуществование и веротерпимость между последователями различных конфессий, деятельность практически каждой из которых включает более или менее активные усилия по обращению сограждан, в том числе инако-верующих, в свою религию. В этой связи представляется целесообразным установить те специфические особенности, которые отличают миссионерскую деятельность как частное понятие от более общих понятий, связанных с правом распространения убеждений. Среди прав и свобод, гарантируемых Конституцией Российской Федерации, наиболее широкое содержание имеет свобода слова (часть 1 статьи 29), обеспечивающая возможность распространять любые убеждения, включая религиозные, философские, политические, экономические, научные и т.д. Более частный характер имеет предоставляемое статьей 28 Конституции Российской Федерации право распространять религиозные и иные убеждения. Не ограничивая обеспеченное конституционной свободой слова право распространять любые убеждения, данная норма предоставляет дополнительную специальную гарантию права распространять убеждения мировоззренческого характера, связанные с отношением к религии вообще и к конкретным религиям, включая собственно религиозные, атеистические, религиозно-философские и т.п. убеждения. Аналогично международно-правовым документам, гарантирующим основные права и свободы человека, Конституция Российской Федерации называет религиозные убеждения отдельно от «иных убеждений», связанных с отношением к религии и мировоззрением. Таким образом, распространение религиозных убеждений можно рассматривать в качестве особо упомянутой в Конституции разновидности права распространять «религиозные и иные убеждения». Распространение религиозных убеждений может осуществляться в качестве личной инициативы человека, от своего имени, в качестве высказывания личных убеждений или же от имени и по поручению религиозного объединения. Последний подвид деятельности по распространению религиозных убеждений мы и определяем как миссионерскую деятельность. Таким образом, следуя от общего к частному, можно выстроить следующую иерархию понятий: • распространение убеждений (идей и информации); • распространение религиозных и иных убеждений (мировоззренческого характера, выражающих отношение к религии); • распространение религиозных убеждений; • миссионерская деятельность. В зарубежной литературе в качестве термина, обозначающего деятельность по распространению религиозных убеждений, используется термин «прозелитизм» 1 . В некоторых конфессиональных документах этот термин имеет негативное значение и обозначает нечто вроде агрессивного и недопустимого переманивания верующих из одной религиозной организации в другую. Так, в документе, подготовленном Совместной богословской комиссией Всемирного совета церквей и Католической церкви заявляется, что «к прозелитизму относится все то, что нарушает право человека, независимо от того, христианин он или нехристианин, на свободу от внешнего принуждения в религиозных вопросах, а также все то, что при провозглашении Благой вести не согласуется с теми способами, с помощью которых Бог привлекает к себе свободных людей в ответ на его призывы служить в духе и истине» 2 . В противоположность этому, в научной литературе, так же как и в решениях Европейского Суда по правам человека, термин «прозелитизм» имеет, нейтральный характер, обозначающий любую деятельность по распространению религии, а «недобросовестный прозелитизм» рассматривается лишь как частное проявление прозелитизма. Ввиду юридической неопределенности термина «прозелитизм», в диссертационном исследовании нами используется выражение «распространение религиозных убеждений» (за исключением прямого цитирования источников). Т. Станке констатирует, что в международных документах в области прав человека не содержится прямого упоминания о свободе распространять религиозные или иные убеждения. Единственным исключением является Американская Конвенция о правах человека 1969 г., в статье 12 которой прямо утверждается, что право на свободу религии или убеждений включает в себя свободу «распространять свою религию или убеждения». Спорный момент в интерпретации положений международных документов обусловлен тем, что присутствующее во Всеобщей Декларации прав человека, Международном Пакте о гражданских и политических правах выражение о праве «исповедовать свою религию или убеждения» не вполне тождественно явному признанию права «распространять свою религию или убеждения», то есть целенаправленно воздействовать на сознание другого человека с целью изменить его убеждения. «С учетом того, что проповедь религиозного опыта и убеждений важна для многих крупнейших религий мира, представляется логичным, что свобода выражения религиозных или иных убеждений должна распространяться и на попытки убедить других людей принять новые религиозные убеждения или принадлежность» 1 . В международном сообществе существуют разногласия по поводу того, является ли неотъемлемой составной частью свободы мысли, совести и религии право человека пытаться обратить другого человека в свою веру. В некоторых мусульманских странах отступничество от ислама карается уголовным законом. Отсюда естественным образом следует, что и попытка убеждать мусульманина изменить свои религиозные убеждения подвергается запрету. Например, правительство Малайзии утверждает, что запрет на прозелитическую деятельность среди мусульман не является ограничением права мусульман менять свою религию: «Если какой-либо мусульманин желает получить знания о другой религии или даже принять другую религию по собственной воле и по собственной инициативе, то законы, запрещающие прозелитизм, не могут ему в это воспрепятствовать. Эти законы направлены лишь на защиту мусульман от попыток обратить их в другую религию» 2 . Европейский Суд по правам человека указывает, что «религиозная свобода, будучи прежде всего предметом совести каждого человека в отдельности, предусматривает, среди прочего, свободу «исповедовать свою религию». Свидетельствование словами и делами неразрывно связано с существованием религиозных убеждений. В соответствии со статьей 9 свобода исповедовать свою религию не только осуществима в сообществе с другими, «публично» и внутри круга тех, чью веру разделяет человек, но может утверждаться и «индивидуально», «в частном порядке»; более того, она включает в принципе право пытаться убедить своего ближнего, например, через «обучение», без чего «свобода изменения своей религии или верования», закрепленная в статье 9, осталась бы мертвой буквой» 3 . Следует также учитывать то обстоятельство, что в международных документах в области прав и свобод человека употребление выражений «свобода мысли, совести и религии», «свобода исповедовать свою религию» не сопровождается определением понятия «религия». Соответственно, не существует жестких критериев, позволяющих различать распространение религиозных убеждений от распространения иных убеждений. Практическая необходимость в такой демаркации может возникать только в некоторых случаях, например, при определении Европейским Судом по правам человека, имеет ли место нарушение статьи 9 (свобода мысли, совести и религии) Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - ЕКПЧ) или же статьи 10 (свобода выражения мнения 4 ). Кроме того, статья 10 ЕКПЧ включает более пространный перечень оснований для ограничения свободы выражения мнения, чем для свободы исповедовать свою религию или убеждения. Можно придти к выводу, что на уровне международного права дискуссионным является вопрос о границах права распространять свои религиозные или иные убеждения с целью изменить убеждения другого человека. Однако и распространение религиозных, и распространение атеистических и других нерелигиозных убеждений считаются защищенными принципами свободы мысли, совести и религии и свободы выражать свое мнение. Никаких специальных ограничений и правил для распространения религиозных убеждений в отличие от иных видов убеждений мировоззренческого характера международные документы не устанавливают. Следует также обратить особое внимание на то, что международное право не разграничивает деятельность по распространению религиозных убеждений по субъекту деятельности. В актах Европейского Суда по правам человека по жалобам, связанным с прозелитизмом 5 , ни упоминаемые решения национальных властей государств-ответчиков, ни сам Европейский Суд не придают значения тому обстоятельству, действовал ли заявитель (заявители) жалобы как уполномоченное лицо какой-либо религиозной организации (как миссионер) или же, как частное лицо, проповедующее религиозные учения от собственного имени. Российская Конституция с полной определенностью включает в состав свободы совести и свободы вероисповедания (статья 28) право распространять религиозные и иные убеждения. С учетом вышесказанного в отношении международно-правовой защиты религиозной свободы и в свете системного толкования норм Конституции Российской Федерации, гарантирующих основные права и свободы человека и гражданина, в частности статей 28 и 29, представляется возможным сделать вывод о том, что отдельное упоминание права распространять религиозные убеждения не противопоставляет это право праву распространения иных убеждений, не ограничивает содержание этого права, а напротив, служит дополнительной гарантией того, что религиозные убеждения могут распространяться наряду с иными убеждениями без специальных ограничений. Ввиду полного отсутствия в международном праве остановимся на определении этого понятия в российском законодательстве. Так, миссионерской деятельностью согласно с п. 1 ст. 24.1 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» признается деятельность религиозного объединения, направленная на распространение информации о своем вероучении среди лиц, не являющихся участниками (членами, последователями) данного религиозного объединения, в целях вовлечения указанных лиц в состав участников (членов, последователей) религиозного объединения, осуществляемая непосредственно религиозными объединениями либо уполномоченными ими гражданами и (или) юридическими лицами публично, при помощи средств массовой информации, информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» либо другими законными способами. Важной характеристикой миссионерской деятельности является то, что она осуществляется субъектом (религиозной организацией) сознательно, целенаправленно и идентифицируется им самим в качестве миссионерской деятельности путем формального наделения миссионера соответствующими полномочиями. При идентификации деятельности религиозной организации в качестве миссионерской недопустимо руководствоваться так называемым «принципом объективного вменения», то есть только объективными признаками вопреки позиции самой религиозной организации. Нельзя считать приемлемыми и попытки распространить содержание понятия «миссионерская деятельность» на высказывания, осуществляемые личностью по собственной инициативе, даже если они направлены на то, чтобы убедить слушателя стать участником конкретного религиозного объединения. В религиозной жизни весьма типичны ситуации, когда верующий рассказывает о выдающемся проповеднике или пастыре, о святых реликвиях и о чудотворениях, призывая собеседника посетить храм или религиозное собрание. Включать все эти бесконечно разнообразные формы личного общения в понятие «миссионерская деятельность» означало бы расширить его до полной утраты им четкости и конкретности. Попытки подвести под понятие «миссионерская деятельность» все виды распространения религиозных убеждений и придать данному виду религиозной деятельности разрешительный характер со стороны государства, неизбежно приведут к необоснованным ограничениям свободы вероисповедания и связанных с нею в данном случае иных свобод (свобода собраний, свобода слова, свобода передвижения и др.), будут являться неправомерным вмешательством в частную жизнь граждан и во внутренние дела религиозных объединений. Следует иметь в виду, что согласно статье б Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» всякое религиозное объединение создается в целях совместного исповедания и распространения веры. В смысловом единстве со сказанным выше о соотношении объема понятий «распространение религиозных убеждений (веры)» и «миссионерская деятельность» можно сделать вывод о том, что всякое религиозное объединение занимается распространением религиозных убеждений, но не обязательно в форме миссионерской деятельности . Такие формы распространения религиозных убеждений могут также осуществляться религиозными организациями при осуществлении различных видов деятельности, которые они не позиционируют в качестве миссионерской - культурно-просветительной, образовательной и т.д. Вышесказанное позволяет сделать вывод, что в российском законодательстве правовое регламентирование миссионерской деятельности должно осуществляться на основе принципа добровольного декларирования религиозными организациями своей миссионерской деятельности, не исключающее права религиозных объединений и граждан распространять религиозные убеждения иными методами. опубликовано в журнале "Религия и Право" 2016 №4 (79) Любовь к Богу как преступление. Полиция обжаловала решение суда оправдать учителя йоги http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7487 Известная на всю страну история с лектором йоги Дмитрием Угаем (вайшнавское имя - Бхакти Ашрая Данди Свами) в Петербурге не закончилась с вынесением оправдательного приговора. Представитель полиции обжаловал решение мирового судьи и решил добиваться того, чтобы пропагандиста йоги оштрафовали на сумму до 50 тысяч рублей. Само по себе течение конфликта вокруг лектора показывает, насколько порочна практика применения Закона Яровой о контроле миссионерской деятельности. Закон возбуждает межрелигиозную вражду, провоцирует в людях низменные средневековые инстинкты. Thu, 16 Feb 2017 11:00:00 +0400 Известная на всю страну история с лектором йоги Дмитрием Угаем (вайшнавское имя - Бхакти Ашрая Данди Свами) в Петербурге не закончилась с вынесением оправдательного приговора. Представитель полиции обжаловал решение мирового судьи и решил добиваться того, чтобы пропагандиста йоги оштрафовали на сумму до 50 тысяч рублей. Само по себе течение конфликта вокруг лектора показывает, насколько порочна практика применения Закона Яровой о контроле миссионерской деятельности. Закон возбуждает межрелигиозную вражду, провоцирует в людях низменные средневековые инстинкты. Началась эта петербургская история с того, что в полицию поступило заявление от православного гражданина Наиля Насибулина, который предположил, что последователи Кришны могут заниматься в рамках фестиваля «Ведалайф» проповедью своего учения. Об этом так и говорится в постановлении по делу Угая – уже в нескольких других делах по Закону Яровой наблюдается та же картина – православный активист находит в социальной сети мероприятие инаковерующих и пишет заявление в полицию. На своей странице в социальной сети Насибулин прямо написал, что ему не нравятся «нетрадиционные верующие». 22 октября 2016 года в Петербурге в лофте «Этажи» Дмитрий Угай (философ и программист, вайшнав по исповеданию) читал лекцию «Виды йоги», после чего он и был задержан. Ему были предъявлены обвинения по ст. 5.26 КоАП («Нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях»). Угай не признал своей причастности к религиозной организации (даже если это не так – это его право), а свидетели не смогли ответить на вопрос – проповедовал ли он, и была ли это проповедь конкретного вероучения. Соответственно, 20 января 2017 года мировой судья Смольнинского районного суда оправдала Дмитрия Угая. Дело о лекции по йоге в Петербурге стало одним из первых дел по Закону Яровой, которое приобрело общероссийскую известность (к примеру, заголовок в «Собеседнике.ru»: «Сегодня йогу преподал, а завтра родину продал», в «Московском комсомольце»: «Судили за игру на барабане»). Добиться оправдания удалось, благодаря адвокатам Сергею Латышевскому, Михаилу Фролову и Анатолию Пчелинцеву, автору пособия «Миссионерская деятельность: как не стать жертвой «закона Яровой». Адвокатская речь Пчелинцева в лучших традициях дореволюционного правосудия начала ХХ века прерывалась аплодисментами:  «— Вы религиоведение в университете изучали? — обратился защитник Угая Анатолий Пчелинцев к участковому Арсену Магомедову, составлявшему протокол.  — Да.  — А профессора тоже останавливали во время лекций? — уточнил Пчелинцев под смех в зале, намекая на то, как участковый прервал лекцию на фестивале» (статья в «Новой газете в Санкт-Петербурге»). В апелляционной жалобе участковый Центрального района Петербурга Арсен Магомедов потребовал осудить Угая на том основании, что лектор говорил о йоге не как «о физических упражнениях, а с точки зрения любви к Богу, духовному слиянию, стремлению к Богу как личности. Рассматривая йогу как связь с Богом. Высказывали идеи не рассматривать йогу как гимнастику, а изучать священные тексты, духовные знания и развивать любовь к Богу». Магомедов отмечает, что лектор говорил об этом не на территории культового здания и не имел никаких документов от религиозной организации. А свидетели подтверждали, что слова о необходимости любви и единения с Богом произносились во время лекции.  По словам Магомедова, «вместе с тем, слово бог, в любом из толковых словарей, в том числе и в толковых словарях Даля и Ожегова, означает всевышнее существо и неразрывно связывается с религией». Таким образом, разговор о любви к Богу привел к наличию состава административного правонарушения.  Определение миссионерской деятельности в п.1 ст.24.1 Закона о свободе совести, появившееся там в результате принятия Закона Яровой, написано максимально неправовым языком. Поэтому любой участковый вынужден реагировать на любой разговор о религии. Те полицейские, которые хотят продвигаться по карьерной лестнице, не хотят, конечно, проигрывать в суде. Поэтому и дела по Закону Яровой могут тянуться долго – американский баптист Дональд Оссервааде из Орла уже собирается подавать жалобу в Европейский суд по правам человека (штраф в 50 тысяч рублей за библейские уроки в квартире в августе 2016 года). Вместе с тем, в этой истории есть и положительный момент. Противостояние Закону Яровой объединило усилия многих верующих и неверующих. Дмитрий Угай отметил на своей странице «Вконтакте»: «Спасибо Российскому Объединённому Союзу Христиан Веры Евангельской, католикам, православным, буддистам, шиваитам, тантристам, атеистам, агностикам, скептикам и представителям многих других идейных течений, которые оставили свои высоко интеллектуальные споры и объединились ради всеобщего благого дела. И конечно, я не могу перечислить имён всех замечательных преданных Кришны, которые всё это время трудились на благо всего мира...». В личной благодарности в адрес адвоката Анатолия Пчелинцева учитель йоги Дмитрий Угай прокомментировал происходящее так: «К сожалению, наглость и цинизм находят пути для того, чтобы прорасти на свете Божьем, и иногда принимают уже совсем отвратительные обличья. Иначе бы участковый, нарушивший все заповеди закона и нормы морали, испытал бы, по крайней мере, раскаяние за свои деяния».  Однако дело не в раскаянии отдельного участкового, а в том, что разговор о любви к Богу в современной России может закончиться штрафом. Роман Лункин. Христианская гвардия Дональда Трампа: церковные сети вокруг политики http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7435 Акцент на правах христиан во всем мире и в горячих точках, на борьбе с общей угрозой терроризма сближает внешнеполитические позиции России и США, как и позиции церквей двух стран. Но, что важно, эта тема будет важным элементом в контексте общей проблемы соблюдения свободы совести и убеждений. А это значит, что смягчение риторики в отношении России в целом, будет сочетаться с вниманием к гражданскому обществу и правам верующих (а не только и не столько к протестным настроениям). Wed, 25 Jan 2017 3:00:00 +0400 Мировоззрение Дональда Трампа для большинства политиков и экспертов остается загадкой, поскольку за громкими высказываниями и лозунгами не просматривается конкретной программы. Но у Трампа, возможно, и нет такого целостного мировоззрения – в ходе избирательной кампании оно ему было не нужно. В итоге сложилось лоскутное одеяло из разных идей, от восстановления рабочих мест в США до нетерпимости к мигрантам и «исламскому радикализму». Твердую опору Трамп искал и нашел в христианской риторике, а христианские церкви стали одними из главных и, что важно, убежденных участников кампании нового американского президента. Но у церквей свои интересы и свое представление о том, как «сделать Америке здорово снова» - так иронично в США переводят на русский главный слоган кампании Трампа «Сделаем Америку снова великой».  Неожиданным явлением стала однозначная поддержка Трампа со стороны Русской православной церкви, которая возлагает на президента США большие надежды, в том числе связанные с защитой христиан во всем мире и с борьбой с экстремизмом и «исламским» терроризмом (об этом говорили патриарх Кирилл и глава Отдела внешних церковных связей митрополит Иларион). Особенно ярко точка зрения Русской Церкви прозвучала на фоне критики в адрес Трампа со стороны папы Римского Франциска, который осудил намерение Трампа достроить стену между США и Мексикой и выслать всех нелегалов (папа отметил, что это не по-христиански – строить стены). Патриарх Кирилл в своем поздравлении Трампу 9 ноября 2016 года тепло отмечал достоинства Трампа: «За многие годы активной созидательной деятельности Вы приобрели богатый опыт, который поможет Вам в решении вопросов, касающихся устроения жизни государства и общества, сотрудничества с другими странами». Реальный интерес РПЦ заключается в том, чтобы США как мировая держава была обеспокоена правами христиан, в особенности, на Ближнем Востоке, где Россия участвует в войне, и в Украине, где, по мнению РПЦ, ущемляются права УПЦ Московского патриархата. Но и в целом внимание к правам христиан увеличивает международный вес Русской Церкви и Ватикана, которые связаны общими обязательствами по этому вопросу Гаванской встречей папы и патриарха в феврале 2016 года. Помимо этого, Московский патриархат наладил отношения с богатыми консервативными протестантами Америки в лице, к примеру, Ассоциации Билли Грэма. В рамках совместного с американцами проекта «Сума самаритянина» была оказана поддержка беженцам с Украины. Сын известного проповедника - Франклин Грэм - приезжал в Москву (с 28 октября по 1 ноября 2015 года), встречался с патриархом Кириллом и с президентом В. Путиным, за что был раскритикован единоверцами в США и Украине.  Вместе с тем, не стоит считать точку зрения американских протестантов компромиссной или наивной. Многие и в США полагают, что Трамп – харизматический лидер, оратор, обещающий все на свете, а люди ему верят. Во время инаугурационной речи Трампа складывалось немного гротескное театральное впечатление, когда новый президент обещал построить новые дороги, школы и больницы, заявив, что весь мир запомнит 20 января 2017 года не как простой переход власти от одной администрации к другой, а как возвращение власти в руки американского народа. Цитируя Библию, Трамп подчеркнул необходимость единства: «В сердце, открытом для патриотизма, нет места предрассудкам. Библия говорит нам: "Какое это благо и наслаждение, когда божьи люди живут вместе в согласии"». 20 января Трамп собрал вокруг себя уникальный по составу и по силе пул пасторов.  Традиционное богослужение перед инаугурацией в епископальной церкви Святого Иоанна рядом с Белым домом (традиция заложена в 1933 году Франклином Рузвельтом) проводил резкий критик мусульман, мормонов, католиков, геев баптистский пастор Роберт Джеффрес. Интересно, что в 2012 году именно он назвал мормонизм «культом» с негативным оттенком (по-русски – «страшной сектой») во время республиканских праймериз, где выступал Митт Ромни – возможно, теперь понятно, почему Ромни не был выбран Трампом на пост госсекретаря США. 20 января пастор прочитал проповедь «Когда Бог выбирает лидера». Джеффрес привел в напутствие Трампу такой пример: пророк Неемия, наоборот, помогал перестраивать Иерусалим и строил стены вокруг него для защиты от врагов после возвращения евреев. После этого Трамп и вице-президент Майк Пенс с семьями поехали приносить присягу на Капитолий.  Инаугурация Трампа поставила рекорд по присутствию религиозных лидеров, что также задает тон новому курсу президента. Интересно, что единство нации было показано на церемонии через религиозные движения, а не как иначе. Христианские благословения, безусловно, были на первом месте, но одно из основных напутствий Трамп получил от иудеев – от раввина Марвина Хиера, основателя Центра Визенталя. Мусульманские лидеры также были на церемонии, пел Табернакальный мормонский хор. Первым из священнослужителей выступал кардинал Тимоти Долан, архиепископ Нью-Йорка – он ранее критиковал Трампа за его отношение к мигрантам и политику «американской исключительности».  Католики в США в значительной степени также консервативны, как и протестанты-фундаменталисты, хотя у них всегда есть свое мнение (католическая церковь в Сан-Диего пригрозила адом своим прихожанам, если те проголосуют за Клинтон). госсекретарь Ватикана кардинал Пьетро Паролин заявил, что Трамп сможет создать плодотворное правительство.  Среди самых ярких выступлений на инаугурации стоит отметить слова Самуэля Родригеса, главу Национальной конференции испаноязычных христиан (он ранее убеждал, что Трамп все же не против мигрантов из Мексики), пастора Паулы Уайт, телепроповедницу харизматического движения процветания (выступал и другой проповедник процветания из Детройта Уэйн Джексон), пастора Франклина Грэма – он написал в своем Твиттере после выборов, что Бог спас Америку от безбожной атеистической политики. Семья Грэмов вернулась в Белый дом после долгого перерыва (Билли Грэм выступал на 8 инаугурациях, Франклин впервые был в 2001 году на инаугурации Джорджа Буша-младшего). Между отцом и сыном не раз возникали разногласия – Франклин Грэм резко критиковал ислам. Прям не поддерживая Трампа, Франклин в 2011 году сказал, что у бизнесмена есть качества, которые пригодятся президенту США, подтолкнув его к президентской гонке.  Стоит отметить, что для президента Обамы приглашение пасторов всегда было сопряжено со скандалами. В 2008 году на инаугурации выступал Рик Уоррен, противник гей-браков, а в 2013 году пастор Луи Джилио из Атланты был исключен из списка выступающих на инаугурации Обамы за высказывания против геев (для церемонии была выбрана вдова одного убитого правозащитника).  Дональд Трамп, формально сохранив старую гвардию евангелистов, выдвинул новых пасторов в качестве своих советников и духовников. На политическую арену вышли представители новой евангельской волны 1980-х и 1990-х годов – это лидеры больших церквей, которые проповедуют харизматическую концепцию взаимосвязи веры человека и его процветания в жизни. Такого рода церкви принадлежат к протестантизму пятидесятнического направления (от общих для баптистов или православных и католиков постулатов веры, пятидесятников отличает признание действия разнообразных даров Святого Духа в жизни каждого и возможности говорения на иных языках как следствия крещения Духом Святым).  Ориентация Трампа на новых проповедников связана с его личными убеждениями вне зависимости от того, насколько они искренни или циничны (об этом можно судить только субъективно). Родители Трампа посещали Церковь Марбл Колледжиэйт в Нью-Йорке, тогда Дональд слушал проповеди Нормана Винсента Пиэла, проповедника «Евангелия процветания». Пиэл благословлял первый брак Трампа в 1988 году. В прессе нового президента относили и к пресвитерианской церкви, и к епископальной, но в Америке границы между разными евангельскими конфессиями размыты, переходы и одной общины в другую нередки. В июне 2016 года основатель проекта «В фокусе семья» пастор Джеймс Добсон заявил, что Трамп – не так давно обращенный христианин, а обратила его пастор Паула Уайт, пастор Христианского центра Новая Судьба во Флориде, недалеко от Орландо. Она утверждает, что у Трампа «большая жажда Бога» в настоящее время (Paula White, Trump’s Spiritual Adviser, Says He Has ‘a Hunger for God’. JAN. 19, 2017. New York Times). Ранее Уайт возглавляла Международное служение «Церковь без стен», но в 2007 году сенатор Чарльз Грэссли инициировал расследование против ряда больших церквей, в том числе и Паулы Уайт, по поводу использования ими финансов и ухода от налогов (к сенатору обратился ряд верующих, заявивших, что лидеры служений живут в чрезмерной роскоши). Однако трехлетнее расследование ничем не закончилось.  В конце 2000-х годов в результате их знакомства Паула Уайт приглашала Трампа на свои телешоу, а он ее на свои. Во время избирательной кампании целый ряд пасторов стал фактически выступать «на разогреве» у Трампа во время поездок по стране, а известные пасторы-пятидесятники Марк Бернс и Даррел Скотт, как и сама Уайт, выступали на Конвенции республиканской партии. В июне и сентябре 2016 года Уайт организовала встречи с несколькими сотнями лидеров евангельских церквей с Трампом в Нью-Йорке. Еще в 2012 году прошла первая встреча Трампа с пасторами, где они молились за его будущее президентство, а контакты Трампа с евангелистами координоровал его помощник Майкл Коэн (другие пасторы-пятидесятники Фил Робертсон и Кеннет Коуплэнд поддерживали кандидата в президенты Тэда Круза). После инаугурации пастор Паула Уайт возглавила Консультативный совет евангельских лидеров при главе Белого Дома, став его советником и, наверное, можно сказать, что духовником (в одном из интервью Уайт отмечает, что посещает Трамп все-таки пресвитерианскую церковь). Вслед за пасторами, приближенными к Трампу, его поддержали другие популярные проповедники – Джерри Фаллуэлл-младший, который сказал, что Трамп напоминает ему отца, и Джоэл Остин, назвавший его своим другом, и более известные и проповедующие в России: Рик Джойнер, Джон Бивер, Рик Реннер (Церковь «Благая Весть» в Москве).  Судя по опросам Центра Пью, до 90% членов «белых» евангельских церквей голосовали за Трампа, но незадолго до выборов, во время кампании, мнения членов протестантских церквей в целом делились примерно пополам – за и против Трампа. Старые евангельские движения США – мэйнстрим – всегда свысока относились к новым евангельским миссиям, в особенности, к пятидесятникам харизматического направления, к которому относятся также и пасторы из церквей «евангелия процветания». Пасторы Южной баптистской конвенции не раз называли проповедников процветания еретиками и мошенниками. Естественно, что приближение евангелистов новой волны к власти вызывает у элиты обеспокоенность возможностями их влияния на Трампа (Donald Trump's Prosperity Preachers. Time. Apr 13, 2016). Харизматические церкви пятидесятников впервые оказались столь же влиятельны, как и старые баптисты, методисты, пресвитериане, пятидесятники, Епископальная церковь.  Но в рамках избирательной кампании в США была отмечена чрезвычайная активность всех этих церквей, потому их объединяет между собой и с Трампом одна программа: противодействие и фактический запрет абортов (ограничение программы планирования семьи), запрет однополых браков и «толерантного» просвещения в школах (возврат молитвы в школы), пропаганда семейных ценностей, критика ислама (право называть терроризм «исламским», спорить с мусульманами), защита американской исключительности, но не по национальному признаку, а по духу.  В целом новы президент обещал пасторам в сентябре 2016 года свободу самовыражения. Трамп говорил церковным лидерам: «Думаю, это станет моим величайшим вкладом в христианство и другие религии – позволить вам, когда вы говорите о свободе религии, свободно выражать свое мнение, а если вы хотите, чтобы кто-то конкретный вас представлял, то вы сможете этого добиваться» (ограничения в США были наложены в 1960-е годы на политическую поддержку со стороны освобожденных от налогов групп населения). По мнению нового президента, это ограничивает свободу слова и лишает влияния религиозные институты. Трамп отмечал: «Если я стану президентом, то в Америке христианство будет иметь силу».  Общим для протестантских лидеров и Трампа является также особе отношение к Израилю как к стране, где живет избранный Богом народ. Для многих верующих – это Святая земля, откуда должно начаться второе пришествие Христа, когда там соберутся все евреи – отсюда стремление помогать всем евреям в Израиле и за его пределами, миссии по возвращению евреев на историческую родину. Сам Трамп много раз высказывался в поддержку Израиля и снова обещал перенести посольство США из Тель-Авива в Иерусалим, а дочь Трампа Иванка с одобрения отца приняла иудаизм.  Критическое восприятие ислама и угрозы его экспансии в мире, в особенности, после терактов 11 сентября 2001 года также стало одним из ключевых элементов в мировоззрении церквей протестантского мейнстрима. В разных направлениях американского евангелизма по-своему расставляют акценты – пятидесятники полагают, что Аллах отнюдь не является богом, аналогичным Богу Ветхого Завета, и что мусульмане поклоняются «злому духу пустыни». Самым известным проявлением фундаменталистского отношения к исламу стало сожжение Корана в штате Флорида пастором Терри Джонсом, за что он и подвергался арестам регулярно, начиная с 2010 года. Самое «антимусульманское» заявление Трампа заключалось в том, чтобы не пускать в страну мусульман пока государство и общество не разберется в том, что происходит с исламом, антиамериканизмом и терроризмом на почве исламских идей ("total and complete shutdown of the entry of Muslims to the United States until our country's representatives can figure out what is going on"). Таким образом, озвучив опасения части верующих американцев по поводу прибывающих в страну мусульман, Трамп формально лишь призвал разобраться и понять ситуацию (хотя в прессе возникала тема возможной слежки за мусульманами-иммигрантами, создания базы данных). Он добавил, что среди его друзей, при этом, есть «великие мусульмане».  А что же конкретно объединяет Трампа именно с проповедниками процветания? Кроме того, что харизматические пасторы сами, как и новый президент, являются миллионерами и любят помпезно оформлять свои офисы и церкви, они также импульсивны и самоуверенны, как Трамп. Богословие этих церквей, действительно, довольно гибкое – вера может создавать деньги, а Бог давать духовные дары в самых разных видах – от личных самолетов до президентства. В грехах личной жизни Трамп уже мог давно покаяться перед пасторами, но и в данном случае харизматы немного более либеральны, чем баптисты – советник президента Паула Уайт в третий раз замужем (ее избранник рокер Джонотан Кейн – в четвертый раз женат). У церквей процветания есть и еще одно немаловажное достоинство – среди миллионов верующих много испаноговорящих и афроамериканцев (как коренных, так и мигрантов), которые также голосовали за Трампа. Верующим, конечно, никто не указывает, как голосовать, но члены общин знают, кого поддерживает их любимый пастор.  Политическое влияние христианского истеблишмента же ощущается в назначениях в администрации Белого Дома. Министр здравоохранения - врач-нейрохирург Бен Карсон, член адвентистской церкви, которая также являются частью консервативного протестантского мейнстрима США. Он призывал строить страну на «основах подлинной иудеохристианской традиции», является креационистом (критикует теорию эволюции). Вице-президент Майк Пенс – также член евангельской церкви и противник абортов, потенциальный проводник «моральной программы» церквей.  В России также есть пятидесятничество, где есть церкви, проповедующие «евангелие процветания», но, в основном, в более умеренной форме, чем в США. Между тем, эти церкви в России и США также консервативны, их сближает также отношение к исламу и к признанию духовной роли Израиля. Это церкви Российского объединенного союза христиан веры евангельской, Российской Церкви христиан веры евангельской, Объединенной церкви христиан веры евангельской, Ассоциации церквей «Союз христиан». Служители этих российских церквей и верующие, судя по социальным сетям и протестантской прессе, стали главными сторонниками Трампа в России.  В президенте США российские протестанты также видят не только проводника консервативной политики, но носителя ценностей веротерпимости и свободы совести, которых им не хватает внутри России. К примеру, епископ Российского объединенного Союза христиан веры евангельской (пятидесятников) (РОСХВЕ), член Общественной палаты РФ Сергей Ряховский в своем письме Трампу отметил: «Всем сердцем надеюсь на возвращение Америки к христианскому фундаменту, который был изрядно размыт в последние десятилетия». Ряховский также приветствовал консервативную позицию Трампа по поводу абортов, которая более «соответствует христианским моральным ценностям, чем политика прежнего руководства страны». Одни из протестантских порталов России «Живая вера» (afmedia.ru) опубликовал ряд высказываний Трампа, которые характеризуют его как «истинного христианина». В Университете Свободы в штате Виргиния в январе 2016 года: «Я протестант, и я очень этим горжусь. Чтобы быть точным, я пресвитерианин, но я этим горжусь, очень-очень горжусь». «Посмотрите на различные места: христианство в осаде… Если вы посмотрите на то, что происходит по всему миру, посмотрите на Сирию, там христианам отрубают головы». «Я не буду ничего покупать в тех местах, где не говорят" Счастливого Рождества». Во время интервью каналу CBN Трамп, в ответ на реплику ведущего о том, что Керри — ревностный католик, регулярно читающий Библию, Трамп заявил: «Никто не читает Библию больше, чем я».  Трамп по существу не является революционером и разрушителем основ американского общества. Его восприятие в христианской среде совсем другое. Для американских и российских протестантов (и православных в России) - это политик, опирающийся на фундаментальные принципы – патриотизм и консервативное христианство, способность неполиткорректно сказать о страхах и угрозах.  Акцент на правах христиан во всем мире и в горячих точках, на борьбе с общей угрозой терроризма сближает внешнеполитические позиции России и США, как и позиции церквей двух стран. Но, что важно, эта тема будет важным элементом в контексте общей проблемы соблюдения свободы совести и убеждений. А это значит, что смягчение риторики в отношении России в целом, будет сочетаться с вниманием к гражданскому обществу и правам верующих (а не только и не столько к протестным настроениям).  Трамп стал воплощением общего глобального поворота к религии в современном обществе и роста антилиберального христианского фундаментализма. Экстравагантность личности нового президента, его прошлые грехи, временно потеряли всякое значение, но теперь отношение церквей к новому президенту будет зависеть от того, сможет ли он оправдать их надежды или молитвы укажут новых избранных на «служение» политиков.  Роман Лункин,  Главный редактор портала «Религия и право», руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН. Будет ли Россия уважать Библию? Выборгский суд решил не проверять Новый Завет на экстремизм http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7403 21 декабря 2016 года Выборгский районный суд вынес одно из редких решений в пользу религиозной организации - Ассоциации евангельских христиан «Гедеон». Сотрудники таможенного поста «Брусничное» еще в июне 2016 года задержали крупную партию книг Нового Завета и Псалтири (20 тысяч). Tue, 10 Jan 2017 20:00:00 +0400 В России проходит довольно сложный процесс привыкания к активной религиозной деятельности в условиях жесткого законодательства, которое относит верующих к числу потенциально опасных граждан. Однако практика показывает, что излишние подозрения противоречат здравому смыслу.  21 декабря 2016 года Выборгский районный суд вынес одно из редких решений в пользу религиозной организации - Ассоциации евангельских христиан «Гедеон». Сотрудники таможенного поста «Брусничное» еще в июне 2016 года задержали крупную партию книг Нового Завета и Псалтири (20 тысяч). Миссия «Гедеон» уже на протяжении более десятка лет привозит из Финляндии эти священные книги, поэтому верующим было не совсем понятно желание таможни провести экспертизу на предмет экстремизма и задержать груз. В результате книги отсырели и пришли в негодность, за хранение груза миссии надо было бы заплатить большую сумму. После целого ряда разбирательств и даже подозрений в коррупционности данного дела (был объявлен тендер на проведение экспертизы Нового Завета. И заказ был отдан коммерческой фирме, экспертиза стоила почти полмиллиона рублей) суд решил, что действия таможни были незаконными. Адвокат миссии «Гедеон» Анатолий Пчелинцев отмечает, что начальник таможенного поста «Брусничное» Сергей Ленин потребовал от его доверителей подтверждения, что печатная продукция не содержит сведений, подпадающих по действие федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». В этом же законе, на который ссылается таможня, есть прямое указание: священные тексты нескольких религий, в том числе и Библия, не могут быть признаны экстремистскими. Ранее у миссии «Гедеон» уже была экспертиза Российского государственного педагогического университета имени Герцена о том, что текст заказанных ими книг соответствует синодальному переводу. Но таможня не приняла ее во внимание, объявив тендер (психолого-лингвистическую экспертизу литературы должен был провести не религиовед, а почему-то индивидуальный предприниматель из Мурманска Михаил Лактионов).  На процессе, как отметил Пчелинцев, выступил православный священник, работающий с заключенными. Он подтвердил соответствие текста Нового Завета и Псалтири каноническому переводу, рассказав, что получает бесплатно экземпляры религиозной литературы и распространяет ее в тюрьмах среди заключенных.  После того, как 25 ноября 2015 года вступили в силу поправки к Федеральному закону «О противодействии экстремистской деятельности» о неподсудности четырех священных писаний: Библии, Корана, Танаха и Ганджура, в законодательстве многое изменилось. В июле 2016 года Закон Яровой принял поправки о контроле миссионерской деятельности, которые спровоцировали шквал судебных дел против верующих.  Ранее переводы священных текстов уже были предметом судебного расследования. В 2013 году Октябрьский районный суд Новороссийска признавал экстремистским «Смысловой перевод Священного Корана на русский язык» Эльмира Кулиева (17 декабря того же года Краснодарский краевой суд отменил решение Октябрьского райсуда). Опосредованно цитаты из библейских текстов, связанные с провозглашением истинности своей веры, уже исследовались в ходе процесса над Свидетели Иеговы в Головинском суде г. Москвы в начале 2000-х годов. Затем к этой теме вернулись в 2009 году, когда началась кампания по запрету литературы Свидетелей Иеговы и их общин, что, скорее всего, ведет в ближайшем будущем к ликвидации Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России. Совершенно серьезно Свидетелям Иеговы вменяется то, что они считают свое вероучение лучше и правильнее, чем у других религий и конфессий.  Логика прокуратуры ведет к тому, что нужно доказать, что у иеговистов вовсе нет Библии, что это не та Библия. Но эта логика правоохранителей касается не только Свидетелей Иеговы. Прокуратура вполне может, таким образом, признать «не-библией» и «не-священным» текстом новые переводы Нового Завета, которые, чаще всего, используют протестантские церкви. Экспертизы новых переводов Библии уже есть, причем, дело против верующих возбуждено в том же регионе. Выборгский городской суд с лета 2015 года ведет дело о признании экстремистской литературой Библии в переводе, которым пользуются Свидетели Иеговы («Перевод нового мира»). В 2015 году экспертизу Библии в иеговистском переводе по запросу Выборгской таможни сделал Центр социокультурных экспертиз (Исследование 240/15 от 3 августа 2015 г.). Среди экспертов нет ни одного человека с ученой степенью по специальности религиоведение (Котельников В.С., Тарасов А.Е., Крюкова Н.Н.). В рамках экспертизы есть раздел «Каноническое понимание Библии». В нем дается православное определение Библии и Слова Божьего, конечно, с точки зрения, самих экспертов. Приводится такая цитата: «Сектантская практика, которая обычно основывается на тщательно отобранных и перетолкованных цитатах из Библии, иссушает христианство, превращая его в законничество». Далее эксперты исследуют «Священное писание. Перевод нового мира», иеговистскую версию Библии. Указывается на то, что там появляется имя Бога – Иегова, слово «крест» с греческого переводится как столб мучений, часть книг получает иное название. Более того, перевод Свидетелей Иеговы, как почему-то отмечают эксперты, следует масоретской традиции, а не Септуагинте, которой, в свою очередь, следует Синодальный перевод. После сравнения Синодального перевода и Перевода нового мира эксперты делают вывод, что иеговистский текст «позволяет транслировать иную, отличную от христианской традиции систему вероучительных и нравоучительных текстов».  После целого ряда цитат с различными переводами библейского текста и призывов в пособии иеговистов изучать Библию следует вывод экспертов: «Исходя из вышесказанного Перевод нового мира не является вариантом перевода Библии в христианской традиции, и, соответственно, не является Библией как каноническим собранием текстов». Один из аргументов заключается в том, что для изучения перевода требуется пособие с интерпретацией текста, «поэтому Перевод нового мира содержит привязки ко всем смыслам, имеющимся в вероучительной и нравоучительной литературе Свидетелей Иеговы». Российское Библейское общество предоставило следующее разъяснение по поводу этой экспертизы: «В современном правовом обществе светская власть не может брать на себя роль арбитра в богословских спорах и устанавливать какую-либо из многочисленных церковных традиций в качестве стандарта, которому все христиане должны следовать в своей религиозной практике».     Ситуация с судебной практикой в сфере религии похожа на перетягивание каната между различными ветвями власти и правоохранительными ведомствами. И даже если верующие выигрывают суд, их статус подозреваемых не меняется. Роман Лункин. Тайные мысли бесстрашных силовиков. Федеральное агентство по делам национальностей дало свое определение религии http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7344 Впервые на столь высоком уровне была сделана попытка разработать основы религиозной политики, предложить чиновникам и правоохранительным органам алгоритм действий в том случае, когда они сталкиваются с разными формами религиозной жизни. Тем более, что в Общественной палате РФ осенью 2016 года не раз предлагалось дать рекомендации по применению законодательства в сфере религии в новых условиях – когда принят Закон Яровой. Содержание пособия почти сразу вызвало бурное обсуждение в социальных сетях. Причина в том, что рекомендации агентства сделали тайное явным, оказались отражением психологических страхов и образа религии, которые господствуют в сознании силовых структур. ФАДН представило анамнез этих страхов. Причем, страх перед неизвестным оказался так велик, что на втором плане оказались сами люди и положения закона. Thu, 01 Dec 2016 16:00:00 +0400 Федеральное агентство по делам национальностей (ФАДН) было создано в 2015 году. Глава ФАДН Игорь Баринов прославился заявлениями о необходимости укрупнять муфтияты и о связи религиозных радикалов с внесистемной оппозицией. В 2017 году агентство планирует выделить 170 млн рублей на гранты по профилактике религиозного экстремизма и межнациональных отношений. А 28 ноября было выпущено «Пособие для работников органов исполнительной власти и правоохранительных органов по вопросам взаимодействия государства и религиозных организаций (разработано сотрудниками ФАДН России, МВД России и Минюста России)».  Впервые на столь высоком уровне была сделана попытка разработать основы религиозной политики, предложить чиновникам и правоохранительным органам алгоритм действий в том случае, когда они сталкиваются с разными формами религиозной жизни. Тем более, что в Общественной палате РФ осенью 2016 года не раз предлагалось дать рекомендации по применению законодательства в сфере религии в новых условиях – когда принят Закон Яровой. Содержание пособия почти сразу вызвало бурное обсуждение в социальных сетях. Причина в том, что рекомендации агентства сделали тайное явным, оказались отражением психологических страхов и образа религии, которые господствуют в сознании силовых структур. ФАДН представило анамнез этих страхов. Причем, страх перед неизвестным оказался так велик, что на втором плане оказались сами люди и положения закона. Первая часть пособия, посвященная различным религиям, не вызывает больших вопросов. Специалисты ФАДН (авторы пособия не указаны) выбрали те религии, которые они считают традиционными или, по крайней мере, не боятся. Это православие, католицизм, Армянская Апостольская Церковь, старообрядчество, протестантизм, ислам, иудаизм, буддизм. В статьях, посвященных этим направлениям, даны все общие сведения, которые есть и в «Википедии». Справка о протестантизме и его объединениях в России явно составлялась вместе с представителями баптистов, пятидесятников, евангелистов, адвентистов, так как в ней и правда представлены основные направления и их контактные данные (такой полноты данных нет в других справках). Тогда как в справке о буддизме просто сказано, что независимые объединения буддистов Калмыкии и Тувы якобы всегда представляет Традиционная Сангха из Бурятии (общероссийское направление Карма-Кагью не упомянуто).  В качестве основной угрозы в рамках пособия описывается «распространение псевдоисламских радикальных экстремистских течений». Ваххабизм де факто провозглашается опасным течением, но по существу ваххабизм является синонимом любых явлений в исламе, альтернативных «традиционному исламу». Целый раздел, скорее всего, был предоставлен Центром «Э» МВД РФ. Любой бюрократ или полицейский не заинтересован в том, чтобы появлялось что-то новое, поскольку это новые проблемы и необходимость узнавать это новое, общаться с ним, исследовать. Специалисты ФАДН, Минюста и МВД решили ликвидировать саму возможность развития религиозной жизни.  Из текста пособия ясно – все новое в религии – потенциально преступно. Как отмечают неизвестные авторы, «Рост числа конфессиональных новообразований объективно усиливает межконфессиональную напряженность и ведет к их политизации».  Наиболее разумную часть издания составляют рекомендации по профилактике религиозного экстремизма и просвещению в этой сфере. Отмечается необходимость собирать представителей разных конфессий и религий, создавать межрелигиозные советы, проводить круглые столы, обучать самих сотрудников силовых структур. Чрезвычайно важно, что сказано в пособии об учете разных факторов: «Следует поддерживать постоянный контакт с населением, учитывать местные особенности:  - уровень религиозности населения;  - приверженность к тем или иным религиозным верованиям и  организациям;  - экстремистских религиозных объединений и групп;  - количество религиозных организаций и ее членов;  - возможности позитивных религиозных объединений;  - местные обычаи и традиции».  Правда, что означает «позитивность» объединения не совсем понятно, но возможно, это те общины и движения, которые легко идут на контакт с органами власти.  В России зарегистрировано несколько направлений православных церквей, не принадлежащих к РПЦ, но в пособии сказано, что по поводу всех «неофициальных» священнослужителей в рясах надо звонить в Московскую патриархию и принимать неизвестный пока набор мер. В ходе профилактики также надо основываться на «неприятии западных стандартов нивелирования и разрушения исторически сложившихся ценностей». Довольно резко по стилю и содержанию от остальной части пособия отличается его заключение. Возможно, именно в это части ФАДН решило проявить себя и высказаться на чистоту (судя по предыдущим своим высказываниям, заключение вполне может отражать и мировоззрение главы агентства Игоря Баринова). Внутренний страх перед неизвестной религиозностью заставляет в панике предъявлять самые противоречивые требования. Агентство (а судя по составителям пособия и МВД, и Минюст) не устраивает определение религиозного объединения: «В качестве признаков религиозного объединения обозначены: «вероисповедание, совершение религиозных обрядов и церемоний, обучение религии и религиозное воспитание своих последователей». По Закону выходит, что религиозными являются действия, совершенные религиозным объединением».  Казалось бы, что может возмутить в этом определении. Однако авторы пособия предлагают расширить признаки религиозности, чтобы признавать религиозными «деструктивные объединения», которые распространяют «духовное знание», но не хотят считать себя религиозными. В таком случае не совсем понятно, зачем, например, Церковь саентологии лишать статуса религиозной организации, как это было сделано в Москве. Не совсем понятно, что хотят представители агентства делать с уже «запрещенными» движениями. Например, в пособии отмечается: «Если какое-либо религиозное объединение будет запрещено в судебном порядке, то оно станет называться опять же религиозным объединением, но только «запрещенным». Но такая формулировка не вскрывает деструктивной сущности подобных структур, деятельность которых отнюдь не прекратится после отказа им в регистрации или запрещения решением суда». Религиозные объединениям (видимо, уже легально действующие) предлагается «четко» разделить «по признакам созидательности или, наоборот, деструктивности».     Поскольку очевидно, что агентство не знает, что делать дальше с религиозным многообразием, то самый простой логический ход – противопоставить православной традиции - все остальные движения. Даже учитывая, что у самих авторов пособия православие, как скорее всего, и вообще практическая религиозность, вызывает «психологическое напряжение». Как отмечается в рекомендациях, «обращение в православие, хотя, возможно, и вызовет появление некоторого психологического напряжения, не отрывает тем самым человека от семьи, рабочего коллектива, от общественной деятельности и жизни страны в целом. Напротив, усвоение иных религий из-за отсутствия культурных переходных звеньев всегда ведет к сильному взаимному отчуждению от социального окружения. Накапливающееся взаимонепонимание переходит в конфликты, враждебность… И эта враждебная российской традиционности «узкая среда» приобретает абсолютное влияние на нового сектанта». В качестве примеров деструктивной деятельности в России Федеральное агентство использует «Свидетелей Иеговы»: «Опасна эта организация массовым охватом граждан страны по местам их жительства. Причем в основном ее жертвами становятся обыватели, склонные к вере, но плохо знающие историю собственной страны и традиционных религий».  Среди «вредных привычек» Церкви саентологии указаны почему-то «духовные связи с сатанистами» (скорее всего, авторы использовали православные интернет-ресурсы). Церковь объединения (преподобного Муна) опасна, к примеру, «стремлением разрушить традиционные этнокультуры и вероисповедания, а также заменить их неким псевдовосточным суррогатом».  Только православными сектоведческими источниками можно объяснить появление среди примеров «деструктивности» безобидных индуистов - Международного общества Сознания Кришны, которое обвиняется в криминальных преступлениях. Более того, негативной чертой религиозного объедения, помимо прочего, объявляется «активная деятельность в поддержку «свободы совести»». В стране давно существует ряд легально действующих объединений верующих, которые можно оскорблять в прессе и подвергать проверкам и обыскам. Но даже не это главное. Дело в другом – страх и «психологическое напряжение» перед любой религиозностью не дает видеть реальные проблемы и конфликты. Агентство не замечает скандалов вокруг костела в Смоленске и собора Петра и Павла в Милютинском переулке в Москве, которые власти отказываются передавать Католической церкви. Не замечает в масс-медиа травли баптистов, пятидесятников, которых РПЦ рассматривает в качестве конкурентов (хотя и католики, и баптисты, и пятидесятники упоминаются в пособии). Не замечает особенностей и разнообразия исламских направлений и их литературы. Рекомендации агентства объективно поддерживают страх перед религией, который уже выражен в Законе Яровой и в законопроектах Елены Мизулиной о «деструктивных сектах». Потому что силовым структурам и депутатам настолько страшно, что лучше не испытывать «напряжения» от знаний о реальности.  Роман Лункин, главный редактор портала "Религия и право". Реформация под вопросом http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7311 Мы все ближе к большому юбилею европейской Реформации. Все ближе к юбилею и все дальше от Реформации. Все больше шума и суеты, все меньше ясности и смысла. Все больше лозунгов и пропагандистских штампов, все меньше глубоких вопросов и честных дискуссий. Wed, 09 Nov 2016 20:00:00 +0400 Мы все ближе к большому юбилею европейской Реформации. Все ближе к юбилею и все дальше от Реформации. Все больше шума и суеты, все меньше ясности и смысла. Все больше лозунгов и пропагандистских штампов, все меньше глубоких вопросов и честных дискуссий. Та Реформация начиналась с вопросов и возражений, тезисов и дебатов. Сегодня сблизиться и прикоснуться к Реформации можно только через вопросы. Что значит Реформация для нас? Почему она все еще актуальна? Продолжается ли Реформация? Как и в каких формах она возможна в наше время? Лишь задавая эти вопросы (адресуя их всем, кто может что-то знать о Реформации и каким-либо образом участвовать в ее событиях) и задаваясь этими вопросами (т.е. подвергая этим вопросам себя самих), мы сможем избежать тех профанаций, имитаций, приватизаций, после которых нам остаются лишь дырки от бублика, пустотелые копии, вирулентные симулякры — протестантизм без Реформации, революция без Реформация, реформация без Реформации. Исходя из такого вопрошания, я хочу обозначить несколько принципиальных условий, в которых тема Реформация переходит из режима празднования, т.е. воспоминания праздного, и становится актуальным усилием мысли, духа, а затем и историческим действием. Во-первых, Реформация продолжается, поэтому мы должны видеть ее не только позади как уже-событие, но и впереди как еще-задачу. Импульс, заданный Лютером и его современниками, сегодня почти исчерпан. Наилучшим проявлением уважения к их памяти и верности их делу может быть не повторение и закрепление, а творческое продолжение. Во-вторых, Реформация как тема должна ставить нас под вопрос. Иначе это не Реформация. Т.е. уже не только и не столько мы задаем вопросы о Реформации, но Реформация задает нам – открывает новый способ нашего самопонимания, мышления, веры, действия. Здесь мы оказываемся в пассиве, в страдательном залоге, в зависимости, в послушании. И все, что мы можем делать – открыться, чтобы услышать; слышать, чтобы стать послушными. У нас нет точных ответов, нет ясного видения, нет плана действий. Мы отдаем себя слушанию, отдаем себя в послушание. Этой своего рода «эпохе», когда мы выносим за скобки все, что знали прежде, как жили раньше. Без этой паузы новое не приходит, без разрыва лишь продолжается старое. В-третьих, нужно перейти от дискурса больших событий к дискурсу длящихся процессов, событий повседневности, малых героев местных историй. Мы видим лишь свою часть, лишь малый пазл большой и сложной картины. И это отнюдь не недостаток, это и есть самое главное, что мы должны видеть – свое призвание в конкретном времени-месте. Реформация не зиждется на Лютере, она продолжается в цепочке великих и не очень, публичных и тайных реформаторов. Так что нам нужно чаще смотреть не вглубь истории, а вокруг себя. В-четвертых, в случае с Реформацией не может быть «слишком». Здесь не может быть слишком глубоко или слишком радикально. Никто не понимает (и не обязан понимать), как глубоко Реформация может зайти, насколько радикально мы должны мыслить и действовать. Мы просто должны знать, что под нами глубина, и даже не пытаться достать ногами дна. В-пятых, Реформация – не здесь или там, не с теми или этими, но по ту сторону того и этого, наших и не наших. Если она будет, она будет объединяющей, не разделяющей; будет примиряющей, не обличающе-проклинающей. Она не будет антикатолической. Она не будет антиправославной. Она не будет обращена против оснований чужой традиции, она будет проверкой оснований собственных. Она не будет конфликтом Писания и Предания, но их внимательным перепрочтением в живой герменевтической общине. Она не будет конфликтом вертикали-иерархии, молчаливой соборности и анархистского всеобщего священства, но их уточнением и согласованием в живой общине, управляемой Духом. Она не будет возвращением в Средние века, но исцелением между эпохами, восстановлением такого преемства, где есть место и античности, и Ренессансу, и Просвещению, и постмодерну, и постпост... Она не будет ни новой секуляризацией, ни контрсекуляризацией, но преодолением самого деления на секулярное и клерикальное, сакральное и профанное. Она возможна лишь под общим знаком Царства. В-шестых, Реформация — не столько и не только о протестантах. Нам нужно решительно разделить тему Реформации и тему протестантизма. Если говорить о Реформации серьезно, то о протестантизме вспоминать не следует вовсе, а если и вспоминать, то вместе с другими – с католицизмом и православием. Скажем прямо: протестантизм – это не успех Реформации, а ее неудача. Если это и проявление Реформации, то далеко не самое удачное. Оно обескуражило бы всех реформаторов – они получили вовсе не то, что собирались сделать. Протестантизм – это осколок Реформации, который никогда не сможет стать целым и не должен выдавать себя таковым. Если мы не можем говорить о Реформации без привязки к протестантизму, не переходя на его внутренние вопросы, то не стоит начинать разговор вовсе. Для продолжения разговора о Реформации (а тем более для продолжения самой Реформации) нам нужна постпротестантская и постконфессиональная оптика. Реформация может начаться изнутри протестантизма, а может извне, но в любом случае она не будет считаться с конфессиональными границами. В-седьмых, Реформация должна фокусировать нас на теме будущего. Это вопросы о перспективах христианства и христианских перспективах для мира, о судьбе европейского христианства и судьбе христианской Европы. Что должно умереть, а что должно и будет жить? Почему мы видим вокруг следы постхристианского декаданса и почти не способны увидеть знаки растущего Божьего Царства? Почему наше христианство стареет вместе с миром, живет с ним в одном цикле и даже не решается опровергнуть притязания смерти? Можем мы ли взрослеть, не старея? Верим ли мы в воскресение и жизнь вечную? От этой веры зависит не только вечная участь, но и ход нашей земной истории, надежда в истории. Есть лишь один способ доказать свою актуальность – показать на себе чудесные перемены, свежие обновления, глубинные преобразования, чтобы затем явить собой пророческую перспективу для целого мира. К большому сожалению, названные условия оказываются для большей части современных христиан неприемлемыми. Нет готовности к переменам. В лучшем случае, Церкви готовы менять других, не себя. Как заявил один из протестантских лидеров, «Юбилей Реформации – это шанс презентовать себя обществу, на этом следует и ограничиться, не допуская богословских дискуссий и горячих социальных тем». Такое откровенное празднование самих себя можно было бы к Реформации и не приурочивать. Тем более, что данная конфессия скорее псевдопротестантская, и отношения к событиям века XVI не имеет почти никакого. В таком самопраздновании нос кажет самозванство. «Мы можем преобразовать общество» – здесь дерзновение граничит с дерзостью. Это трудно сделать, еще труднее от попыток отказаться. Ведь христианин может и должен дерзать, ревновать, подвизаться, вот только все это должно быть «по рассуждению» (Рим. 10:2, 2Петр. 1:5 ). Так вот рассудим: можем ли мы преобразовать кого бы то ни было, если не будем преобразованы сами? Увлеченность преобразованиями внешними без готовности к внутренним переменам может закончиться очень плохо – дискредитацией слов и девальвацией смыслов. «Презентовать себя» и «преобразовать общество»? Спаси нас, Господи, от таких «реформаций». У нас все меньше времени подумать о том, каким может и должно быть наше христианство, если решиться не только называться, но и быть. И эта срочность, эта острота вопроса связаны вовсе не с наступающим юбилеем Реформации, но с нашей христианской ответственностью за меняющийся к худшему мир, и за нас самих, так боящихся измениться и потому не способных никого изменить. Реформация – никак не повод для беззаботного праздника. Скорее, это тревожный сигнал, пробуждающий и отрезвляющий. Это никак не ответ, но предельно серьезный вопрос — и не о «них», а о нас, нашемхристианстве и нашей Реформации. источник: РИСУ Шпионские игры: уроки выживания для мормонов. За что высылают миссионеров из России? http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7214 Новизну действий специальных служб продемонстрировали ситуации в Самаре, Саратове и Ростове-на-Дону.  25 августа 2016 года появилась информация о депортации шести волонтеров Церкви в Самаре. Причем, в большинстве сообщений говорилось о том, что их выслали за то, что они не встали на миграционный учет, что является неправдой. В официальном заявлении Церкви отмечается, что с 1999 года все миссионеры ставились на учет по адресу религиозной организации, а живут в частных квартирах. Mon, 05 Sep 2016 17:00:00 +0400 Мормоны и их Церковь (Иисуса Христа святых последних дней) известна не только особым откровением, полученным от пророка Джозефа Смита, но и законопослушностью. Мировоззрение мормонов отличается особым акцентом на семье, семейных ценностях. Однако визитной карточкой мормонов во всем мире являются молодые миссионеры, обычно студенческого возраста, который в белых рубашках и с бейджиками «Старейшина… такой-то» появляются на улицах, беседуют и раздают книги.   Российская политика в значительной степени скорректировала линию поведения мормонов в нашей стране. Вначале были ликвидированы курсы английского языка для всех желающих, которые проводили американские студенты-миссионеры. В 2000-е годы курсы объявлялись нелицензированной образовательной деятельностью, а студентов депортировали. После принятия пакета законов Яровой Церковь мормонов фактически была вынуждена отказаться от прежних форм миссионерства и приспособиться к новым положениям закона. Приезжающие в Россию молодые проповедники перестали быть миссионерами, ведущими публичную деятельность. Всякая деятельность вне церковной территории им была запрещена. Студенты стали называть себя волонтерами, которые приехали в Россию налаживать межцерковные контакты и помогать на приходе. Они участвуют в собраниях, богослужениях и других религиозных обрядах и церемониях, иных церковных и благотворительных мероприятиях, осуществляя таким образом международные внутриконфессиональные контакты. Но и это не спасло миссионеров, для которых правоохранительные органы приготовили свои инструменты давления и репрессий. Новизну действий специальных служб продемонстрировали ситуации в Самаре, Саратове и Ростове-на-Дону.  25 августа 2016 года появилась информация о депортации шести волонтеров Церкви в Самаре. Причем, в большинстве сообщений говорилось о том, что их выслали за то, что они не встали на миграционный учет, что является неправдой. В официальном заявлении Церкви отмечается, что с 1999 года все миссионеры ставились на учет по адресу религиозной организации, а живут в частных квартирах. Эта практика распространена по всей России – иностранцы приезжают и регистрируются по адресу приглашающей их организации. Главное, что это возможно, согласно п.п. 4 п. 1 статьи 2 Федерального закона «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в РФ».   Неожиданно для самой Церкви и миссионеров, безо всякого предупреждения, УФМС и суды решили, что регистрация должна быть у миссионеров по месту жительства. Наказанием стало выдворение из страны. Решение об этом 5 августа 2016 года приняли Самарский и Советский районные суды г. Самары. К высылке были приговорены граждане США Хансен Эллисон Алана, Хайнс Шерри Лэйн, Олдхэм Паркер Дрэйк, Ворден Нэфэноил Джозеф, Андерсон Джерет Кларк, Хэролдсен Леви Томас. Однако решение наказать мормонов сопровождалось психологическим давлением и целой кампанией в СМИ. Так, 12 августа 2016 года Управлением ФСБ по Самарской области был проведен обыск в Церкви. После шести часов «оперативных мероприятий» были изъяты все находившиеся в помещении компьютеры, жесткие диски и карты памяти и деятельность общины была парализована. Интересно также основание для обыска – возможное наличие людей, находящихся в розыске, хотя их, конечно, не обнаружили.    В Саратове УФМС еще в 2014 году рекомендовала иностранцам регистрироваться по адресу религиозной организации, а не по адресу проживания. А уже в апреле 2016 года сотрудники Отдела УФМС России по Саратовской области в Ленинском районе г. Саратова усмотрели в этом нарушение. В Саратове суд решил наказать церковь финансово. Сотрудница Церкви, отвечавшая за постановку граждан на учет была подвергнута штрафам на сумму 120 тыс. рублей, а общая сумма административных штрафов в отношении Церкви составила 21 миллион рублей. Это решение было обжаловано в силу своей несоразмерности, как и решение в Самаре.  В Ростовской и Астраханской областях с 2015 года выносятся судебные решения об административных нарушениях в адрес миссионеров. 13 ноября 2015 года граждане США Райд Джастин Тэйлор, Ваттерсон Стивен Код, Рэндалл Рикер Николас, Фут Дэвид Дэниел были привлечены к административной ответственности за проведение несанкционированного публичного мероприятия (ч. 1 ст. 20.2 КоАП РФ). Как незаконное религиозное собрание сотрудник УИП ОП 2 УМВД России по г. Астрахани расценил их приход в общежитие Астраханского государственного технического университета для встречи со студентами. А в Ростове-на-Дону миссионеры были еще и оштрафованы за нарушение целей пребывания и предоставление заведомо ложных сведений, хотя это противоречило и нормам законодательства и здравому смыслу (иностранцев приглашала именно ростовская церковь). Дело в том, что у всех проповедников в визу было написано – «религиозные цели», а выезжать в другой регион для встречи со студентами они имели полное право.  Самый комичный случай произошел в мае 2015 года. Тогда Церковь мормонов Ростова-на-Дону была оштрафована за нарушение обязанностей по жилищному обеспечению приглашенных иностранных граждан Кокса Даллина Джея, Маллой Самуэля Алана (ч. 5 статьи 18.9  КоАП). Они снимали на квартиру на двоих площадью 40,6 кв. м, а в Ростовской области социальная площадь жилья для двух граждан, не являющихся членами одной семьи, составляет 50 кв. м. Довольно странно и удивительно для юристов было применение норм социального жилья для миссионеров и забота властей по поводу условий их жизни и просторности квартиры. Нужно отметить, что для студентов-миссионеров и для Церкви особенно обидны такого рода наказания и депортации. Общее правило для Церкви Иисуса Христа святых последних дней, что волонтёры посвящают два года своей жизни волонтёрской деятельности, осуществляемой ими на добровольной основе. Волонтёры самостоятельно финансируют свое служение и не получают за это платы. Как отмечают сами мормоны, «По возвращению домой на протяжении всей своей жизни волонтеры остаются послами и защитниками той страны, в которой они служили». Жизнь миссионеров-иностранцев в России в настоящее время отягчена также необходимостью каждые три месяца выезжать и возвращаться. Существует российско-американское соглашение о том, что можно пребывать до 6 месяцев, получать визу на несколько лет. Но на религиозных деятелей это соглашение не распространяется.  Почти все судебные процессы в отношении Церкви мормонов сопровождаются туманными сюжетами на телеканалах и материалами в местной прессе о том, что якобы были пойманы не студены, а шпионы. После решения о депортации миссионеров из Самары также появились сообщения, что волонтеры якобы знакомились с какими-то людьми с режимных предприятий, а в область прибыло за год 200 иностранных проповедников. То, что волонтеров в Церкви шесть, и они работают только на территории Церкви, никого не интересовало. Таким же образом в апреле 2015 года сообщалось, что за нарушения пограничного режима задержаны мормоны – в сюжетах на телевидении было достаточно размытых кадров с полем и деревней. С точки зрения разума не совсем ясно, зачем из студентов, которым, как правило, не более 20 лет, создают грозных шпионов на пустом месте. Но если представить, что в реальности все эти мероприятия и суды различные органы (УФМС, полиция, прокуратура, УФСБ) проводят против подростков, то сотрудники этих органов будут выглядеть очень смешно.  На фото: Члены Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (мормоны) в Самаре после проведения уборки на территории Центра иппотерапии по реабилитации детей-инвалидов в рамках программы «Мормоны. Руки помощи».  Роман Лункин. «Закон Яровой» - Без паники. Часть V - Религиозная составляющая в деятельности реабилитационного центра http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7182 Первый заместитель Начальствующего епископа - Управляющий делами РОСХВЕ, член Экспертного совета Комитета Государственной Думы РФ по делам общественных объединений и религиозных организаций епископ Константин Бендас продолжает разъяснять положения "закона Яровой" Mon, 22 Aug 2016 19:00:00 +0400 Часть 1. Публичная миссионерская деятельность (документы для миссионера): Часть 4. Миссионерская деятельность в жилых помещениях Василий Ничик. Потенциальная практика применения законопроекта о миссионерской деятельности и штрафах за миссионерство http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7072 Комментарии к Проекту № 1039149-6 ФЕДЕРАЛЬНГО ЗАКОНА О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности Wed, 22 Jun 2016 12:00:00 +0400 Проект № 1039149-6 ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности Статья 8 Внести в Федеральный закон от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» следующие изменения:  1) абзац второй пункта 2 статьи 13 после слов «и иной религиозной деятельностью,» дополнить словами «от его имени не может осуществляться миссионерская деятельность»; Данная поправка распространяется на деятельность иностранных представительств. В России их фактически либо нет, либо они в большей степени носят государственно-политическую задачу по соглашению государств. 2) пункт 3 статьи 17 изложить в следующей редакции: «3. Литература, печатные, аудио- и видеоматериалы, выпускаемые и (или) распространяемые религиозной организацией, а также распространяемые в рамках осуществления от ее имени миссионерской деятельности, должны иметь маркировку с официальным полным наименованием данной религиозной организации.»; В этой поправке содержится двусмысленность. Когда мы читаем о наличии маркировки с одной стороны можно понять, что под «официальным полным наименованием данной религиозной организации» подразумевается целая конфессия, с другой стороны можно понять, что каждая религиозная организация должна на всю литературу, печатные, аудио- и видеоматериалы, распространяемые ею ставить свою маркировку. Но эту задачу возможно будет решить ставя наборной печатью информацию о распространителе, если этого будет достаточно, то это небольшая проблема. Хотя фактически данная норма цитирует ч.3 ст.17 ФЗ «О свободе совести», но эта статья получает дополнительное обременение «миссионерской деятельностью». Нам дается возможность предположить, что законотворец предусматривает, что при предъявлении обвинения в незаконной миссионерской деятельности (распространении веры и религиозных убеждений) здесь может быть самостоятельная причина для дополнительного наказания. 3) пункт 2 статьи 20 изложить в следующей редакции: «2. Религиозные организации имеют исключительное право приглашать иностранных граждан в целях осуществления профессиональной религиозной деятельности, в том числе миссионерской деятельности, по трудовому или гражданско-правовому договору с данными организациями.»; Это понятно, только проблема возникнет у иностранцев, если они приедут не с религиозной целью и разрешат себе с кем-то заговорить о своей вере. Их легко будет обвинить в занятии миссионерской деятельностью и проникновении в Россию незаконно, не через религиозную организацию.  4) дополнить главой III1 следующего содержания: «Глава III1. МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ Статья 241. Содержание миссионерской деятельности 1. Миссионерской деятельностью в целях настоящего Федерального закона признается распространение веры и религиозных убеждений вне культовых зданий и сооружений, иных мест и объектов, специально предназначенных (предоставленных) для богослужений, религиозного почитания (паломничества), учреждений и предприятий религиозных организаций, кладбищ и крематориев, зданий и строений религиозного назначения, помещений образовательных организаций, исторически используемых для проведения религиозных обрядов, а также через средства массовой информации и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет». Итак, если в предыдущих законопроектах, которые сейчас лежат в Госдуме, «миссионерская деятельность» расшифровывалась информационной и организационной деятельностью, то здесь не скрывая указывается на какое конституционное право покушаются законотворцы – «распространение веры и религиозных убеждений». Итак всякое распространение веры и религиозных убеждений, которое происходит вне культового здания и перечисленных мест, а также распространение веры и религиозных убеждения через СМИ и Интернет это все по новому определению уже перестает быть правом гарантированным Конституцией РФ, а становится миссионерской деятельностью находящейся под ограничительным регулированием новых норм. При этом из буквы вытекает, что все мероприятия внутри культовых зданий и зданий предназначенных (предоставленных) для богослужений не называются миссионерскими, пока не будут приняты лежащие в Госдуме законопроекты миссионерской деятельности вносящие также дополнительные статьи 5.1 и18.1 в закон о свободе совести.  И еще следует вспомнить, что в последние почти 10 лет фактически очень редко удается получить помещения в аренду для богослужения и иных мероприятий. Религиозные организации и собственники зданий хитрят, кто как может, – арендуют на имя частных лиц, на имя разных общественных, благотворительных и иного рода организации, только бы никто не имел возможности обвинить в предоставлении аренды религиозной организации не православного толка. 2. К распространению веры и религиозных убеждений в рамках миссионерской деятельности относятся следующие действия: публичное совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний; распространение религиозной литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов, иных предметов культового и религиозного назначения; публичный сбор пожертвований на религиозные нужды; проведение молитвенных и религиозных собраний и (или) выступление на них; проповедническая деятельность. По определению мы видим, что законотворцы постарались разъяснить, как они понимают, что такое распространение веры и религиозных убеждений, которое они назвали теперь миссионерской деятельностью. Напомним, что речь идет о мероприятиях вне культовых зданий. Итак, все служения осужденным, служения в разных социальных учреждениях подводится под понятия проповедническая деятельность, публичные богослужения, проведения молитвенных и религиозных собраний, все это «распространению веры и религиозных убеждений в рамках миссионерской деятельности». Крещение в открытом водоеме это уже теперь миссионерская деятельность. Рассказ о Боге это проповедническая деятельность, а точнее миссионерская деятельность. Молитва с кем-то, организация молитвенного собрания или проведение его это миссионерская деятельность.  3. Не допускается осуществление миссионерской деятельности в жилых помещениях, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 16 настоящего Федерального закона. Не допускается миссионерская деятельность в жилых помещениях, т.е. не допускается совместная молитва, разговор о вере и о Боге, проведение религиозных собраний. Отсыл в этом месте к ч.2 ст.16 ФЗ «О свободе совести», остается неясен, т.к. там сказано, что «Богослужения, другие религиозные обряды и церемонии беспрепятственно совершаются… в жилых помещениях», а здесь сказано, что в жилых помещениях не разрешается миссионерская деятельность, которой, по определению этого же закона, является богослужение (проповедь, молитвенное собрание, выступление кого-то). Авторами законопроекта вносится полная сумятица в нормативные диспозиции.  Статья 242. Порядок осуществления миссионерской деятельности 1. Граждане, осуществляющие миссионерскую деятельность от имени религиозной группы, обязаны иметь при себе решение общего собрания религиозной группы о предоставлении им соответствующих полномочий с указанием реквизитов письменного подтверждения получения и регистрации уведомления о создании и начале деятельности указанной религиозной группы, выданного территориальным органом федерального органа государственной регистрации. Итак, право на миссионерскую деятельность имеют граждане состоящие в религиозных группах, уведомивших о себе органы власти. Если группа не уведомила о себе органы власти, то ее члены не имеют права на миссионерскую деятельность. Что такое «миссионерская деятельность», в понимании авторов законопроекта, смотрите выше п.1,2 ст.24.1 выше. Ну, а если ваша группа все же уведомила органы власти о себе, то для того, чтобы вы могли помолиться, поговорить с кем-то о Боге у вас в обязательном порядке в кармане должно быть решение общего собрания группы с предоставлением вам этого права. В нем также должны быть все реквизиты зарегистрированного уведомления о деятельности группы, в которую вы должны входить также. 2. Граждане, осуществляющие миссионерскую деятельность от имени религиозной организации (за исключением членов ее постоянно действующего руководящего органа), обязаны иметь при себе выданный указанным органом документ о предоставлении им соответствующих полномочий с указанием реквизитов документа, подтверждающего факт внесения записи о религиозной организации в единый государственный реестр юридических лиц и выданного федеральным органом государственной регистрации или его территориальным органом. От имени религиозной организации вы сможете осуществлять миссионерскую деятельность (см.п1,2 ст.24.1 выше) только имея документ выданный этой организацией, в котором также должны быть указаны все реквизиты документа подтверждающего государственную регистрацию религиозной организации. Для граждан России исчерпан законный список возможностей для распространения своих убеждений.  3. Иностранные граждане и лица без гражданства, законно находящиеся на территории Российской Федерации, вправе осуществлять миссионерскую деятельность: от имени религиозной группы – только на территории субъекта Российской Федерации, в котором расположен территориальный орган федерального органа государственной регистрации, выдавший письменное подтверждение получения и регистрации уведомления о создании и начале деятельности указанной религиозной группы, при наличии документа, указанного в пункте 1 настоящей статьи; от имени религиозной организации – только на территории субъекта или территориях субъектов Российской Федерации в соответствии с территориальной сферой деятельности указанной религиозной организации при наличии документа, указанного в пункте 2 настоящей статьи. Дается территориальное ограничение для иностранных гостей. Сегодня бывает, что братья в Москве пригласили к себе гостя из-за рубежа и потом вместе отправляются в путешествие по другим городам России. Теперь ограничение территорией, которой ограничена территория деятельности религиозной организации или группы. Также иностранный гость должен носить в кармане документ, указанный в п.1,2 этой статьи. 4. Иностранные граждане, въехавшие на территорию Российской Федерации по приглашению религиозной организации в соответствии со статьей 20 настоящего Федерального закона, вправе осуществлять миссионерскую деятельность только от имени указанной религиозной организации на территории субъекта или территориях субъектов Российской Федерации в соответствии с территориальной сферой ее деятельности при наличии документа, указанного в пункте 2 настоящей статьи. См.выше п.3 5. Не допускается осуществление миссионерской деятельности от имени религиозного объединения, цели и действия которого противоречат закону, в том числе, которое ликвидировано по решению суда, или деятельность которого приостановлена или запрещена в порядке и по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, Федеральным законом от 25 июля 2002 года № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» либо Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму», а также физическими лицами, указанными в пунктах 3 и 4 статьи 9 настоящего Федерального закона. Эта часть логично выписывается в общий контекст нынешнего законодательства о противодействии терроризму и экстремизму.  6. Не допускается осуществление миссионерской деятельности, цели и действия которой направлены на: нарушение общественной безопасности и общественного порядка; осуществление экстремистской деятельности; принуждение к разрушению семьи; посягательство на личность, права и свободы граждан; нанесение установленного в соответствии с законом ущерба нравственности, здоровью граждан, в том числе использованием в связи с их религиозной деятельностью наркотических и психотропных средств, гипноза, совершением развратных и иных противоправных действий; склонение к самоубийству или к отказу по религиозным мотивам от оказания медицинской помощи лицам, находящимся в опасном для жизни и здоровья состоянии; воспрепятствование получению обязательного образования; принуждение членов и последователей религиозного объединения и иных лиц к отчуждению принадлежащего им имущества в пользу религиозного объединения; воспрепятствование угрозой причинения вреда жизни, здоровью, имуществу, если есть опасность реального ее исполнения, или применения насильственного воздействия, другими противоправными действиями выходу гражданина из религиозного объединения; побуждение граждан к отказу от исполнения установленных законом гражданских обязанностей и к совершению иных противоправных действий. Цитируются положения ст.14 ныне действующего ФЗ «о свободе совести». 7. Религиозное объединение несет ответственность за миссионерскую деятельность, осуществляемую от его имени уполномоченными им лицами.». Статья 11  Внести в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях следующие изменения: 1) в статье 5.26: а) абзац второй части1 дополнить словами «; на юридических лиц – от ста тысяч до одного миллиона рублей»; б) дополнить частями 3 - 5 следующего содержания: «3. Осуществление религиозной организацией деятельности без указания своего официального полного наименования, в том числе выпуск или распространение литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов без маркировки с указанным наименованием или с неполной либо заведомо ложной маркировкой, - влечет наложение административного штрафа в размере от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей с конфискацией литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов. Обратите внимание, раньше за не указание полного наименования было только предупреждение о нарушении ч.8 ст.8, то теперь за не указание полного наименования будет штраф 30-50 тысяч рублей. Ну и вот здесь предусмотрена административная мера для нарушителей положения поправленной ч.3 ст.17 ФЗ «О свободе совести» по распространяемой литературы, печатных, аудио- и видеоматериалов без маркировки с указанным полным наименованием, те же 30-50 тысяч.  4. Осуществление миссионерской или проповеднической деятельности с нарушением требований законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях – влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от ста тысяч до одного миллиона рублей. Наказание за нарушение ново вводимых норм о миссионерской деятельности очень емкое направленное на изгнание не организованно распространяющих свою веру и религиозные убеждения. Один раз оштрафуют самого человека на 50 тысяч, а религиозную организацию на 1 миллион и больше не станут проповедовать. Репрессивные механизмы получают свои жесткие меры наказания. 5. Нарушение, предусмотренное частью 4 настоящей статьи, совершенное иностранным гражданином или лицом без гражданства, - влечет наложение административного штрафа в размере от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации или без такового.»; Статья 15  Внести в Жилищный кодекс Российской Федерации следующие изменения: 1) часть 3 статьи 17 изложить в следующей редакции: «3. Не допускается размещение в жилых помещениях промышленных производств, а также осуществление в жилых помещениях миссионерской деятельности, за исключением случаев, предусмотренных статьей 16 Федерального закона от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях.».; Ну и конечно исправляют теперь и Жилищный кодекс. Запрет на «миссионерскую деятельность» в жилых помещениях. Смотрите комментарий выше на то, что такое миссионерская деятельность ( п.1,2 ст.23.1) предлагаемой новой главы в ФЗ «О свободе совести». Все это теперь под запретом – молитвы, религиозные беседы, проповедь и прочее, даже если у вас есть в кармане бумажка, просто нельзя. О противоречии действующей ч.2 ст.16, и предлагаемых дополнений мы говорили выше. 2) статью 22 дополнить частью 32 следующего содержания: «32. Перевод жилого помещения в нежилое помещение в целях осуществления религиозной деятельности не допускается.». Думаю, что для многих это будет «подарок», кто строил жилой дом или покупал жилой дом, а потом планировал перевести его в нежилое для религиозной организации. Если это дополнение будет принято, то наступает запрет для перевода. Василий Ничик, юрист, правозащитник. Сергей Филатов. Язычество, лютеранство и поиски национальной идентичности эрзянским народом http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=7017 Одно из самых неожиданных и оригинальных явлений в религиозной жизни постсоветской России - возрождение национального язычества среди некоторых крупных финно-угорских народов, имеющих свои автономии (“суверенные республики в составе России”). Tue, 31 May 2016 16:00:00 +0400 Одно из самых неожиданных и оригинальных явлений в религиозной жизни постсоветской России - возрождение национального язычества среди некоторых крупных финно-угорских народов, имеющих свои автономии (“суверенные республики в составе России”). Все эти республики (Марий Эл, Удмуртия, Мордовия) были включены в состав России в ХVI-ХVII веках и с этого времени постоянно подвергались русификации и христианизации (до этого они были язычниками). Язычество, тем не менее, сохранялось в сельской среде. Сохранность язычества среди “инородцев” - естественный результат неэффективности тех методов, которыми российская власть распространяла христианство. Православие приходило на штыках военных и вместе с фискальными мерами налоговых чиновников. До начала ХIХ в. “миссионерство” осуществлялось почти исключительно полицейскими мерами, порой удручающими своей очевидной бессмысленностью. Для аборигенов строят в деревне церковь, в которой служат на непонятном языке, и под угрозой наказания заставляют ходить в неё. Или является в деревню вооружённая команда, сжигает святилища, вырубает священные рощи, уничтожает кладбище с языческой символикой, отлавливает и ссылает в Сибирь жрецов с волхвами... Самый духовно развитый человек навряд ли в результате этих мероприятий осознает смысл Нагорной проповеди и искупительной жертвы Сына Божия. Осмысленное принятие христианства в этой ситуации оказывалось возможным только в случае русификации. Среди русифицированных, перешедших на русский язык представителей коренных финно-угорских народов были и свои святые, и знаменитые церковные деятели. У эрзя, например, это протопоп Аввакуум и патриарх Никон. Большинство деревенских жителей среди этих народов, однако, плохо или совсем не знали русский язык и в разной степени сохраняли приверженность национальным верованиям вплоть до начала ХХ века. Формальная христианизация мордвы была осуществлена во второй пол. ХVI-XVIII веках. В этот период практически все население Мордовии было крещено. Однако, языческие верования и обряды и в состоянии фактического двоеверия сохранились в гораздо большей степени, чем у русских или большинства других народов Европы. Наиболее стойкие последователи язычества бежали от царских преследований на Урал и в Заволжье. Там в мордовской диаспоре язычество сохранилось лучше. Эта эрзянская диаспора сейчас выступает в роли хранителя древних народных обычаев. В ХIХ в. начинается серьёзное, осмысленное православное миссионерство. Первый шаг по пути формирования национальных форм православия связан с деятельностью Библейского общества, появившегося в России в 1813 г. Своим возникновением оно обязано мистическим протестантским настроениям Александра I, фактически импортировавшего идею Библейского общества из Англии. Российское библейское общество поставило перед собой задачу “облегчения способов к получению Библии или книг Ветхого Завета или Нового Завета, издаваемых от Святейшего Синода, и издания Библии на языках неправославных христианских народов, проживающих на территории Российской империи, а также перевода её для тех народов, на языках которых Священное Писание ещё не издавалось”. Однако миссионерское движение, начатое Библейским обществом, вскоре заглохло; подвергаемое нападкам со стороны церковных консерваторов за отход от православной традиции и за “протестантский” перевод Библии на русский язык, Общество было закрыто вскоре после смерти Александра I - в 1826 г. Соответственно, начатая библеистами работа среди “инородцев” была свёрнута. Новый всплеск осмысленной миссионерской активности пришёлся уже на 60-е гг. В основу миссионерства, в первую очередь, среди народов Поволжья, была положена так называемая “система Николая Ильминского”, предполагавшая необходимость проповеди на национальных языках и её адаптацию к “религиозным понятиям и нравственным убеждениям, своеобразному ходу и направлению мышления инородцев”. (1822-1891), сын священника, выпускник Казанской духовной академии, библеист и востоковед, переводчик ряда священных книг на татарский язык, был сторонником корректных и терпимых к чужим культурам методов христианизации, за что подозревался одно время в злостном и тайном “исламофильстве”; разработанные им тактичные методы позднее, в начале ХХ в., использовали миссионеры на Дальнем Востоке. Реальным главным исполнителем поволжского миссионерства во второй половине ХIХ в. стало основанное в 1867 г. в Казани братство Св.Гурия. Благородные устремления Ильминского и некоторых его сподвижников почти не нашли, однако, достойных исполнителей. Эта несомненно более цивилизованная попытка христианизации “инородцев” страдала одним трудно преодолимым недостатком - конечной целью её являлось не только обращение ко Христу (а для конкретных исполнителей, как показывала практика, не столько обращение ко Христу), но русификация и полная ассимиляция “инородцев”. Большинство миссионеров этого не скрывало. Сейчас активисты национальных движений любят цитировать одного из руководителей братства Св.Гурия, Николая Золотницкого: “При помощи учебных руководств на инородческих языках, написанных русским шрифтом, не труден для инородцев переход и к русской грамоте, и мало-помалу, незаметно для самих себя инородцы привлекаются к народу русскому и сродняются с ним”.Вывод, который естественно делал удмурт, татарин или мордвин, - очевиден: обращают в православие не для покорности Царю Небесному, а для покорности императору Всероссийскому в Петербурге. Крестят, чтобы уничтожить как народ. Миссионерство со столь лукавым подтекстом, как и всякое нечестное дело в сфере духа, было малоэффективно, и спустя два-три десятилетия сами миссионеры признавались в том, что результаты их деятельности долгие годы были довольно скромными. К началу ХХ века, однако, семена посеянные Ильминским дали заметные всходы. В это время просвещение мордвы в церковно-приходских школах стало массовым явлением. К 1915 году в Мордовии таких школ было 787. Постепенно вырос слой национальной интеллигенции, появилось мордовское духовенство, которое впоследствии смогло само участвовать в деле национального возрождения. В богослужении перед революцией начинают использовать национальные языки. Росло число обращений и священнических призваний. К этому времени большинство “инородцев” стали двоеверами, принявшими православие и сохраняющими языческие верования. Ученики Ильминского - Макар Евсевьев, Авксентий Юртов, священники Алексий Масловский и и Николай Барсов признанные мордовским народом просветители, их память бережно сохраняется. В мае 1917 года в Казани на первом общем собрании народов Поволжья было создано Мордовское культурно-просветительское общество. Особенно ярко выступал мордвин дьякон Федор Садков, который призывал выдвигать "народных епископов" и нести слово веры на родном языке. Для Садкова "мордовское" православие была фактором национального возрождения. Большой авторитет мордовских православных просветителей – важный аргумент в вопросе об отношении к РПЦ для мордвы. Мордовское национальное возрождение носило демократическую эсерскую политическую направленность. Соответственно и национальное православие в политическом плане ориентировалось на социал-демократические, эсерские ценности. На общей волне демократизации, начавшейся с николаевских реформ 1905 г., среди мордвы рос интерес к национальному язычеству, возникли первые молоканские и протестантские общины. В середине 20-х гг. советской властью были задавлены и национальное возрождение, и национальное православие, и национальное язычество. Духовно мордовские народы как бы впали в анабиоз. Правда, мордве все же есть за что хвалить советскую власть – благодаря образованию автономной республики сохранились национальные языки и функционировали некоторые национальные культурные институты (например, театр). Годы коммунистического правления отодвинули национальное пробуждение еще на 70 лет. Только на излёте горбачёвской перестройки начинается бурное и болезненное национальное пробуждение. Пожалуй, наиболее интересное и необычное в нём - религиозные процессы. В поисках национальной идентичности националистически мыслящая интеллигенция и лидеры национальных движений стали объявлять Русскую православную церковь “имперской”, “оккупационной”, “антинациональной”. Их первый выбор пути - возрождение язычества. Это “религиозное творчество” стало делом почти исключительно представителей гуманитарной интеллигенции, озабоченной сохранением национального языка, культуры, традиций. Причем среди мокши заметных язычников не было. религиозные поиски затрагивают в основном эрзю – и среди язычников, и среди православных, и среди протестантов проявляют активность в основном эрзя, народ мокша к религии вообще гораздо более равнодушен. Фрагментарное знание языческой мифологии, обрядов и молитв языческим богам сохранилось до наших дней среди жителей некоторых эрзянских сёл, но пропал институт жрецов, отсутствует целостная система религиозных представлений. Среди сельской мордвы практически отсутствуют "чистые язычники", все они в большей или меньшей степени двоеверы, не желающие отказываться ни от православия, ни от остатков язычества, присутствующих в синкретическом народном сознании. Группа представителей гуманитарной интеллигенции (в первую очередь, поэтесса Раиса Кемайкина (жреческое имя Маризь Кемаль), а также филолог Петр Бочкин, языковед Евгений Четвергов и др., активисты национально-культурных движений (Эстер Аво, Мастер Аво,), активисты Фонда спасения эрзянского языка им. профессора А.П.Рябова, с 1991 г. отвергают православие и христианство вообще, как идеологию российского великодержавия (по словам Кемайкиной, "руководящую и направляющую идеологию русского империализма") и заявляют о возвращении в лоно "национальной эрзянской веры" (они именуют свою религию именно так и протестуют, когда их называют "язычниками"). Поскольку в настоящее время не существует развернутого и общепринятого эрзянского языческого религиозного учения, начинается кропотливая работа по воссозданию учения и обрядов мордовского язычества, "рассчитанная на многие годы". Параллельно с этим, после многовекового перерыва Кемайкина и ее соратники приступают к возрождению общественных языческих молений (озксов). При большом стечении народа в 1991 г. в лесу у деревни Тавла совершается первое языческое моление с принесением жертв (быка и домашней птицы) верховному богу Инешкипазу. Телефильмы об этом и последовавших ежегодных общественных молениях делают языческое движение общеизвестным для всех жителей республики. Начинаются регулярные выезды в эрзянские деревни с пропагандой идеи возрождения язычества. В 1992-1998 гг. Кемайкиной, Муссалёвым и их соратниками регулярно проводятся общественные моления в деревне Ташто Кшуманця Большеигнатовского р-на. В 1998 г. озкс (моление) собрал несколько тысяч человек. Согласно русским летописям, у эрзян до конца XVII века существовала традиция периодических общенациональных молений. Последнее такое моление было разогнано русскими войсками в селе Чукалы (ныне Большеигнатовского р-на) 23 сентября 1629 г. В 1999 г. было проведено общенационального моления в этом же селе. Система взглядов и богослужебная практика в своей полноте не сохранились. Нынешние язычники вынуждены реконструировать свою веру по описаниям этнографов (в первую очередь, Мельникова-Печерского и Х. Паасонена) и по результатам собственных исследований. Естественно, что древние языческие верования переосмысливаются, а недостающие звенья додумываются. Согласно взглядам Кемайкиной и ее единомышленников, мордва всегда была монотеистична и никогда не поклонялась идолам. Творец вселенной - Инешкипаз (великий творец - бог), у мокши - Шкабоваз. Он же - Солнце, Солнечный бог. Остальные 77 богов мордовского пантеона - духи-покровители (особенное значение Ведявы - богини вод, любви и плодородия). Не до конца разработана идея женского начала - есть как идеи богини-праматери, так и единства мужского и женского начала (символ этого единства - двуглавый конь). Традиционные мифология, обряды и формы организации религиозной жизни мордвы описаны в: Н. Ф. Мокшин "Религиозные верования мордвы", Саранск, "Мордовское книжное издательство", 1998 г. Важным событием для развития языческого движения стало издание в 1994 г. книги языческой эрзянской мифологии и эпических сказаний "Мастерава", подготовленной проф. Мордовского университета в Саранске Александром Шароновым. Поскольку боги-духи олицетворяют природные силы, язычники считают, что их вера естественно связывает их с природой и космосом, в отличие от "искусственного христианства". Второй уровень верований - поклонение предкам (покштя). Поклоняются умершим родителям, дедам, прадедам, духу рода, деревни, народа, полулегендарным древним мордовским царям (инязорам: Тюштя, легендарный царь, о котором нет исторических свидетельств; Пургаз, воевавший с русскими в 13 веке; Алабуга и Баюш, отразившие последний набег ногайцев и крымских татар в 16-17 вв) и просветителям мордовского народа: создателю первого эрзянского букваря (1884 год) А. Юртову, педагогу М. Евсевьеву, филологу А.Рябову, скульптору С. Эрьзе. В верованиях нынешних язычников сильно демократическое начало, они считают, что древние инязоры избирались народом, а жрецы (озатя) избирались миром (деревней) в отличие от авторитаристских начал, господствовавших в русской государственности и православной церкви. Обыкновенно общественные богослужения (моления) проводятся два раза в год (в начале лета и осенью) в священных рощах. Поскольку древние священные рощи были вырублены царской администрацией в годы борьбы с язычеством, теперь приходится выбирать новые. Моление предполагает коллективную молитву всей деревни под руководством жреца, жертвы богам (бык, овца), ритуальный пир, за этим следуют гуляния и игры. Семейные моления должны проводиться по традиции дома главой семьи значительно чаще, но в наши дни едва ли много найдется таких семей. В 90-е и нулевые годы была предпринята попытка восстановить исчезнувший институт жрецов. Причем, поскольку древние обычаи и верования лучше сохранили женщины, устанавливается ранее не существовавший институт жриц (озав). Язычники считают, что в Мордовии дольше сохранялся матриархат, женщины еще в исторические времена занимались военным делом. Парадоксально: языческое движение оказалось связанным с женским движением. Первой озавой стала Кемайкина. Позднее в озавы были посвящены несколько сельских учительниц (наибольшую известность из них приобрела Римма Жигалина из села Ташто Кшуманця). Языческое движение тесно связано с национальным движением эрзян (националистической партией "Эрзян Мастер"), ставящим своей целью создание эрзянской государственности (развода с мокшей и формирование эрзянской республики в составе РФ). В российском политическом спектре, насколько можно судить по отдельным высказываниям язычников, они ближе всего к социал-демократам и экологистам. Язычество возрождает сознание единства финноязычных народов, поэтому у них особенно силен интерес и симпатии к Финляндии, Эстонии, Мари Эл, Удмуртии и Коми. Зарождение языческого движения в конце 80-х – начале нулевых гг. было бурным, однако со временем оно остановилось в своем развитии – не возникло активных языческих общин, не было создано кодифицированного вероучения, после 90-х гг. у движения не появилось новых лидеров и заметных активистов. Моления, праздники и иные мероприятия собирали большие скопления народа. Однако последовательных верующих язычников и тогда было мало – не более 100 человек. Практически одновременно с язычеством появилась еще одна альтернатива православию – лютеранство. Никогда до перестройки ни эрзянского, ни мокшанского лютеранства не было. История мордовского лютеранства неразрывно связана с личностью её основателя - саранского художника-эрзи - Андрея Степановича Алёшкина. С детства верующий человек, озабоченный судьбой своего народа, он, как и многие другие представители мордовской интеллигенции, испытал разочарование в православии. По его мнению, православная церковь выступает как "русификаторская сила", подавляющая язык и культуру мордовского народа. Во время обучения в Ленинградской Академии Художеств Алёшкин познакомился с пастором Арво Сурво, благодаря энергии и талантам которого была возрождена Лютеранская церковь ингерманландцев. Алёшкин пришел к выводу, что лютеранство, адаптирующее национальные традиции мордовского народа, может стать лучшим основанием для духовного возрождения эрзянского и мокшанского народов. В 1989-1991 годах в Мордовии начинается "национальное возрождение". В этой атмосфере Алёшкин находит себе группу сторонников из числа саранской, в основном гуманитарной, интеллигенции. В 1991 г. в Саранске регистрируется первая лютеранская община в юрисдикции Церкви Ингрии. При этом основатели общины изначально ставят своей целью "мордовизацию" церкви, формирование независимой Мордовской лютеранской церкви. С 1991 г. материальную помощь Мордовской церкви оказывает финская лютеранская церковь, а позднее также Лютеранская церковь Миссури-синода. В 1991 г. в центре Саранска общине передается участок земли и совершается освящение закладного камня в присутствии властей и представителей Финляндской лютеранской церкви. Однако, как из-за материальных и организационных сложностей, так и из-за сопротивления православной епархии, строительство церкви тогда не состоялось. Богослужение в течение 10 лет проводилось в домах культуры. Наибольшим общественным влиянием пользуется эрзянская община, ставящая своей целью создание идеологии и обряда мордовского национального христианства в "рамках лютеранской церкви" Эрзяне вообще не любят называть себя лютеранами, но "мордовскими христианами". В лютеранский обряд вводятся элементы мордовской традиционной культуры: оплакивание невесты, плач по покойнику; перерабатываются для лютеранского богослужения народные песни. В облачение священнослужителей вводятся элементы мордовского национального костюма. Эрзяне не скрывают, что перенимают некоторые эелементы православия: они не считают возможным введение женского священства, хотят ввести в богослужебный обиход иконы и считают, что к таинствам относятся скорее по православному, чем по лютерански. Саранский композитор Отяш Кизяев работает над созданием литургии на мордовских языках. В 90-е гг. основной формой миссионерства были поездки активистов церкви по селам и городам республики в составе фольклорного ансамбля "Торама", в выступлениях которого исполнение народных песен перемежалось лютеранской проповедью и богослужением. Благодаря этим поездкам лютеране стали известны практически всей республике. Не находя себя в Православной Церкви национальная мордовская интеллигенция обратилась к язычеству, лютеранству и евангелизму. Распространение в республике язычества и неправославных христианских конфессий - "сектантов" - вызывало резкое неприятие у архиепископа Варсонофия. В связи с использованием протестантами мордовских языков в обращении архиепископа подчеркивалось, что православные понимают, "что необходимо сохранить мордовский язык, но не любой ценой, не ценой раскола народа по конфессиональному признаку!" (Обращение епископа Саранского и Мордовского Варсонофия ко всем верным чадам Православной Церкви Мордовии //Известия Мордовии, 7 апреля 1995 года). Непонимание, а вслед за этим и неприятие, вызывало у архиепископа мордовское национальное движение. К интеллигенции, вовлечённой в дело возрождения мордовской культуры, отношение было самое подозрительное, так как, как сказал ближайший помощник архиепископа Варсонофия протоиерей Александр Пелин, "чтобы возродить народный костюм нужно возродить сначала мордовское язычество". В ответ на действия национальной интеллигенции в епархии сложилась своя концепция решения национального вопроса. Архиепископ Варсонофий рассчитывал, прежде всего, на активизацию патриотического воспитания в духе российского патриотизма практически без учета национальных мордовских ценностей, но и без перегибов русского национализма. Владыка не признавал никаких проявлений национального чувства у мордвы. Мордва для него - это или единый с россиянами этнос или же непросвещенные люди, которые интересуются язычеством. Реальные ценности могут заключаться только в православии, и творчески развиваться можно и в рамках русского православия на русском языке. Важнейшей проблемой, стоявшей перед епархией, стала проблема изучения эрзянского и мокшанского языков и развития, таким образом, культуры мордвы. Тем более, что забота о развитии языка и культуры мордвы является одной из официальных целей руководства Мордовской республики. Кроме того, в республике существует национальное движение и общественное мнение, ратующее за развитие национальной культуры. В поддержку развития мордовской культуры в церкви выступал и патриарх Кирилл: «При этом очень важно поддерживать и развивать мордовскую культуру — и фольклор, и язык, и обычаи, потому что православный народ Мордовии, мордовский народ оказался верным Церкви даже в самое тяжкое время гонений» (Слово перед храмом Рождества Богородицы в посёлке Кемля 22 июля 2011 г.). Варсонофий в любом случае не мог обойти стороной национальный вопрос, официально заявить, что мордовская культура и мордовский язык никому не нужны, поэтому формально архиепископ Варсонофий предпринимал определенные шаги навстречу мордовской культуре. Например, при епархии существует комиссия по переводу Библии и богослужебной литературы на мордовский язык. Архиепископ был ее председателем, но комиссия реально не занималась переводами и, по мнению архиеп. Варсонофия, эрзянский и мокшанский переводы Библии и, возможно, литургии – «дело ХХI века, так как нет переводчиков, которые имели бы и филологическое и богословское образование» (интервью Р. Лункину 02. 03. 1999 г.). В истории епархии была попытка перевода на мордовские языки, которая закончилась провалом. За перевод взялся священник Вадим Захаркин. Он начал перевод службы и Библии на эрзянский и мокшанский языки, а также издал детский молитвослов параллельно на русском и мокшанском языках. Отец Вадим Захаркин начал создавать комиссию из светских филологов и богословов. В епархии он был главой миссионерского отдела, но затем его обвинили в том, что он просит денег на переводы и ничего реально не делает. В результате конфликта он самовольно покинул пределы епархии, уехав в Москву, и его запретили в служении. В руководстве епархии превалировало мнение, что существующие переводы (сделанные до революции и сделанные на западе) на эрзянский и мокшанский языки народ не понимает, так как не знает литературного языка. Мордва привыкла к богослужению на церковно-славянском языке, и лучше понимает его, чем мордовские языки, а поэтому никто и не испытывает нужды в переводах на эрзянский и мокшанский. Возрождение национальной культуры, с точки зрения Варсонофия могло слишком дорого обойтись, так как, во-первых, многое забыто, во-вторых, невостребовано, а в-третьих, связано с языческими корнями, в которых нет ничего ценного. В 90-е и начале нулевых гг. православное духовенство выступало с резкими нападками (в т.ч. в местной печати) на лютеран, называя их "еретиками", "католиками" и даже "шпионами" (В "Обращении епископа Саранского и Мордовского Варсонофия ко всем верным чадам Православной церкви Мордовии" высказано "предостережение в связи с активизацией доморощенных лютеран во главе с их руководителями Микишем и Алёшкиным, которые с благословения финских лютеран захватили плацдарм в Мордовии (зарегистрировали две общины) и теперь целенаправленно приступили к лютеранизации Мордовии, не ведая, может быть, о том, что они тем самым занимаются расколом мордовского народа,.. прикрываясь заботой о сохранении мордовских языков, сеют смуту в народе, отчуждая его от русского народа"-"Известия Мордовии", 7.04. 1995 г.) Лютеране, в свою очередь, критиковали РПЦ за нежелание ввести в богослужебный обиход мордовские языки. В 90-ые гг. по инициативе Хельсинкского института Библии силами преподавателей Мордовского университета в Саранске на мордовские языки переведено Евангелие и некоторые книги Ветхого Завета. Богослужение в лютеранских приходах ведётся на мордовских языках и по-русски. Некоторые мордовские лютеране считают, что успех лютеранства, например, в Башкирии в Бирском районе среди проживающих там мари и мордвы был связан с тем, что там не было до недавнего времени православных общин, а значит не было давления со стороны РПЦ. Лютеране помнят до сих пор, что в 1994 году владыка Варсонофий выступал по радио и призывал Андрея Алешкина покаяться и не регистрировать лютеранский приход. На первых порах – в 90-гг. республиканские власти заняли резко отрицательную позицию по отношению и к язычникам и к лютеранам. Власти проявили, однако, больше политической гибкости и прозорливости по сравнению с руководством православной епархии. Важнейшим событием в судьбе эрзянского язычества стал Раськень Озскс (Всенародное моление) 1999 г., когда организацией праздника занялось республиканское правительство. Моление было по настоящему народным и массовым – собралось более 5 тыс. человек. Именно с этого моления 1999 г. языческое дело стало помимо воли его активистов терять религиозный характер. Возмущенные язычники пишут в своей газете Эрзянь Мастор (15. 01 2016): «Силовые структуры Республики Мордовии, принявшие Раськень Озскс первоначально как национальный праздник Мордовии, пытаются превратить его в простое народное гуляние, стереть дух и сакральную суть древнего обрядового действия, наследия предков. Тем самым, эти властью наделённые люди совершают грех, а по другому – преступление перед богом и памятью предков». С тех пор движение за возрождение языческой религии стало понемногу ослабевать, но последствия языческого ренессанса не пропали. Регулярно выходят книги, посвященные народной культуре, фольклору, эпосу, традициям и эти книги пользуются популярностью. В жизнь Мордовии вошли многолюдные республиканские и районные озсксы -праздники-гуляния, но приобрели они безрелигиозный характер. Краткий языческий ренессанс способствовал росту национального самосознания и национального достоинства мордвы. Постепенно и лютеране нашли общий язык с республиканским начальством, сумели вписаться в официальную жизнь. В 2000 г. лютеранская община организовала для мэра Саранска Игоря Ненякова и других высокопоставленных чиновников поездку в Финляндию. После этого начались позитивные сдвиги: общине выделили участок земли для строительства кирхи, в 2001 г. было построено деревянное здание церкви, в прессе стали появляться положительные материалы о лютеранстве. С середины нулевых годов нападок и дискриминации лютеран не было. Храм эрзянской общины построен по архитектурному проекту Андрея Алешкина, который отличается яркими национальными особенностями (Алешкин также является автором национального флага республики). В оформлении храма использованы элементы мордовского костюма – его цвета и орнамент. В 1900 году на выставке в Париже один из призов получил эрзянский костюм невесты. Церковь же это невеста Христа и поэтому художник Алешкин решил, что можно одеть ее в эрзянские одежды. Храм был построен в 2003 году. На 2015 год в общине около 100 человек. Много молодежи, которая была воспитана в приходе, уехали в Москву. При этом, община не успела перейти на самофинансирование, а пожертвования из Финляндии резко сократились. По словам Алексея Алешкина, лютеранам в России, как церкви меньшинства, нужен был опыт баптистов и пятидесятников, тогда как Финская церковь - государственная. Кризис в российской ЕЛЦ начался где-то после 2010 года, а с 2015 года стали резко сокращаться средства. Общину в Саранске поддерживала лютеранская Народная миссия, но ей финские власти из-за ее консервативных взглядов сократили финансирование. В 2009 г. уехали последние финские миссионеры из Саранска. На приходе действует воскресная школа и отдельно проходит молодежное собрание. На 2015 год, в основном, социальная работа ведется среди своих же прихожан, а пастор выполняет в общине все функции - и служителя и социального работника и .отвечает за содержание здания. Как подчеркивает пастор Алексей Алешкин, когда общины создавались в Мордовии, то национальное и церковное были перемешаны между собой. Однако жизнь смирила общину, и пришло понимание того, что надо духовно расти, люди должны воспитываться в приходе. И тогда новое поколение будет создавать национальную церковь: "все национальные вопросы мы отдали в руки Бога". Определенные надежды в приходе связывают с эрзянским поэтом Николаем Карповым, учеником Дмитрия Быкова в Литературном институте. Как отмечает пастор, мы подготовили базу и теперь будем надеяться, что Бог через новое поколение сделает то, что мы не смогли. Как показывает опыт финского миссионера Арво Сурво, вдохновителя многих проповедников и человека-легенды, Бог поднимает молодежь и спасает души. По словам пастора, вопрос о языке богослужения также довольно сложен, так как в общине есть и эрзяне и мокшане и русские. Малочисленность лютеран не отражает степени влияния их на эрзянский народ. 30 лет присутствия лютеран в республике способствовали осознанию эрзянами своей сопричастности родственным финноязычным народам, понудили размышлять о «протестантской этике» и других мировоззренческих вопросах, возникающих перед человеком знакомящимся с протестантской доктриной. Лютеран в Мордовии кот наплакол, но лютеранство оставило свой след. Только в 2011 г. православие в Мордовии всерьез обратилось к национальной проблеме. В этом году после образования Ардатовской (где в населении преобладают эрзя) и Краснослободской (где в населении преобладают мокша) епархий в 2011 г. среди мордовского духовенства зарождается национально ориентированная церковная жизнь. Церковная активность связанная с национальным присутствием мордвы в церковной жизни переместилась во вновь образованные епархии –Ардатовскую и Краснослободскую. после раздела Саранской епархии большинство мордвы оказалось во вновь образованных епархиях – эрзи в Ардатовской епархии, а мокши – в Краснослободской епархии, Саранская же – наиболее русская епархия. Ардатовскую епархию возглавил эрзя епископ Вениамин, Краснослободскую епархию - мокша епископ Климент, а во главе Саранской кафедры в первое время оставался ставший митрополитом Варсонофий. Несмотря на то, что Краснослободская епархия более развита социально-экономически, по оценке саранского духовенства, больших успехов достиг епископ Вениамин. Епископ Вениамин – эрзянский патриот, глубоко озабоченный сохранением эрзянского языка и культуры, в то же время он ревностный миссионер, за три года много сделавший для укрепления и распространения православия и среди мордвы, и среди русских своей епархии. Филологами Саранского университета при редактуре епископа Вениамина на эрзянский язык переведена литургия и многие другие богослужебные тексты. В епархии много священнослужителей эрзян. В населенных пунктах, где живут эрзя, их родной язык используется в богослужении, проповеди, внебогослужебной жизни церкви. В русско-эрзянских смешанных приходах эрзянский частично используется на богослужении. По мнению епископа Вениамина эрзя религиознее русских, они более активны в церковной жизни, но при этом у них сохраняется больше пережитков язычества. Язычества, как самостоятельной веры он в епархии не замечает, но в эрзянском православии много отголосков из дохристианского прошлого. Один яркий пример- около одного из посёлков испокон века есть три священных дуба. Так прихожане обычно после богослужения в церкви идут помолиться под сень священных дубов. По мнению Вениамина, язычество потеряло (или теряет) свою религиозную сущность и становится частью национальной культуры народа. Фольклор, память о мордовских князьях-язычниках, некоторые бытовые обычаи на наших глазах адаптируются к православному мировоззрению и вплетаются в него. В епархии активно молодёжное движение «Ардатовцы». Ардатовцы занимаются с детьми в интернатах, помогают в больницах и на дому старикам. Но своё, фирменное, ардатовское, эрзянское направление деятельности -экология. Ардатовцы расчищают родники, чистят ручьи и реки, сажают деревья, убирают мусор в лесах и на берегах водоёмов. До 2016 г. в столице республики Саранске митрополит Варсонофий продолжал прежнюю политику игнорирования национальных чаяний мордовских народов, что сдерживало деятельность Ардатовской и Краснослободской епархий, т. к. в этих бедных сельских епархиях мало административных, интеллектуальных и материальных ресурсов. Положение принципиально изменилось в 2016 г., когда на смену Варсонофию пришел митрополит Зиновий, до того возглавлявший Элистинскую кафедру. Митрополит Зиновий, в бытность свою архиепископом в Элисте, проявил большой интерес и чуткость к калмыкам в церкви и вообще к национальным потребностям калмыков. Возглавив кафедру в Саранске, он начал менять отношению к роли мордовских народов в жизни церкви. Но теперь это православие приобрело особый опыт – опыт искушения язычеством и лютеранством и этот опыт останется в сознании православных эрзя. Русское Ревью Кестонского института, май, 2016, № 68. Ильяс Богатырев. Антиэкстремистское законодательство: как защитить равенство всех религий http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=6994 Конституция РФ закрепляет права и свободы человека в качестве высшей ценности, а также гарантии свободы совести и вероисповедания, включая право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать и распространять религиозные убеждения и действовать в соответствии с ними Fri, 20 May 2016 18:00:00 +0400 Конституция РФ закрепляет права и свободы человека в качестве высшей ценности, а также гарантии свободы совести и вероисповедания, включая право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать и распространять религиозные убеждения и действовать в соответствии с ними 1, с. 8. Правоотношения в области прав человека и гражданина на свободу вероисповедания в России регулируются Федеральным Законом №125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях». Вместе с этим Россия является светским государством, где религиозные объединения отделены от государства, никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной 2, с. 8. В Российской Федерации не допускается агитация, возбуждающая религиозную вражду 3, с. 8. Более того, пропаганда превосходства или неполноценности человека по признаку его религиозной принадлежности или отношения к религии является экстремистской деятельностью в соответствии с ФЗ №114 «О противодействии экстремистской деятельности» 4, с. 8, в преамбуле к которому сказано об определении правовых и организационных основ противодействия экстремистской деятельности в целях защиты прав и свобод человека и гражданина. Таким образом, и закон «О свободе совести и о религиозных объединениях», и закон «О противодействии экстремистской деятельности» направлены на обеспечение прав и свобод человека, однако практика показывает, что в определённых ситуациях решения судебных органов, опирающихся на антиэкстремистское законодательство, воспринимается частью общества в качестве ограничения свободы вероисповедания. Речь идёт о проблематике оценки религиозных текстов, которая с 2004 года добавилась в сферу государственно-конфессиональных отношений, когда на Минюст РФ были возложены функции по ведению, опубликованию и размещению в сети интернет федерального списка экстремистских материалов. На 19.12.2015 года Федеральный список включает 3190 материалов печатного и электронного характера в виде текста, аудио и видеороликов, часть которых по своему названию и содержанию может относиться, упоминать в позитивном или негативном смысле, а также информировать о религиях, составляющих неотъемлемую часть исторического наследия народов России, Христианстве, Исламе, Иудаизме и Буддизме. Так, например, среди экстремистских материалов в данном списке можно найти: №1409 Независимое православно-патриотическое издание «Русь православная» (решение Куйбышевского районного суда города Санкт-Петербурга от 21.03.2012), №746 Листовка «Ислам, и ничто другое, разрешает проблемы человека» (решение Московского районного суда г. Казани от 17.09.2010), и др. Процедура формирования Федерального списка экстремистских материалов неоднократно вызывала критику со стороны религиозных и общественных деятелей России. Так комиссия по межнациональным отношениям и свободе слова Общественной палаты Российской Федерации в ноябре 2013 года направила обращение от 21 ноября 2013 года №4ОПК-5/2121 в судебные и правоохранительные органы РФ о вопросе правомерности применения антиэкстремистского законодательства к религиозным текстам. Члены комиссии отметили следующее: «Понимая необходимость ограничения распространения экстремистских материалов, просим Верховный суд Российской Федерации, Генеральную прокуратуру Российской Федерации и Министерство внутренних дел Российской Федерации исключить из процедур оценки на предмет экстремизма древние священные книги традиционных для России религий, а также других известных в мире религиозных традиций, в частности, индуизма, сикхизма, синтоизма, конфуцианства» 5, с. 8. Также на официальном сайте Совета муфтиев России было опубликовано заявление муфтиев от 25 августа 2012 года, одним из пунктов которого значится следующее: «Мы настоятельно призываем обратить внимание на процесс не всегда обоснованного запрета просветительских мусульманских изданий и литературы. К данному вопросу необходимо подходить более тщательно и взвешенно, так как необдуманные решения зачастую подрывают масштабные усилия централизованных духовных управлений мусульман в просветительской сфере, их сотрудничество с властными структурами и общественностью в благодатном деле возрождения испытанных веками на российской земле традиционных мусульманских ценностей и противодействия нетерпимости на религиозной основе» 6, с. 8. Нужно отметить, что представители мусульманских религиозных объединений часто поднимали в публичном и информационном пространстве вопрос о нелегитимности запретов мусульманской религиозный литературы, в том числе классических мусульманских религиозных текстов Корана и сборников Хадисов, являющихся источниками Исламского вероучения. Можно отметить сбор подписей мусульман под обращением к российским властям после решения суда г. Новороссийска о запрете и уничтожении книги «Перевод смыслов Корана» в 2013 году, и обращение «Союза мусульманской молодёжи» в Администрацию Президента РФ после решения Ленинского районного суда г.Оренбурга о запрете целого ряда классических мусульманских текстов в 2012 году. Стоит добавить, что практически все ситуации с запретом мусульманской религиозной литературы сопровождались жалобами на низкое качество экспертной оценки, проводимой лицами, не являвшимися специалистами в области религиоведения, или вовсе основывались только на выводах органов прокуратуры о наличии в текстах признаков экстремизма 7, с. 8. Несмотря на возрастающую негативную реакцию части общества, процедура оценки и внесения тех или иных текстов в список экстремистских материалов с 2004 года существенно не менялась вплоть до сентября 2015 года, когда решением городского суда Южно-Сахалинска экстремистской была признана книга, содержащая, как и в 2013 году, аяты (тексты) Корана. На этот раз решение суда вызвало более широкий резонанс. С критикой решения о запрете выступили руководители некоторых регионов России, ряд депутатов Государственной Думы, известные религиозные деятели различных конфессий. В определённой степени была спровоцирована конфликтная ситуация, в которую были вовлечены судебные органы, органы прокуратуры, средства массовой информации. В результате в середине октября 2015 года Владимир Владимирович Путин внес в Государственную Думу законопроект о внесении изменений в закон «О противодействии экстремистской деятельности». В Пояснительной записке к проекту закона было отмечено, что Конституцией России определена гарантия свободы вероисповедания. В развитие данного положение принят закон «О свободе совести и о религиозных объединениях», в соответствии со статьей 2 которого нормативные правовые акты, принимаемые в РФ и затрагивающие реализацию права на свободу совести и свободу вероисповедания должны соответствовать этому закону. Исходя из преамбулы названного закона именно христианство, ислам, иудаизм и буддизм составляют неотъемлемую часть исторического наследия народов России. В этой связи и в целях обеспечения равного уважения к мировым традиционным религиям законопроектом было предложено установить, что Библия, Коран, Танах и Ганджур, составляющие духовную основу упомянутых религий, их содержание и цитаты из них не могут быть признаны экстремистскими материалами 8, с. 8. В такой формулировке данный законопроект был рассмотрен и принят Государственной Думой 11 ноября 2015 года, одобрен Советом Федерации 18 ноября, подписан Президентом РФ 23 ноября. Также добавлю, что 5 ноября 2015 года Областной суда Сахалинской области отменил решение суда г. Южно-Сахалинска. Факт принятия изменений в закон «О противодействии экстремистской деятельности» в значительной степени снял напряжённость и вызвал положительную реакцию российского мусульманского сообщества. Такой результат вызван тем, что большое количество мусульманской вероучительной литературы опирается на цитаты Корана, который сам по себе для последователей Ислама является сакральным объектом. Ранее религиозные организации России были вынуждены прилагать значительные усилия для отслеживания ситуации вокруг проверок религиозной литературы и приведения своего библиотечного фонда к соответствию новым решениям судов, запретивших ту или иную книгу, то есть описать, уничтожить книги, попавшие под запрет, найти им замену. Всё это создавало значительные проблемы организационного и материального характера, формировало недовольство со стороны верующих людей, независимо от конфессиональной принадлежности. Поэтому кроме мусульманских религиозных деятелей, поддержку законодательной инициативе В.В.Путина о внесении изменений в закон «О противодействии экстремистской деятельности» высказали представители других религий, общественных организаций, депутаты Государственной Думы РФ 9, с. 8. Таким образом, произошедшие законодательные изменения, ставшие с 2004 года первой корректировкой в вопросе оценки религиозной литературы, развивают конституционный принцип свободы вероисповедания, предупреждая противоречия между законами о свободе совести и о профилактике экстремистской деятельности в приложении к Библии, Корану, Танаху и Ганджуру. Вместе с этим уже на стадии рассмотрения инициативы Президента РФ в Государственной Думе, со стороны российских религиозных организаций звучали предложения о расширении списка священных текстов, которые должны быть выведены из-под действия антиэкстремистских норм 10, с. 9. Критике со стороны представителей общественных и правозащитных организаций подвергалась процедура экспертизы религиозных текстов и в целом «антиэкстремистская политика» государства 11, с. 9. При этом ряд депутатов Государственной Думы высказывали и обратные мнения, отвергая необходимость корректировки законодательства в сфере свободы вероисповедания 12, с. 9. Исходя из этого, считать вышеупомянутые законодательные изменения исчерпывающими проблематику запрета религиозной литературы и необходимость дальнейшего развития норм о свободе вероисповедания, преждевременно. Одним из вопросов, остающимся предметом дискуссии, является вопрос подсудности дел о рассмотрении религиозных текстов на предмет экстремизма. В настоящее время решение о запрете того или иного религиозного текста может быть принято районным судом любого региона РФ. При этом действие такого решения затрагивает права на свободу вероисповедания верующих по всей стране. В связи с этим звучат предложения о повышении уровня подсудности подобных дел как минимум до уровня региональных судов субъектов РФ 13, с. 9. Кроме того, представляется, что в дальнейшем необходимо конкретизировать процедуру экспертной оценки религиозных текстов в части урегулирования круга лиц, которые могут быть допущены к экспертизе. В первую очередь предусмотреть участие в оценке специалистов в области религиоведения, имеющих опыт работы с религиозными текстами. Вместе с этим, для реализации всей полноты права на свободу совести и вероисповедания, необходимо включить в круг лиц, участвующих в экспертизе, представителей соответствующих зарегистрированных религиозных объединений. Также можно рассмотреть возможность расширения списка литературы, которая не может быть признана экстремистской. Дело в том, что принятые изменения в закон «О противодействии экстремистской деятельности» касаются только Библии, Корана, Танаха и Ганджура, как главных книг Христианства, Ислама, Иудаизма и Буддизма. Вместе с этим данные религиозные конфессии в своём вероучении опираются не только на вышеупомянутые тексты. В дискуссиях вокруг поправок в закон представители религиозных организаций обращали внимание на необходимость выведения из-под действия антиэкстремистского законодательства и других книг, не меньшим образом составляющих основу вероубеждения той или иной религии, например, священное предание для РПЦ, сборники хадисов для мусульманских религиозных организаций и т.д. 14, с. 9. Кроме того, можно обратить внимание, что в России действуют различные зарегистрированные религиозные объединения, в том числе и не традиционные для нашего общества, которым, в соответствии со ст.14 Конституции РФ, гарантируются равные права перед законом. Вообще, сам факт государственной регистрации религиозного объединения уполномоченным органом должен означать анализ вероучения данного объединения компетентными государственными органами и признание данного вероучения легальным. И хотя государство может обозначить приоритеты во взаимоотношениях с религиозными конфессиями, их реализация на практике, в рамках светского законодательства, представляется труднореализуемой. Поэтому, исходя из логики, все тексты, составляющие основу вероучения, в том числе, нетрадиционных религиозных организаций, также должны быть выведены из-под действия антиэкстремистского законодательства. В качестве другого решения может быть предложено формирование одобренного зарегистрированными религиозными организациями списка литературы, на который могли бы ориентироваться государственные органы при рассмотрении соответствующих дел. Таким образом, можно констатировать, что в сфере законодательства о свободе совести и вероисповедания остаются вопросы, вызывающие противоречивые точки зрения. В этой связи можно предположить, что диалог между государством, религиозными организациями и гражданами, исповедующими те или иные религии, будет продолжен и в дальнейшем. И.Б. Богатырёв  Поволжский институт управления имени П.А. Столыпина ФГБОУ РАНХиГС.  Факультет магистратуры и аспирантуры. К  афедра конституционного и международного права. Библиографический список: 1. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993г., ст.28 // Консультант плюс 2. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993г., ст.14 // Консультант плюс 3. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993г., ст.29 // Консультант плюс 4. Федеральный Закон Российской Федерации от 25.07.2002 № 114-ФЗ (ред. от 23.11.2015 г.) // Консультант плюс 5. Обращение Комиссии по межнациональным отношениям и свободе совести Общественной палаты РФ в Министерство внутренних дел Российской Федерации от 21 ноября 2013 года №4ОПК-5/2121 Электронный ресурс // Общественная палата Российской Федерации URL: https://www.oprf.ru/files/2013dok/MVD21112013.pdf (дата обращения: 02.01.2016). 6. Заявление Совета Муфтиев России по ситуации в России и за рубежом Электронный ресурс // Совет Муфтиев России URL: http://muslim.ru/articles/280/8484/ (дата обращения: 02.01.2016). 7. Судья запретила фразы из Корана без религиоведческой экспертизы // Lifenews URL: http://lifenews.ru/news/161158 (дата обращения 03.01.2016); В действиях судьи, запретившего 68 исламских книг, выявлены грубые нарушения // Ансар URL: http://www.ansar.ru/sobcor/v-dejstviyah-sudi-zapretivshego-68-islamskih-knig-vyyavleny-grubye-narusheniya (дата обращения 03.01.2016): 8. Пояснительная записка к проекту федерального закона «О внесении изменения в Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» Электронный ресурс // Сайт Президента России URL:http://kremlin.ru/acts/news/50509 (дата обращения: 02.01.2016). 9. Госдума запретила признавать священные тексты экстремистскими Электронный ресурс // Интернет-газета Лента.ру URL: http://lenta.ru/news/2015/11/11/holyduma/ (дата обращения: 02.01.2016). 10. Путинский закон о защите Корана и Библии предложили расширить экстремистскими Электронный ресурс // Информационное агентство «РосБизнесКонсалтинг» URL:http://www.rbc.ru/politics/20/10/2015/562638309a7947f113e695e9#xtor=AL-internal_traffic--rss.rbc.ru-top_stories (дата обращения: 02.01.2016). 11. Это провокация против мусульман Электронный ресурс // Газета.ru URL:http://www.gazeta.ru/social/2012/06/20/4633769.shtml (дата обращения: 02.01.2016). 12. Никуда не годится, когда в качестве эксперта выступает патологоанатом Электронный ресурс // Газета.ru URL: http://www.gazeta.ru/social/2012/06/14/4626225.shtml (дата обращения: 02.01.2016). 13. Адвокат Владимир Ряховский. От священных текстов к судебной практике Электронный ресурс // Сетевое издание: Религия и право URL: http://www.sclj.ru/analytics/obozrevatel/detail.php?ELEMENT_ID=6360(дата обращения: 02.01.2016). 14. В РПЦ настаивают на защите законом не только Библии, но и богослужебных текстов Электронный ресурс // ТАСС: информационное агентство России URL: http://tass.ru/obschestvo/2362670 (дата обращения: 02.01.2016). Что говорит Конституция Россия о религии и верующих: «ревизия прав и свобод граждан пагубна для страны». Интервью с адвокатом Владимиром Ряховским http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=7550 В связи с ситуацией, которая сложилась вокруг применения «Закона Яровой» в части регулирования миссионерской деятельности и возможным запретом Свидетелей Иеговы в России, редакция портала «Религия и право» решила дать разъяснения прав верующих на основе положений Конституции РФ. В своих обращениях религиозные организации часто ссылаются на Основной Закон страны, и важно понять, хорошо ли мы знаем Конституцию России. Fri, 31 Mar 2017 21:00:00 +0400 В связи с ситуацией, которая сложилась вокруг применения «Закона Яровой» в части регулирования миссионерской деятельности и возможным запретом Свидетелей Иеговы в России, редакция портала «Религия и право» решила дать разъяснения прав верующих на основе положений Конституции РФ. В своих обращениях религиозные организации часто ссылаются на Основной Закон страны, и важно понять, хорошо ли мы знаем Конституцию России. На вопросы ответил Владимир Ряховский, почетный адвокат России, директор Некоммерческого партнерства «Славянский правовой центр», член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, член Общественной коллегии по жалобам на прессу, член редколлегии журнала «Религия и право». Уважаемый Владимир Васильевич, какое место в правовой системе России занимает свобода совести и какова роль Конституции? Правоотношения в области реализации религиозных прав и свобод регулируются нормативными правовыми актами, принадлежащими к различным отраслям права. В состав правовых актов о свободе совести и о религиозных объединениях входят Конституция Российской Федерации, международные акты и международные договоры Российской Федерации, федеральные законы, указы Президента Российской Федерации, постановления Правительства Российской Федерации, постановления палат Федерального Собрания Российской Федерации, нормативные акты министерств и ведомств. Правовые акты и нормы, составляющие данную отрасль законодательства, взаимосвязаны, имеют иерархию и пределы регулирования. В этой иерархии особая роль принадлежит Конституции Российской Федерации, которая обладает высшей юридической силой, имеет прямое действие и применяется на всей территории России. Конституция регулирует наиболее принципиальные вопросы реализации свободы совести. Многие правозащитники, журналисты, ученые ссылаются на Конституцию, комментируя дела о штрафах в отношении пасторов и просто лекторов, рассказывающих о религии. Однако мало, кто конкретно знает, о чем говорит Конституция. Надо сказать, что к числу концептуальных вопросов, которые содержатся в Конституции РФ, относятся: - в Российской Федерации признается идеологическое многообразие (ст.13); - Российская Федерация - светское государство (ст.14); - никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной (ст.14); - религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом (ст.14); - государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от отношения к религии, запрещает любые формы ограничения прав граждан по признакам религиозной принадлежности (ч.2 ст.19); - каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ст.28); - не допускается пропаганда или агитация, возбуждающая религиозную ненависть и вражду, запрещается пропаганда религиозного превосходства (ч.2 ст.29); - никто не может быть принужден к вступлению в какое-либо объединение или пребыванию в нем (ч.2 ст.30); - гражданин Российской Федерации в случае, если его убеждениям или вероисповеданию противоречит несение военной службы, а также в иных установленных федеральным законом случаях имеет право на замену ее альтернативной гражданской службой (ч.3 ст.59). Все перечисленное – неотъемлемые права каждого российского гражданина. Закреплено ли указание на то, что Россия должна следжовать международным декларациям? Одной из важнейших составляющих российского законодательства в области свободы совести являются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации (ч.4 ст.15). Данное положение включено в Конституцию впервые в истории России. Тем самым открывается возможность прямого действия и применения актов международного права, таких, как Всеобщая декларация прав человека, Международный пакт о гражданских и политических правах, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод, Декларация о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений и т.д. Как бы вы оценили цели и задачи правозащитных организаций в настоящее время? Приоритетным направлением в деятельности правозащитных организаций, которые занимаются свободой совести, является по-прежнему просветительская деятельность - как правовая, так и религиоведческая, а также, несомненно, защита конституционных прав и свобод граждан как судебными, так и внесудебными методами. В связи с принятием «Закона Яровой» одним из направлений стало проведение тренингов и семинаров, стремление ввести правоприменение этого закона в правовое конституционное поле, предложить разумную трактовку определения «миссионерская деятельность». Судебная защита также гарантируется ст. 46 Конституции Российской Федерации. В ч. 2 ст. 118 Конституции Российской Федерации отмечается, что судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Все эти формы судопроизводства должны быть в идеале эффективными способами защиты свободы совести и вероисповедания. Складывается впечатление, что часть общества полагает, что есть инаковерующие, без которых можно обойтись. Кого-то права, заложенные в Конституции, могут не касаться? Многие сейчас думают, что в список неугодных попали Свидетели Иеговы, а нас это не коснется. Но мне кажется, не стоит обольщаться. Достаточно загляуть в историю преследований за религиозные убеждения. Все гонения часто начинались в ХХ веке со Свидетелей Иеговы, а потом это отражалось на всех. В 1991 году тем же самым Свидетелям Иеговы, которых собираются предследовать сейчас, выдали удостоверения, такие красивые книжечки о том, что такой-то признан жертвой политических репрессий. И по этому удостоверению полагались определенные льготы. А что сегодня? Получается, что надо вернуться и пересмотреть закон о реабилитации? Может, его отменить? Или просто Свидетелям собрать все эти удостоверения и сдать их обратно? Очень хочется верить, что все-таки здравый смысл и правда возобладают. Иначе придется говорить и о фактической ревизии положений Конституции РФ, которые касаются прав и свобод граждан, что само по себе пагубно для страны. Беседовал Роман Лункин. Всемирная неделя гармонизации межрелигиозных отношений – интервью с Романом Лункиным http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=7501 «Присутствие рядом католиков, лютеран, пятидесятников, баптистов, адвентистов и т.д., лучше всего помогает русскому православию быть носителем Евангелия, а не идеологией»– интервью с Романом Лункиным провел профессор кафедры государственно-конфессиональных отношений Вильям Шмидт. Wed, 01 Mar 2017 13:00:00 +0400 Вильям Шмидт: Уважаемый Роман Николаевич, благодарю за эту возможность порассуждать о роли религии и шире – религиозном факторе, о вызовах – какие окажутся для нас, российского и европейского обществ и в целом, в мире, базовыми, а какие второстепенными и незначительными, что будет первостепенным для религиозной сферы и что для религиоведения. Роман Лункин: Вильям Владимирович, взаимно – я также рад обменяться мнениями. Думаю, что многие события в религиозной сфере, которые происходят в нашей общественной жизни, остаются незаметными для абсолютного большинства думающей части общества. Это происходит потому, что за последние 25 лет мы научились говорить об исторической и культурной символике прежде всего Православной Церкви или же ислама, буддизма и иудаизма, более или менее привыкли к присутствию различных этнорелигиозных традиций и даже других религий в общественной жизни, в социокультурном пространстве. Однако, как это ни парадоксально, на публичной сфере, политической культуре это отразилось довольно мало; можно сказать, конкретнее – да и реальное присутствие религии в жизни рядового гражданина незначительно – практикующих верующих в России мало, на уровне 10-15% (но это, как ни странно, нормально – таков общеевропейский уровень религиозности). Вместе с тем, в странах Евросоюза религиозные вопросы обсуждаются намного чаще и богаче в смысле представленных точек зрения, чем в России. Межрелигиозный или межхристианский диалог внутри нашей страны либо отсутствует, либо находится на таком высоком представительном, «дипломатическом» уровне, что теряет всякий смысл. Каждое обсуждение вопросов на религиозной почве оказывается слишком далеким от жизни православных или буддистских, или мусульманских общин и приходов. Именно поэтому религиозные дискуссии скатываются в спекулятивную плоскость – в масс-медиа рассуждают или об экстремизме, или о конфликтах вокруг притязаний Московского Патриархата (яркий пример тому – скандал вокруг передачи Исаакиевского собора в Петербурге или бывших монастырских зданий, расположенных на территории музея-заповедника «Херсонес Таврический». В.Ш.: Да, о проблемах диалога мы как-то писали в журнале «Евразия: духовные традиции народов» (№ 1-2, 2014) с С. Мельником, который сейчас трудится в Межрелигиозном совете России. Кстати, Роман Николаевич, с социологической точки зрения как можно оценить ситуацию с выступлениями вокруг губернских инициатив в отношении Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге? Р.Л.: Для меня самым интересным моментом стало то, что в обществе появилось неформальное течение людей, которые считают себя православными (а многие и верят в Бога, а не просто являются «культурными» верующими) и при этом не готовы соглашаться со священноначалием Церкви. Безусловно, наличие такого слоя людей и такого запроса ранее тоже фиксировалось в опросах, и этот факт не очень вдохновляет священноначалие, но на деле, для общества – это очень хороший, отрадный факт: в России впервые после советского времени (до 1917 г. такого тоже не было) возникают прослойки людей с альтернативными религиозными взглядами, но при этом они не являются ни рьяными православными, ни буйными атеистами. Наличие в обществе таких людей одновременно является доказательством значения Церкви и значимости того проправославного консенсуса, который сложился после горбачевской Перестройки. (Русская Церковь во многом обязана нынешнему кредиту доверия со стороны большинства условно русских и условно православных людей именно М.С. Горбачеву и временам празднования 1000-летия Крещения Руси, а не Б.Н. Ельцину, когда священный ореол Церкви стал разрушаться, становясь символом власти.) Полагаю, Церковь во многом должна, по крайней мере, аккуратнее относится к выступлениям людей, которые не хотят разрушения церквей, а требуют бескорыстной Церкви и православия без стяжательства. Здесь есть о чем задуматься, хотя бы с точки зрения христианской миссии. В.Ш.: Вы уверены, что в России есть такой слой религиозных людей, которые критикуют Церковь? Может быть это фикция – СМИ с силовиками и «прикормленными» общественниками давно эффективно делают любой социально-политический продукт на любой вкус – за информационным образом нынче дело не встает?.. Р.Л.: Наверное, если бы я сам не видел таких людей в разных регионах России, я тоже бы с трудом верил в происходящее. Но как социолог я все равно должен оптимистично предполагать наличие в здоровом обществе группы людей, которые отличаются по своим взглядам, как от белогвардейцев, так и от большевиков эпохи российских революций. (Кстати, обращает на себя внимание недавний пассаж Святейшего о передаче Исаакиевского собора: «…мир вокруг возвращенных церквей должен стать олицетворением согласия и взаимного прощения – белых с красными, верующих с неверующими, богатых с бедными» – трудно представить, что бы и о чем это, учитывая, что нынче XXI век, никак не похожий по своим условиям на период 100-летней давности). Понятно, что пройдя советскую эпоху опустошения, провала в памяти, должны были возникнуть социальные движения и слои общества, которые активны, но не разрушительны. Как мы хорошо знаем, сто лет назад практически все, кто были активны в обществе, были разрушителями. После общество погрузилось в продолжительную апатию просто для того, чтобы самосохраниться, окончательно не разрушиться. Гарантия против саморазрушения – многоукладность и культурное разнообразие общества. В 2000-е годы появилась молодая интеллигенция, которая ходит в Церкви, причащается, исповедуется, водит на службы своих детей, но очень спокойно оставляет за рамками критического взгляда самые дикие высказывания и выходки священников и даже местных епископов. Есть масса людей, которые наследуют еще советское представление о своем обыденном православии, когда никто не был нужен, потому что ни прихода, ни церкви рядом не было. Среди них есть как либералы, не любящие церковную элиту, так и коммунисты, которые, впрочем, тоже ее не любят, и новые патриоты-антизападники, которые сами не знают, почему они любят церковную элиту. Так вот – я полагаю, что всем этим людям не чужда нормальная христианская вера, и не надо им в ней отказывать. Ярким показателем потребности в христианской вере в своем «чистом», неокультуренном виде в российском обществе являются протестанты. Именно они за последние 20 лет стали успешными предпринимателями, лучшими организаторами социальных проектов для самых тяжелых категорий населения – их молодежные центры стали спасением для многих подростков в провинции. Наличие такого многомиллионного христианского сообщества в России – фактор, поддерживающий религиозное и идейное многообразие, и в конечном итоге – стабильность общества. Если рассматривать общество в динамике, то именно наличие евангельского движения, альтернативного христианства, создает условия и атмосферу для христианской миссии в целом. Присутствие рядом католиков, лютеран, пятидесятников, баптистов, адвентистов и т.д., лучше всего помогает православию быть носителем Евангелия Иисуса Христа, а не идеологией. В.Ш.: В таком случае, с Вашей точки зрения, что важного произошло в жизни Русской Православной Церкви в последнее время? Церковь меняется? Р.Л.: В 2015–2016 годах в Русской Церкви произошли изменения, которые пока не сильно заметны невооруженному глазу. И особенно это незаметно на фоне внутриполитической позиции РПЦ, которая с 2012 г. занимает охранительную и лояльную власти позицию, противопоставив себя любым альтернативным движениям. Многое изменил российско-украинский кризис – священноначалию РПЦ пришлось отказаться от концепции русской цивилизации и от употребления понятия «Русский мир» в отношении соседей России по постсоветскому пространству. В отношениях с другими странами РПЦ стала применять другие стандарты, в отличие от тех, что использует в России (РПЦ совсем не против разных форм демократии вне России). В данном контексте и на перспективу важными оказываются итоги встречи Папы Франциска и Патриарха Кирилла в Гаване. Думаю, что влияние Католической церкви на РПЦ неизбежно – как бы того некоторым ни хотелось, Православие сотрудничает с Церковью, которая приняла принципы демократии и свободы совести: две Церкви вместе отстаивают христианские ценности в мире и защищают права христиан в разных странах, прежде всего, на Ближнем Востоке. (Яркое тому подтверждение – визиты Патриарха Кирилла по всему миру, но в первую очередь, конечно, в Великобританию и во Францию, сделав главу РПЦ одним из самых открытых общественно-политических деятелей современной России и открытых, конечно, Западу и европейской культуре.) Безусловно, этот консерватизм сыграет свою идеологическую роль в либерализации самой РПЦ и будет способствовать её дрейфу к образу института, который реально выражает интересы разных слоев общества на общенациональном уровне. Будет ли эффект от такой демократичности РПЦ во внешней политике внутри страны – это уже другой вопрос. В.Ш.: Роман Николаевич, но готово ли общество к такому вот «либерализирующемуся» образу РПЦ или к любым другим новым образам Церкви, о которых Вы сейчас рассуждаете? Р.Л.: Мне не очень нравятся рассуждения, что общество или массовое сознание к чему-то готово или не готово. Бывают, конечно, ситуации, когда ясно, что общество с легкостью воспринимает те или иные идеи, но это значит, что эти идеи – уже объективная реальность. В случае с Церковью, в отличие от политических акций и реакций на них, все несколько сложнее: на деле ни в социологическом, ни в философском смысле мы не знаем ширины и глубины православного сознания современной России. Между тем, заранее принято считать, что постсоветского человека вполне удовлетворяет довольно поверхностный и совершенно нехристианский образ Церкви, связной с государственнической идеей и немного с культурой и литературой… Полагаю, не стоит абсолютизировать идею постсоветского человека с его комплексами и туманным апатичным сознанием, которое было воспитано в авторитарный период. Такого человека детально описал Лев Гудков из «Левада-Центра», но этот образ верен лишь в применении к среднему гражданину в узких рамках политического поля. В других рамках постсоветский человек может вести себя совершенно по-иному – он совсем не глуп и не прост. В религиозной сфере «постсоветский человек» и его первые новые поколения, конечно, православны и надеются на лучшее будущее без революций, где будут «традиционные религии» и Православие во главе них. Однако, здесь не без подвоха: Русскую Православную Церковь постсоветский человек уже сейчас видит не просто как сакральный символ, как раньше, а как потенциальную общественную силу. Более того, в каком-то смысле Церковь (или мечеть для мусульман, дацан для буддистов и т.д.) для российского гражданина – это последнее прибежище, надежда на то, что в стране может быть остров без коррупции, без тотальной зависимости от чиновничества, без тотального лицемерия политиков. (Понятно, что в любой стране мира с подобной надеждой каждый идет в свою общину возносить молитвы. Такая же естественная социальная надежда есть и у россиян, так как, особенно, в провинции ничего другого нет. Именно поэтому к РПЦ и ее действиям общество неравнодушно, как в положительном, так и в отрицательном смыслах.) В.Ш.: Роман Николаевич, возникает ощущение, что в сфере восприятия традиционных религий и государственно-религиозных отношений уже все устоялось и нечего менять – правильно ли я улавливаю Ваши интенции в оценке ситуации? Р.Л.: На самом деле уже все поменялось. В разных российских регионах может быть свой собственный набор «традиционных» религий, включая не только православие, иудаизм, ислам и буддизм, но и старообрядчество, католицизм, лютеранство, баптизм и пятидесятничество. У нас в стране представлены практически все мировые ответвления ислама и протестантизма, которые наиболее бурно растут и создают крепкие общины и привлекают молодежь. Католики и лютеране, например, традиционно являются церквами русской интеллигенции и студенчества. В значительном количестве субъектов РФ представители администраций, например, выстраивают отношения с разными религиями и конфессиями по-своему, исходя из здравого смысла, а иногда их подход полностью совпадает с требованиями Конституции РФ… Кстати, в провинции общество вполне терпимо относится к представителям других, не доминирующих, религий и конфессий, даже к Свидетелям Иеговы; каких-то массовых акций гражданского возмущения присутствием инаковерующих в регионах не бывает, несмотря на существующие законы и периодические призывы политиков бороться с «сектантами». Факт: внизу веротерпимость намного более развита, чем наверху. Думаю, выражу общее мнение: чем скорее «истеблишмент» РПЦ поймет, что она должна быть центром межхристианского диалога и культуры общественного согласия на местном уровне, тем большим уважением она будет пользоваться. В.Ш.: Да – это очевидные вещи, как и то, что с развитием структуры, расширением среды и инструментов воспроизводства, любая система на этапах экстенсивного / интенсивного развития ведет себя по-разному. Уровень внимания и претензий к системам с высоким уровнем аксиологической нагруженности, а тем более религиозным, был и будет. В нашем случае специфичность еще и в том, что идеократические функции государства оказались «свободными» и слабо урегулированными. И вот в этой части встает тонкий вопрос – нужно ли Церкви «притормозить» и/или остановиться в части продвижения своих интересов перед лицом государства – подобные «игры» ведь могут крайне опасными? Р.Л.: Это довольно сложный вопрос, так как Церковь, как и другие общероссийские религиозные объединения, является сложным механизмом с разными группами интересов внутри. Например, «Теология» в качестве научной специальности только повысит уровень богословского образования и интерес к изучению богословия и истории Церкви, даже если это и не приведет к созданию кафедр теологии. То, что треть населения страны выбрала «Основы православной культуры», уже показывает интерес к религии и уважение по отношению к Православию и Церкви. Другие случаи – конфликты и противостояния – показывают лишь степень готовности к жизни в общественной среде и личные особенности воспитания представителей епархий на местах, и больше ничего… В любом случае, общество ждет от РПЦ открытости, честности и прозрачности по самым разным поводам и в самых разных сферах её жизни как своей собственной историко-культурной жизни. Когда же такого отклика на чаяния не случается, возникает спонтанная, естественная реакция – общество проявляет свои не лучшие комплексы и обиды. В будущем, полагаю, вполне возможно, что в Конституции или же в Законе о свободе совести будет прописано, зафиксировано в качестве нормы (следовательно, с санкцией) об особой роли РПЦ. Но если это случиться, это будет означать лишь то, что Церковь не справилась со своей общенациональной ролью в демократическом обществе… (Подчеркивание особой роли РПЦ средствами правовой системы – да, это и контроль за финансовыми расходами или, по крайней мере, их прозрачность, и целевая поддержка институционального бремени, которое возникает у Церкви в ее земного бытия, и её социальных проектов, и т.п. Похоже, даже без изменения Конституции, общество и государство всё равно рано или поздно будут вынуждены пойти на такие меры по отношению к Церкви.) В.Ш.: Роман Николаевич, если всё так – соглашаюсь, – почему же тогда Российское Государство, довольно щепетильно относящееся к регулированию и регламентированию всех и всяких отношений в каждой из сфер жизнедеятельности, за 25 лет новейшей истории имеет лишь один ФЗ «О свободе совести и религиозных объединениях» – можно даже сказать, что категорически отказывается иметь государственную политику в сфере общественно-религиозных отношений. Р.Л.: Любое религиозное законодательство в столь огромной стране как Россия будет рамочным, так как все конфликты отрегулировать сложно, а использовать религиозную идеологию в своих целях хотят почти все. И это совершенно нормально. Регулирование государственно-религиозных отношений происходит на местном уровне – политику создают люди. Без особого преувеличения можно сказать, что в воспитании многих государственных служащих, которые отвечают за отношения с религиозными объединениями, принимала участие РАНХиГС и лично нынешний министр образования О.Ю. Васильева. Однако для нового поколения молодых госслужащих религиозная сфера неинтересна, им непонятно, зачем этим «заниматься», зачем налаживать отношения с разными движениями, разными религиями и конфесссиями? Они затянуты в бесконечные официальные мероприятия с участием одного или двух религиозных деятелей и вопросы о имуществе религиозного назначения, что также является веянием времени… Вместе с тем, в стратегическом плане для стабильного развития гражданского общества и отношений власти и общества этого, как все мы хорошо понимаем, недостаточно. В российской политике есть две тенденции – одна стремится к контролю религиозной жизни (поэтому в «Законе Яровой» было введено регулирование миссионерской активности верующих), другая основана на игнорировании конфликтов, включая и религиозные – любых конфессий и религий (мусульман, протестантов, буддистов, индуистов и т.д.). Эти две тенденции разрывают религиозное поле, создают напряженность внутри и вокруг его. Поэтому конфликты (в какой-то степени неизбежные и естественные) вокруг передачи церковной собственности или, например, хиджабов в школах протекают столь остро. Я не сторонник создания нового «совета по делам религий» и чиновничьей вертикали, я бы предложил скорее создать институт Уполномоченного по соблюдению свободы совести, что было бы хорошим ответом России на вызовы современности и зарубежные доклады о религии. В.Ш.: Роман Николаевич, если позволите – частный, уточняющий вопрос: какой урок и/или вывод из истории нашего Отечества в ХХ в. для Вас может быть главным и какой второстепенный, второго или третьего порядка? Р.Л.: Главный урок для меня, как для историка, это не создавать на основании своих комплексов, обид, амбиций врагов себе и своей стране – никто не имеет права говорить, что такой-то человек враг и он должен уехать из страны. Россия столь великая страна, что она может держаться только на многообразии, где могут молиться православный и пятидесятник, о её будущем рассуждать ахар Прилепин и Артем Троицкий, отец Всеволод Чаплин и отец Андрей Кураев. И без каждого из них страна будет неполноценной! В.Ш.: Дорогой Роман Николаевич, спасибо! Напоследок небольшая просьба, связанная со спецификой недавних Всемирных дней, посвященных религии – по сути, нашего профессионально праздника. Есть 10 вопросов от наших студентов на блиц: Какова природа Вселенной? Р.Л.: Физическая. Есть ли какое-то Высшее Существо? Р.Л.: Безусловно. Каково место человека во Вселенной? Р.Л.: С точки зрения духовной – центральное. С физической – периферийное. Что такое реальность? Р.Л.: То, что мы видим и можем осязать. Что определяет судьбу каждого человека? Р.Л.: Сам человек. Что такое добро и зло? Р.Л.: Это любовь к Богу, к себе и ближнему, и наоборот. Почему наша жизнь такая, какая она есть? Р.Л.: Потому что иного не дано. Каковы идеальные отношения между личностью и государством? Р.Л.: Диалектика сотрудничества и соперничества. Что такое любовь? Р.Л.: Сильное чувство и вдохновение. Что происходит после смерти? Р.Л.: Ничего из того, что мы можем себе представить. В.Ш.: Уважаемый Роман Николаевич, благодарю Вас за этот интересный обмен мнениями и позициями; мы будем рады дальнейшему конструктивному и обогащающему взаимодействию. Р.Л.: Спасибо, и Вам, уважаемый Вильям Владимирович. источник: РАНХиГС Интервью с профессором Екатериной Элбакян: «Критерием стабильности религиозной ситуации в стране выступает как раз социальное «самочувствие» религиозных меньшинств» http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=7463 Критерием стабильности религиозной ситуации в стране выступает как раз социальное «самочувствие» религиозных меньшинств – интервью с профессором Екатериной Элбакян провел профессор кафедры государственно-конфессиональных отношений Вильям Шмидт. Fri, 03 Feb 2017 1:00:00 +0400 Вильям Шмидт: Уважаемая Екатерина Сергеевна, благодарю за эту очередную встречу, теперь уже посвященную Всемирному дню религии и возможности еще раз поговорить о роли религии и религиозном факторе в контексте проблем российского общества. На протяжении прошлых, 2015 и 2016 гг., мы имели возможность не раз встречаться и дискутировать по острым вопросам на разных площадках – и в журнале «Религиоведческие исследования» (2015. № 1), и в гостях у священника Якова Кротова на радио «Свобода» – «Между религией и наукой», как на площадке в РАНХиГС – не так давно вышло наше большое интервью – «Религиоведение в контексте национально-государственной безопасности»; так и у Вас, в АТиСО – на своего рода подведении итогов года – на Межвузовском экспертном круглом столе «Религиозность в контексте этнополитических процессов: социологическое, политологическое, религиоведческое измерение». Особенно приятно, что нет особой потребности представлять Вас – Ваш вклад не только в отечественное религиоведение, но и религиоведение региона и мира в целом, Ваши труды и переводы (в частности, книги Макса Мюллера «Введение в науку о религии», участие в переводах для изданий «Классики мирового религиоведения», «Мистика, религия, наука», «Хрестоматия по религиоведению», Вестминстерский словарь теологических терминов», «Религиоведение: энциклопедический словарь», «Религиоведение: учебный словарь», «Энциклопедия религий», «Религии России: словарь-справочник»), множество монографий, статей, учебников, среди которых и недавно вышедший «Религиоведческая экспертиза», Ваша широко известная, в том числе и далеко за пределами России, экспертная деятельность, – свидетельствуют о Вас куда более, чем любые из наших комплиментарных слов. Слышал, что у Вас практически готов масштабный издательский проект по христианству, а сейчас Вы работаете над очередным большим проектом по протестантизму, но раньше времени не хотели бы это комментировать… Екатерина Элбакян: Спасибо, дорогой Вильям Владимирович, Вы в своем репертуаре – сплошные превозношения и комплиментарность. Взаимно – я тоже рада повидаться и вернуться к обсуждению отраслевых, религиоведческих проблем вот уже и в новом, в 2017-м году. В.Ш.: Что ж – тогда начнем. Говорят, год 100-летия Социалистической революции будет не простым – утвержден грандиозный план празднования, даже Русская Православная Церковь темой «Рождественских чтений» избрала «Уроки столетия». Что Вы понимаете под обществом и тем, что приводит к его нестабильности? Е.Э.: Общество — это целостная система, включая и социальную организацию страны, обладающая пространственными и временными границами, где осуществляется совместное проживание людей. Традиционно к признакам общества относят такие как: «своя» территория, длительность существования – история, культура и язык, наличие названия и системы управления, кровно-родственные отношения, эволюционирующие в патриархальные, этнические, национальные. В этом смысле, рассуждая о российском обществе, вполне можно использовать данную дефиницию и обнаружить подобные признаки. Если говорить в политическом аспекте, то, согласно Конституции РФ, Российское государство как политическая система российского общества является демократическим. С юридической точки зрения – правовым. Иногда я задаю вопрос студентам, к какому типу общества относится современная Россия с социологической и экономической точек зрения – аграрному (традиционному), индустриальному или постиндустриальному? Однозначного ответа никогда не получаю, да и я сама точно ответить на этот вопрос не могу. Собственно, я не вижу особой специфики в нашем обществе как таковом. Да, есть государство и его внутренняя политика, под которую общество вынужденно (или сознательно) подстраивается, но, между тем, общие характеристики остаются теми же, хотя их содержательное наполнение, меняется. Пожалуй, наверное, в этом и заключается заметное отличие российского общества от обществ западных – западных демократий. Как отмечал кто-то из европейских историков, на помню его имени, если во всем мире непредсказуемо будущее, то в России непредсказуемо прошлое. Видимо, он имел в виду конъюнктурность оценок, например, собственной истории. В.Ш.: Да, есть такой момент в нашей культуре – мы систематически политизируем и идеологизируем всё и вся… Но, если позволите – частный, уточняющий вопрос: какой урок и/или вывод из истории нашего Отечества в ХХ в. для Вас может быть главным(м) и какой второстепенный, второго или третьего порядка? Е.Э.: На мой взгляд, главным выводом из истории Отечества ХХ века должно быть то, что не стоит повторять пройденное – экспериментировать с формами прошлого опыта, тем более, если это привело к столь печальным социально-политическим последствиям, которыми был насыщен ХХ век. Например, чтобы не отталкивать народ от религии не надо ее активно насаждать. Кажется, опыт преподавания Закона Божьего в дореволюционных гимназиях должен был чему-то научить… Церкви, чтобы быть действительно уважаемой и любимой народом, не нужно прямо или косвенно участвовать в политике. Вспомним, что поддержка ненавистного в народе самодержавия во многом определила и отношение к Церкви в первые послереволюционные годы; и так далее. Хорошо бы еще вспомнить печальный опыт сталинских репрессий – за инакомыслие – с тем, чтобы подобных позорных страниц никогда больше не было в российской истории. Общество, построенное на принципах гуманистической этики, всегда антропоцентрично, что вовсе не говорит, кстати, о его безрелигиозности: каждый человек в нем ценен или, если хотите, равноценен другому человеку, независимо от его мировоззренческого выбора; да и если посмотреть на него с христианской точки зрения, то являет собой «образ и подобие Бога». В.Ш.: Уважаемая Екатерина Сергеевна, прежде чем пытаться определиться с характеристиками (качествами) среды бытования, включая и средства (институциональные и политико-правовые), какими мы в этой среде оперируем, на какие противоречия Вы бы обратили внимание, поскольку собственно они и являются двигателем основных трансформаций в обществе – его сознании и на институциональном уровне – в его структурах. Как Вы полагаете, расширяющиеся в последнее время практики последовательной принудительной политизации/радикализации и криминализации религиозной сферы, не являются ли свидетельством иного, более сложного процесса – подготовки условий трансформации конституционно-правового строя России? Е.Э.: К сожалению, такое вполне может произойти. Подавление инаковости, возведенное в ранг государственной политики, может продолжаться лишь весьма ограниченный отрезок времени. Рано или поздно такой политике приходит конец, и зачастую весьма печальный. Исторический опыт этому наглядно учит. Да, на территории России в 90-е годы ХХ века был зарегистрирован ряд новых религиозных организаций (причем не все из них относятся с типологической точки зрения к Новым религиозным движениям – НРД), которые на протяжении более, чем 20 лет успешно функционировали, в совокупности в числе последователей имея менее 1% населения страны и никакой угрозы для общества не представляя, даже при самых пессимистических прогнозах. Собственно, отрезок в 20 лет об этом красноречиво свидетельствует, позволяя каждому думающему человеку сделать вывод о том, в ком или в чем кроется реальная угроза и вред для общества. Однако, в силу каких-то, на мой взгляд, плохо отрефлексированных интенций, большинство этих так называемых «религиозных меньшинств» было постепенно переведено в статус «врага», несмотря на то, что ничего в их деятельности не изменилось с момента государственной регистрации – они остались такими, какими были и 20 лет тому назад. Следовательно, изменилось их восприятие государством, а возможно и само государство, хотя его Конституция остается прежней. (Где тут несоответствия – думаю, каждый может заметить и сделать выводы самостоятельно.) Я уже не говорю о том, что выстраивание подобного отношения в обществе к «неисторическим» религиям – весьма характерный показатель повышенной конфликтогенности религиозной ситуации в стране в целом, да и в стратегическом плане – это крайне недальновидная политика. На мой взгляд, критерием стабильности религиозной ситуации выступает как раз социальное «самочувствие» религиозных меньшинств – если они чувствуют себя спокойно, значит ситуация стабильна. Я думаю, расшифровывать этот тезис нет особого смысла: ясное дело, что крупные исторические религии чувствуют себя комфортно независимо от «самоощущения» религиозных меньшинств. В этом посыле нет абсолютно ничего личного, ибо он отображает социологическую закономерность, которая, кстати, в равной степени распространяется не только на религиозный сегмент общества. В.Ш.: И все же – просил бы детализировать Вашу позицию, поскольку не все являются специалистами-экспертами. Е.Э.: Хорошо – объясню подробнее свой взгляд на данную проблему. Дело в том, что принадлежность к религиозным меньшинствам не дает абсолютно никаких социальных «бонусов», скорее – наоборот – порождает ряд проблем и у самих организаций, и у их последователей. В эти организации приходят, как правило, люди отнюдь не за социальными благами, а сугубо по причине искренней и сознательной веры. Это, как правило, неофиты, общие характеристики которых понятны, думаю, всем – люди только осваивающие религиозные практики и погружающиеся в религиозную традицию и ее повседневность, и верующие первого поколения. Так вот, если государство преследует или закрывает их религиозные организации, то это совершенно не гарантирует тому же государству, что члены этих организаций перестанут быть последователями того религиозного направления, которое имеет данную (закрытую или преследуемую) институциональную форму (чаще бывает совсем наоборот). Следовательно, с «прозрачного уровня», который легко поддается государственному и общественному контролю, все эти верующие переместятся на уровень далеко «не прозрачный», невольно образовав «религиозное подполье», которое, в свою очередь, всегда будет оставаться взрывоопасным фактором, подобно «ленинскому подполью» в Российской Империи, которое однажды привело к «неожиданному» и катастрофическому взрыву. Это, так сказать, взгляд со стороны государственной «выгоды». Если же ситуацию рассмотреть с точки зрения «преференций» религиозных организаций исторических религий, например, РПЦ, то опять же в стратегическом плане очевидно, что для них не в меньшей степени чем для НРД или религиозных меньшинств (как я уже говорила, далеко не все из которых являются НРД), важно, чтобы в стране была религиозная свобода для всех. Диспозиция здесь проста: если будет религиозная свобода, то она будет для всех, а если ее не будет, то не будет ни для кого, и в первую очередь ее лишится РПЦ, которая окажется в полной зависимости от государства – его политических и институциональных форм, включая контекстуальную ситуативность. О том, что подобные «игры» весьма опасны, думаю, знает любой знакомый с Отечественной историей человек. Какое название имеет та или иная религиозная организация в случае антирелигиозной политики государства, как известно, принципиального значения не имеет: в сталинских лагерях сидели и православные – священники, и мусульмане – муллы, и буддисты – ламы, и свидетели Иеговы и многие-многие другие верующие советские граждане. Поэтому и возникает сомнение в том, кто действительно хочет стабильной религиозной ситуации в России, а кто расшатывает ее настолько, чтобы мало никому не показалось. Вывод, я полагаю, очевиден. В.Ш.: Екатерина Сергеевна, простите, в контексте означенных проблем хотел бы уточнить один момент: что Вы думаете о так называемом «бездействии» Межрелигиозного Совета России, в состав которого, как известно, не входят НРД, – можно ли полагать, что представители традиционных религий не видят за этой столь вульгарной правоприменительной избирательностью угрозы в ограничении хозяйственных свобод и статуса своих религиозных объединений, ведь недалек тот час, когда Верховные или Конституционный Суды дадут рекомендации по итогам обобщения судебной практики? Е.Э.: Я уже неоднократно говорила – «лиха беда начало». Конечно, у нас в стране не прецедентная, а нормативная система права, однако в сущностном смысле сам по себе «прецедент» никто не отменял. Хорошо, пусть сегодня Суд признает, например, что Саентологическая церковь Москвы не осуществляет религиозной деятельности и, следовательно, не является религиозной организацией. Я уже не говорю о той странной метаморфозе – религиозная организация с нерелигиозной (социально значимой, ориентированной) деятельностью обретает статус религиозной группы… Тут ясен круг вопросов, возникающих у специалистов: например, о том – это все же религиозное или нерелигиозное объединение? Ведь отличие группы от организации никак с религиозной принадлежностью не связано, а лишь с правами и обязанности юридического лица, никакого отношения к религиозности и религии не имеющих. Не говорю я и о том, что если саентология – религия, то довольно странным выглядит нерелигиозность ее деятельности и ее институциональных форм – организации. При этом сразу оговорюсь: на место саентологии, в принципе, может быть поставлена любая другая религия, наименование которой в данном случае методологической роли не играет. Кстати, как мы помним, социальные концепции сегодня разработаны у большинства религиозных организаций, функционирующих в России, и содержат весьма подробные описания их социальной деятельности. И это, как известно, ни в коей мере не отменяет религиозного характера этих организаций. Что касается хозяйственной деятельности, то и она, как известно, была даже у Кумранской общины… Естественно, что находясь в земных реалиях, любая религиозная организация должна иметь вполне земные средства для своего существования, которые, в силу законодательного отделения религиозных объединений от государства и невозможности в этой связи государству субсидировать религиозные объединения из средств налогоплательщиков, имеет иные способы получения необходимых финансовых средств: оплата каких-то элементов культовой практики, тарелочные (кружечные) сборы, уплата церковной десятины, доходы от продажи предметов культового назначения. Это общеизвестная и вполне нормальная мировая и российская практика. Но снова возникает вопрос: почему для одних религий это нормально (с чем я полностью согласна), а для других является свидетельством их «нерелигиозности»? Здесь вполне уместен вопрос об избирательности правоприменительной практики. В этой связи вспомнилось широко известное высказывание Дитриха Бонхёффера: когда пришли за евреями, кто-то промолчал потому, что он – не еврей, когда пришли за коммунистами, тот же человек промолчал, потому что – он не коммунист, когда пришли за ним, то заступится за него уже было некому… Кажется, этот печальный урок ХХ в. должен был быть усвоен на «генетическом» уровне. В.Ш.: Уважаемая Екатерина Сергеевна, полностью с Вами согласен: что-то у нас не сработало – пошло не так… Если позволите, хотел бы задать не менее деликатный вопрос – поговорить о проблеме базовой дефиниции, о том что есть «Религия». Е.Э.: Вопрос, конечно, непростой, о чем, собственно, свидетельствует существование огромного числа – свыше тысячи – дефиниций религий, в большинстве из которых имеется свое рациональное зерно. Не претендуя на окончательное определение религии (это, вероятно, и вообще невозможно, поскольку религия является предельно широким понятием, не поддающимся окончательному определению через род и видовое отличие), в данном случае, думаю, важно выделение того специфичного, что отличает религию от не-религии. В этой части проблемы я являюсь сторонником дюркгеймовского подхода и полагаю, что таким специфическим является наличие представлений о неком сверхъестественном (инобытийном) существе, сущности(ях), явлении(ях), актах. И, что существенно, – веры в их реальность. Если налицо два этих связанных воедино признака, то мы можем говорить о религии. Если же только первая часть, то можем говорить, например, об искусстве, когда Художником (в широком смысле слова) создается некая «инобытийность», однако ни он сам, ни так сказать «потребители» его творчества не верят в ее реальное существование, понимая, что эта сотворенная Художником реальность – вымысел автора. Безусловно, такое «удвоение мира» свойственно не только религии, но вера в реальность «другого (иного) мира», конечно, характерна только для религиозного сознания. Если же рассуждать об институциональных формах религии – её бытии в социуме, то вполне достаточно, на мой взгляд, при оценке тех или иных социальных организаций использовать религиозный комплекс, включающий (в самом простом виде) такие элементы, как религиозное сознание, религиозная деятельность, религиозные отношения и религиозная организация. Если все эти четыре элемента присутствуют в признаках организации, то её вполне можно относить к религиозному типу. Наконец, самоощущение членов организации, ее самоназвание, на мой взгляд, также важны (хотя и несравненно менее значимы для исследователя) в понимании того, что лежит в основе функционирования той или иной организации. Например, люди приходят в некую организацию – с какой целью? Ответив на данный вопрос, полагаю, во многом можно определить, хотя бы в самом простом виде, характер данной организации. В.Ш.: Сегодня, в условиях повышения ценности экспертного знания, как Вы полагаете, не сыграет ли с нами в очередной раз злую шутку пресловутый человеческий фактор, когда в условиях крайне высокой политизации, какую мы наблюдаем в религиозной и этнополитической сферах, теологи начнут рядиться в религиоведов, а религиоведы в теологов – для многих ведь грань между этими отраслями науки не очевидна, а многие ее настойчиво стали игнорировать? Е.Э.: Да, конечно, такая опасность существует. На мой взгляд, говорить здесь о тех, для кого не очевидна грань между теологией и религиоведением как о членах академического религиоведческого сообщества вообще нет смысла, ибо эти люди явно к нему не принадлежат. Также и в отношении начавшейся дискуссии по поводу «теологической» экспертизы – кроме узко конфессионального взгляда я никакого смысла в понятии не вижу. Полагаю, что ее предмет – это внутриконфессиональность позиций и «разборки» с иноверием по каким-то отдельным вопросам вероучения или культовой практики (опять же – исключительно в рамках какого-то отдельного религиозного направления). Печально, когда (или если) это доходит (будет доходить) до судов; и, думаю, подобные проблемы должны решаться во внутрирелигиозных, конфессиональных судах, если таковые имеются, или просто в рамках каких-то иных организационных структур той или иной религии, разрабатывающих и отвечающих за доктринально-вероучительную «чистоту», внутриконфессиональные позиции. Что касается человеческого фактора, да – увы, он играет свою роль. На мой взгляд, эксперт должен стремиться быть объективным. Насколько это ему удается – второй существенный вопрос. А главный, первый – это вопрос критериальных оценок объективности, поскольку проблему интерпретации в гуманитарном знании пока еще никто не отменял. На мой взгляд, эксперт, уж точно, не должен руководствоваться личными симпатиями/антипатиями, преференциями/упущенными выгодами и, конечно, не должен отрабатывать «заказ» (причем неважно, чей именно). Слово «заказ», безусловно, весьма многозначно, поэтому поясню, что в данном случае не имеется в виду заказ в смысле назначения судом, адвокатом, следователем, прокуратурой, в конце концов – самой религиозной организацией какого-то исследования или экспертизы. Я имею в виду «заказ» как некое распоряжение и/или, в мягком варианте, просьбу, обращенную «заказчиком» к эксперту прийти в результате своего исследования (экспертизы) к определенным, нужным для «заказчика» выводам – по существу, сфальсифицировать объективные данные. Ясно, что в подобной ситуации ни о какой научной достоверности и объективности речи уже не идет – ее просто быть не может. В том же случае, если эксперт избегает подобной «ангажированности», он вполне может приблизиться к тому, что именуется объективностью. В.Ш.: Спасибо! Дорогая Екатерина Сергеевна, в завершение этого нашего разговора, Вы не могли бы обозреть год ушедший с учетом исторической значимости и потенциала – какие из его событий Вы определите как значимые и какие тенденции/противоречия было бы хорошо, если бы получили развитие и состоялись? Е.Э.: В качестве основного противоречия минувшего года в религиозной сфере я бы назвала противоречие между Конституцией РФ и «пакетом Яровой». Общие тенденции в религиозной политике РФ на сегодня очевидны – они идут по пути ужесточения и, так сказать, «снижения» религиозного многообразия в стране. Сегодня очевидно, что исторические религии (перечисленные в преамбуле к Закону о свободе совести, которому, кстати, в 2017 г. исполняется 20 лет) и религиозные меньшинства находятся в неравной ситуации, причем в большинстве ее аспектов – как «экзистенциальных», от сегодняшней политики государства не зависящих (длительность существования, количество последователей, включенность в социокультурный контекст, отношение СМИ и формируемого общественного мнения и т.д.), так и «ситуативных», напрямую с государственной политикой связанных, – отношение конкретных государственных структур к конкретным религиозным организациям «здесь и сейчас». Новостью лично для меня было объявление ряда моих уважаемых коллег и меня самой «защитниками» новых религиозных движений, что неверно по сути и фактологически. (Полагаю, сами «изобретатели», провозгласившие данный тезис, хорошо это понимают.) Имею в виду вытеснение религиоведческого подхода конфессиональным внутри религиоведческого сообщества, хотя очевидно, что наука не может быть «служанкой» политики или идеологии. Ситуации, при которых подобное происходит, наносят науке непоправимый вред (вспомним историю с «разгромом» генетики в угоду как раз политике и идеологии, что вряд ли можно назвать «научным подходом» или «научной дискуссией» – имею в виду между сторонниками и противниками генетики как науки). Я против потворствования таким линиям поведения – по сути, нанесению вредительства в профессиональной среде и сфере, тем более, когда для этого используются любые, в том числе и самые нечистоплотные средства. Наверное, в угоду личным амбициям можно и с привлечением силовых структур, и нечистоплотных журналистов создать на месте религиоведения «выжженную землю», но только «жить» на ней придется всем тем, кто ее выжигает. Ситуации и условия, когда учишься и работаешь по учебникам, хрестоматиям, монографиям, переводам, энциклопедиям, словарям, справочникам, созданным теми, в отношении которых ныне организуешь «нападки» с использованием отнюдь не академического дискурса, представляется мне далекой от этических норм, не говоря уже об эталонах, деятельности научного (профессионального) сообщества. Эту норму я еще раз подтвердила по результатам событий прошедшего года. Более того, перспектива формирования такого «этоса» в религиоведении в целом, безусловно, не может радовать. В.Ш.: И последнее, уважаемая Екатерина Сергеевна – наш студенческий блиц, разработанный по случаю Дня Философа, но продлившийся и до Всемирного дня религии — 10 вопросов: Какова природа Вселенной? Е.Э.: Вопрос, конечно, интересный, но ответ на него, думаю, не знает никто. Для религиозного человека, по крайней мере, представителя теистических религий, Вселенная имеет Божественную природу, для философов-материалистов и естествоиспытателей – материальную и т.д. Я помню свое давнее ощущение, возникшее как-то летней южной ночью, когда я вглядывалась в бескрайнее черное, звездное небо, – меня пронзил ужас от какого-то непостижимого ощущения бесконечности Вселенной. Не могу сказать, что с этим «ужасом» я живу много лет, но, тем не менее, ощущение неразгаданности осталось со мной, наверное, навсегда. Порой я по-доброму «завидую» тем, кому все «ясно» и для кого все несомненно. В.Ш.: Екатерина Сергеевна, этим своим воспоминанием Вы напомнили один случай – разговор с 3-летним мальчиком под ночным небом в Болгарии, по итогам которого состоялось «Слово к Человеку и Миру…», и рассказ, который я счел полезным опубликовать. Есть ли какое-то Высшее Существо? Е.Э.: Хотелось бы верить. Каково место человека во Вселенной? Е.Э.: Для Вселенной никакое. Для конкретной планеты / мира – центральное. Что такое реальность? Е.Э.: Отраженная в сознании человека действительность. Кажется, еще гностики говорили, что все видят одно и то же, но воспринимают это по-разному. К этому я могу добавить, что еще и интерпретируют тоже по-разному. В этом смысле человек сам создает свою «реальность» и живет в ней, причем не всегда соприкасаясь с действительностью. Что определяет судьбу каждого человека? Е.Э.: В принципе – он сам; но в последние годы я стала «умеренным» фаталистом, а потому полагаю, что и нечто «свыше» Что такое добро и зло? Е.Э.: На мой взгляд, добро – это некая норма, а зло – отклонение от нее. Потому зло несубстанционально в отличие, например, от справедливости / несправедливости, которые весьма относительные понятия. Почему наша жизнь такая, какая она есть? Е.Э.: Ну мы во многом сами ее такой делаем: то стремимся изменить невозможное, то, напротив, – не реализуем возможное. А бывает и наоборот – тогда все складывается вполне достойно. Каковы идеальные отношения между личностью и государством? Е.Э.: Основанные на взаимном уважении и невмешательстве, если, конечно, не происходит нарушение закона со стороны личности, как, впрочем, и государства. Что такое любовь? Е.Э.: Это ощущение другого как себя самого и невозможность представить без него собственного существования. Что происходит после смерти? Е.Э.: Хочется верить, что что-то происходит… источник: РАНХиГС Александр Верховский: «Нас неизбежно ждут новые репрессивные законопроекты» http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=7400 Итоги и наиболее важные события 2016 года. Наш Центр «Сова» занимается такими взаимосвязанными темами, как национализм и радикальные проявления этнорелигиозной нетерпимости; свобода совести; все, что относится в России к экстремизму, и, соответственно, антиэкстремистская (в кавычках или без) деятельность государства. Mon, 09 Jan 2017 3:00:00 +0400 Александр Верховский, руководитель Информационно-аналитического центра «СОВА» Итоги и наиболее важные события 2016 года Наш Центр «Сова» занимается такими взаимосвязанными темами, как национализм и радикальные проявления этнорелигиозной нетерпимости; свобода совести; все, что относится в России к экстремизму, и, соответственно, антиэкстремистская (в кавычках или без) деятельность государства. О злоупотреблениях антиэкстремистским законодательством теперь все знают. Но надо подчеркнуть, что важны не только случаи явного злоупотребления, сравнительно редкие, на самом деле, но и невероятная массовость уголовного преследования за действительно весьма интолерантные высказывания. Такая криминализация действительно серьезной общественной проблемы – тоже совсем не лучшая новость, хотя она уже и не совсем новость, так как масштаб этой криминализации рос и раньше и главный скачок случился уже в 2015 году. Эти меры можно бы как-то понять, если бы в стране нарастала активность ультранационалистических, радикально исламистских или других реально опасных движений. Но радикальный национализм находится в прогрессирующем упадке, а действительно милитантные исламисты чаще предпочитают уехать в Сирию, чем организовываться и воевать в России. Самым громким событием этого года, конечно, стал «пакет Яровой». Наиболее он известен слегка безумными и вряд ли реализуемыми поправками в части контроля над интернетом. Стал ли от этого интернет уже менее свободным? Трудно сказать, на самом деле. Такое впечатление, что пространство свободы сужается не столько законами, сколько разного рода методами запугивания, лишь часть которых прямо основана на законе. Законы же понимаются, скорее как «сигналы». Что не означает, что они вообще неважны. Например, пока ни к кому не применили новую статью УК о недонесении о террористических преступлениях, но был уже случай, когда ее применением запугивали журналистов в ситуации, когда речь о реальном терроризме и не шла. И конечно, очень показательно, как в рамках «антеррористического» пакета удалось протащить поправки против миссионеров, подобные которым полтора десятилетия не удавалось даже довести до голосования. Не менее показательно то, что случилось потом. Привлекали по «антимиссионерским поправкам» вовсе не салафитских проповедников, ради которых, как можно предположить, сами эти поправки и оказались в пакете, а кришнаитов и протестантов. Но после достаточно заметных протестов и активной работы юристов МВД пошло в этом – не самом политически важном, конечно, - вопросе на попятный, и волна нелепых административных дел спала. Ожидания, прогнозы на 2017 год Последний пример должен, по идее, внушать оптимизм, ожидаемый в новогодних высказываниях. И действительно, организованное сопротивление не бесполезно. Но все зависит от соотношения, нет, не сил, тут все ясно, а прилагаемых усилий. Там, где властям действительно надо наращивать давление, у гражданского общества нет сил остановить это наращивание, разве что – замедлить. Что, впрочем, тоже имеет смысл. Самому мне кажется, что политический режим не нуждается в дальнейшем наращивании давления для поддержания своей безопасности. И тем более не нужны новые ограничения для противодействия реальным угрозам – терроризму, какой-то партизанской деятельности, преступлениям по мотиву расовой и прочей ненависти. Но сам политический режим сейчас так устроен, что наращивание давления воспринимается не как динамика, а как поддержание существующего положения дел, иными словами, как стабильность понимается не сохранение уровня давления, а отсутствия ускорения в его наращивании. Это значит, что в новом году нас с неизбежностью ждут новые репрессивные или просто бессмысленно жесткие (как увеличение максимальных сроков заключения по тяжким статьям УК) законопроекты. Хотелось бы хотя бы обойтись без масштабных «пакетов». Читателям «Полит.ру» – рекомендации, что почитать-посмотреть на новогодних каникулах Я бы рад что-то такое посоветовать. Но для этого надо сперва самому встряхнуться и найти время поискать что-то интересное вне того рабочего поля, о котором я только что писал. Пожелания читателям «Полит.ру» Take care, как говорится. И – не попасть в наш мониторинг. источник: Полит.ру Новая газета: Миссия запрещена http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=7183 Член СПЧ Владимир Ряховский, вместе с российскими адвокатами и юристами, разработал методические рекомендации для религиозных организаций и верующих в связи с принятым «законом Яровой» Mon, 22 Aug 2016 19:00:00 +0400 «Пакет Яровой», против которого на сайте «Российская общественная инициатива» оставили свои подписи более 100 тысяч человек, — это не только уголовная ответственность за призывы и оправдания экстремизма в соцсетях, пособничество терроризму, недоносительство, снижение возраста уголовной ответственности до 14 лет. И это не только проверка «Почтой России» посылок и бандеролей на предмет наличия оружия и наркотиков и обязательное хранение данных телефонных разговоров и смс-сообщений в течение полугода. Но это еще и борьба с проникновением в Россию религиозных проповедников экстремистских течений, которые, по мнению авторов закона, создают угрозу национальной безопасности. — Владимир Васильевич, почему возникла необходимость в разъяснениях? — Потому что так называемый «пакет Яровой» в части, касающейся миссионерской деятельности, стал полной неожиданностью для религиозных организаций и вызвал среди них такой большой резонанс и всевозможные опасения, в том числе даже те, которые не имеют под собой законных оснований. В мае, когда законопроект Яровой и Озерова был внесен на рассмотрение, он вообще не касался миссионерской деятельности. Однако уже на второе и одновременно третье чтение в него были внесены поправки, в том числе касающиеся миссионерской деятельности. При этом никаких консультаций по поводу принятия закона, существенно ограничивающего деятельность религиозных организаций, проведено не было. Эти поправки не проходили обсуждения в профильном комитете по делам общественных и религиозных объединений. И самое интересное, что проект даже не был опубликован в информационной базе Госдумы. В последний день работы Госдумы, когда депутаты принимали порядка 160 законов, им просто раздали в бумажном виде поправки в закон о свободе совести, которые и вошли в «пакет Яровой». Это было нарушением прав религиозных организаций, которым законом о свободе совести (статья 8-я, пункт 10-й) гарантируется участие в обсуждении в органах государственной власти базовых вопросов, касающихся взаимодействия религиозных организаций и общества. В последнее время такой способ законотворчества, когда в закон на втором и третьем чтениях вносятся поправки, которые существенно меняют саму структуру закона, стал уже нормой в Госдуме. — А зачем понадобилось включать в «закон Яровой» пункты о миссионерской деятельности? Да еще с такой поспешностью? — Хочется обратить внимание на название этого закона: «Внесение изменений в закон о противодействии терроризму и иные законодательные акты Российской Федерации в части установлений дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности». Ни у кого из разумных людей не возникнет возражений против того, что необходимы дополнительные меры по противодействиютерроризму. По экстремизму — тоже, да. Существует ли религиозный экстремизм? Существует. Необходимо ли принимать дополнительные меры? Да, необходимо. Если бы ограничения в миссионерской деятельности касались только экстремистских организаций, то это было бы понятно и обоснованно, но это касается всех, в том числе и самых законопослушных религиозных организаций. Хотя представители Русской православной церкви говорили, что это, мол, направлено против сектантов и никого другого не коснется. Послушайте, закон имеет формальный характер. И если говорится о религиозных организациях и объединениях, то это касается абсолютно всех, в том числе и РПЦ. — В ваших методических рекомендациях говорится о том, что предложенная законодателем формулировка миссионерской деятельности предполагает совокупность пяти элементов, в отсутствии которых религиозная деятельность не может считаться миссионерской. Юристы уже назвали эти пункты «линейкой Ряховского». Расскажите подробнее. — Понятия «миссионерская деятельность» в законе 1997 года «О свободе совести и религиозных объединениях» не было. Впервые оно появилось в «пакете Яровой». В Конституции (статья 28) каждому гарантируется право на свободу совести, свободу вероисповедания, включая, в том числе, право распространять религиозные и иные убеждения. То есть было понятие «право распространять религиозные убеждения». Оно согласуется, в том числе, и с международными правовыми актами. А сейчас из этого понятия выделено понятие «миссионерская деятельность». Из чего мы исходили, готовя свои рекомендации? Да, мы выступали против этого закона. После того, как Дума его приняла, мы давали заключение, направляли его Матвиенко в Совет Федерации, обращались к Путину, в том числе и от СПЧ, с просьбой не подписывать этот закон, в частности, по положениям, касающимся миссионерской деятельности. Закон написан людьми, которые абсолютно не имеют никакого представления о природе религиозной деятельности. Но он принят, вступил в силу. То есть сегодня он существует, и прежде всего, существует буква этого закона. Закон ввел понятие миссионерской деятельности. Это не совсем то, что понимают под миссионерством, допустим, христиане или иудеи, мусульмане. Если следовать заповеди Христа: «Идите и научите все народы», — то обязанность каждого христианина — идти и научить, идти и говорить. Но поскольку мы сегодня имеем букву закона, то давайте исходить из этого. Давайте, не поступаясь своими религиозными принципами, научимся жить в условиях этого закона. Как он определяет миссионерскую деятельностью? Прежде всего — «это деятельность религиозного объединения, которая осуществляется или непосредственно самим этим религиозным объединением, или уполномоченными лицами». Эта деятельность, направленная на распространение вероучения конкретной религиозной организации. Это деятельность, которая ведется среди лиц, которые не принадлежат к этой организации или с целью вовлечения этих лиц в деятельность этой религиозной организации, и эта деятельность осуществляемая публично. Вот признаки «миссионерской деятельности» — по закону. То есть, если я где-то, с кем-то и пусть даже в жилом помещении кому-то рассказываю о своей вере, о своей церкви, но я не уполномочен религиозной организацией, — это не является миссионерской деятельностью. — Но полицейскому, который придет в квартиру (по вызову, например, соседей), верующие вряд ли смогут объяснить «линейку Ряховского». В итоге дело закончится в лучшем случае административным штрафом. — Думаю, что полицейский не только не захочет, но, наверное, и не сможет до конца понять. Поэтому мы исходим из того, что будут злоупотребления. Но чтобы защищать свои права, их прежде всего необходимо знать. У нас не допускается — по «закону Яровой» — миссионерская деятельность только в жилых помещениях, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 16 закона о свободе совести, где говорится, что в жилых помещениях беспрепятственно осуществляются богослужения, обряды и церемонии. А что такое беспрепятственно? То есть не требуется никакого согласования, разрешения и прочего. — Ну я все-таки не понимаю, что можно, что нельзя в жилом помещении? Фактически по одному закону можно, а по «закону Яровой» — нельзя. — Вот так закон написан. Не допускается — общее правило. Но, если речь идет не о миссионерской деятельности, а о богослужениях, обрядах и церемониях, то беспрепятственно. Но я согласен, что прочитываться этот закон разными людьми может по-разному. Поэтому неизвестно, как это будет понимать полицейский… — В своей брошюре вы пишете, что теперь даже дарение книги может рассматриваться как миссионерская деятельность. — Может быть миссионерской, а может и не быть. Допустим, если я просто как частное лицо вышел в общественное место и говорю людям о своей вере и предлагаю какую-то брошюру, то это будет миссионерской деятельностью? Нет, не будет. Но если лицо, которое уполномочено церковью, от имени церкви говорит о вероучении среди других лиц с целью вовлечения их в деятельность своей религиозной организации, и при этом дарит книги, буклеты, то это будет миссионерской деятельностью. (Первым пострадавшим от «закона Яровой» в конце июля стал кришнаит из Карачаево-Черкессии Вадим Сиберев. В полицию на него пожаловался житель Черкесска Рашид Зитляужев, которому не понравилось, что Сиберев подарил ему и еще одному прохожему по книге и рассказал о своей вере. Заявление от Зитляужева принял местный центр по борьбе с экстремизмом, который определил, что Сиберев занимался миссионерской деятельностью. Было открыто административное дело. Однако мировой суд Черкесска прекратил разбирательство в отношении Сиберева, не усмотрев в его действиях признаков миссионерства. — Е.М.) — Еще один момент, на который вы тоже обращаете внимание: «Вовлечение в состав участников, членов, последователей религиозного объединения». Это новое понятие для российского законодательства — «последователи». Как их определить? — В законе об общественных организациях и в законе о свободе совести есть понятие «членство» и есть понятие «участники». А кто такой последователь, — закон не раскрывает. Как я это понимаю. Членство или участие — это как-то оформляется, а последователь — это, видимо, просто лицо, придерживающееся каких-то взглядов. Но это опять-таки не юридическая терминология. К сожалению, в последнее время нашему законодателю присуще использование формулировок, которые не имеют под собой юридической определенности. — В своих рекомендациях вы даете совет: «Добровольно не оказывать «помощь» в установлении наличия правонарушения, всегда оспаривать действия проверяющих, помнить, что их права не обязательно порождают ваши обязанности». То есть вы призываете не сотрудничать с органами? — Почему мы даем совет автоматически не подписывать протокол, в котором вас обвиняют в нарушении этого закона? Потому что по судебной практике, если лицо, которое привлекается к административной ответственности, подписало протокол, что оно признает совершение данного правонарушения, то чаще всего это оборачивается против него — просто потому, что в момент составления протокола вы признали свое правонарушение. — Даже если потом человек откажется от первоначальных показаний? — Ну, конечно. Тем более, что закон противоречивый, неоднозначный. Такого закона вообще не должно быть. Фото: Виктория Одиссонова, специально для «Новой газеты» источник: Новая газета "Законотворчество идет быстро и некачественно". Интервью с главой СПЧ об ошибках депутатов и "иностранных агентах" http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=6933 Председатель Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов, находясь на этой неделе с выездным заседанием СПЧ в Свердловской области, встретился с корреспондентом интернет-СМИ Znak.com и рассказал о том, что происходит в российских тюрьмах и как российский парламент принимает опасные некачественные законы. Wed, 20 Apr 2016 12:00:00 +0400 Председатель Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Михаил Федотов, находясь на этой неделе с выездным заседанием СПЧ в Свердловской области, встретился с корреспондентом интернет-СМИ Znak.com и рассказал о том, что происходит в российских тюрьмах и как российский парламент принимает опасные некачественные законы. — Тогда в чем специфика Свердловской области? — В том, что Екатеринбург – столица целого федерального округа, уральского. Тут мы осваиваем новую форму работы: перед выездным заседанием у нас проходила неделя общественного контроля. Члены СПЧ побывали в разных районах, изучали проблемы, встречались с гражданами. Впервые такую модель мы использовали в Забайкальском крае, где после этого было возбуждено полтора десятка уголовных дел и отправлен в отставку губернатор. Я надеюсь, здесь губернатора после нашего заседания никто отправлять в отставку не будет, но уголовные дела уже возбуждены. — Какие? — В частности, по поводу издевательств над детьми в спецПТУ в Рефтинском. Там члены нашего Совета с помощью волонтеров выявили случаи преступлений в отношении несовершеннолетних. Следственный комитет России уже возбудил уголовное дело. С нами приехали представители разных министерств и ведомств (Минздрава, Минтруда, Минобрнауки), которые нужны, чтобы правильно оценить ситуацию в разных сферах. Апогей этой большой работы случится в среду, когда пройдет расширенное заседание СПЧ. Но на этом работа не закончится: будут сформулированы рекомендации, которые направятся президенту, в соответствующие ведомства, в правительство, главе региона. И мы попросим нас информировать, как учитываются наши рекомендации. Это длительный процесс. В результате в регионе должно стать лучше, а позитивный опыт можно взять и распространять в других местах. В СИЗО стали сажать меньше — Какие проблемные зоны вы видите в Свердловской области? Например, в последнее время в медиа много обсуждаются проблемы содержания заключенных. — С этой проблемой мы сталкиваемся во многих местах. У нас есть постоянная комиссия по содействию развитию ОНК и реформе пенитенциарной системы. Ее возглавляет известный правозащитник Андрей Бабушкин. Он, наверное, больше известен в колониях и СИЗО, чем на воле. Он великолепно разбирается в этой проблематике, очень хорошо знает данную сферу. С 2012 года мы начали постоянно посещать колонии и СИЗО. Раньше такой практики не было, а сейчас она сложилась, стала нормой. — Реформа пенитенциарной системы движется? Как сделать ее более интенсивной? Эта система кажется чудовищной опухолью на теле государства. В российских тюрьмах творится страшное. — Это сложная задача, в одночасье ее не решишь. Определенные подвижки есть. Мы регулярно бываем в колониях и СИЗО. Есть колонии, где заключенные отбывают наказание, но не подвергаются издевательствам. Они живут в тех условиях, которые предписаны законом, и ничего, выходящего за пределы закона, к ним не применяется. Им обеспечены безопасность, охрана здоровья – те права, которые записаны в уголовно-исполнительном кодексе. — Это помогло? — Один из сотрудников Генпрокуратуры мне рассказал об интересном последствии принятия этого закона. Число возбужденных уголовных дел по некоторым статьям этой категории снизилось на 70%. — Не стало смысла возбуждать дело – не посадишь человека? — Конечно. А не посадишь – не отберешь бизнес, не возьмешь отступное. Такие законы нам нужны, они дают хороший антикоррупционный эффект. Зачем нужна коллегия по жалобам на прессу — Сегодня вы участвовали в создании уральской коллегии по жалобам на прессу. Не боитесь, что она станет новым инструментом давления на СМИ? — Нет. Она может им стать, только если там не будет представителей независимых средств массовой информации. Если там будут лишь журналисты, подконтрольные властям, те, которые поют осанну руководству региона, то такая коллегия будет имитацией. Но я знаю и Бориса Николаевича Лозовского, и Татьяну Георгиевну Мерзлякову. Им не нужна имитация, им не требуются симулякры. С ними коллегия будет нормально работать и приносить пользу, защищать журналистов от ошибок и непрофессионализма. — От ошибок самих журналистов? — Конечно. В том числе комиссия сможет рассматривать споры, связанные с освещением судебной деятельности: это прямо записано в постановлении пленума Верховного суда 2010 года. — Я правильно понимаю, что если ты обращаешься в коллегию, то ты уже не можешь подавать иск в суд, это взаимоисключающие вещи? — Да. Это нужно, в том числе, чтобы не подрывать престиж суда и не создавать ситуации, когда коллегия и суд вынесут противоположные по сути решения. Чтобы не создавался диссонанс в общественном сознании. — Зачем нужна коллегия, если есть суд? — Во-первых, это позволит разгрузить суды. Во-вторых, это позволит людям, которые обижены прессой, решить свой конфликт проще – бесплатно и при помощи профессионалов. Ведь когда судья рассматривает дело, связанное с прессой, он ведь не понимает, как устроены СМИ. Корреспондент говорит в суде: «Мне редактор дал задание написать статью». Судья спрашивает: «А где документ, в котором записано, что вы должны написать эту статью?». Мы с вами знаем, что такого документа никогда не бывает, так работа в редакции не строится. Но судье это объяснить невозможно. Он спрашивает у журналиста: а какие у вас функциональные обязанности, где ваша должностная инструкция, в которой они записаны? Конечно, такой вопрос может задать судья, но его никогда не задаст член коллегии по жалобам на прессу. Ведь он – профессионал. И если судья крайне редко сможет распознать «заказуху», то профессионал таковую отличит сразу. Кроме того, в судебном деле может быть принято лишь решение о полном или частичном удовлетворении иска, либо же об его отклонении. А коллегия может вынести суждение, что журналист должен был поступить вот так-то и так-то, а он поступил непрофессионально, некорректно, непорядочно, не запросил мнение героя материала, не позвонил ему. Он нарушил правила журналистской этики, он не был достаточно добросовестен, схалтурил. Суд не может сказать: «Он схалтурил». А коллегия может так сказать. Она работает тоньше, чем суд, и формирует представление, что такое хорошо и что такое плохо. — То есть это вопрос к законодателям, а не к Роскомнадзору? — В первую очередь – к законодателям. Началось это давно. Впервые закон о СМИ пытались окоротить еще в 1993-м. Потом, в 1994-м, на пост руководителя Роскомпечати пришел известный националист Борис Миронов. Он заявил: «Мы вырвем закон о СМИ». Я позвонил ему и говорю: «Боря, не ты сажал эту морковку и не тебе ее вырывать!» Закон по сей день стоит многим костью в горле. Были попытки его пересмотреть, принять другой закон. Но это же надо суметь написать! Была такая инициатива при министре печати Михаиле Лесине. И то, что они у себя в министерстве подготовили, было абсолютно непригодно. Я объяснил им, что у них некачественный товар. Они говорят: «Михаил Александрович, а вы можете написать?». Я сказал: конечно. И за две недели написал новую редакцию закона о СМИ. Мне она понравилась. Я принес её Лесину, он собрал несколько членов своей рабочей группы. Он прочитал первую же статью, вскочил и начал носиться по кабинету с боевым бумерангом в руках. Я понимал, что ему очень хочется запустить им мне в голову. Это была наша последняя встреча, и больше к самой идее пересмотра закона о СМИ никто не возвращался. Удалось технично перевести стрелку, и поезд ушел в тупик. — Это вы так думаете, а прокуратура сразу говорит: нарушен закон! — Закон пошел не в ту сторону. К сожалению, наши законодатели работают очень небрежно. Таких примеров масса. В прошлом году, например, вносились изменения в закон о гражданстве, определялся порядок получения гражданства иностранным гражданином. Устанавливались ограничения: иностранный гражданин, чтобы получить российское гражданство, должен отказаться от иностранного. Но отказ не требуется, «если он не может отказаться от иностранного гражданства по независящим от него причинам» (например, в конституции этого государства сказано, что такой отказ недопустим). Но когда они принимали эту норму, они, вместо этого написали: «…если он не может отказаться от гражданства Российской Федерации». То есть это была чистой воды ошибка. Но закон был принят, подписан и вступил в силу. — В чем причина такого низкого качества законодательный работы? В составе депутатов? — Состав депутатов сегодня довольно скучный. Ярких и профессиональных личностей мало. А объем законотворчества таков, что даже такие супер-профессионалы, как Владимир Плигин и Павел Крашенинников, не могут за всем уследить. Знаменитый закон о монетизации льгот в напечатанном виде весил 10 килограммов. Думаете, кто-нибудь его прочитал весь, от корки до корки? Я уверен, что никто. Даже сами авторы писали закон по кусочкам и не читали общий текст. И кто отвечает за весь закон в целом? Президент, Дума, Совет Федерации? А в этом законе было столько опасных вещей! Например, с 1995 года был закон о государственной поддержке СМИ и книгоиздания в России. Он даже в 1998 году, в год дефолта, выстоял. А законом о монетизации льгот в 2004 году его срезали – хотя, казалось бы, причем здесь монетизация льгот? То же случилось с законом об экономической поддержке районных и городских газет. Я спрашиваю у депутатов из комитета по информационной политике: как вы это допустили? Отвечают: а, мы не знали… Законотворчество идет быстро и некачественно. Когда в день принимается несколько десятков законов, что вы хотите? — Его можно исправить? Или только добиваться отмены? — Нужно положить на юридический язык четкую формулу президента Путина: «Нельзя допустить, чтобы иностранные государства (именно государства!) использовали НКО для вмешательства (не влияния, а именно вмешательства!) во внутреннюю и внешнюю политику». И все становится понятно. Ведь есть у нас понятие политической деятельности и в законе о Конституционном суде, и в законе о статусе судей. Там точно сказано, что это такое – участие в деятельности политических партий, политических акциях, в агитации и пропаганде, в избирательных кампаниях. Вот о чем речь! И тогда сразу понятно, что благотворительные фонды и правозащитные организации к этому не относятся. Тормоз и лебедочка — СПЧ предложил снова назначить на место уполномоченного по правам человека Эллы Памфиловой Владимира Лукина. Вам не кажется, что это говорит о некотором застое в правозащитной среде? У нас уполномоченные по правам человека меняются, как Путин с Медведевым. — Есть люди, которых я бы делал уполномоченными по правам человека пожизненно. Таков Лукин. На сегодняшний день на федеральном уровне я не вижу сопоставимой фигуры. На уровне региональном такие фигуры есть – например, Татьяна Георгиевна Мерзлякова. Но давайте представим, что она станет уполномоченным по правам человека в РФ. Она не знает, как входить в кабинет президента, премьера, вице-премьеров, она не знает министров, и они ее не знают. — О том и речь: есть, получается, три крупные фигуры правозащитников – вы, Лукин, Памфилова. — Лукин, думаю, сейчас должен вернуться на это место и выращивать себе смену, в том числе используя региональных уполномоченных. Он должен вводить их в круг федерального уровня, делать из них фигуры федерального масштаба. И когда Лукин уйдет со своего поста, нам будет из кого выбирать. — Как вам кажется, ситуация с правами человека в стране вообще улучшается или ухудшается? СПЧ, правозащитники двигают ситуацию вперед или это тормоз, которого хватает только чтобы препятствовать сползанию в ситуацию тотального бесправия? — Это одновременно и тормоз, и лебедочка, которая двигает нас вперед. источник: СПЧ  Роман Лункин: “Ставропольское дело открывает ящик Пандоры для самого широкого преследования граждан по идеологическим мотивам” http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=6821 В Ставрополе гражданина России судят за то, что он сказал «Бога нет». Это было воспринято как уголовное преступление - оскорбление чувств верующих. Как бы Вы могли прокомментировать эту ситуацию? Mon, 14 Mar 2016 17:00:00 +0400 «Портал-Credo.Ru»: В Ставрополе гражданина России судят за то, что он сказал «Бога нет». Это было воспринято как уголовное преступление - оскорбление чувств верующих. Как бы Вы могли прокомментировать эту ситуацию? Роман Лункин: Я думаю, что этот процесс очень хорошо показывает все отрицательные стороны судебного производства, которые сейчас есть в России. Это производство часто направлено против людей, высказывающих какое-либо мнение, против религиозных организаций, то есть это судебные разбирательства идут по идеологическим мотивам. Сегодня все такие дела воспринимают как-то буднично, как нечто обычное, хотя совершенно очевидно, что если человека судят за какие-то мысли, высказывания, которые не связаны с прямыми или косвенными призывами к каким-нибудь преступлениям, к агрессии, это является нарушением прав человека и здравого смысл в целом. Мы сами себя загнали в эту идеологическую ловушку преследования людей и религиозных организаций по идеологическим мотивам и причинам. В рамках данной ловушки и возникают все эти противоречия довольно абсурдные, которые сейчас широко обсуждаются в прессе. Эти противоречия связаны с претензиями прокуратуры и с проведением экспертизы в рамках данного дела, что приводит к совершенно абсурдному выводу: человека нужно судить только за заявление, что «Бога нет». Здесь еще есть один интересный момент: глава думского комитета Ярослав Нилов сразу обозначил свою позицию, что нельзя судить за высказывание, что «Бога нет», но блогера якобы судят не за его высказывания, а за то, что эти высказывания сопровождались нецензурной бранью. На самом деле, если бы это было так, то это было бы некое административное правонарушение, но мы видим, что процесс имеет уголовное звучание — блогера собираются судить все-таки за «оскорбление религиозных чувств». - Почему такая ситуация сложилась? Какую цель преследуют следователи и истцы? - Это достаточно интересно. Никакой случайности в происходящем нет, потому что к этому логически привело развитие законодательства и судебной системы, которое шло уже в последние десятилетия, но особенно активно с 2012 года, после того как возникло дело «Pussy Riot», которое также было связано с оскорблением религиозных чувств и привело к появлению новой статьи, по которой можно судить за оскорбление религиозных чувств, то есть люди узнали о том, что у них есть религиозные чувства. Второй момент — это борьба с экстремизмом и то, что правозащитники называют неправомерной антиэкстремистской деятельностью. Потому что представители прокуратуры не просто выдумывают квалификацию. Они смотрят закон, где оскорбление религиозных чувств и есть довольно широкое понятие об экстремизме, данное в законе об экстремистской деятельности. - Эти понятие не имеет правовой определенности? - Да, и в данном случае опять же совершенно очевидно, что здесь полностью всю вину возлагать на органы прокуратуры нельзя. Даже в деле по поводу запрета аятов Корана решение о запрете принимал Южно-Сахалинский суд. И судья в узко-правовом юридическом смысле была, в принципе, права, поскольку экспертиза сделала вывод, что в аятах есть пропаганда превосходства одной религии над другой и одной идеологии над другой. И судья просто посмотрела определение экстремизма в законе об экстремистской деятельности и вынесла решение. То же самое происходит и здесь. То есть здесь открывается такой ящик Пандоры для более широкого преследования граждан по идеологическим причинам и мотивам. - В российской Конституции записано, что у нас нет одной общей идеологии. - В данном случае законодательство позволяет преследовать независимо от того, есть ли у государства идеология или нет. Получается, что это преследования на пустом месте. Безусловно, есть какое-то количество дел, связанных с осуждением экстремистов, реальных террористов или членов запрещенных в РФ организаций. Но что касается подобных дел, не связанных напрямую с экстремизмом и скорее абсолютно идеологических, то здесь возникает вопрос, на который я не могу ответить: кого защищает прокуратура и какую идеологию? Можно сказать, что это защита православия и православной Церкви, но такая защита православию особо не нужна. Вряд ли Церковь выступала с требованием защитить ее от какого-то блогера, который написал «Бога нет». Здесь нет логики и нет смысла. И искать какой-то смысл даже и не хочется в такого рода делах. Здесь, мне кажется, создаются такие идеологические фантомы помимо воли федерального руководства и помимо воли церковного руководства. То есть такие идеологические фантомы и противоречия, которые, по сути, разделяет общество, и ведут к появлению все большего количества дел, связанных с дискриминацией как религиозных меньшинств, так и отдельных граждан, которые позволяют себе какие-то неосторожные высказывания. - Разве высказывание «Бога нет» неосторожное? - Это безобидное высказывание и оставалось бы безобидным, если бы не возникло исковое заявление и такого рода экспертиза, если бы не закрутился этот маховик судебного преследования и если бы не было сделано все для того, чтобы такие судебные процессы проходили довольно гладко, и людей можно было судить на этом основании. Подобные ситуации и фантомы возникают из-за того, что и Церковь, и власть в какой-то момент просто решили, что российскому обществу по существу не нужна демократическая система, не нужны демократические ценности. В какой-то момент — мне кажется, это произошло после 2012 года — Церковь и власть вместе потеряли остатки доверия к обществу, и поэтому обращаются с гражданами недостойно, желая наказать всех, кто как-то пытается поднять голову или сделать какое-то такое яркое неосторожное заявление. Беседовал Владимир Ойвин, «Портал-Credo.Ru» Гольфстрим веры. Дойдёт ли до заблудших голос разума? http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=6751 На Острове свободы, омываемом Гольфстримом, прошла встреча глав двух крупнейших христианских церквей. Она вызвала огромный интерес в мире. Ведь были затронуты проблемы, которые волнуют всех. Sun, 21 Feb 2016 4:00:00 +0400 На Острове свободы, омываемом Гольфстримом, прошла встреча глав двух крупнейших христианских церквей. Она вызвала огромный интерес в мире. Ведь были затронуты проблемы, которые волнуют всех. Дойдёт ли до заблудших голос разума? Анатолий ПЧЕЛИНЦЕВ, почётный адвокат России, главный редактор журнала «Религия и право», доктор юридических наук, профессор: – Встреча глав двух церквей и их совместное заявление, безусловно, событие глобального масштаба. Приятно поразила обстановка встречи, которая проходила в братской атмосфере («с радостью мы встретились как братья по христианской вере», – из совместного заявления). Очевидно, что потребность столь близкого общения предопределена теми вызовами, которые ставит перед всем христианством современная ситуация в мире. Христианство, которое сформировало европейскую цивилизацию, переживает ныне не лучшие времена. Многие храмы в Европе закрываются, их переоборудуют под гостиницы и рестораны, наблюдается падение традиционных христианских ценностей. Небывалый наплыв мигрантов с Ближнего Востока также представляет собой не только серьёзное социально-экономическое, но и духовное испытание. Для меня, как адвоката, принципиально важны две темы, затронутые на встрече и отражённые в совместном заявлении. Во-первых, это тема гонений на христиан, которые, к сожалению, происходят во многих странах, особенно на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Например, в Ливии и Сирии почти не осталось христианского населения. В Ираке ещё 20 лет назад было 1,5 миллиона христиан, а сегодня не более 300 тысяч. Христиане становятся мишенью для радикальных исламистов, их нередко бросают в тюрьмы, уничтожают физически. Некоторых удаётся спасти, как, например, пастора христианской церкви в Иране Саида Абедини, который за свои убеждения в 2011 году был приговорён к 8 годам тюрьмы. В середине января после четырёх лет заключения и широкой кампании по его освобождению он вышел на свободу, воссоединился с семьёй. На долю этого мужественного человека выпали тяжелейшие испытания и пытки. Мне доводилось писать петиции в его защиту, встречаться по этому поводу с послом Исламской республики Иран в Москве. Поистине редкий исход со счастливым концом! А скольких безымянных христиан – мучеников веры продолжают убивать, сажать в тюрьмы, изгонять с родных территорий? Думаю, что католическая и православная церкви могут внести реальный вклад в защиту гонимых христиан, и первый шаг к объединению усилий сделан на Кубе. Вторая чрезвычайно болезненная тема – противостояние на Украине, унёсшее множество жизней и ввергнувшее общество в глубокий кризис. К этой же теме примыкает проблема длительного конфликта между греко-католиками и православными на Украине. Хочется надеяться, что призыв патриарха и папы трудиться для достижения общественного согласия, воздерживаться от участия в противоборстве и не поддерживать дальнейшее развитие конфликта будет услышан. Хотя, будем откровенны, сделать это будет чрезвычайно сложно. Литературная газета, 18 февраля 2016 г. «Верующие не смирились с тем, что фактически их вероучение признано экстремистским». Интервью с адвокатом Свидетелей Иеговы Антоном Омельченко http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=6510 30 ноября 2015 года судья Таганрогского городского суда Алексей Васютченко вынес свой приговор по уголовному делу 16 Свидетелей Иеговы. Он приговорил 4 христианских старейшин более чем к пяти годам тюремного заключения, а также наложил на них крупные штрафы. Thu, 03 Dec 2015 15:00:00 +0400 30 ноября 2015 года судья Таганрогского городского суда Алексей Васютченко вынес свой приговор по уголовному делу 16 Свидетелей Иеговы. Наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет и 6 месяцев было назначено троим осужденным условно. 5 лет и 3 месяца одному осужденному было назначено также условно. В течение этого срока осужденные не должны менять место жительства и обязаны каждый месяц отмечаться в органах полиции. Такое наказание назначено по обвинению в преступлении, предусмотренном ч.4 ст.150 УК РФ (вовлечение несовершеннолетних в преступник деятельность путем обмана). Все 16-ть подсудимых признаны виновными по ч.1 или 2 ст.282.2 УК РФ (организация деятельности или участие в деятельности запрещенной как экстремистская религиозной организации) и им назначены штрафы от 30 до 100 тысяч рублей. Однако за истечение срока давности суд постановил от взыскания штрафов их освободить. Первый раунд слушаний закончился в июле 2014 года, когда таганрогский судья Олег Кубанцев постановил оправдать 7 из 16 подсудимых, остальным назначил условные сроки лишения свободы, а также крупные штрафы. Этот приговор был отменен вышестоящим судом и дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд, но к другому судье. Верующие надеялись, что оправдательный приговор будет вынесен всем 16 подсудимым, однако произошло в точности до наоборот: судья Васютченко признал виновными всех. Портал «Религия и право» обратился с просьбой ответить на вопросы по делу 16-ти верующих в Таганроге к адвокату Адвокатской палаты Краснодарского края, кандидату юридических наук Антону Омельченко. Антон Сергеевич, как Вы восприняли и как оцениваете приговор Ростовского суда от 30 ноября? Приговор был предсказуем, но не потому, что верующие его заслуживали. Поведение судьи во время процесса показывало то, что он не считает себя вправе хоть в чем-то не согласиться с прокуратурой. Были видны сознательные усилия судьи не слушать сторону защиты: он играл в телефон, читал книги, изучал материалы других дел. Поэтому и не удивительно, что он не услышал, что верующих преследуют лишь за чтение и обсуждение Библии. Потому что, если бы он это услышал, то можно было бы говорить о признаках заведомо неправосудного приговора. Я полагаю, что оценку вынесенному приговору дал сам судья Васютченко А.В., его постановивший: у него тряслись руки, дрожал голос - мы его таким никогда не видели - и это поведение не характерно для человека, уверенного, что поступает правильно. Как долго продолжалось дело и насколько эффективна была защита? За верующими начали слежку в феврале 2011 года. 5 августа 2011 года возбуждено уголовное дело. 13 мая 2013 года Таганрогский городской суд приступил к его рассмотрению. Повторное рассмотрение началось 22 января 2015 года. Длительность процесса в значительной мере вызвана тем, что сторона защиты боролась за возможность эффективно доносить до суда свою позицию. К сожалению, право на защиту нарушалось многократно: это и попытки устранения адвокатов из процесса, преодолевать которые в суде пришлось на стадии предварительного расследования; и игнорирование сотен нарушений УПК РФ, допущенных при расследовании уголовного дела (один из протоколов обыска не подписан следователем, а результаты этого обыска, осмотра и повторного осмотра изъятых предметов не совпадают, но даже эти нарушения не привели к признанию результатов обыска недопустимыми доказательствами); судья препятствовал защите допрашивать свидетелей и так далее. При этом на стороне защиты было то, что доказательства стороны обвинения говорят в пользу обвиняемых: на видеозаписях видно, как они зачитывают отрывки из Евангелия, обсуждают Библию, ведут себя спокойно и дружелюбно; в протоколах осмотра видеозаписей прямо указывается: тот-то - прочитал Псалом, другой - Деяния апостолов и так далее. Но даже когда сторона защиты пыталась обратить внимание суда на эти обстоятельства, суд бесцеремонно прерывал защитников. Как сами верующие и община в Таганроге восприняли приговор? Верующие восприняли приговор спокойно. Многие обвиняемые исповедуют религию Свидетелей Иеговы с детства, со времен СССР. Они и члены их семей сталкивались и с агрессией нацистской Германии, и с преследованием в Советском Союзе. Все обвиняемые знают, что они ничего незаконного не делали, не испытывают ненависти к своим соседям других религий, а проявляют к ним любовь как к ближним, следуя заповедям Христа. А когда у человека совесть чиста, это придает ему сил сохранять стойкость в преследованиях. Обвиняемые также чувствуют поддержку своих единоверцев. В Таганрогский городской суд, чтобы выслушать приговор, пришло, наверное, около 100 человек из разных регионов России: Ростовской области, Краснодарского края, Дагестана, Санкт-Петербурга, Москвы. Слова поддержки в письмах они получают со всего света: от Новой Зеландии до Канады. И они уверены в одобрении Иисуса Христа и Бога Иеговы, потому что понимают, что преследование вызвано исключительно их верой в Бога и Христа, желанием жить, соблюдая заповеди Библии. Как Вы полагаете, каковы причины происходящих гонений на Свидетелей Иеговы в России? Причина преследований Свидетелей Иеговы, а также многих верующих других конфессий, по большому счету одна - отсутствие точных знаний об этих религиях и препятствие тому, чтобы точные знания об этих религиях стали известны. Когда узнаешь этих людей, то понимаешь, что верующие всех этих религий желают угождать Богу и не намерены причинять никакого вреда своим ближним. Но как узнавать правду, если многое делается, чтобы правда не была узнана. Например, по этому делу, я вижу уже сейчас, средства массовой информации стараются наговорить много лжи, и я пока ни на одном канале не увидел бы, чтобы они осветили этот процесс, правдиво показав: вот идет богослужение; один верующий предлагает: "Давайте зачитаем Евангелие от Иоанна, 5 главу, стихи с 25 по 29", - другой верующий достает Библию и зачитывает эти слова Иисуса Христа о воскресении мертвых; суд же говорит, что это слова, побуждающие отказываться от исполнения гражданских обязанностей, не работать, и враждовать с другими людьми. Вот если бы такие репортажи выходили бы в течение недели, что бы произошло? Другого выбора, кроме как прекратить преследования, у государства не было бы. А пока под покровом информационной тьмы кто-то решает свои карьерные устремления, повышая показатели борьбы с экстремизмом, кто-то использует сведения о процессе как повод для выделения дополнительного финансирования, кто-то утоляет свою религиозную предвзятость. Существую ли перспективы оспорить "экстремизм" в журналах и в деятельности Свидетелей Иеговы? Поскольку научная общественность выступает скорее в поддержку Свидетелей Иеговы. На самом деле это уголовное дело не связано с тем, что некоторые публикации Свидетелей Иеговы были признаны экстремистскими. Верующие такими публикациями не пользовались в ходе богослужений. В то же время, конечно же верующие не смирились, что фактически их вероучение признано экстремистским. У Свидетелей Иеговы уже есть успешный опыт обжалования решений судов, признавших религиозные публикации экстремистскими, и исключения публикаций из федерального списка экстремистских материалов. И верующие продолжат использовать законные способы защиты своих прав. Ожидаете ли Вы в связи с приговором в Таганроге новой волны кампании против Свидетелей Иеговы, новых дел в каких-либо регионах или обострения старых проблем с властями? Верующие, конечно же, обеспокоены возможными последствиями приговора в Таганроге. Фактически суд говорит: если в Таганроге продолжат Свидетели Иеговы исповедовать свою религию, суд не будет разбираться, что они делали на самом деле, но будет их преследовать в уголовном порядке. Это затронет около тысячи верующих. С учетом того, что санкции закона усилились, в последующем это может привести и к реальному лишению свободы верующих и даже к попытке геноцида Свидетелей Иеговы в Таганроге. Возможно, что и в других регионах некоторые чиновники решат подзаработать, улучшить показатели, достигнуть повышения в должности, дать волю своей религиозной предвзятости, чтобы перенести модель Таганрога на другие регионы России. Опыт нацистской Германии показывает, что это возможно. Но он показывает и то, что Свидетели Иеговы знают, как противостоять даже нечеловеческой жестокости преследователей. А преследователи мирных людей не могут быть успешными. Ощущаете ли Вы на себе изменения со стороны окружающего общества, соседей и друзей Свидетелей Иеговы в связи с судебными делами? За годы новых преследований в истории Свидетелей Иеговы в России их количество увеличилось на десятки тысяч. Почему? Люди интересуются Свидетелями Иеговы. Хотят понять, за что их преследуют. В результате узнают правду об этих людях. Кто-то понимает, что ранее ему о верующих говорили ложь. А кто-то даже соглашается, что его религиозные убеждения и убеждения этих верующих людей совпадают. Так он принимает решение присоединится к этой христианской религии. С другой стороны, имеются и другие последствия. Люди слышали в СМИ ложь, они начинают бояться, испытывать неприязнь. Это приводит к тому, что количество нападений на верующих, актов вандализма в отношении их религиозных зданий увеличивается. Беседовал Роман Лункин. Захват Преображенского монастыря в Москве: комментарий Михаила Шахова http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=6501 Беседа Светланы Солодовник и проф. Михаила Шахова, ответственного секретаря Совета Московской Преображенской старообрядческой общины христиан старопоморского согласия, посвященную рейдерскому захвату зданий Преображенского монастыря в Москве, и предстоящему суду.   Wed, 02 Dec 2015 12:00:00 +0400 Беседа Светланы Солодовник и проф. Михаила Шахова, ответственного секретаря Совета Московской Преображенской старообрядческой общины христиан старопоморского согласия, посвященную рейдерскому захвату зданий Преображенского монастыря в Москве, и предстоящему суду.  За старообрядческий Преображенский монастырь в Москве уже почти 10 лет идет тяжба. Монастырь был построен в XVIII веке, в его церквях немало древних икон. Но не только они представляют ценность: 11 гектаров монастырской земли и множество зданий — постоянный соблазн для нечистых на руку бизнесменов, мечтающих овладеть этим богатством. Дело в том, что, когда монастырь в 1932 году, как и множество других религиозных построек, рушили, на месте снесенных келий старообрядческой богадельни возвели Преображенский рынок, который работает до сих пор. Так и жили: бойкий сельскохозяйственный рынок и храм Воздвижения Креста Господня, который никогда не закрывался в советский период и постоянно использовался для совершения богослужений.  Когда в начале 1990-х монастырь передали старообрядцам и стали строить планы восстановления всего ансамбля обители, рынок планировали вынести за территорию монастыря. Но пока московские власти собирались, в начале 2011 года кусок почти в 4 гектара земли, на котором располагается рынок, приказом Росохранкультуры исключили из территории монастыря и вывели из-под действия ограничительных норм закона «Об объектах культурного наследия». Внутри монастырской территории возник участок, доступный для приватизации и застройки, что не только препятствует реставрации ансамбля как единого целого, но и будоражит воображение потенциальных рейдеров. Да даже уже и не потенциальных… За год до того, как у монастыря отобрали землю, некто Геннадий Медведев, в свое время претендовавший на роль директора Преображенского рынка, вошел в доверие одной из поморских общин и фактически рейдерским путем захватил пять зданий монастыря. На этом Медведев не остановился. В мае 2015 года Территориальное управление Росимущества передало в безвозмездное бессрочное пользование религиозной организации «Преображенский мужской старообрядческий монастырь Древлеправославной кафолической церкви старопоморцев-федосеевцев», где Медведев числится управляющим, шесть зданий Преображенского монастыря. Заметим, что все шесть «новопереданных» зданий и еще восемь по адресу Преображенский вал, домовладения 17-25, с 1993 года принадлежат Совету православных церковных приходов Преображенского монастыря, которому, собственно, на основании постановления правительства Москвы монастырь в начале 1990-х и отошел. В Совет входят Централизованная религиозная организация «Древлеправославная Поморская Церковь», две старообрядческие общины и один православный приход. Позднее, в 2000 году, Министерством культуры России и Мингосимуществом было принято повторное решение о передаче монастырского комплекса Совету. Примечательно, что в числе «новопереданных» зданий тот самый храм Воздвижения Креста Господня, который с момента постройки, то есть с 1811 года, всегда принадлежал входящей в Совет Московской Преображенской старообрядческой общине христиан старопоморского согласия, основательнице монастыря. Последнее оформление ее права пользования в виде охранного договора имело место 31 августа 1995 года. То есть все шесть объектов, в мае этого года отошедших к так называемому мужскому монастырю Древлеправославной Кафолической Церкви, имеют законных владельцев. Интересно и другое. Решением Верховного суда России эта самая «Древлеправославная кафолическая церковь (старопоморцы-федосеевцы)» была ликвидирована как централизованная религиозная организация (ЦРО) за год до того, как ее «монастырю» были переданы здания (18 марта 2014 года). Однако и входящие в нее местные религиозные организации, попросту говоря, общины, в том числе этот самый «мужской монастырь», вызывают множество вопросов. Начать с того, что все они возникли, как говорится, скопом, вдруг. Четыре из шести в течение одного месяца — сентября 2011 года. А еще две в следующем году - в мае и сентябре. Все они зарегистрированы по одному адресу: ул. Преображенский вал, д. 17, стр. 97, «мужской монастырь» в том числе. Но что еще интереснее: домовладение с таким адресом — это продуктовый торговый павильон на Преображенском рынке, где нет и намека на пребывание не то что монастыря, но даже и самой крохотной общины. Вывод о том, что организации существуют исключительно на бумаге, просто напрашивается. Тем более что в Преображенском монастыре никто и никогда не видел их представителей вживую. Кроме брутального управляющего ликвидированной РДКЦ Геннадия Медведева да якобы настоятеля «мужского монастыря» Ипатия Ивановича. В монастыре, естественно, не остались безучастны к попыткам захвата. В Росимущество была направлена жалоба с подробными разъяснениями, кому, на каких основаниях и что принадлежит. Жалобу рассмотрели и ошибку Территориального управления признали: в сентябре этого года было принято решение передачу зданий отменить и действие договора безвозмездного пользования прекратить. Однако на этом беды Преображенского монастыря не закончились. Спорными продолжают оставаться пять зданий, захваченные РДКЦ. 30 ноября в Девятом Арбитражном апелляционном суде должны состояться слушания по делу об их изъятии из чужого незаконного владения. О нелегкой борьбе монастыря за право оставаться единым целым мы поговорили с ответственным секретарем Совета, профессором Михаилом Шаховым. Беседу вела Светлана Солодовник. Можно уже не волноваться за судьбу зданий, переданных «майским» решением? Очень хочется не волноваться, но решение суда еще не вступило в законную силу и может быть обжаловано «монастырем». Физически здания остались у Совета. Но предстоит еще расторгнуть заключенный тогда же Территориальным агентством договор с «монастырем» на передачу зданий в безвозмездное пользование. Хочу обратить ваше внимание на темпы операции: закон отводит на передачу два года с момента подачи заявления, если здание не надо освобождать, если надо, то шесть лет. А тут за две недели оформили решение, договор безвозмездного пользования и акт приема-передачи зданий — последний, конечно, фиктивный. Росимущество расписалось в акте о передаче зданий, которые физически не передавало «монастырю». А как получилось, что Росимущество не знало, что здания Преображенского монастыря уже кому-то принадлежат – разве нет общего реестра, где бы значилось, кому что принадлежит? Формально Росимущество занимало такую позицию: здания монастыря являются федеральной собственностью, поэтому постановление правительства Москвы 1993 года и передача зданий Совету являются ничтожными. Только после всех жалоб и протестов в ведомстве согласились, что Совет — законный владелец. При этом в 2012 году в Преображенском монастыре была проверка зданий Терагентством Росимущества, проверяющие общались с членами Совета, поэтому не знать, что здания принадлежат ему, было невозможно. Кроме того, закон о регистрации прав на недвижимое имущество действует с 1998 года, поэтому всё, что передано до 1998-го, имеет законную силу, но не отражено в реестре. Для чиновников очень удобная отговорка: у нас компьютер в реестре не показывает, значит, здание ничейное. Монастырь весь в федеральной собственности? Нет, более 20 лет вопрос о том, относится ли ансамбль Преображенской старообрядческой общины к федеральной собственности или к собственности города Москвы оставался неурегулированным. Распоряжением правительства РФ часть зданий ансамбля (13 объектов) в 2013 году были отнесены к федеральной собственности. Это решение было принято вопреки позиции Совета, которую поддержал патриарх Кирилл. Еще в 2011 году он предложил в письме министру экономического развития Эльвире Набиуллиной включить монастырь в список памятников, подлежащих передаче Москве при разграничении прав собственности между Российской Федерацией и городом. На совещании, организованном Росимуществом 25 декабря 2012 года, представители ведомства не смогли дать никакого объяснения, почему эти объекты распределяются в федеральную собственность, а не в собственность Москвы. В результате ансамбль оказался разделен между двумя собственниками — вышеупомянутые 13 объектов отнесены к федеральной собственности, а другие 14 объектов, не являющиеся памятниками государственного значения, но также входящие в состав ансамбля и расположенные в непосредственной близости с объектами федеральной собственности, принадлежат Москве. Часть из них имеет статус объекта культурного наследия регионального значения или выявленного объекта культурного наследия. Никаких правовых оснований для изъятия этих зданий в федеральную собственность не имеется. В монастырский Совет старообрядческих общин входит один православный приход? Почему? Совет был создан в 1992 году, чтобы не разделять монастырский ансамбль на части между религиозными организациями, существовавшими на территории Преображенского монастыря много лет. Православный приход св. Николая существует с послевоенного времени. Совет координирует деятельность общин и выступает единым титульным владельцем земельно-имущественного комплекса. А вообще у старообрядцев разве есть монастыри? У беспоповцев монашества сейчас практически нет, последний женский монастырь федосеевцев прекратил существование в Польше в 1980-х. Преображенский монастырь никогда раньше не назывался «монастырем», царские власти не разрешали. Официально он именовался «Преображенский богаделенный дом», но кроме призреваемых и сирот здесь жили монахини, певчие, наставники, которые заменяют беспоповцам священников. Сейчас живут наставники, часть певчих, останавливаются прихожане и иногородние паломники. Существует ли какая-то статистика, сколько объектов передано религиозным организациям, какой это процент от имеющегося у государства религиозного имущества и каков процент отказов? До 2014 года Росимущество в течение более 3 лет просто игнорировало требование закона о публикации в открытом доступе всех обращений о передаче имущества. Только после обращения редакции «Религия и право» в январе 2014 года на сайте Росимущества появились сведения о передаче, крайне неудобные для статистического обобщения и с большим опозданием. Сайт Терагентства Росимущества по Москве отсылает к общефедеральному списку, в котором история с Преображенским монастырем не отражена вообще. Есть ещё страничка на сайте Терагентства. Передача имущества, принадлежащего Москве, представлена на сайте Департамента имущества Москвы и тоже не дает обобщенной информации. Когда передают имущество религиозным организациям, как-то выясняют, кто перед ними, или нет? Может, проводится какая-то экспертиза — действительно, старообрядцы, а не мошенники? Закон о передаче имущества содержит «резиновую» формулировку: «Передача имущества религиозного назначения религиозным организациям осуществляется уполномоченным органом с учетом конфессиональной принадлежности указанного имущества…» (п. 4 ст. 3), что не обязывает передавать имущество в точном соответствии с конфессиональной принадлежностью и открывает возможность произвольной передачи. Закон предусматривает вынесение спорных случаев на рассмотрение комиссии (ст. 9). Но для этого надо знать, что готовится решение о передаче, и подать протест. В нашем случае решение изготовили за две недели после подачи заявления - и мы случайно узнали о нем месяц спустя. По неофициальным сведениям, Росимущество перед передачей каждого объекта консультируется с Минюстом и с Финансово-хозяйственным управлением РПЦ (даже по старообрядческим объектам), а в нашем случае никаких консультаций не было. «По необъяснимым причинам» Терагентство Росимущества решило доверить шесть зданий — памятников истории и культуры федерального значения — неведомо откуда взявшейся организации, имеющей юридический адрес в торговом павильоне на рынке. А почему была ликвидирована «Российская Древлеправославная кафолическая церковь»? В связи с нарушениями при её создании. Для регистрации центральной религиозной организации нужно, чтобы в нее входило не меньше трех местных религиозных организаций. Замечу, что все три организации, выступавшие учредителями РДКЦ, располагались в глухих селах Кировской и Нижегородской области. На момент создания РДКЦ в 2006 году одна из трех входивших в нее организаций уже юридически не существовала — ее ликвидировали как прекратившую свою деятельность. Впрочем, несмотря на все рейдерские акции РДКЦ - про одну даже рассказывали по НТВ - полиция и прокуратура отказались возбудить против неё дело, и Минюст мог только так прекратить их деятельность. Однако ликвидированная РДКЦ по-прежнему удерживает незаконно занятые ею пять монастырских зданий в другой части ансамбля Преображенского монастыря. Как вообще стал возможен захват? В этих зданиях вначале располагался мужской старообрядческий монастырь, а с середины XIX века царские власти изгнали староверов и передали эту часть монастыря единоверцам. После революции часть единоверцев признала советскую власть, а часть — нет, храм Воздвижения Креста Господня поделили пополам. Со временем не признавшая советскую власть община была изгнана - и на ее место пришли старообрядцы. Злоупотребивший доверием старообрядцев-поморцев сотрудник Московской поморской старообрядческой общины, которому было вверено техническое управление этими зданиями и руководство охраной, отказался подчиниться решению об отстранении от должности. Вместо этого он предъявил имевший явные признаки подделки договор, по которому права на пять зданий на 20 лет (с 2006 года) были переданы РДКЦ. Несмотря на то, что РДКЦ ликвидирована Верховным судом, она до сих пор не завершила работу ликвидационной комиссии и не исключена из ЕГРЮЛ. Никому и дела нет, что ликвидированная РДКЦ продолжает существовать и действовать. Кстати, принадлежащий РДКЦ на праве собственности (!) большой торговый павильон на Преображенском рынке более двух лет назад суд постановил снести как самовольную постройку. Но павильон благополучно торгует до сих пор. И тоже никому дела нет до неисполнения решения суда. В захваченных зданиях РДКЦ разместила два десятка коммерческих фирм, арендная плата от которых приносит сотни тысяч рублей в месяц. Неудивительно, что при таких доходах хватает и на оплату адвокатов. Суд о выселении идет пятый год, судебное разбирательство было искусственно затянуто при активной помощи, оказанной РДКЦ в суде Росимуществом. Но посмотрим, чем закончится судебное заседание 30 ноября. источник: СОВА Епископ Владимир Ашаев: У нас есть ресурсы для трансформации общества http://www.sclj.ru/analytics/interview/detail.php?ELEMENT_ID=6476 Полномочный представитель начальствующего епископа по Красноярскому краю, пастор церкви «Христианской жизни» города Красноярск, в интервью Mission Eurasia Research Initiative рассказал о служении епископа, об отношении российского общества к протестантским церквям и о служении церкви «Христианской жизни». Wed, 25 Nov 2015 16:00:00 +0400 Полномочный представитель начальствующего епископа по Красноярскому краю, пастор церкви «Христианской жизни» города Красноярск, в интервью Mission Eurasia Research Initiative рассказал о служении епископа, об отношении российского общества к протестантским церквям и о служении церкви «Христианской жизни». Здравствуйте Владимир, расскажите, с какими проблемами вы сталкиваетесь на должности епископа? Прежде всего, с нехваткой сплоченности церкви. В людях не хватает единства в каких-то моментах, есть потребность в том, чтобы было больше почтения друг к другу. Что касается общественной среды, то в принципе сегодня много открытых дверей, в которые нужно входить и трансформировать общество. Сегодня у нас как у христиан есть колоссальные ресурсы, у нас есть моральные, этические и духовные ресурсы для преобразования общества. Как российское общество относится к протестантам и к евангельским христианам? Уже лучше, чем по крайней мере десять лет назад. На сегодняшний день уже многие открыто смотрят, присматриваются и принимают. Просто если 10 лет назад не было такого общественно влияния протестантизма на общество, то люди и не знали об этом, но сегодня двери открылись. В вашем регионе, в чем проявляется это влияние? Во взаимодействии с администрацией, во взаимодействии на телевидении, через разные социальные проекты, например «Россия без сирот», «Красноярск без сирот». Называют ли вас еще сектантами, как раньше? Конечно есть, но уже не так глобально, как это было в 90-тые годы, когда никто еще не знал что и как. Был даже такой случай, когда один прихожанин нашей церкви, являясь медиком, хотел организовать «Альфа курс» у себя в учреждении. На что ему сказали, что он сектант и позвали батюшку. Тот вместо того, чтобы поддержать запрет на обучение в «Альфа курсе», поддержал его, сказав, что они не сектанты, а протестанты одного из трех направлений христианства. После батюшки, сотрудники сказали ему, что они хотят к нему на обучение… Какие христианские организации, занимаются с молодежью, подростками, детьми в России на сегодняшний день? Одно из таких движений, которые несут свое служение молодежи и подросткам – это «Моральная революция». Эта организация, которую мы начали у нас в Красноярске и сегодня она распространяется по всей России. Сегодня моральное и нравственное падение мы наблюдаем у подростков, поэтому мы учим их, как важно хранить себя в моральной чистоте. Ваша община продолжает расти в численности? Конечно, нет такого роста как в 90-тые, но тем не менее, мы видим постепенный рост. Почему так получается, что не смотря на то что отношения в церкви в 90-тые годы было достаточно агрессивным и негативным, но тем не менее церковь росла быстрее и масштабнее? Здесь несколько моментов. Во-первых, люди как приходили в церковь, так и уходили из нее, долго не задерживаясь в ней. Это связано с тем, что многие пасторы были незрелыми, они любили Господа и служили Ему, но не смогли так действительно послужить людям, чтобы они хотели оставаться в церкви. Второй момент, количество прихожан в церкви и ее влияние на общество не одно и тоже. Есть очень много больших церквей, но они никакого влияния на города не оказывают, а есть небольшие церкви, которые влияют на города! Третий момент, люди в 90-тых, искали себе замену рухнувших коммунистических идеалов, поэтому в те времена, росло все, что предлагало альтернативу. Людям тогда нужно было чем-то заполнить образовавшийся вакуум, сегодня общество является более ст